Другое заклинание

      Он и предположить не мог, что столько проспал. Прошло почти два года! Интегра… Искала ли она его? Скучала? Идя следом за профессором Лонгботтомом, как теперь называли все Невилла, на следующую ночь, после пробуждения, Гарри был немного ошеломлен свалившейся на него в мимолетной фразе вестью. Он не ожидал услышать о годах своего сна. — Два года? — эхом повторил за другом Поттер и вновь посмотрел в сторону всё ещё дымящегося на далеком юге Лондона.       Вампир планировал проспать пару месяцев от силы, но оказалось, что целых два года прошло впустую. К тому же, он не знал, что случилось с Интегрой. Жива ли она после той кровавой бойни в столице о которой он знал из крови инквизиторов? Если даже Алукард, её верный слуга, умер, то смогла ли уцелеть она сама? Нет, пока Гарри уничтожал отряд Инквизиции, посланный в Хогвартс, он успел выяснить, что в случившемся выигрывал, к удивлению Ватикана, Хеллсинг, но так и не смог узнать, что случилось с его милой леди.       Закрыв глаза, Поттер застыл, прекратив идти вперед. Не понимая причин, Невилл тоже остановился и, оглянувшись на Гарри замер, словно кролик перед змеем. Тьма вокруг Поттера буквально бесновалась, передавая лишь ничтожную часть той бури, что бушевала в вампире. — Что-то случилось?       Невилл справедливо опасался приближаться к Поттеру и дождался, когда полуматериальные тени перестанут плясать вокруг того, чтобы задать свой вопрос, но Гарри всё равно не спешил отвечать. Он был полностью погружен в свой внутренний мир, слушая тихий шепот Гермионы и Рона, которые наперебой успокаивали его и хвастались тем, какие новые муки они придумали для ставших его частью Пожирателей и их предводителя. Друзья убеждали Гарри не рваться вперед, но Поттер и сам прекрасно понимал это. Лондон сейчас был слишком опасен даже для него. Особенно для него. И как бы он не хотел увидеть вновь свою Интегру, этого пока делать не стоило. И это злило. Ему было просто жизненно необходимо многому научиться. Но не здесь… — Всё в порядке, — расплылся наконец в кривой улыбке Гарри, чувствуя поддержку двух лучших друзей, и посмотрел на Лонгботтома: — Просто я тут вдруг осознал, что не смогу принять твое предложение. Я ещё пару дней поживу тут, прежде чем отправиться на континент. Хочу убедиться в том, что вы будете в безопасности к тому моменту, как я решу вернуться обратно. Возвращаться на пепелище… это не самая удачная идея. — А ты уверен в том, что вернешься?       Вместо ответа Поттер лишь прикрыл глаза разведя руками, а потом повернулся в сторону коридорной развилки и ехидно произнес: — Директор МакГонагалл, — на лице вампира появилась предвкушающая улыбка, которая не скрывала острые клыки. — Можете выходить, я вас давно заметил. — Здравствуй, Гарри, — Миневра вышла из-за угла и с опасением посмотрела в алые глаза истинного вампира. — И вам приятного утра, — Поттер по доброму усмехнулся и спросил: — Вы знали, что это были упыри? — Простите? — не поняла директор и Гарри услужливо разъяснил: — В Лондоне. Я потратил всю ночь на сбор информации. Произошла громкая стычка с участием Церкви, Хеллсинга и вампиров Третьего Рейха. Выиграл Хеллсинг… и это хорошо, но проблема в том, что упыри и остатки вампиров разбрелись по всей стране. Через пару дней они дойдут и до нас. Будет весело. — Не скажу, что это действительно так, — нахмурилась Миневра, которая не увидела ничего смешного, и, смерив оценивающим взглядом Гарри, спросила: — Я слышала вас, мистер Поттер, и готова поспорить, что Вы не откажете нам в помощи.       Поттер не смог удержать себя в руках и расхохотался. Именно на такую реакцию он и рассчитывал. Возможность размяться. Вновь. Большую часть своей жизни Гарри сражался. С василиском, драконом, психованными учителями, Волдемортом… Список можно было продолжать ещё долго и теперь, став вампиром, он всё время удерживал себя, не давая волю чувствам, но существовать без битв он не мог. Вся его изменившаяся сущность стремилась к сражениям. Видеть, как противники умирают, чувствовать аромат их крови, убивать врагов, наслаждаясь резней… Страх жертвы делает кровь вкуснее, насыщенней.       Отсмеявшись, Гарри облизнулся давя довольное урчание. Как же он мог отказаться? Приложив руку к груди в которой уже не билось сердце, Поттер наклонил голову, обозначив поклон, и буквально промурлыкал: — Не сомневайтесь, директор.       Когда побледневшая ещё сильнее Миневра сглотнула и, сухо кивнув, приняла помощь немертвого, вампир, подхватив под руку Невилла, быстро скрылся за поворотом. Когда звуки их шагов стихли вдали, МакГонагалл судорожно вздохнула. Гарри Поттер уже не походил на себя прежнего. Это был монстр, который когда-то был Мальчиком-Который-Выжил. Взгляд, поведение, движения… нет, эта тварь определенно больше не была сыном Лили и Джеймса Поттеров.       Нетвердой походкой отправившись в свой кабинет, Миневра встретила по дороге Флитвика, который также возвращался к себе после патрулирования коридоров. Одного взгляда, брошенного на директора хватило Филиусу, чтобы осознать, что МакГонагалл уже встретилась с их бывшим учеником о котором они предпочитали не вспоминать с той самой ночи, когда пал Темный Лорд. — Он? — Да, — кивнула Миневра. — Он обещал нам помочь, но, если быть честной, я не желаю больше видеть его в стенах этой школы. — Но это Гарри, Минни, — вздохнул полугоблин, на что волшебница буквально взвизгнула: — Эта тварь не Гарри! — заставив себя успокоиться, МакГонагалл произнесла чуть тише: — Наш Гарри умер той ночью, когда Того-Кого-Нельзя-Называть убили окончательно. — Возможно, ты и права, — покачал головой Флитвик. — Возможно…