Сквозь огонь

Я понимала, что в запасе оставалось крайне мало времени. Путь до железных холмов был долог и занял бы месяцы, у нас же в распоряжении было лишь несколько дней. Даже при всем моем желании я четко осознавала – предложение вновь собрать большую армию из всех народов, уже противоборствовавших когда-то Саурону, было глупым и мало имеющим шанс на осуществление. Едва ли мы успеем попросить подмоги у Лориена и Мирквуда, да и опять же – Трандуил может вновь заупрямиться и отказаться идти на жертвы. Его нрав я знала очень хорошо, поэтому просить помощи у лесных эльфов следовало лишь в самую последнюю очередь. Но в одном я была уверена точно – сила, скрывавшаяся в кулоне, помогла бы мне предотвратить подрыв стены и сдержать укрепление, сэкономив много времени у воинов Теодена. Но, раз в теперь огонь Ородруина и его магия были мне неподвластны, а Гендальф упрямился и не шел мне на встречу, надеяться на это было нечего. С такими мыслями в голове я скоротала ночь, прослонявшись без сна до самого рассвета. В комнату я даже не возвращалась, бесцельно бродя по дому королей Рохана, исследуя его коридоры и закоулки, полутемные из-за слабого мерцания огней в факелах. Дом был деревянным, добротным, внушающим ощущение тепла и защиты. Замком его назвать было сложно, но благодаря вышитым гобеленам, что висели повсюду, а так же искусной резьбе по дереву, которую то тут, то там можно было увидеть на колоннах и ставнях, в жилище короля Теодена создавалась особенная атмосфера, которую я ни разу еще не встречала в Средиземье. В доме Теодена повсюду пахло смолой и травами, словно в старых деревенских избах родом оттуда, откуда брала свои истоки моя прежняя жизнь. Спустившись вниз по грубоватой дубовой лестнице, я попала в темную полуподвальную комнату с толстыми колоннами. Стены в ней были увешаны вышитыми коврами и гобеленами. Мотивы битв и сражений – лошади, воины с щитами и в шлемах, скрещенные мечи – были темой каждого полотна, что я нашла в зале. Темные краски и занятная манера исполнения заставили меня обойти все помещение и тщательно разглядеть каждый гобелен, рассмотреть узор на каждом ковре. Люди и лошади в тот момент словно оживали, разыгрывая для меня сценки, изображенные на тканях. Не пропустив ни одну работу, я уже было собиралась покидать зал, но вдруг мое внимание занял один гобелен, висевший высоко над дверью – оттого я заметила его не сразу. Привлек он меня тем, что большая его площадь была расшита черной шелковой нитью – словно облако или ночной небосвод теснили собой маленькую, едва заметную фигурку, будто-бы спрятавшуюся от огромной тучи в лучах серебряного света, казалось, тщетно пытавшихся поглотить это беспросветное черное облако. На минуту я застыла – вновь мелькнуло воспоминание. На этот раз оно было ярким и живым, словно все происходило по-настоящему. Как и тогда, когда это действительно случилось со мной, я тут же ощутила на себе мощь темного властелина, обрушившуюся на меня и желавшую меня уничтожить. Все случилось быстро, буквально в пару секунд. Однако, осадок от тех эмоций засел в памяти накрепко, и долго еще не спешил покидать меня. Скованная почти забытым страхом, я стояла у порога, будто прикованная к полу, и вряд ли бы нашла в себе силы очнуться и покинуть комнату, если бы в этот же момент не появился Гендальф. Белая фигура мага, вдруг неожиданно возникнув, заставила меня вынырнуть из наваждения. - Твое предложение снова собрать все армии было бы хорошим, если бы гномьи королевства не были так далеки от нас. Нам нельзя терять время, - сказал он вместо приветствия, долго, внимательно посмотрев на меня. Его низкий голос напрочь прогнал старый, почти забытый морок. - Но я не могу стоять в стороне. Я должна хоть чем-то помочь им, - поджав губы, я вгляделась в лицо Гендальфа. Вновь он выглядел хмурым и озабоченным - было видно, что мысли о предстоящей битве не покидают и его разум. - Ты помогаешь им уже тем, что находишься с ними рядом. - Этого мало. Я беспомощна без силы огня Ородруина, и ты знаешь это, - попробовала вновь затронуть тему кулона я, надеясь уговорить мага на принятие нужного мне решения. Едва ли услышав меня, он нахмурился. - Это моя забота – следить за тем, чтобы в Средиземье не был нарушен баланс сил. Так что позволь мне ее выполнять, - строгим голосом сказал он, уже собираясь уходить. - Если бы я мешала бы тебе, мне не дали бы второй шанс. Средиземье в опасности, ты это прекрасно знаешь. И без дополнительной силы нам не справиться, - возразила я, вовсе не собираясь упускать свой шанс. Гендальф, хоть и говорил, что теперь эта сила может мне навредить, прекрасно знал, что у нас ничтожно мало ресурсов против Саурона. Он не был ни в чем уверен наверняка, я знала это. И потому я не хотела отступать, пытаясь склонить его к выгодному для нас всех решению. К тому же, я точно была уверенна– Гендальф об этом догадывался. Маг обернулся вполоборота, покосившись на меня. Его светлый силуэт выделялся белым пятном на фоне темного дверного проема. Теплый свет от факелов на лице мага подчеркивал его морщинистое лицо, бельмом лежал блик на его крупном, мясистом носу. Широкие брови мага были насуплены, а светлые, серые глаза Гендальфа смотрели на меня с укором. - Я не могу противостоять твоему решению. Это твой выбор. Со своей стороны я тебя предупреждал, - отрывисто, почти шепотом сказал он. Я прямо, открыто посмотрела на него, давая понять, что не колеблюсь в принятом мною решении, и кивнула. Гендальф, тяжело вздохнув, подошел ко мне. - На рассвете я отправлюсь за Эомером и его армией. Когда Теоден пошлет людей в Хельмову падь, иди вместе с ними. Только так мы сможем выдержать напор Сарумана. Гендальф, напоследок взглянув на меня, словно желая удостовериться в том, точно ли я готова, протянул ко мне руку, вытянув в мою сторону указательный палец - кольцо на нем сияло всполохами света всех оттенков красного. Казалось, теперь они мерцали ярче, чем в прошлый раз - словно сила Наруэ тоже знала, что вот-вот вновь соединится со своим хранителем. Маг закрыл глаза. Я, не столько потому, что так было надо, а скорее уповая на возвращение уже почти забытой силы, последовала его примеру. В темноте, открывшейся мне, все казалось проще и понятнее. - Три кольца – для эльфийских владык создадут, Семь – правителям гномов в горах отдадут, Девять – людским королям суждены, Все кольца для них в огне рождены Одно – соберет их и вместе сплочит, И Саурон их во тьму заключит, И воля его в кандалы их скует, И каждый там рабство навечно найдет Есть сила одна, что во тьме рождена, В ней нами надежда на свет создана, Ей воля найти храбреца отдана, Судьба быть героем ему суждена Лишь он проведет нас и вместе сплочит, И мир в наших землях лишь он заключит, И зло, и добро в своем сердце скует, И силу бороться со тьмой он найдет*, - медленно, словно мантру, вполголоса твердил Гендальф. Я не спешила открывать глаза, ощущая вокруг лишь темноту и вибрацию его голоса. Но вот, где-то глубоко внутри проснулся маленький огонек – он был рожден той самой искоркой, что недавно давала о себе знать, побеспокоив меня. Поначалу едва мерцая, он стал стремительно набирать силу и вот уже горел во всю мощь. Теперь это был яркий, переливающийся пляшущими языками пламени огонь. Он грел мою душу и придавал надежности и уверенности, которые давно уже не посещали меня. Во всем теле я почувствовала невероятный подъем физической силы, какого давно уже не ощущала, памятуя о своей старости. Мне казалось, что теперь я способна на многие вещи, которые людям моего возраста были неподвластны – мне захотелось вдруг бегать, танцевать, любить! Переполненная эмоциями, я была готова прыгать едва ли не до самого потолка от вдруг нахлынувшего на меня с головой счастья. Открыв глаза, я, наполненная энергией, которая теперь была со мной единым целым, воодушевленная тем, что все прошло удачно, посмотрела на мага. Гендальф лишь сердито и разочарованно глядел на меня, и вряд ли по нему можно было сказать, что он разделяет мои чувства. - Сила Наруэ вернулась к тебе. Теперь она – часть тебя. Но если твое тело не выдержит ее… - Я прекрасно себя чувствую. Никогда еще я не ощущала себя настолько молодой, Гендальф! – прервала его я. И тут же удивилась – свой голос я совершенно не узнала, так как раньше в нем явно были слышны старческие нотки. Теперь же я разговаривала звонким голоском молодой девицы, чего со мной уже очень давно не случалось. Гендальф лишь хмыкнул, насупив брови. - Это и неудивительно. К тебе вернулась сила Наруэ. А значит, теперь твое тело стало таким, каким было до того, когда ты нас покинула, - совершенно, казалось, не удивляясь, сказал он. Я же была более чем воодушевлена таким вердиктом. - Где-нибудь в этом доме есть зеркало? – предвкушая изменения и уже желая поскорее самой увидеть их собственными глазами, нетерпеливо спросила я. Маг поджал губы, все еще недовольный моим легкомыслием.