Дорогая Эмэ!

С террасы влетела Джуди и испуганно подскочила на месте, увидев нас.       — Реджина! — ахнула она. — Боже мой, как ты не вовремя, моя дорогая!       — Что это?.. — пролепетала я, ткнув на платье.       — Милая, ты не должна была видеть этого раньше времени! — сетовала Джуди. Так, легенда легендой, а вот это было уже чересчур. Алекс около меня побледнел, как мертвец, я постаралась посильнее наступить ему на ногу, чтобы изобразил признаки жизни.       — Только не говорите, что вы решили оплатить нам… — сглотнула я. Нет. Нет, нет, нет, какая свадьба, боже мой, только не это! Это же катастрофа!       — Иди сюда, Реджина, — удрученно вздохнула Джуди. Она усадила меня на кровать рядом с собой.       — Ты, конечно, станешь отказываться, но для начала выслушай меня, ладно? — попросила она. — Я знаю, что не должна была делать этого за вашей спиной, но… я видела, как ты и Лейтон говорили о свадьбе, как ты была расстроена… Я не могла это так оставить. Вы ведь так хотели пожениться этим летом, и мы с Освальдом подумали… Предложить вам. Только предложить! — вскинула руки вверх она. — Не подумай, что я давлю на тебя с нашими деньгами. Решать только вам, дорогая. Мы хотели бы устроить вам маленькую церемонию. Ты сможешь позвать своих родителей, друзей, а мы организуем всё здесь, за несколько дней. Я перевела дух. Предложить? Значит, у нас есть возможность отказаться?       — Это так… неожиданно, — кашлянула я. — И это… платье…       — Это только вариант, — отмахнулась Джуди. — Мы его не покупали, я только попросила привезти сюда несколько моделей открытых платьев, чтобы ты смогла выбрать, не ожидая доставки. Если вы согласитесь, выберешь любое, какое пожелаешь, и мы тебе его привезём. С души отлегло. Насилу замуж меня всё же не выпихнут. Теперь чувство вины за колоссальные траты заняло основную позицию.       — Джуди, нет, — выдохнула я. — Я не могу позволить вам потратить на меня столько денег. Это никуда не годится, я даже не купила Лейтону подарок на день рождения, а вы так раскошелитесь? Я не согласна!       — Милая, у тебя есть ещё время подумать, — замахала руками миссис Холси. — Считай, что мы хотим преподнести вам такой подарок на свадьбу — свадьбу! Траты… — хохотнула она. — Освальд и так вложился бы в неё, не жалея, не оплачивать же всё вам, студентам! Поговори с Лейтоном, обсудите всё. Я хочу, чтобы ты знала, — она взяла мои ладони, — я очень хочу сделать это для вас.       Покидали бунгало мы с Алексом в абсолютной тишине. Меня словно окунули в ушат с ледяной водой, Алекс рядом шёл совершенно поникший, как будто бы своим предложением Джуди отняла у него последнюю надежду. Должно быть, именно так он и думал.       Я не знала, как рассказать о свадьбе Лейтону. Очевидно, что о женитьбе не может быть и речи, но откажись мы жениться притом, сколько оба показательно ныли об утраченной возможности, это точно сулило бы провал. Стоило быть много, много предусмотрительнее. Алекс проводил меня до бунгало и остановился.       — Ну, что, иди, порадуй жениха, — коротко проронил он, глядя мне под ноги.       — Алекс, перестань, мы не станем жениться, — отмахнулась я.       — Отчего же? — спросил он безрадостно. — Чтобы влюбиться друг в друга, много времени вам не потребовалось.       — Ты веришь в то, что мы влюблены друг в друга? — с сомнением спросила я. Нет, разумеется, это было правдой, но неужели Алекс так просто это признал?       — Сомневаюсь, что Холси поступил бы так со мной ради простого увлечения, — хмыкнул он. — Я только однажды видел, чтобы он так с кем-то носился. Думаю, мы оба знаем, о ком идёт речь.       Я промолчала. Только об Эмэ сейчас вспомнить не хватает, и без неё проблем невпроворот! К тому же, уверена, Лейтон и сам вспомнит о ней всё самое хорошее, стоит ему узнать, что придется жениться на мне.       — Но насчет меня он не прав, — продолжил вдруг Алекс. — Я люблю тебя, Реджина.       Что отвечать на это я попросту не знала, лишь вскинула голову и посмотрела ему в глаза, чтобы не дать подумать, будто мне неловко.       — А знаешь, что самое обидное? Я это осознал только в тот момент, когда понял, что ты навсегда ушла, — произнес он. — Даже когда мы расстались, не тосковал так сильно. Знал, что если очень захочу — верну тебя назад, ты же была мне верна всё то время, я знаю.       — Да, была, — тихо ответила я.       — А теперь всё, — поджал губы Алекс. — Вот теперь ты потеряна. Я тебя у него не смогу отобрать, как бы ни хотел.       — Ты смиришься? — спросила я.       — Зачем мне портить тебе жизнь, если я тебе не нужен? — вскинул брови он. — Только пообещай мне одно. Если вы всё же затеете свадьбу, не заставляй меня остаться на неё.       В бунгало я вошла будто побитая градом. Холси сразу заметил неладное, и я рассказала ему всё, как есть, включая даже разговор с Алексом. Новость, к моему удивлению, его не шокировала. Я не ошиблась, подумав, что подобные сюрпризы были в стиле его родни. Присев в кресло, Лейтон приложил пальцы к губам и в таком виде просидел около минуты.       — Мы должны отказаться, — произнёс он, наконец. — Придумаем, как, главное — отказаться.       Да, да, было глупо думать, что он может согласиться. Сколько угодно он может быть в меня влюблен, это всё равно не значит, что бедняга должен цеплять кольцо после трёх недель отношений.       — Я точно не смогу позвать своих родителей, — покивала я, чтобы занять паузу.       — Не в этом дело, — отмахнулся Холси.       — А в чём? — сглотнула я. Вскинув голову, Лейтон удивленно посмотрел на меня.       — А ты не понимаешь? — спросил он. Я поспешно покивала, но вдруг Холси улыбнулся и наклонился ближе ко мне.       — Реджина, я не хочу жениться сейчас, потому что я не хочу с тобой разводиться.       — То есть? — непонимающе склонила голову я.       — Для настоящей свадьбы ещё рано, а для фальшивой — поздно, — пояснил Холси. — Как ты себе это представляешь? Мы женимся, а по приезде в Мемфис подаем на развод? Нет, я не хочу всё испортить.       Внутри меня что-то перевернулось от этих слов. Холси был одним из тех людей, кто всё ещё вкладывал в свадьбу некий смысл, и он не хотел размениваться этой монетой. Было что-то святое для него, что он не готов был положить на чашу весов за успех нашей сделки. Не готов был этим пожертвовать.       — Мы не обручённые, чтобы сделать это на самом деле, но и не чужие люди, чтобы сделать это фиктивно, — повторил Лейтон. — Понимаешь теперь? Я наклонилась и взяла его ладони в свои, вглядевшись в глаза.       — Мы должны отменить эту свадьбу, — произнесла я.       Вечерело, и мы с Лейтоном так и не придумали, что сказать в защиту нашей свободы, потому решили отложить разговор с роднёй на завтра. Валяясь в постели, мы глядели какую-то передачу про готовку по телевизору без звука и ели. Холси заказал из отеля мудреный ужин, который именовался как врапы с тунцом на закуску и томленая свинина Калуа. Пока я смеялась над тем, что среди ингредиентов значилась таинственная надпись «жидкий дым», ужин привезли, и мне расхотелось иронизировать — было чертовски вкусно.       Позже мы поймали какой-то смеховой приход и начали смеяться надо всем подряд, это ненавязчиво переросло в приставания Лейтона, над которыми я смеялась громче, чем обычно. Независимо от этого приставания увенчались успехом, меня грамотно уложили, а после мы решили поплавать перед сном.       — Как там отчисления? — спросила я, завалившись на деревянные половицы террасы. — Прошло уже прилично времени с последнего раза.       — Всё в норме, я заплатил в городе последний раз, — отозвался Холси. Он сделал круг в воде и вылез на террасу около меня.       — Знаешь, — протянула я. — Думаю, когда мы вернемся на материк, стоит навестить её.       — Слоан? — удивился Холси. — Уверена, что хочешь?       — Почему нет? — передернула плечами я.       — Она сестра моей бывшей, — напомнил Лейтон. — Как скажешь, съездим к ней перед учебой, заодно убедимся, что она в порядке.       — Ты как-то проверяешь, идёт ли она на поправку? — спросила я.       — Справляюсь о здоровье в Фейсбук, — просто ответил он. — Да как ещё? Сомневаюсь, что она лжёт, если ей лучше.       — А ей лучше? — подняла голову я.       — Лучше, — кивнул он. — У неё ремиссия уже почти полгода. Звучит заносчиво, но вообще-то, это практически целиком моя заслуга. Я перелезла по доскам и села около него, прислонившись лбом к его плечу.       — Ты очень-очень хороший человек, Лейтон, — протянула я. — Мне с тобой повезло. Он улыбнулся и обнял меня за плечо, привлекая ближе. Я потёрлась виском о его грудь, устраиваясь удобнее.       — Я хотела спросить, — подала голос я. — А почему тебе сразу не пришло в голову сказать отцу о Слоан? Попросить его помочь? Он ведь не беден.       — Видишь ли, — поджал губы Холси. — У моего отца на это особенный взгляд.       — Какой такой взгляд? Неужели он против благотворительности?       — Нет, против самой благотворительности он ничего не имеет, — качнул головой Лейтон. — Но его мать, моя бабушка, умерла от лейкемии. Он вложил колоссальное количество средств в её лечение, и всё равно не смог её спасти. Теперь у него травма — по крайней мере, я думаю, что дело именно в этом. Он считает, люди, больные этим недугом — безнадежны. И тратить на это деньги — значит, пускать их на ветер.       Подобная позиция совсем не вязалась у меня в голове с образом добродушного харизматичного человека, которого я знала. Неужто, можно было быть таким мстительным по отношению к неповинным детям?       — Какой циничный взгляд, — поразилась я.       — Нет, я могу его понять, — покачал головой Холси. — Когда на твоих руках умирает кто-то, кого ты любишь, очень тяжело не озлобиться на весь мир. Я мог бы признаться во всем отцу и понадеяться, что он станет тратить деньги на дело, в которое не верит. Но тогда у меня больше не было бы плана Б.       Приумолкнув, я закрыла глаза. С непростыми людьми я решила связать свою дальнейшую жизнь. Лейтон — человек-диагноз — его, оказывается, травмированный отец и мама, у которой вечно чёрт пойми что на уме. Все трое многое скрывали и, уверена, не в последний раз в своей жизни. Куда я полезла со своим характером овечки ака открытой книги?       В следующую же секунду меня возвращало в реальность: какое всё это имеет значение? Как бы там ни было, я хотела быть рядом с Лейтоном больше, чем боялась всех окружающих меня людей и предстоящих испытаний.       Наутро Лейтон и Алекс уехали в город, решив сделать вид, что проводят день как друзья. На деле это был, конечно, весьма напряженный денёк для обоих, но я не исключала варианта, что их отношения могут хотя бы немного наладиться, если они останутся вдвоем.       Я плавала и наслаждалась СПА, к обеду пришла в бунгало Освальда и Джуди, чтобы не есть в одиночестве. Миссис Холси была счастлива, что не приходится больше скрывать от меня её намерения по свадьбе, и щебетала, как канарейка, о том, какие чудные чудеса можно придумать, чтобы день стал совершенно волшебным. Я так и не придумала достойного повода отказаться, но не стала торопить события — у нас с Холси ещё было время выдумать отмазку, да и определенного утвердительного ответа Джуди я так и не дала.       Отобедав, она предложила мне померить платье, которое привезла, просто «чтобы почувствовать себя принцессой». Я видела этот хитрый огонь у неё в глазах — она надеялась поймать меня на удочку при помощи слезовыбивательной сентиментальной процедуры примерки и последующего восторженного ахания с мокрыми от умиления глазами. Знаем, плавали, такие методы были в ходу и у моей матери. Я согласилась скорее от скуки, почти наверняка зная, что вид кринолина меня не тронет.       Платье она заказала красивое, спорить трудно, оно было именно таким, как я и представляла себе (а заодно и ей) в своих фантазиях — пышным, но открытым, с разрезом и декольте, птицей обнажающим плечи. Нацепить его оказалось непросто, а пока я возилась с крючками по боку, Джуди собрала мои волосы заколкой, нарочно выпустив один локон.       Я подобралась к зеркалу и взглянула. Да, пожалуй, если бы я собралась замуж, именно такое я бы и надела. Даже обидно, что мне не удастся купить его, когда придёт время. Впрочем, если я выйду за Лейтона…       Я помотала головой. Эти мысли следовало выбросить из головы по крайней мере до поры до времени. Хотя, судя по тому, что на Эмэ Холси хотел жениться через полгода отношений, в случае удачного стечения обстоятельств с кольцом он тянуть не станет. Я на секундочку позволила себе подумать о том, что это реально. Что я и вправду могу выйти за него замуж, причём довольно скоро. Хотела ли я этого?       Ну, разумеется, да. Особенно сейчас, когда меня всю на частички рвёт от одного воспоминания, когда я так сильно влюблена, что готова пожертвовать ради него жизнью, когда уверена, что ничто на свете не в силах нас разлучить. Именно в эту данную минуту я была готова выйти за Лейтона, даже хотела этого. Меня останавливали в равной степени осознание того, что он — мужчина и явно не так переполнен гормонами, как я; и море вранья, в котором мы заплыли уже так далеко, что земли не видать. Но где-то в глубине души я ощутила, что хочу, хочу, хочу эту свадьбу.       — Ну, как тебе, дорогая? — подала голос Джуди, а я поняла, что зависла у зеркала.       — Красиво, — проронила я. — Вы думаете, мы не торопимся? Я вдруг повернулась к ней, вскинув взгляд, хоть и знала, что она не даст мне ответа, который я жду.       — Нет, — качнула головой Джуди. — Пускай вы не так долго вместе, но… Лейтон счастлив с тобой. А ты — с ним. Я вышла замуж спустя два месяца знакомства с Освальдом и не жалела об этом.       Два месяца. Именно столько я была рядом с Холси. Совпадение ли? Дверь хлопнула, и в бунгало вошёл Лейтон, держа в руках пакеты.       — Привет, — улыбнулся он, увидев меня. — Я привёз то, что вы просили, — тряхнув пакетами, обратился он к Джуди.       — Чудно! Давай! — оживилась миссис Холси и, подхватив покупки, понесла их прочь.       — Красиво, — произнёс Лейтон, подходя ко мне. Он взял меня за талию и медленно повертел, окидывая взглядом. Я оступилась и, рассмеявшись, схватилась за его плечо, тут же меня заключили в объятия.       — Тебе идёт свадебный наряд, — продолжил Холси, убирая волосы с моего лица. — Наверное, это лестно для девушки?       — Может быть, — ехидно заметила я. — Я думаю, всем идёт свадебный наряд. Это день, когда женщина одета в счастье.       Улыбнувшись, Холси наклонился и поцеловал меня, а я вдруг на минутку представила, каково это было бы на самом деле. Как он надел бы мне кольцо на палец, а после поцеловал бы точь-в-точь так же, как сейчас. Но значение было бы уже совсем иным, я стала бы женой. Внутри ухнуло от одной мысли, что кто-то мог заявить на меня такие права, взамен предлагая обладать собой. Всё-таки было в женитьбе что-то мистическое и сексуальное, если подумать о ней не приземленно и плоско, а заглянуть в суть.       Оторвавшись от меня, Лейтон открыл глаза, и я как будто усмотрела в них что-то новое.       — Я не спрашивал тебя ни разу, — сипло подал голос он. — Что ты будешь делать, когда мы вернемся в Мемфис? Ты останешься со мной? У меня дыхание сперло от такого поворота. А он рассматривал какой-то иной вариант?!       — Я думала, мы… — начала я, кажется, краснея. — Я думала, мы уже решили, что…       Больше ничего выдать я не смогла, отведя глаза, я отступила на шаг и отвернулась к зеркалу, по дурости не подумав, что в отражении мои наполняющиеся слезами глаза, разумеется, будет видно.       — Реджина! — выдохнул Лейтон, поворачивая меня назад. — Что ты? Ну, что ты? Откуда слёзы? Что я не так сказал?       — Всё в порядке, извини, — кашлянула я, прочищая горло. — Извини, я в последнее время плохо соображаю. А ты сам, — я вскинула голову на него, — что думаешь об этом? Он потёр лоб и усмехнулся, глянув на меня.       — Это я плохо соображаю в последнее время, Реджина, — ответил Холси. — Я вот подумал, наверное, я идиот, но… может, пошло оно всё? Давай устроим эту чертову свадьбу?       — Теперь ты хочешь разводиться? — чувствуя, как всё внутри холодеет, вопросила я.       — Да нет, — пожал плечами он. — Не хочу.       Около полминуты мне понадобилось, чтобы понять, что мы думали об одном и том же всё это время. Холод в груди медленно уступил место приятному теплу облегчения. Я рассмеялась, закрыв лицо рукой.       — Я знаю, что ещё рано, но по сути-то… какая разница? — продолжил Лейтон, будто оправдываясь. — Ты вроде как обмолвилась, что собираешься съехаться не с Алексом, а со мной, ну я и решил, что ты и правда хочешь…       — Я хочу, — перебила я, запуская пальцы ему в волосы, зажимая пряди. — Холси, какой же ты у меня тормоз, ей-богу. Он приумолк, глядя на меня всё ещё безрадостно.       — Ты хочешь жениться на самом деле? — шепотом спросила я.       Даже не для того, чтобы не услышали родители, а просто чтобы не спугнуть что-то неосязаемое между нами. Лейтон взял мою руку и снял кольцо с безымянного пальца. Подняв его, он посмотрел на меня сквозь кружок и сказал:       — Реджина, выходи за меня замуж.       Это было самое топорное и нелепое предложение на свете, но в ту секунду я без шуток ощутила себя самой на свете счастливой. Гребаное платье творило чудеса!       — Я согласна, — ответила я и подставила руку.       Кольцо вернулось на место, даже не успев остыть, Холси поцеловал меня снова, и в этот раз действительно в знак, закрепив слова, которые уже нельзя было взять назад, которые не просто прозвучали между нами, а сцепили нас воедино. Воплощалась деталь за деталью в реальность вся наша ложь, а мне казалось — рассказанная кем-то волшебная сказка.