Per aspera

      Остаток дня Алекс провёл как во сне. Он поехал в сервис, но быстро понял, что зря это сделал. Его раздражала жизнерадостная ухмылка Пита, бесили выстроившиеся в очередь клиенты и их невнимательность на дорогах. Наорав в конце концов на мастеров, Алекс сбежал, чтобы окончательно не распугать посетителей, и поехал в Заводской район выбирать место для второго сервиса.       Снежный принц из головы не шёл. Алекс обсуждал аренду, думал, где набрать надёжных сотрудников, прикидывал в уме, какие и куда документы надо подать, а перед глазами всё стояли тонкие запястья и перепуганные глазищи Криса. Алекс сдался, достал смартфон и принялся листать адресную книгу, подыскивая любовника на вечер. Выбрал одного из своих случайных знакомых, Сида: смутно помнилось, что тот худенький и светловолосый. Как Крис.       Сид легко согласился на предложение сходить куда-нибудь вечером, поломавшись лишь для вида. Его тон не оставлял сомнений, что ресторан Сид считает прелюдией к ночи — горячей и совершенно без обязательств, что устраивало обоих. Алекс решил, что он на верном пути: выбивать клин клином ему всегда удавалось.       Сид почти не заставил себя ждать: выпорхнул из дома, едва только Алекс подъехал. Его короткая, до талии, яркая курточка и обтягивающие брючки были рассчитаны как раз на то, чтобы добежать до машины. Он распахнул пассажирскую дверь, и Алекс с запозданием понял, что там так и лежит свёрток с вязанием, купленным вчера «для бедного старого папочки».       — Это мне? — моментально сориентировался Сид и развернул свёрток прежде, чем Алекс успел возразить. На накрашенном личике омеги промелькнуло удивление.       — Очень мило, — равнодушно сказал он, натягивая на холёные ручки с маникюром варежки. — Мы что, едем за город, Алекс?       Алекс хотел было возразить, что это не подарок, но было неловко, и он плюнул. Всё равно надо куда-то девать это вязание, не оставлять же на память…       Память Алекса в дополнительных подкреплениях и без того не нуждалась.       Сид легкомысленно болтал, ковыряя вилкой в салате. Алекс против воли снова сравнил их: Крис жадно глотал куриный суп, вцепившись в ложку замёрзшими пальцами — Сид едва клевал, берёг фигуру. В его подведённых глазах не отражалось ничего. Пах он приятно, сладким миндалём, но слишком уж сильно: явно использовал духи. Всё в нём казалось неправильным, искусственным… И Алекс догадывался, что дело отнюдь не в Сиде.       Алекс отчаянно скучал весь вечер, а потом отвёз Сида домой, чмокнул на прощание в щёчку и с облегчением уехал. Омега, не ожидавший такого поворота, только растерянно хлопал накрашенными ресницами.       Ночью от снежного принца тоже не было покоя. Стоило закрыть глаза, как Крис появлялся перед ним как наяву. Всю ночь Алекс метался в снах, волнующих и тревожных. То Крис признавался, что он на самом деле эльф, показывал тонкие прозрачные крылышки, растущие из худеньких лопаток; то был наследником престола далёкой снежной страны, и Алекс спасал его от коварных заговорщиков. А под утро, размотав неизменный шарф, разрешил себя поцеловать, и Алекс проснулся от этого невинного сна с таким стояком, какого у него давно не было.       «Надо было оставить Сида вчера, — ворчал Алекс сам на себя, сидя за рулём. — Надо выкинуть из головы этого Криса. Надо». Это, конечно, были хорошие и умные мысли… Вот только он всё равно ехал на Платановую аллею, сам не зная, что скажет, когда снова увидит своего снежного принца.       Долго гадать ему не пришлось: Криса на лавочке не было. Алекс побродил по окрестным улицам, смутно надеясь, что тот просто сменил место, потом зашёл в кафе. Улыбчивый официант рассказал, что омеги с вязанием сегодня — впервые за две недели — нет. Он, оказывается, стал уже для всех привычной деталью пейзажа, и ребята в кафе, как и сам Алекс, гадали, куда он делся. Алекс догадывался, что он спугнул Криса своими вчерашними выходками; или, может, тот одумался и решил поберечь здоровье: было даже холоднее, чем в предыдущие дни.       Алекс нашёл в телефоне номер Рика, рыжего омеги, друга (или любовника?) Криса, и сохранил. Эти цифры казались ему тонкой, но всё-таки существующей ниточкой к пропавшему снежному принцу.       На следующий день Алекс снова сделал крюк по дороге в сервис — и снова напрасно. Криса не было, хотя погода наладилась и солнце грело вовсю. Пришлось ещё раз зайти в кафе и выпить кофе; хорошо хоть, его там и в самом деле варили вполне сносно.       Именно так — вполне сносный кофе — Алекс сам себе и объяснял, почему приехал на Платановую аллею и в третий день, и в четвёртый. Крис не появлялся. Рик, чей номер Алекс от отчаянья набрал, не отвечал.       На пятый день ожидания Алекс словно очнулся. Он как раз допивал свой кофе, когда официант, полненький улыбчивый омега, без спросу подсел к нему за столик.       — Это та-ак романтично, — официант смотрел на Алекса, и в его карих глазах плясали смешинки. — Может быть, я однажды напишу про вас книгу: загадочный прекрасный омега и тоскующий по нему альфа. Вы тёмный и горячий, как кофе, он бледный и холодный, как мороженое — получается гляссе. Отличное название для романа будет, как думаете?       Алекс уставился на разговорчивого «будущего писателя» и внезапно понял, что в самом деле ведёт себя словно какой-то неумеренно романтичный мальчишка. Чем страдать, глядя на опустевшую лавочку, и видеть каждую ночь волнующие сны — лучше уж начать хоть что-то делать.       — Знаешь, в твоём романе должен быть хэппи-энд, — усмехнулся Алекс официанту. — И я, пожалуй, начну над этим работать.       Один приятель Алекса как-то решил, что жених ему изменяет, и нанял частного детектива последить за омегой. Через неделю детектив предоставил полный отчёт не только о любовных похождениях жениха, но и — неприятный сюрприз — доказательства мошенничества того со счетами фирмы своего любовника. Конечно, у Алекса была другая проблема, но тот детектив явно был профессионалом. Он, пожалуй, узнает о снежном принце всё. Приятель без вопросов скинул ему номер детектива, и через пять минут Алекс уже договорился с мистером Риверсом о встрече.       Офис детектива Риверса — если так можно было назвать небольшой захламлённый кабинетик в бизнес-центре — располагался недалеко от сервиса самого Алекса. Сам хозяин кабинета удостоил Алекса беглым взглядом, кивнул на кресло и снова уткнулся в монитор.       Алекс уселся в предложенное кресло и уставился на детектива. Сперва он решил, что Риверс — широкоплечий, с трёхдневной щетиной на суровом лице и с коротким ёжиком русых волос — его собрат-альфа, и инстинктивно насторожился. Но альфьего запаха не было, только слегка пахло коньяком — видимо, детектив не придерживался правила о трезвости на рабочем месте.       — Прошу прощения, — Риверс оторвался наконец от монитора и поднялся из-за стола, протягивая Алексу руку. — Досматривал записи с камеры наблюдения. Луис Риверс, частный детектив, — и добавил, усмехнувшись: — Бета.       Рукопожатие у Риверса, как и весь его вид, были вполне себе альфьими; видимо, он был из тех бет, что ни в чём не уступают более крепким и сильным от природы альфам, навёрстывая не данное от рождения тренировками в спортзале.       — Алекс Болдуин, — представился альфа в ответ. — Мне вас порекомендовал мой приятель, Роджер Кейн. Вы нашли доказательства неверности его омеги.       Детектив кивнул, но никак не прокомментировал чужое дело, и это тоже понравилось Алексу.       — У меня дело несколько другого характера, — признался он. Сейчас казалось, что он занимается ерундой, но вставать и уходить было поздно. — Мне нужно найти одного омегу. Я знаю только имя, телефон его приятеля и примерное место жительства.       Детектив усмехнулся.       — Давно у меня такой халявы не было, — признался он. — Телефон приятеля — это уже полдела.       — Этот омега, Крис, он беременный. Я хочу знать…       Пока Алекс задумался, пытаясь сформулировать, что именно он хочет от детектива, тот заметно помрачнел.       — Ребёнок от вас? — уточнил Риверс, больше не улыбаясь.       — Нет, — Алекс удивился такому предположению… и на секунду захотелось, чтобы так оно и было бы. — Я знаком с ним меньше недели. Ну как знаком: он продавал вязаные шарфы, а я заметил…       — И пришли ко мне узнавать про чужого беременного омегу, — нахмурился Риверс.       — Я не думаю, что у него есть альфа, — признался Алекс. — И вообще, он… ну, странный. Не от мира сего. Я правда хочу ему помочь.       — Выясняя за его спиной то, что он вам не пожелал рассказать? — едко отозвался Риверс.       — Вы детектив или проповедник? — разозлился Алекс. — Да, я хочу понять, нужна ли Крису помощь, где его урод-альфа и почему беременный мальчишка продаёт в мороз всякое барахло. И кто ему этот рыжий Рик.       — Спокойно, мистер Болдуин, — детектив примирительно поднял руки, но сарказма в его голосе не убавилось. — Вы альтруист и спаситель несчастных омег, я понял. А сам несчастный омега просто не оценил вашей доброты…       — Он пропал, — отрезал Алекс. — Ребята из кафе на Платановой аллее сказали, что он приходил две недели, а теперь пропал.       — Уже интереснее, — проворчал Риверс под нос, но быстро собрался. — Окей, мистер Болдуин, берусь. Рассказывайте всё.       Алекс, уезжая от Риверса, не мог избавиться от мысли, что детектив был в чём-то прав: лезть в дела снежного принца, в его тайны и загадки вот так, напролом, было не совсем порядочно, наверное. С другой стороны, Алекса уже несколько дней — да с первого знакомства, если уж начистоту — не покидало чувство, что с Крисом что-то не так.       А ещё у него были сны. Разные, странные, причудливые сны о Крисе. Иногда — откровенно эротичные, иногда — неясные, полусказочные грёзы. И тут, подозревал Алекс, уже никакой детектив ему не поможет.