Тролль

Я потерял аппетит. В щелях сердца гулял сквозняк. Я думал. За что Мурке такое испытание, лучше бы проклял… перебирал, как лепестки ромашки, слова. Оберег? Награда? Расплата? Эпизод? Приворот? В ближайшем будущем мне маячили бесконечность и кипящая смола в котлах, а что ждет его – наказание за беспечность? Истина между Божьим промыслом и происками Дьявола. И мои обязательства. В соответствии с разработанным планом троллинга – всего пять пунктов. Первый. «Возлюбленный» дарит пьянящую, сводящую с ума дозу того, о чем ничего не подозревающая жертва не смела даже мечтать – эмоциональный спидбол ошеломляющей любви и возбуждения. Второй. Как следствие, у объекта возникает непреодолимая жажда внимания, с болезненной одержимостью наркомана. Но стоит этого лишить, сразу возникает обида на «дилера», который изначально сподвиг на эту зависимость, теперь же отказывается общаться и выкладывать кайф. Черт! Черт! Черт! Третий. А ведь раньше «он» давал это бесплатно. Дальше обескровленная трясучка в углу и ощущение, что готов продать себя по частям, только бы заполучить это еще хоть раз. Четвёртый. Тем временем предмет обожания начинает испытывать к тебе отвращение и держится так, будто с тобой незнаком. И что самое смешное – ты не можешь его в этом винить, потому что, оценив себя в зеркале, понимаешь, насколько отвратительно выглядишь: тебе же некогда следить за собой, сутки напролет уходят на вымаливание дозы ласки. Последний, пятый. Объект достигает конечного пункта страстной влюбленности, смысл его существования сведен к одному-единственному человеку, отвержение им ведет к полному и безжалостному нивелированию собственной личности. И да, любовь – это наркотик, а от красивой сказки остается трах из жалости, но чаще всего и того нет. Наркоманы заканчивают свои дни за решеткой в психушке, и при особо тяжелых формах их излечение невозможно. Я жесток? Да бросьте, рационален. Ж: Скучаю сердцем и телом. И практически сразу: Ж: Любовь не сочетается с терпением. Ты провокация или искушение? Говорят, один чувак пытался обменять свою душу на «философский камень», но эта история плохо закончилась. Душа нужна Дьяволу, чтобы обрести Любовь. Вероятно, она стоит дороже «пятого элемента». Я готов отдать свою, лишь бы быть с тобой рядом. Не отвечая, я сбежал из сети. Заварил в чайнике питье. Пригубил – скулы свело горечью. Реальность дня сегодняшнего – я не верю сказкам. Для достижения конечной цели у меня максимум три дня. По условию договора я получу своего врага, а Рогатый – меня. Но есть еще и другие обязательства. Призраком прошлого периферийные воспоминания: улица, обагренные ладони, неумелая пентаграмма и опрометчиво произнесенные слова. Платить надо лишь за то, за что ты считаешь себя в ответе или что в состоянии взять на себя, за «ошибки», которые с твоей точки зрения не ошибки, а единственно правильный и верный вариант. Потому что ты не один. Ты уже с кем-то. Черт! Голоса в голове заткнулись. Опять в мои перегруженные информацией мозги лезут разные мысли, дурацкие тупые доводы о чужой растрепанной голове, лежащей на моем плече. Но их разносит вдребезги четкий, неопровержимый факт – Мурке нужен не я, он любит Димку. Жестокая «неожиданность» сильно задевает за живое. …А мне, получается, опять расплачиваться собой за чужие загоны? Моральные принципы… не люблю я напрасные надежды. Я мечусь по комнате, как зверь в зоопарке по тесной клетке. Куда ни ткнись, везде прутья запретов. Видимость свободы в пределах длины поводка до хруста натянутого позвонка, того самого, раздробленного. Руки связаны обязательствами. Как же меня всегда вымораживают подобные ситуации, но... Видимо, к этому все и шло. Я справлюсь. Надо только перестать заморачиваться на тему того, как усидеть одной задницей на двух стульях, и завязать с попытками слезть с ножа. Один хрен - в истории прецедентов не было, Дьявол еще никого не выпускал из своей сети. Золотые перья… Ни ночные вылазки, ни сгоревшие города, ни руины, что оставляли после себя мои парни, ни отвоеванные земли и регалии, а прильнувшее к моей окаменевшей груди удивительное создание. Влажные волосы, что перебирал пальцами, доверчивое тепло, свернувшееся у меня в области сердца, изнутри щекочущее своим дыханием ребра. Шизофрения - это заразно. Теперь я знаю, она передается не только половым путем, но и воздушно-капельным. Самое значимое мое достижение – секс с Ангелом. Потер переносицу. Существует только один путь к душевному спокойствию – перестать переживать о тех вещах, которые навоображались. Я отправил скриншот заказчику, срубил кучу поощрительного бабла и получил очередное напоминание о психушке. Чиркнул коротенькое «ок» и отключился. Ну тебя на х! Достал. День, помеченный как «операция Х», уже завтра. Подумал, что будет одной проблемой меньше, если Мурка не придет. «Порознь они привычно и искусно несбывшееся спрячут и оплачут, бессильные избавиться от чувства, что можно было сделать все иначе...» За окном, немыслимо выгибая ветки, бушевал первыми нетерпеливыми листочками апрель, борющийся со шквальным ветром за право на жизнь. А я… У меня холодно-невозмутимое, бездушно-равнодушное небо перечеркивал подбитый Су-27, испепеляя и рождая сомнения. Бога нет? Выходит, нет… Иначе как он мог допустить гибель ребят, мы же храм защищали! Их больше нет, от дружной команды остался лишь калека с перебитым хребтом и кощунственными мыслями: «А Дьявол есть? Убеди меня!» Я поморщился от прострелившей висок боли, потер нестерпимо занывшую ногу, поглядывая в окно и надеясь, что это к непогоде. Босиком по квартире, по немытому полу. Радугу не достать – высоко. К солнцу не прикоснуться – сожжет. Да и дождь не сделаешь своим, так же, как и воздух невозможно удержать. Переделать Мир я уже не успею. На часах 00:00. Нет смысла взвешивать и перемерять сделанное, ни к чему это. Убитые мечты, у него их и так целое кладбище, нехай будет еще одна. А у меня… Я тут вообще не при делах, у него Димка «есть». У меня - Цель. Все по справедливости. Разобрались. Щелкнул ногтем по клаве, активизировав изображение. Гляди-ка, собирает вещи в рюкзак. Парик, туалетные принадлежности, вертит в руках лубрикант – на что-то надеется. Откладывает и, пометавшись по чистенькой комнате, упаковывает опять. Под глазами следы недосыпа и невеселых дум. Онлайн в контакте, похоже, боится пропустить заветный маячок. Сеть. Страх. Завтрашний день, граница. Город, не любящий чужаков. Сомнения. И надежда, крохотная, с гречишное зернышко, а может, и правда, ждут? Мурка отправляет веселый смайлик, пинает ногой рюкзак и роняет в ладони лицо. Ж: Почему ОН молчит?! Почему… Хотя и так понятно. В реале у него настоящая, насыщенная яркими событиями жизнь, а Я? Плоское изображение на мониторе. Он меня избегает? Забыл? Отчаяние вцепилось в горло страсти и душит ее. Гордость сама себе вырыла яму – хотелось... грубоватого, смелого, сильного, чтобы рядом с ним быть нежным и слабым, а еще - заботиться о Воине, который так долго его искал. И нашел. Я же чувствую – это ОН, мой человек. Единственный. Почему он молчит? Я опять облажался? Слова, слова, слова, смайлики… оnline-любовь. Разве ему это может быть интересно? Неуверенность – препятствие, которое сложно преодолеть. Может, не ехать, или это проверка на вшивость? Точнее, на что я готов в действительности ради него. Я слушаю чужие сбивчивые мысли, счастливчик Димон, мне так никогда не везло. Но меня для него не существует. Меня ни для кого нет. Живет фейк, выдумка, маска. Оно же – сетевой монстр. Опыт. Он приходит с годами через ошибки, падения и удары в спину. Сломаться не страшно. Значит, не дорос еще, значит, впереди очередной круг, снова и снова, и опять, пока не сдохнешь. Или пока не дойдет до твоей глупой головы, КАК надо преодолевать такие трудности. И нервы, как виселичная веревка, на которой болтается твое собственное бьющееся в конвульсиях, агонизирующее тело, и слезы горячим воском по ресницам и плавящимся щекам, и бесчисленная вереница истеричных «зачем», «за что», «почему я». Переживешь, повзрослеешь, поймешь, что на эти и все остальные вопросы в состоянии ответить лишь ты сам. И от этого ответа будут зависеть все остальные твои решения. Вот как у меня. Критическая точка невозврата, когда мысли путаются и разум кричит, а чувства давно уже nosferatu, но маниакально цепляются за жизнь, и память с отметинами, как ни крути, и естественный отбор Дарвина, и прошлое, неубиваемо подкармливающее когда-то познанным счастьем, и разум, и долбаное «а может быть». Когнитивный диссонанс в мозге будет засыпать только на короткие мгновения, и то, если случайно по-настоящему повезет. А в основном впереди бессонные ночи и хрупкие осколки пустых дум. Мне ли не знать, как затягивают пустоты? Я не карстовые пещеры имею в виду, а лабиринты, в которых теряются Души. Мой палец коснулся монитора, застыл в районе его плеча. Бескрылого. Я легко могу отпустить. А вот терять мне по-прежнему жалко. В голову лезет настырно-чужеродное, откровенно сладкое, осыпаемое яблоневым цветом, мучительно невысказанное и потаенное, звенящее колокольчиками его удовольствия. Подо мной. Синичка. В кулаке раскрошилась плохо закаленная современная сталь. Конфликт. Я вышел в пронизывающий насквозь холодом хлещущий ветер, в надежде отогнать от себя, как шелудивых псов, мысли о преследующих меня губах, о жарком шепоте, не имеющем ко мне никакого отношения. Подставляя лицо под пощечины тугих дождевых струй, пытался прийти в себя, ошалело таращась на березы; за каждой мерещились согнутые в коленях ноги и запрокинутая голова, влажно блестевшее выгнутое в оргазме тело. Вот так и сходят с ума. Это я должен был его довести, а не чувствительный, легковозбудимый гаденыш меня. Тишина. В мае распустится сирень, будет тепло, хорошо, цветы пятерочками, желания, мне бы хоть одно, но сейчас. В прошлом и стра́ны, и приключения, экзотические острова, машины, некоторые ручной сборки, даже как-то на спор бегового верблюда приобрел. Вспышками короткие мирные передышки между контрактами. И чужая Война. Где КАЖДЫЙ хотел жить. Последние три года я скитался по разным городам, половина жителей которых начинает день с мысли о суициде, а другая – с нестерпимого желания кого-нибудь убить... Но даже если чье-то утро начинается с чашки кофе и улыбки родного человека, это вовсе не означает, что в сердце нет места для боли. За редким исключением, все дееспособное население живет в телефонных приложениях. Сочиняют себе друг друга, в надежде совпасть выдумывают тесты и опросники, не задумываясь о том, что неплохо было бы и самому стать чьей-то привилегией или воплотить чужую мечту. Сладкий сон заблуждений, что Вселенная вертится вокруг тебя, приводит к глобальному одиночеству и депрессии, агрессии и другим чудовищным порождениям нашей психики. Дождь. Хляби и небеса, группа уходит цепочкой, прикрываю, как самый опытный, я. Дождь. Непроизвольно сжимаются кулаки: мне бы завтрашний день пережить. Мурка… Не приезжай.