Цветок Коры

      Богиня весны шла и оглядывалась назад. Она боялась, что за ней кто-то может следить, а затем доложить правителю подземного царства. Кларисса все решила. Она не останется здесь, поэтому, как только нашла выход из дворца, немедленно рванула на свободу.       Сейчас она бежит по роще, где росли высокие деревья с белыми листочками, которые блестели как серебро. Они закрывали богиню, прятали в листве. Как только Клэри услышала подозрительный звук, то немедленно рванула вперёд, подняв подол платья. Ее сердце отбивало сумасшедший ритм, и создавалось ощущение, что оно выпрыгнет из грудной клетки.       Вдали девушка увидела выход из этого места и ещё быстрее начала бежать, потому что вот он ее шанс. Только девушка хотела подойти к тоннелю, как ей перегородило путь огромное чудовище. Трехглавый пес зло рычал на девушку и был готов разорвать ее на маленькие кусочки. Богиня испуганно начала отходить назад, а чудовище шло на неё. — Цербер, оставь в покое свою новую хозяйку.       Справа раздался чей-то мелодичный женский голос. Девушка в кроваво-алом платье подошла к так называемому Церберу и погладила его, в то время как Клариссу чуть удар не схватил от шока. Девушка совершенно не боялась животное, потому что оно знало ее. У этой богини или нимфы были прекрасные блондинистые волосы, которые еле доходили ей до лопаток, и они не крутились, а были прямыми. Взгляд небесно-голубых глаз был высокомерным и холодным, как лед. Ее кожа не была такой бледной, как у всех, кто жил здесь.       Цербер кинул последний взгляд на Клариссу и пошёл назад в свой угол, а девушка подошла к богине. — И что тут у нас? Юная богиня с Олимпа гуляет одна, без этих дур нимф, которых к тебе представил владыка? Поэтому ты решила убежать отсюда? Девочка, это — глупо и наивно. Тебе об этом не говорили? А еще, что Цербер не выпустит ни одну душу из этого мира без разрешения Себастьяна? — Нет. И не смей говорить со мной в таком тоне. Я богиня. — Кларисса гордо приподняла голову вверх и посмотрела на девушку, которая еле сдерживалась, чтобы не засмеяться. Она удивленно приподняла бровь и посмотрела на Клариссу, как на маленького ребёнка. — Мне зовут Геката, я — богиня магии и колдовства, ведьма. Ты здесь не единственная богиня, дочка Джослин. В этом мире ты всего лишь игрушка хозяина, а я его верная подруга и советник, поэтому твоя отмазка, что ты богиня, не подействует. И я уже представляю выражение Себастьяна, когда он узнает, что ты пыталась бежать. — Я просто не знала, куда иду. Геката рассмеялась, и эта улыбка была детской, невинной. Она отошла от богини весны и подошла к одному из деревьев, листья которых не сверкали, а потемнели. — Не волнуйся, Кларисса. Я не скажу ничего Себастьяну, потому что гнев его на тебя будет страшен. В этом мире есть ещё только две девушки-нимфы — Орфна и Минфа, которые настолько глупы, что мне порой кажется, что милый Цербер умнее их обоих. Раз ты теперь здесь-то, мы можем подружиться, хотя обычно я этого не делаю. Подойди сюда.       Кларисса стояла как вкопанная и слушала слова Гекаты. Ей даже стало как-то жаль ведьму. Столько времени находится одной и не рассчитывать ни на чью поддержку тяжело, хотя она же лучшая подруга владыки подземного царства.        Как только Геката позвала богиню, Кларисса без лишних замешательств подошла к ведьме, как заколдованная. Геката держала в своих руках веточку с почерневшими листиками и смотрела за Клэри. — Аскалаф запустил сад, как же это обидно. — Она на минуту замолчала, а затем посмотрела на богиню. — Ты — богиня весны. Помоги бедняге.       Ведьма протянула богине веточку, а та приняла ее в свои руки. От этих листков исходил какой-то мрачный холод, от которого дрожь проходила по телу.       Кларисса чувствовала, что дерево погибает, и не могла позволить этого. Девушка плавным движением прошлась по листку от острого конца до основания, возвращая жизнь в это необыкновенное растение. Цвет листиков стал меняться с тёмного на белоснежный, и это радовало юную богиню. Ветка дерева стала приподниматься вверх, и оно засеяло от красоты. Геката с интересом наблюдала за Клариссой и отметила сама для себя, что, возможно, она станет новым светом подземного мира. — Что это за растение? Я никогда не видела их на лугах Эллады. Эти деревья так прекрасны. — Это тополь. Местное растение. Пойдём во дворец, а то Себастьяну скоро донесут, что ты исчезла, и это будет крайне плохо, а Минфа возможности такой не упустит.       Ведьма пошла в сторону дворца и наблюдала, как рядом с ней идёт богиня. «Такая юная и не познавшая жизни девушка» — пронеслось в голове у Гекаты.       Кларисса рассматривала сад. Высокие тополи были главными деревьями, которые здесь росли, а в дали она заметила свои любимые нарциссы. — Подожди, Геката, я хочу… — Кларисса!       Девушки повернули головы в сторону и увидели злого Себастьяна, который направлялся к ним, а рядом с ним шла эта нимфа Минфа. Девушка радовалась, потому что смогла рассказать Себастьяну, что Кларисса пыталась бежать. Богиня весны даже шаг боялась сделать. — Ты пыталась бежать из подземного мира? Не успела появиться, так сразу бежать? Может, мне все-таки силой заставить тебя принять пищу и спать, спокойно зная, что ты не сбежишь? Как тебе идея, богиня? — Владыка, мы всего лишь с вашей будущей супругой гуляли по саду и даже обнаружили одно погибающее дерево, но Кларисса вернула его к жизни. Не знаю, что причудилось Минфе, но она была со мной. — Геката кинула на Минфу высокомерный взгляд, а та залилась краской от злости. Себастьян посмотрел на девушек, сначала на Гекату, потом на Минфу, а затем остановил свой взгляд на Клариссе. Юная богиня просто стояла и не ввязывалась в разговор, удивленная тем, что ее защищает ведьма. — Раз так, Геката, то я прошу тебя присмотреть за Клариссой, потому что кое-кто не может справиться со своей обязанностью. — Взгляд черных глаз переместился на нимфу, которая все еще злилась на Гекату. Ведьма опустила голову вниз в знак уважения и согласия, после чего Себастьян ушел, оставив девушек наедине.        Геката подошла к Минфе и зло прошептала нимфе на ухо. Так, чтобы это не расслышала Кларисса. «Похоже, что у них давняя борьба» — пронеслось в голове у Клариссы, но ничего вслух она не озвучила.        Ведьма отвернулась от нимфы и подошла к Клариссе, а на ее лице играла доброжелательная улыбка. Она взяла юную богиню под руку и потянула к полю, на котором растут нарциссы. — Почему Минфа так тебя ненавидит? — Клэри все-таки решила поинтересоваться, чтобы больше узнать об этом мире и его обитателях. Сейчас ей надо понять, кому можно доверять, а кому нет. — Минфа сама по себе не очень приятная особа для разговора. Не удивляйся, что она будет искать способы, как подставить тебя. Минфа очень ранимая натура и крайне эгоистичная. Ты не первая, кого она пытается уничтожить, но я обещаю тебе, что тебя, моя юная Кларисса, она не тронет, иначе я превращу ее в одно из тех растений, которые тебе подчиняются. — Но почему она такая? Я же ей ничего не сделала! — Кларисса недовольно взмахивает руками и смотрит на свою собеседницу. Компания ведьмы была для неё необычна, но Геката единственная в этом мире, кто готов ей помочь. — Минфа просто ревнует. Она любит, что все внимание направлено на неё, но теперь здесь появилась ты. Скоро ты станешь супругой Себастьяна и моей правительницей. — Но я не хочу этого! Я хочу домой! — Кларисса недовольно ударяет ногой по земле, как маленький ребёнок, а Геката смотрит на девушку с неким сожалением. — Твоя судьба была давно предрешена, поэтому лучше смирись с ней. Если ты будешь все так же показывать свой характер, то Себастьян это терпеть не будет. Ему не важно, что ты хочешь, а что нет. Мой тебе совет, дитя: лучше промолчи иногда, чем потом разгребай множество проблем. В этом и заключается мудрость. Я живу уже не одно тысячелетие и много повидала, многому научилась за свою жизнь, а ты ещё юна, чтобы понять некоторые вещи. — Ты защищаешь меня. Почему? Мы же с тобой толком не знакомы. — Клэри удивленно выгибает бровь и наблюдает за Гекатой. — Потому что я вижу в тебе то, что не видят остальные. И, может, потому что ты сделаешь Себастьяна счастливым. — Она улыбается Клариссе и садится на мягкую траву. Геката ладонью обхватила бутон цветка и смотрела на него, а затем провела второй рукой по белоснежным лепесткам. На ее кисти появились чёрные бабочки. Кларисса подходит к ведьме и садится рядом. Ещё никогда в жизни она не видела бабочек с такой окраской. — Смотри, Кларисса. Видишь, как красиво выглядят бабочки и нарцисс? Это мне напоминает вас. Темнота тянется к свету, а свет — к темноте, и вместе они образуют мир. Понимаешь меня? — Не очень. — Если все рассматривать со стороны, то ты тот свет, которого долгое время не хватало в этом мире, а Себастьян — темнота. Если вы не будете взаимодействовать, то миру придёт конец и начнётся война, в которой погибнет либо свет, либо темнота. Но разве это жизнь, когда твоя опора пропала? Ты нужна ему, как и он тебе. — Я так не считаю. Ты права, что я — свет, а он — темнота. И разве это не наше главное различие? Может, поэтому мы совершенно не подходим друг другу? — Если бы вы не подходили друг другу, то тебя бы здесь не было. И ответь мне на вопрос. – Черная бабочка приземлилась на плечо Гекаты, а ведьма лишь кинула взгляд на насекомое и продолжила. – Разве свет может существовать без тьмы? — Нет. – Кларисса отрицательно помахала головой в ответ на слова ведьмы. — Вот именно. Пойдём во дворец, а то становиться прохладно. Ведьма поднимается с травы и поправляет кроваво-алый подол платья, а затем подает руку Клариссе. Гекате может было на вид только лет двадцать, но по ее словам и мудрости были видны сотни тысяч прожитых лет. Может быть, именно эта ведьма станет опорой в этом мире для богини?

***

      Себастьян сидел на своём троне и крутил прозрачный бокал с вином. Свет от хрустальной люстры был тёплым и не создавал дискомфорт для глаз. Огромная дверь открылась, и в комнату вошла Геката. Она прошла и села в кресло, приняв бокал вина от одной из служанок. — Ты крайне груб с этой девочкой. — Ведьма с упреком посмотрела на владыку подземного мира и сделала глоток вина. Себастьян на ее заявление лишь недовольно фыркнул, за что получил ещё один суровый взгляд. — Она сама нарывается на грубость, Геката. — Сказал Себастьян и зло посмотрел на свою собеседницу. — Если бы Кларисса не была такой упрямой, то я вел бы себя более сдержанней, но нет. Ей спокойно не сидится. — А что ты ожидал от семнадцатилетней девушки, которую похитили и сразу рассказали, что она будущая владычица подземного царства? — Ведьма недовольно взмахнула руками и сделала глоток вина. — Я бы на ее месте так же себя вела. — Меня это разве должно волновать? Это уже проблемы Валентина, что он не смог объяснить своей дочери, какая судьба ей предначертана. Но, нет. Все решили оставить мне. — Ты говоришь о ней, как о самой главной ошибке в жизни. Может тебе просто стоит поговорить с ней? Она вполне хорошая собеседница. — Рука Гекаты тянется к винограду, который лежал на подносе недалеко от богини. Она закидывает фрукт в рот и тяжело вздыхает. Между ними повисла недолгая тишина, которую прервала Геката, продолжив мысль. — Пойми, Себастьян. Для неё все это непонятно и ново. Ей нужно время, чтобы свыкнуться со своим положением и будет лучше, если ты пойдешь к ней навстречу. — С ней крайне тяжело вести разговор, потому что она избалованная богиня и совершенно неугомонная. — Может, потому что ты отдаешь приказы, а не ведешь беседу? — Ведьма выгибает бровь и с улыбкой смотрит на владыку царства мертвых. Она опять тянется к подносу, только на этот раз забирает целую горсть. — Я знаю тебя уже не одно столетие и могу без затруднений сказать, что она растопила твоё холодное сердце. — Не правда. — Смех Себастьяна разнесся по комнате, словно эхо. Он сделал глоток вина и покрутил бокал в руках, наблюдая, как следы от кроваво-алой жидкости остаются на стенках бокала. — Она меня выводит из себя. Я останусь при своём мнении, а ты можешь думать, что хочешь. — Проще будет уже обратиться к Мойрам и все узнать, или Фемиде, которая точно скажет, будет ли ваш брак счастливым, полюбит ли она тебя и смогу ли я стать тетушкой? — Делай, что хочешь, но я все равно буду делать то, что считаю нужным. Ты лучше разговаривай с Клариссой на эту тему. — Себастьян перевёл взгляд чёрных, как оникс, глаз на ведьму и улыбнулся ей. Его голос не был в эту минуту суровым, скорее… дружелюбным. — Вы же, богини, только и любите всякие сплетни, обсуждения будущего, и кто с кем спит. Это точно заинтересует ее. — Хоть ты и владыка подземного мира, но это не отменяет того, что ты глуп в отношениях. — Геката поставила пустой бокал на столик и грустно улыбнулась. — Если она тебе дорога, то береги ее, потому что ее у тебя отнимут. Ее мать, отец, этот бог хитрости — Джейс, или эта дура Минфа. Береги ее. — Спасибо, Геката, за твою мудрость, но я сам решу, что с ней делать. — Себастьян поднялся со своего золотого трона и подошёл к цветному витражу. Из окна представлялся превосходный вид на сад, реку Стикс. В его памяти остался вид перепуганной девчонки, которую защищала Геката. Себастьян повернулся к ведьме и улыбнулся. Столько лет Геката была рядом, помогала и давала нужные советы. — И знаешь, мне порой кажется, что ты могла бы сразить Терезу — богиню мудрости и правды.       Геката улыбается в ответ Себастьяну, а затем поднимается и выходит из тронного зала. Она никогда не сомневалась в своей нужде и правоте слов. За столетия она смогла доказать свою верность, и теперь ее главная задача — позаботится о том, чтобы юная богиня смогла стать частью этого мира. Рано или поздно Кларисса все равно бы появилась здесь и заняла трон, который ей даровали с рождения. И теперь ведьма сделает все, чтобы этот брак был счастливым, а их царствование долгим.