Ник Ричардс и Тени Прошлого

Остаток рождественских каникул прошёл для Ника в тишине и спокойствии. Родители Ника ещё не раз заговаривали о его руке, но все разговоры носили теперь исключительно познавательный характер. Кристофер и Елена тоже захотели подключиться к поиску средства, способного обратить проклятие назад, и Ник охотно делился с ними своими ощущениями каждый день. Радовало его и то, что теперь ему не нужно было носить плотную перчатку хотя бы дома. Родные не реагировали на руку сына как на заморскую небыль, и не питали отвращения, хотя она и была весьма неприглядной. Почти перед самым отъездом сыновей назад в школу, Елена Гамильтон сшила для Ника новую перчатку, взамен старой. Она была гораздо легче, удобнее и мягче предыдущей, но из плотной ткани, чтобы рука по-прежнему не выполняла функцию ночного фонаря. А задекорирована она была так, будто Ник и впрямь носил перчатку с обрезанными пальцами.  — Вот теперь это рок-н-ролл. — Улыбнулась женщина, сказав фразу нарочито громко, чтобы её услышал Рон, смотрящий телевизор в гостиной.  — Мои любимые цвета. — Улыбнулся Ник, разглядывая чёрно — красную цветовую гамму своего нового доспеха. — Спасибо, мам!  — Не за что. Ты собрал свои вещи?  — Да. Ещё вчера вечером. Жаль только что я не смогу взять с собой сборник с песнями, что вы мне подарили. Плееры там по-прежнему не работают, и мне страшно не хватает музыки.  — Зато у тебя будет больше времени, чтобы заняться уходом за своим мечом. — Улыбнулся отец. — Ты положил с собой набор по уходу?  — Нет, пап. Мой меч у меня едва не отобрали при зачислении. Кое-как удалось его спрятать. Так что я наполировал и наточил его ещё дома.  — Жаль. Очень даже жаль… ну что ж. Потерпи немного, и мы с мамой постараемся придумать для тебя способ послушать твои любимые песни в школе.  — Я буду ждать, учти!  — Я обещаю. — Улыбнулся отец и потрепав сына по голове отправился в гараж. А ещё через день Ник ехал в поезде «Хогвартс — Экспресс» обратно в школу, чувствуя себя здоровым и отдохнувшим. Будто сам он стал большой лампой, в которой теперь было полно света для того чтобы побороть весь мрак, который мог вновь окружить его. В школе вновь было шумно. Все ученики вернулись бодрыми, отдохнувшими и готовыми к занятиям. Тут и там, в разных углах все обсуждали свои праздничные дни и рождественские подарки. Такие разговоры не обошли стороной и Ника. Его сокурсники Гриффиндорцы были рады видеть его в гостиной, и потому сразу же накинулись на него с расспросами о его настроении и самочувствии. Ребята не обошли стороной и новую перчатку Ника, признавшись, что давно испытывают страшное любопытство к тому, что он там скрывает, на что мальчик ответил, что это всего лишь аксессуар, и к его счастью, такой ответ их удовлетворил. На следующий день начались занятия, на которых Ник показал себя как успешный студент. Бойко отвечая на все вопросы преподавателей, и, выполняя домашние задания, он умудрился принести своему факультету 60 баллов к концу недели, за что его лично похвалила староста, а капитан сборной вновь разрешила ему посещать тренировки, которые в скором времени должны были возобновиться. Однако в глубине души Ник понимал, что всё это он делает только для того, чтобы не думать об уходе своей лучшей подруги из школы. Пока в нём были силы и энтузиазм, он всецело направлял его в нужное русло, чтобы к моменту, когда он иссякнет, у мальчика было слишком много важных дел, которые мешали бы ему грустить. Так прошла первая неделя обучения в школе после каникул, и когда выдались первые выходные, у Ника возникла страшная необходимость в том, чтобы отправиться на свежий воздух и полюбоваться природой. Погода стояла отменная. Было не слишком холодно для того, чтобы вдоволь нагуляться, и это означало, что он вполне мог обойти всю территорию замка, но первым делом он решил направиться на опушку запретного леса, чтобы вновь погладить лошадей, на которых они катались с Ифи. Оставалось только надеяться, что они снова будут на прежнем месте. После обеда мальчик вышел из замка, прошёлся через внутренний двор и неторопливо отправился к Запретному лесу, напевая одну из мелодий, которую услышал в музыкальном сборнике, подаренном ему родителями. По пути он встретил несколько своих знакомых из других факультетов, и, обменявшись с ними приветствиями, отправился дальше. Через какое-то время он пришёл к знакомой опушке, но лошадей там не обнаружил. Немного подождав, мальчик решил, что они гуляют где-то в глубине леса, но искать их не решился. В конце концов, он прекрасно помнил кентавров, живущих там, и как недоброжелательно они относятся к тем, кто гуляет по их лесу без спроса. Впрочем, после того, как Ник вернул Санктуму Пиреллу книгу Хирона, он вполне мог рассчитывать на дружбу с его племенем, но рискнуть так и отважился. Но всё в этом мире меняется так же быстро, как ночь сменяет день и наоборот. Уже повернувшись к лесу спиной и собравшись уходить, мальчик услышал позади себя чей-то крик, а вернее даже его обрывок. Быстро обернувшись, Ник стал вглядываться в лесной массив, сперва подумав, что ему всего лишь показалось, но когда звук донёсся до его ушей второй раз, и когда он окончательно убедился в том что это человеческий крик, доносившийся из глубины леса, то, не раздумывая кинулся на поиски источника звука, инстинктивно выхватив палочку из рукава мантии. Пробежав, приблизительно, метров двести, Ник перешёл на шаг, и выставив палочку впереди себя осторожно стал продвигаться дальше, стараясь вслушиваться в каждый шорох. Лес стал чаще, и, из-за этого света здесь было гораздо меньше, чем в начале. Но мальчик всё ещё не решался использовать освещающее заклятие, чтобы не выдать себя и не навлечь на себя предполагаемую опасность. Все внешние звуки стихли, и теперь Ник не слышал ничего, кроме собственных шагов, дыхания и сердцебиения. Вместе с тем пропал и крик, который по расчётам мальчика должен был доноситься приблизительно из той точки, в которой он сейчас находился. К горлу подступил ком, и внутри поселилось неприятное чувство, подсказывавшее ему, что нужно как можно быстрее уходить отсюда, но долг спасателя мешал сделать ему это, и он двигался всё дальше. До тех пор, пока его зрение не стало совсем бесполезным в темноте, и, он не упёрся в большую груду камней. Решив обойти возникшее препятствие, мальчик повернулся к нему спиной и стал уходить по своим же шагам, и тут же едва не упал, подкошенный сильным порывом ветра, дунувшим в спину. Но никакого внезапного ветра в глубине леса не должно было быть. Быстро обернувшись назад, Ник едва не закричал. Прямо на него смотрели два огромных жёлтых глаза. Не разбирая дороги и петляя между деревьев для того чтобы уйти от опасности, он кинулся бежать, однако он не пробежал и десяти метров, как оказался подхвачен невидимой для него силой и взмыл в воздух, глядя как под ним уменьшаются деревья. Уже в воздухе мальчик смог извернуться, чтобы посмотреть, кто его несёт, и к своему ужасу обнаружил, что находится в зубах самого настоящего чёрного дракона, который держал его за мантию. Было ли это преднамеренно, или же дракон думал, что уже проглотил свою жертву, Ник выяснять не хотел, а потому стал срочно придумывать план своего спасения. Вариантов было немного — дождаться пока дракон будет пролетать над крышей замка и спрыгнуть на самую высокую башню, или же дождаться, пока он снова сядет, если он вообще сядет возле школы, однако дракон мог совершить свою ближайшую остановку даже не в Британии, а потому такой вариант быстро себя изжил. Тем временем дракон полетел совсем в другую сторону от замка, и приближался к Чёрному Озеру, и мальчик принялся лихорадочно думать, как ему спасти самого себя, но пока он думал, дракон уже пролетал над водоёмом. Видимых шансов выйти из этой передряги целым Нику не представлялось. Даже если бы он прямо сейчас выскользнул из зубов чудовища, он бы точно разбился об лёд. Помощи было ждать неоткуда. Это был конец. Внезапно, горе — чародей вспомнил, что в его кармане лежит пара петард ручного производства Би Рассел. Это натолкнуло его на единственную позитивную мысль — он сможет привлечь к себе внимание, если взорвёт их прямо сейчас, а значит, его точно найдут после падения, если, конечно, дотошный комендант Альберт Кёльн отправится искать тех, кто устроил этот салют без его официального разрешения. Быстро вытащив петарды из кармана, Ник вставил их дракону между зубов, и поджёг их палочкой, после чего выскользнул из своей мантии и стремительно полетел вниз. Раздался громкий хлопок, а следом за ним и оглушительный рёв дракона. Наверняка он был ранен, но увидеть этого, мальчик не мог, так как его взор был прикован к неминуемо приближающейся ледяной поверхности озера. До падения оставалось всего несколько метров, и Ник зажмурился, зачем-то выставив впереди себя руки и закричав… Внезапно всё стихло и замерло. Мальчик продолжал кричать, но вдруг понял, что больше никуда не падает. Он замолчал и открыл глаза, осознав, что столкновения так и не произошло. Он завис всего в нескольких сантиметрах от водоёма прямо в воздухе, окружённый странным синим свечением, но, не успев подумать о том, что послужило причиной его спасения, упал.  — Ты наделал слишком много шума! Уходим! — Раздался над головой Ника знакомый голос. В ту же секунду его поставили на ноги.  — Би? — Изумлённо спросил мальчик, но спасительница уже повернулась к нему спиной и бежала в сторону моста. Не раздумывая, он кинулся следом за ней и не останавливался, пока не достиг укрытия.  — Ну, ты и даёшь! Смотрю, использовал мой подарок по назначению. Славный вышел салют. Это был дракон? — Спросила девочка испуганным голосом. Впрочем, только он свидетельствовал о том, что перед Ником была его лучшая подруга, а не кто-то другой, так как голова Би была скрыта большим капюшоном её зимней мантии, а лицо ниже глаз — чёрным платком.  — Ага. — Ошеломлённо сказал мальчик, осев на дощатый пол.  — Господи, я же просила тебя ни во что не встревать! Ты как всегда! И куда только смотрел Дин?  — Я не искал неприятностей! Они сами меня нашли! Я просто услышал крик в лесу, и кинулся на помощь, а нашёл дракона…  — Откуда в нашем лесу драконы?  — Сам не знаю. В любом случае я очень рад что ты оказалась рядом и спасла меня.  — Это не я… — Настороженно ответила девочка.  — А кто? — Так же настороженно ответил Ник, вспоминая, что он видел перед падением. Вспомнив синее свечение, он снял перчатку с правой руки и стал рассматривать её. Сейчас она была такой же, как и в обычные дни. Она не излучала странного света и не болела, но мальчик понял, что остался жив только благодаря ей.  — Ник, это какая — то магия. — Тихо произнесла подруга присев на корточки.  — Похоже на то. Об этом нужно рассказать Дину и Коннору.  — А где сам Дин?  — На Рождество он написал мне и сказал, что сейчас сильно занят, и потому не может навестить меня.  — Он у меня получит. Ладно, ты наверняка уже замёрз — сказала девочка, глядя на посиневшие губы своего друга. — Тебе пора в школу. Но никому не болтай о произошедшем.  — А как же ты? — Непонимающе спросил Ник. — Ты разве не идёшь?  — Нет. Я туда не вернусь, но буду рядом с тобой.  — Но почему?!  — Сейчас не самое лучшее время чтобы это обсуждать. Я скоро всё тебе расскажу, поверь мне. А сейчас ступай. Ник кивнул и крепко обнял подругу, после чего нехотя отправился в замок, в котором встретил несколько студентов, обсуждавших салют над озером. В какой-то мере это даже порадовало мальчика. Это означало, что его тело непременно бы нашли. Однако тот факт, что его тело искать никому не придётся — радовал гораздо больше.