Aut vincere aut mori

Зажглась, друзья мои, война; И развились знамена чести; Трубой заветною она Манит в поля кровавой мести! М.Ю. Лермонтов

-Гендо? – переспросил я. – Никогда раньше не слышал этого имени. Верно, я не слышал его. Но с той самой секунды, как я про него узнал, я возненавидел этого синигами лютой ненавистью. Этот урод сломал жизни стольким людям! Я не могу не поквитаться с ним. Внезапно вдали загремел сигнал тревоги. В очередной раз. В еще одном месте началось сражение. Я вопросительно посмотрел на семпая. - Что нам делать дальше? - Верно, Киске, - оживленно спросила Йоруичи, хлопая экс-капитана по плечу, - что дальше-то? Я со своим отрядом могу… - Нет! – резко перебил ее мужчина. – Ты никуда не пойдешь и делать ничего не будешь. Это не твоя война и вообще… - Что это еще за фигня, Киске! –воскликнула женщина. Урахара снова остановил ее. - Это не обсуждается, Йоруичи. Просто делай, как тебе сказано, я же делал то, что ты велела мне. Не так ли? Мулатка в момент притихла и более не пререкалась,хотя это было на нее не похоже. - Тогда возьми хотя бы мой отряд… - пробормотала она, наконец. - Хорошо, вот это мне поможет. Выдай мне письменное подтверждение, а то твои ребята могут заартачиться. Прогремел чудовищный взрыв. Он прозвучал, как гром среди ясного неба. Рефлекторно я закрыл руками голову. Но, благо, ничего не произошло. Где-то вдали что-то масштабное взорвалось. Мы тут же развернулись в сторону откуда прозвучал грохот. В том месте небо как будто бы почернело, а прямо по центру этой тьмы ярко играло пламя. - Главнокомандующий… - прошептали мы почти синхронно. Нужно было что-то делать. Если командир Ямамото вступил в бой, то дела плохи. Очень и очень плохи. Моментально все наши взоры были обращены в сторону семпая, который судорожно пытался придумать хоть что-нибудь, что помогло бы в данной ситуации. Никто не решался беспокоить его вопросами, которые, если быть откровенным, тучами роились в наших головах. Но мы понимали, что, возможно, сейчас решается не только наша судьба, но и будущее всех повстанцев. Ни у кого не было сомнений, что ученый возглавит все объединенные отряды восставших, а так же, что кто-то, кроме него, решится занять это место. - Значит так… - начал Киске, почесывая щетину, - Сой Фонг, уведи Йоруичи в безопасное место и будь с ней, что бы не случилось. Поняла?– Девушка кивнула. – Отлично, рассчитываю на тебя. Ичиго, - обратился мужчина ко мне. - Да, семпай, - я весь обратился во слух. - Я хочу просить тебя об услуге очень серьезной. Это, конечно, походит почти что на самоубийство, но никто больше не справится. - Говорите, семпай, я сделаю все, что вы прикажете, - уверенно произнес я. – Что я должен сделать? При этих словах я сжал рукоять Зангетсу, для большего эффекта. Урахара удовлетворительно кивнул. - Ты должен задержать Главнокомандующего, пока я не найду остальных капитанов и мы не придумаем, что делать дальше. Тебе все ясно? - Так точно! Не желая терять более ни секунды драгоценного времени, я сорвался с места и, что было мочи, помчался на шунпо к месту, где, как мы предполагали, должен был находиться командир первого отряда. Я почти не обращал внимания на то, что происходило вокруг меня. А что, собственно говоря, происходило? Серейтей действительно стал похож на руины какого-то осажденного города. Большинство зданий было разрушено или стремилось к этому состоянию. Наверное, для того, чтобы отыскать хотя бы одно полностью сохранившееся здание в этом районе Серейтея, потребовались бы большие усилия, если это вообще было возможно. На улицах лежали трупы убитых синигами, в воздухе пахло смертью. Меня пробрало до костей чувство страха и отвращения к происходящему. Такого не было даже во времена сражений с Айзеном Соске. Я старался не останавливаться и всеми силами игнорировать окружающую меня действительность. В конечном итоге, сам того не осознавая, я прибыл в необходимое мне место в ничтожно короткое время. Картина происходящего потрясла меня еще больше: буквально горы тел, очевидно, слабых синигами, даже не достигших уровня младшего офицера, обгоревших или убитых, в центре всего этого «ада» находился человек, окруженный пламенем, размахивающий хлыстом над своей головой. Любой, кто пытался к нему подобраться, неминуемо терпел крах. Пламя и хлыст надежно защищали его от атак на дальних дистанциях, а клинок в левой руке был предназначен для того, чтобы разбираться с теми, кто подошел слишком близко. Я окинул взглядом несчастных, корчившихся от боли на земле. Там были не только повстанцы. Среди поверженных синигами были представители многих отрядов, из обоих лагерей. У меня создалось впечатление, что этот парень из одиннадцатого отряда, и он просто крошил всех направо и налево ради своего удовольствия. Я тут же решил для себя, что не могу позволить ему и дальше заниматься этой мясорубкой. Выхватив из за спины Зангетсу, я оказался подле своего нового противника и нанес удар. Атака прошла мимо. Парень исчез. Я завертел головой во все стороны, ожидая следующих действий своего оппонента. - Так ты и есть тот самый Корусаки Ичиго, - прозвучал голос за моей спиной. Я тут же развернулся и, закрывшись Зангетсу, как щитом, блокировал выпад. - Куросаки, - поправил я. - Да это не важно! – усмехнулся незнакомец. Заметив, что к нему снова приближаются противники, он махнул хлыстом, так что прозвучал резкий щелчок, после которого все вокруг запылало огнем. Чтобы не обжечься мне пришлось высвободить свою рейацу и закрыться ею. - Учитесь, отбросы!!! – обратился он к своим бывшим противникам, в данный момент бывших не в состоянии продолжать борьбу. Пока они группками или по одиночке убирались с поле боя, незнакомец кричал в голос, - наконец-то я нашел себе достойного противника, который сумел хотя бы подобраться ко мне и не упал после первой же моей атаки! Однако, - сказал он уже обращаясь ко мне, - это ненадолго. У меня неотложные дела. Так что придется убить тебя по-быстрому… - Как твое имя, придурок? – спросил я, пропуская мимо ушей его предыдущие слова. - Мое? Зачем тебе знать? – удивился незнакомец. - Как хочешь, - я спокойно развел руками. – Буду называть тебя тогда «придурок», если не назовешь свое настоящее имя. Незнакомец недоуменно посмотрел на меня и приподнял бровь. - По правилам поединка, - начал объяснять я ему, как маленькому ребенку, - ты должен назвать себя и свое звание, после чего узнать то же самое у своего противника, так как ты должен знать имя того, кого можешь убить или от руки которого можешь пасть сам. - Тогда ты сам нарушил эти правила, не представившись первым, - язвительно ответил незнакомец. Этот парень переставал мне нравиться все больше и больше. Но я старался сохранять спокойствие. - Ты и так меня знаешь, но если ты настаиваешь… - произнес я, закидывая зампакто на плечо. – Мое имя, - громко сказал я, - Куросаки Ичиго. Я временный синигами. Тут же я слегка склонил голову, в знак приветствия. Незнакомец недовольно фыркнул, но все же представился: - Я Гендо Кобояши… - ТЫ?!.. – опешил я. Синигами еще более вопросительно уставился на меня. - Ты служишь во втором отряде, так ведь, - спросил я, сжимая рукоять меча. - Мы знакомы? - спросил синигами. - Что-то я не припомню такого. - Верно, мы не знакомы. Но я знаю о тебе достаточно, чтобы иметь основания убить тебя, - произнес я серьезным тоном. - И какие же это "основания"? Просвети, если не секрет, - ответил Гендо. - Для начала - эта резня. Во-вторых, из-за тебя пострадали некоторые мои друзья... - Друзья? Кто же? - Киске Урахара и Сой Фонг... - Сой Фонг говоришь, - заулыбался Кобояши. - Она, вроде, за тобой отправилась. А так как я вижу тебя перед собой значит девчонка мертва, так? - А ты, как я вижу, хочешь, чтобы было именно так. Я прав? - Точно. Я еще сильнее сжал в руке Зангетсу. Единственное, что мне сейчас хотелось сделать, так это разрубить этого ублюдка пополам. Айзен как-то сказал, что у меня нет ненависти к нему, а следовательно и причин с ним драться. Возможно, он был прав. Что ж, если следовать подобной логике, то сейчас я имею все основания для сражения. Я перенесся на шунпо на несколько метров в сторону от своего противника. Тот, в свою очередь, внимательно следил за каждым моим действием. Я тоже не сводил с него глаз. Не дожидаясь его реакции, я схватил свой зампакто обеими руками и вытянул его перед собой. Встав в стойку, я сконцентрировался и произнес: "БАН-КАЙ!" Клубы пыли вокруг меня еще не успели осесть, как я уже нанес удар. Гетсуга, выпущенная из моего меча понеслась на Гендо. Тот выставил перед собой клинок, и моя рейацу столкнулась с его. Я ожидал увидеть, как ломается лезвие его меча, как кровь, струясь с его руки, окропляет землю. Но этого не произошло. Вместо этого все, что я увидел, была веревка, выпущенная из его руки и каким-то невообразимым образом успевашая обвить мою шею. Я даже не успел среагировать, как Кобояши пропустил сквозь нее свою рейацу. Невообразимая боль пронзила мое тело. У меня создалось ощущение будто бы кто-то закрыл все мои потоки рейацу. Я перестал чувствовать ее. Полностью. Следующая порция чужеродной духовной силы заставила меня выронить катану. Зангетсу упал на землю. Кобояши не стал давать мне время на то, чтобы прийти в себя. Он резко потянул за другой конец веревки, и я полетел в его сторону. Я запаниковал. Моя уверенность в собственных силах внезапно улетучилась, и я вновь почувствовал себя обычным слабым реока, вторгшимся на территорию Серейтея. Эти мысли молнией пронеслись в моей голове, пока я летел. Как только моя голова ударилась о твердую землю, я кое-как пришел в себя. За веревку вновь потянули. Чтобы не задохнуться, мне пришлось подняться. Гендо смотрел на меня с насмешкой. - Ты почти так же жалок, как и те отбросы. Хотя ты сумел развеселить меня на несколько минут. За это я убью тебя быстро, - сказал Кобояши, вытягивая над собой руку и поднимая меня на уровне его глаз. Я был не в силах больше сражаться. Все тело ломила страшная боль, ноги подкашивались. Я не был точно уверен, устою ли я на ногах, если он отпустит веревку. Меня посетило страшное чувство дежа-вю. Точно также я висел перед Улькиоррой. Но если в тот раз меня спас мой Пустой, то в этот раз я не мог на его рассчитывать. У меня даже не осталось сил, чтобы позвать на помощь. Однако я не собирался сдаваться. Из последних сил я попытался поднять руку, но тут же получил сильную пощечину. - Ишь что удумал, герой. Я сейчас тут главный, так что не смей своевольничать. Как там говорится: "Героями не рождаются, ими умирают"? Вроде так. Чего же тянуть? Гендо поднес лезвие своего клинка к моему горлу. Я решил, что моя смерть неизбежна. Я попытался что-то сделать, но тело не слушалось меня. Какие бы попытки я не предпринимал, все в пустую. Я закрыл глаза. В следующее мгновение, когда я думал, что Гендо проткнет мне горло, я услышал лязг металла. Моментально распахнув глаза, я увидел неподдельное удивление в глазах Кобояши и два скрешенных клинка перед своим носом. Тут же я почувствовал, что больше неподвешен за веревку, а плотно прижат к чьей-то груди. Так как я лишился своей рейацу, я не смог определить, кто стоял сзади меня. Губы Гендо искривила усмешка, и он отпрянул назад. Мой спаситель так же отпрянул в другую сторону, увлекая меня за собой. Я не мог повернуть голову, как бы не хотел узнать, кто находится позади меня. - Что ж в это раз тебе повезло, Корусаки. Но мы, как в говорят в избитых фразах, еще встретимся. Как только прозвучали эти слова, он исчез. Однако следующее мгновение поразило меня до глубины души. - Куросаки, идиот. Научись правильно произносить имена, ублюдок, - произнес жутко знакомый голос. Я замер. Даже перестал дышать. Это просто не может быть правдой. Это не может быть он...