Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 242 Не дожидаясь, пока Наги поджарит колбаски, голодный Шульдих начал завтрак с булочки и стакана бананового сока. Как трудно не ухмыляться: утро такое *прекрасное*, он будто под кайфом. Гадателю так страшно и больно, что даже тренировки и особая структура мозга пророка не мешают Шульдиху его слышать. По сравнению с другими ранениями, боль от ожогов – самая сильная. Даже запах жареной пищи вызывает тошноту у бедного замученного мальчика. Наверное, ещё и потому, что от него *самого* пахнет жареным. Гадатель думает, сколько продлится завтрак и что с ним сделают потом; предвидение показывает ему всякие ужасы, и тошнота никак не проходит. А ещё здорово, что Том спрашивал о здоровье Шульдиха. Если б это была Эвелин, можно было бы подозревать скрытые мотивы; но Том, похоже, человек прямой. Если б у Шульдиха было сердце, он бы сейчас растрогался. Забавно: Наги испытывает неловкость и не смотрит в глаза Ае и Фарфарелло. Как мило со стороны мальчишки мучить себя. Интересно, что с Аей? Бывший Вайсс не одобряет причин, по которым Шварц пытают Гадателя, но, похоже, Ая страдает сильнее обычного. Откуда эта боль? Котёнок даже бледнее, чем обычно. Конечно, пахнет неприятно, но раньше Ая не был таким хрупким цветочком. Шульдих решил проверить телепатически. Ая сердито посмотрел на него, явно заметив вторжение, но не смог помешать. Доев булочку, Шульдих встал и сказал: - Мне нужно поговорить с Аей наедине. Он кое-что забыл. - Он купил всё, что было в списке, - с подозрением ответил Фарфарелло. – Даже зелёный чай для себя и мальчика. - И я ему благодарен, - сказал Наги. - Не сомневаюсь. Ая любит тебя инцестуальной любовью доброго старшего брата, - промурлыкал Шульдих и усмехнулся в ответ на сердитый взгляд Наги. Припомнить мальчишке эротические сны можно позже. А пока пусть ждёт и нервничает. - Хватит дразнить Наги, Шульдих, - сказал Ая. – Фарфарелло, тебе я тоже купил чай. - Конечно, Розочка. Фарфи, у нас разговор о другом. Это важно. Брэд оторвался от местной газеты, купленной Аей, потом снова уткнулся в неё и сказал: - Ступайте, Шу. – Конечно, потому ему потребуется отчёт. Шульдих решит, что сказать, а что скрыть. - Хорошо. Идём, Ая. Недовольный Ая встал и пошёл за ним в спальню. Шульдих закрыл дверь. - Вся эта история с Гадателем не так сильно беспокоила бы тебя, если б ты не ездил верхом на моей телепатии. Ты чувствуешь его боль и эмоции. Ая, как всегда, непроницаем. - Я делаю это бессознательно. - Но делаешь. А я хочу, чтобы ты закрылся полностью и не тянул из Фарфарелло в его нынешнем состоянии. Тебе нужно научиться. - Не знаю, смогу ли я. - Попробуй. Я горжусь тем, что ты сообразил, как сдерживаться или переключаться на кого-то другого. Ая хмыкнул, но не сумел скрыть удовольствие от похвалы. Как мило. - Поскольку ты до смешного боишься замкнутых пространств, не буду предлагать тебе вообразить стену. - Ничего смешного в этом нет. - Представь себе вентиль, который перекрывает поток. Наверное, тебе лучше сесть, чтобы полностью сосредоточиться. - Я знаю, как переключаться на Фарфарелло, и я знаю, что в данный момент он не пользуется телепатией – я буду в безопасности. Во время пыток телепатия отвлекает Фарфарелло, поэтому он полностью закрепляется в теле. - Я знаю, что ты знаешь, и знаю, что тебе так легче. Это неважно. Его дар нестабилен и зависит от множества факторов, которые ты не можешь контролировать. Ты в самом деле хочешь зависеть от нас? Слова явно достигли цели – не зря Шульдих сформулировал мысль так, чтобы привлечь внимание одержимого контролем Аи. - Хорошо, - сказал Ая. – Я тоже думал, что мне нужны тренировки, только не с тобой. Шульдих и сам не хочет тренировать Аю, но услышать такое неприятно. - Мои тренировки хороши. - Когда ты до них снисходишь. К тому же я тебе не доверяю. Это всё равно, что открыть тебе заднюю дверь в моей крепости. - От таких слов у меня в голове звучит порномузыка. Ая, конечно, прав - но Шульдих всё равно обиделся. - Ты отвратителен, - сказал Ая. - А ты никак не заблокируешь отвратительного меня – ты ведь всё ещё чувствуешь отзвуки эмоций Гадателя. Ая вздрогнул и закрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться. Шульдих усмехнулся. - Думаю, "ездить верхом" - хорошее название для того, что ты делаешь: такой очаровательный образ. - Тебе жить надоело? - Вряд ли ты способен меня убить. Я всегда слышу, когда ты достаёшь свой большой меч. О, я сегодня зажигаю. - Это можно устроить. - Ты такой милый, Розочка. - Неправда. - Представь себе вентиль, иначе ты будешь страдать от тошноты несколько часов. И почувствуешь себя *очень* паршиво, когда мы наконец его убьём. - ...Я стараюсь. Пока Ая старался, Шульдих размышлял, почему Ая сегодня ездил на нём верхом – в последнее время котёнок инстинктивно настраивается на Фарфарелло. Слабая и малодейственная телепатия лучше подходит неофиту вроде Аи, который почти два десятилетия считал себя заурядным. Может быть, Ая *старался* прочесть чьи-то мысли и настроился на Шульдиха, поскольку Фарфарелло отключился? Наверняка Ая хотел *использовать* телепатию, она ведь ещё не стала для него естественной и необходимой. Но почему Ая хотел прочесть чьи-то мысли, а главное - *чьи*? Как только Ая представил себе достаточно мощный вентиль для блокировки и гримаса сошла с его лица, Шульдих спросил: - Так в чьей голове ты сегодня пытался покопаться? Аю подавился воздухом и чуть не потерял вентиль - но, к его чести, удержал блок. - Понятия не имею, о чём ты. - Кого ты встретил сегодня в магазине? Я знаю, что ты старался прочесть не нас. - Никого. – Проклятье, Аины щиты стоят крепко. Можно пробиться телепатически или разговорить Аю, чтобы тот выдал себя. Шульдих выбрал разговор. - Ты уехал отсюда верхом на телепатии Фарфарелло, а вернулся на моей, потому что Фарфи отсоединился, работая над Гадателем, а тебе для чего-то потребовалась телепатия. Это был какой-нибудь красавчик? - Нет! – с отвращением сказал Ая. Какой же он упёртый. - Это был Франц Байер? – наугад спросил Шульдих. Это вызвало у Аи короткую, но яркую вспышку эмоций. - Это был не он, - прошептал Ая. - Не ври. Я же знаю. Понятно, почему ты не рассказал во всеуслышание. Вряд ли он наткнулся на тебя случайно – он живёт и работает далеко от этого района. Проклятье. Он погибнет, если будет делать глупости из-за меня. Брэд убьёт его за то, что он нас преследует. Оставив уловки, Ая сказал: - Господин Байер одержим наивными идеями о твоём благополучии, - и у него хватило наглости посмотреть на Шульдиха с гневом. - Он знает меня лучше, чем ты думаешь. Он близко знаком с Эсцет. Организация широко раскинула щупальца, особенной в этой части Германии. Они часто работали с агентством Франца и тренировали его сотрудников, чтобы те были не слишком уязвимы для групп, которым подыскивали жильё. - У него щиты, и он понял, что я пытался прочесть его мысли. - Хорошо. Эта встреча заставит его задуматься о прочности своих щитов. Ая набычился. - *Ты* собираешься сделать с ним что-то ужасное? Он всего лишь хотел убедиться, что ты в Шварц по собственной воле. - Не удивляюсь его недоверию. Я приходил к нему пару раз, когда сбегал из команды, но никогда не говорил ему, что это окончательное решение. – Заметив Аино удивление, Шульдих продолжил: - Да, иногда я был по уши сыт унижением, срывался с поводков Эсцет и Брэда и убегал. Эсцет всегда возвращали меня силой и жестоко наказывали. Шварц не были монолитной группой злодеев-единомышленников. Хотя Шульдих никогда не оставался с Францем надолго – ради безопасности Франца и собственной. Ему не хватало близких людей, но он знал, что Эсцет легко уничтожат Франца, если найдут Шульдиха у него. - Он предлагал спасти тебя. И меня, если я захочу. - И что ты ответил? - Что не надо. Думаешь, у него хватит друзей и влияния для настоящего спасения? - Чёрт, нет. Он просто славный парень. Его прикончат. Я этого не хочу. - Неужели он был таким классным... секс-партнёром? - И ты ещё называешь *меня* грубым. Он был хорошим любовником, но главное - хорошим человеком и безопасной гаванью, где можно ненадолго укрыться. – Франц был одним из немногих, ценивших Шульдиха не за то, что могут от него получить. Франц был добр к Шульдиху, поэтому Шульдих будет добр ко Францу и отпустит его. Пусть живёт, женится на деньгах, заведёт маленьких Байеров, хотя трудно понять, чем так хороши дети – вечно вопящие, нетерпеливые бездонные бочки разных потребностей. Умные телепаты держатся от них подальше. Ребёнка нельзя урезонить, с ним нельзя поговорить. С Истиной получилось удачно: Шульдих пропустил её младенчество и большую часть хлопотливых лет. - У него есть невеста, а он рискует своей жизнью и будущим счастьем ради тебя, - сказал Ая. - Потому что *я* - классный секс-партнёр. Ая фыркнул. - Чокнутый. - И это говорит парень, связавшийся с Фарфарелло. Ая промолчал, но выражение его лица убийственное. - Поскольку вокруг затаились недобитые Эсцет и Брэд уже подозревает Франца, вряд ли мы надолго задержимся в Мюнхене. Это поможет вычеркнуть Франца из уравнения. - Надеюсь. Не думаю, что он заслуживает страданий. - Согласен. Ты стал лучше себя контролировать и, похоже, тебе уже легче. Давай вернёмся, пока Фарфи не начал строить догадки о том, чем мы тут занимаемся. - Наверняка уже начал, не будем усугублять. Ладно, но мне всё равно нужно тренироваться. С кем-нибудь. – Ая непреклонен, хоть и не в восторге от идеи. Неприятно признавать, но Ая прав. Это нужно сделать, ради *всеобщей* пользы - даже если Шульдих не хочет тренировать Аю, а тот не хочет с ним тренироваться. Для Брэда умеющий пользоваться телепатией Ая – более ценный член команды, и это правильно. Но требование Аи означает больше. Способность ездить верхом на чужом даре делает его таким же, как остальные Шварц - ещё одним цирковым уродцем, а ещё позволяет ему время от времени притворяться обычным человеком. Ая пытался прочесть чьи-то мысли и чувствует необходимость *тренировать* свой дар – он один из них, а не просто заурядный человек, попавший в семью благодаря браку. От этой мысли Шульдиху стало тепло и уютно. - Один из нас. Один из нас. - Твои слова бессмысленны, - сказал Ая. - Ты просто не постигаешь смысла. Мы что-нибудь придумаем насчёт тренировок. Пошли, Розочка. - ...Ладно. ****************************************************** При появлении Шульдиха и Аи Кроуфорд оторвался от газеты, и Фарфарелло озвучил его мысли: - Что у вас за дела? - Ничего такого, - ответил Шульдих, когда они с Аей сели. – Девичьи разговоры. – И рассмеялся, увидев сердитый взгляд Аи. Фарфарелло хмыкнул и уткнулся в Аину шею, словно мог унюхать следы приставания. Кто знает - вероятно, мог. Ответом на подозрительное обнюхивание стало раздражение, а не беспокойство и не вина. Шульдих предпочитает наслаждаться сексуальными завоеваниями, а ещё может схватить и убежать. Однако Ая выглядит лучше, чем до разговора с Шу – вряд ли он подвергся нападению. Шульдих принялся за сосиску, и Кроуфорд спросил: ~Шу, *что* у вас за дела?~ ~Я помогал нашему упёртому котёнку. Он хочет начать тренировки своего дара, но не знал, как ко мне подступиться. В редком приступе великодушия я решил облегчить ему задачу~. Кроуфорд почувствовал: Шульдих что-то скрывает, - но решил довериться телепату и не настаивать. Если это важно или станет важным потом, Шульдих сам расскажет. ~Управляемый дар Аи здорово поможет команде~. ~Он хотя бы сумеет мысленно говорить с нами. Он и сам научился сосредотачиваться, но до совершенства ещё далеко~. ~Его желание исследовать свой дар привяжет его к нам ещё крепче~. Должно быть, Фарфарелло не унюхал никаких следов преступления – с довольным видом он опустил голову на Аино плечо и время от времени поглаживает Аю по спине. Ая не возражает, и даже иногда улыбается. Наги, сидящий по другую руку от Аи, только закатывает глаза. Просто удивительно, что гроза не грянула - учитывая, каким неустойчивым и ревнивым бывает Фарфарелло и какой разрушительной силой владеет Наги. Им как-то удаётся оставаться здравомыслящими и зрелыми людьми, несмотря на сопернический интерес к Ае. Было бы проще и безопаснее, если б Наги не питал таких чувств, но мальчик - всего лишь *подросток*, а в присутствии Шульдиха остаться асексуальным невозможно. Проклятье, Фарфарелло превратился в сексуального хищника, когда Аю взяли в команду; а раз все сосредоточены на сексе, это неизбежно повлияло и на Наги, как ни неприятно это сознавать. Если бы Фарфарелло не сделал Аю своим, влюблённость Наги пришлась бы даже к месту. Она бы удержала Наги от связей вне команды, приведших к конфликту интересов; Ая привязан к мальчику и оказывает тому знаки внимания, а Наги, похоже, помогает Ае достичь стабильности. Наги нуждается в любящей семье, а Ая наслаждается ролью старшего брата. Кроуфорд улыбнулся, представив себе, как Фарфарелло и Ая отреагируют на приказ поселить Наги в их квартире - но решение вызовет столько проблем, что лучше не думать об этом. ~Ая хочет тренировал *с кем угодно*, только не со мной~. ~Он видел, как ты "учил" Фарфарелло~. ~Я дал Фарфарелло очень полезные советы!~ ~Ты швырнул Фарфарелло в глубокий бассейн и назвал идиотом за то, что он не сумел выплыть~. ~Он многому научился. Ещё я показал ему, как закрепляться в теле, это значительно изменило его жизнь и способности. Так что хватит жаловаться~. Хотелось бы большего, но нельзя не признать, что усилия Шульдиха принесли плоды. ~Я слишком к тебе придираюсь~. ~Да~. ~Думаю, лучше уехать из Мюнхена завтра. Сегодня закончим с Гадателем, закажем билеты, а завтра уедем~. Остатки Эсцет подождут. Шварц вернутся отдохнувшие, с новой информацией и уничтожат их позже. Команда заслужила отпуск. Гадатель выложил все мелочи, которые Туча не смогла из него вытащить, но этого недостаточно для искупления его вины и спасения жизни. Понадобится много усилий для полной расплаты с Гадателем, но терять на это время не хочется. Они сделали достаточно. Шульдих хотел возразить – Кроуфорд заметил, – но вместо этого сказал: ~Не могу дождаться~. Кроуфорд догадался, что Шульдих умолчал о Франце Байере – наверное, тот будет недоволен, что они сняли квартиру всего на два дня. Насколько известно Кроуфорду, Байер уже отозвал объявление о сдаче квартиры, и ему придётся снова платить за рекламу. Неважно. Кроуфорд оплатит проживание, комиссионные, и может, добавит ещё немного, если захочет. Надо подбить счета и посмотреть, нельзя ли вернуть часть того, что уже потрачено. Не может же Байер рассчитывать, что они останутся надолго: он сам им сказал, что Эсцет ищут их в Германии. Шульдих мог упомянуть Байера, но не стал. Умно с его стороны. ~Ты ведь хотел солнце, сёрфинг и возможность мазать Аю кремом от загара~. ~Ты помнишь. Значит, я всё это получу?~ ~Возможно~. Такое чувство, что это самая длинная зима в жизни Кроуфорда – поездка в тёплые края кажется очень привлекательной. ~Как ты любишь дразнить~. ~Кто бы говорил~. ~Не спорю. Кстати...~ - Эй, Наги...