Что же такое счастье?

      С появлением Антона в семье Попова, кажется, проблем стало меньше, или они попросту ушли на второй план, не были столь заметны. Но однажды утром Шастун не приехал, байк его не заурчал, как обычно паркуясь прямо на газоне, сминая колесами траву, и в воздухе запахло проблемами, как только Саша проснулся и няню рядом не обнаружил.       Восемь утра, половина девятого и отец с сыном переглядываются. Арсений хмурится, глядя на то, как его маленький сын медленно обходит комнату за комнатой на первом этаже, но того, кого он так тщательно искал не находит. — Па, — детский голосок дрожит, готовясь вот-вот разрыдаться. Конечно, он еще не знает, что пока он лазал под столом на кухне, его папе пришла смс от агентства услуг, в которой говорилось, что они разрывают контракт, и более Антон Шастун у них работать не будет. И пока маленький Сашка под присмотром Пуфа полез в кладовку, Арсений, заперевшись в туалете, им перезвонил и громким шепотом рассказал им, куда бы они пошли со своим договором. — Да мне плевать, слышите? Ваша задача — свести клиента и заказчика, а как нам работать, я сам решу без ваших указаний, ясно? — рыкнул темноволосый мужчина и выглянул из своего укрытия. Саша как раз выходил в прихожую и при виде папы развел руками. — Пуся. — Ой и няня у тебя! Так спрятался — не найдешь, поищи еще, может, в гостиной? — задал новую цель Арсений, и как только ребенок скрылся в дверях, набрал новый номер. В трубке раздались длинные гудки. — Алло? — раздался голос Антона на фоне какого-то шума. — Антон, какого черта ты на работу не явился? — Я больше не могу у вас работать, вы, вероятно, знаете. Агентство забрало у меня разрешение и условия договора. Можно мне с Сашкой попрощаться? — Антон выдохнул и откашлялся. — Нет, — кажется, это было достаточно резко, хотя, возможно, Попов перегнул. — Я понял, простите. Скажите Сашке, что я заеду позже. Я не бросил его, просто так вышло, — голос Антона задрожал, и он замолчал. Несколько минут в трубке слышалась тишина, а потом Арсению надоело. — Короче, если ты не появишься к обеду, то ты будешь читать стихи, встав на стульчик, ясно? — Смешно, — Антон, видимо, улыбнулся. — Арсений Сергеевич, мне новая работа нужна, я не смогу приехать. Еду на собеседование — Шастун, ты оглох или отупел в своем агентстве так же, как и они? — Что? — оторопело произнес парень, но Арсений его прервал: — Значит так, Антон Шастун, с этой минуты вы приняты на работу в качестве «Пуси» в семью Поповых и на то, чтобы приехать, у тебя есть полчаса. Время пошло. — Арсений Сергеевич, я… — Мы ждем тебя. Сашка ждет, думает, ты в прятки с ним играешь. — Я сейчас, лечу уже, Арсений Сергеевич, вы… — кажется, у парня не хватало слов, и Арсений усмехнулся.  — И давай уже на «ты», мне на работе хватает этого официоза, прям бесит. — Что, и без договора уже? — Нахер договор! — Попов присел на край дивана, прислушиваясь к тому, как его сын уже в голос зовет свою няню, и, выслушав заверения Антона, что он уже почти рядом, отключил телефон. — Саш, Саш, иди сюда, — позвал мужчина маленького ребенка, и мальчик выглянул из комнаты. — Па, а Пуся где? — Сейчас приедет твоя Пуся, пойдем встречать, — улыбаясь, мужчина подхватил на руки ребенка и, изображая самолет, вылетел на широкое крыльцо дома.       Уже издали послышалось урчание двигателя мотоцикла, а через минуту на широкий двор заруливал Харлей с высоким парнем на борту. — А-а-а-а! — радостно завизжал Сашка, кидаясь через весь двор к парню, едва только успевшему снять мотоциклетный шлем.       Антон, смеясь, подхватил ребенка на руки. Рядом прыгала собака породы чау-чау, рискуя завалить худощавого парня вместе с ребенком в траву, а Арсений стоял и просто смотрел на это веселое безумие, счастливо улыбаясь тому, что теперь у них в доме все на своих местах. — Спасибо, — Антон подошел ближе и крепко пожал руку темноволосому мужчине. — Гулять! — завопил Саша, и Арсений засмеялся.  — Саш, папе нужно на работу. — Работа не убежит, а если сын просит, один раз можно и прогулять, — выдает Антон, и Саша весело хлопает в ладоши. — Очень замечательно, — Арсений хмурится, но все-таки не сдерживает улыбки. — Даже не знаю… — Поехали, мы научим тебя веселиться, правда, Саш, научишь папу? — Антон подбрасывает ребенка вверх, и он весело хохочет. — Поехали, — Арсений пожимает плечами и кивает в сторону своей машины. — Загружайтесь.       Аттракционы, качели, сладкая вата, комната смеха и милый пони не могут оставить равнодушным, пожалуй, никого, даже такого человека, как Арсений Попов, которому пришлось даже лезть на высокое дерево, чтобы познакомиться с белкой. А потом они сидели в Макдональдсе и ели вредности. Саша уснул прямо там, на руках у Попова, не выпуская из рук воздушный шарик, который ему купил Антон.       Двое мужчин и маленький ребенок смотрелись в кафешке безумно мило, по крайней мере, так считала добрая половина посетителей.       Уже к вечеру Арсению все-таки пришлось уехать по делам, и Антон с Сашей остались дома одни, выгуляли Пуфа, с визгом помыли ему лапы и уселись смотреть мультики.       На часах было около восьми вечера, когда по окнам прошелся свет фар, а затем в дверь позвонили. — Добрый вечер, — Антон приоткрыл двери, настороженно рассматривая нежданного гостя, вернее гостью. На пороге стояла худощавая блондинка невысокого роста в облегающем красном платье. Холодные зеленые глаза смотрели с надменностью, а при виде Шастуна она нахмурилась и поджала губы. — А вы к кому? — Я к Арсению, хочу видеть сына, — женщина сделала шаг вперед, но Антон перегородил ей дорогу.  — Меня о вас не предупреждали, кто вы такая вообще? — А кто ты такой, а? Его любовничек? Вместе моего сына решили воспитывать, хорошо придумали! — зло прошипела девушка и толкнула Антона в плечо. — Отойди, я к сыну пришла и хочу его видеть. — Па! — радостно закричал мальчик, выбегая в прихожую. — Саша! — воскликнула блондинка, и Антон был вынужден схватить девушку за локоть, потому, как она, видимо, намеревалась подойти к ребенку. — Руку отпусти! Я имею права видеть сына, я мать, а кто ты такой, а?! — внезапно заорала блондинка, намереваясь достать Шастуна своим маникюром.       Мальчик отпрянул в сторону, зарыдал, на шум прибежал Пуф, загавкал, а Антон, тяжело дыша, буквально вытолкнул девушку за дверь. Несмотря на свою хрупкость, просто так сдаваться она не собиралась.  — Убирайтесь вон, вы напугали ребенка! — Я хочу видеть сына, ты слышишь?! Саша — мой сын, так Попову и передай! — Сами ему передайте! — дверь гулко захлопнулась прямо у девушки перед носом, и она ударила в нее кулаком с той стороны.       Мальчик заплакал сильнее, отчаянно цепляясь за шею худощавого парня, который крепко его обнимал, шепча что-то успокаивающее. Они так и сидели на полу, обнявшись, когда дверь открылась, и в прихожую вошел Арсений. Улыбка тут же сползла с лица мужчины и он, даже не разуваясь, подошел к сыну, который едва только перестал вытирать слезы. — Что случилось? — процедил он, прожигая взглядом светловолосого парня. — Минут сорок назад девушка какая-то приходила, сказала, что она — Сашина мать. Такая блондинка, невысокого роста, у нее еще шрам небольшой у брови. — Что?! — Арсений ошарашенно выдохнул и приобнял сына крепче. — Она Сашку напугала, так орала, требовала видеть его, еле ее выгнал, — Антон покачал головой. — Сумасшедшая. — Ты молодец, спасибо тебе. Иди Сашку спать уложи, ладно? А завтра я вас на дачу отвезу, — Арсений сглотнул, ослабляя узел галстука. — Арс, а кто она, она что, правда… — парень замялся, и Арсений нахмурился.  — Давай без вопросов пока. Иди, уложи ребенка.       Антон, с ребенком на руках, ушел наверх, а Арсений медленно осел на пол прямо у стены в коридоре. Этого не может быть, просто не может.       Чуть позже, когда Арсений проходил мимо детской, то притормозил, из приоткрытой двери наблюдая, как Антон читал его сыну сказку, и тот повторял за ним, задавая вопросы. Парень без своего байкерского обмундирования выглядел ещё более странно в растянутой футболке, и там, где кончался рукав, от плеча тянулись какие-то иероглифы, витиеватые знаки, татуировки до самого запястья, увитого браслетами. Своеобразная няня им досталась. Арсений, кажется, до сих пор настороженно относится к этому парню, но главное, Саше он нравится. — Па, — кажется, Саша его заметил и привстал. — Спокойной ночи, Саш, тебе спать пора, уже поздно. Сегодня был тяжелый день. — Ложись, — мальчик похлопал ладонью рядом с собой, и Арсений подошел ближе. — Ага, ну тогда, спокойной ночи всем, — Антон привстал, но Саша легонько ударил его по руке.  — Ложись!       Двое мужчин переглянулись, и Арсений слегка кивнул, пристраиваясь рядом. Втроем лежать на детской, хоть и широкой кровати, было неудобно, но почему-то очень спокойно. — Па, а кто эта тетя? — внезапно спросил мальчик, и Арсений вздохнул. — Она больше не придет, Саш, больше не придет. Я тебя никому не отдам, спи, спи. Завтра с Антоном на дачу вас отвезу, покажешь Антону, где у нас малина растет. Спи, малыш, спи.       Несколько минут тишины. Ровное дыхание маленького ребенка убаюкивало. — Арс, — тихо позвал Шастун, и Арсений выдохнул.  — Не сейчас, ладно? Мне нужно подумать. И каждый, кажется, думал о своём…       Мобильный телефон на пуфике в который раз разрывался в слабой надежде быть услышанным. Лучики солнца рассеивались по детской и по лицам двух мужчин, которые, похоже, так и уснули, охраняя сон маленького Саши.       Трубка горит зелёным, и на экране высвечивается фото лучшего друга и партнёра. — Сележа! — радостно завопил Саша, сжимая гаджет в маленькой ручке. — О, Сашок, как дела? А папа где твой? — раздался голос Сергея, и Саша засмеялся. — Папа и Пуся спят, а я нет. — Саш, ты там с кем? — Арсений встает, целует малыша в макушку, замечая, что Антон просыпается, и Саша с визгом наваливается на него. Мужчина выходит из комнаты и наконец прикладывает трубку к уху. — Алло. — Арс, что мне рассказывает твой ребенок? Говорит, папа и Пуся еще спят. Этот ваш Антон, что, у вас ночует? Ты что, опять по мальчикам у нас гуляешь? — гыгыкнул партнер по бизнесу, и Попов скривился. — Не смешно, понял? Ну засосался я один раз по пьяни с одним, так что, теперь всю жизнь мне это вспоминать? — Ты че злой такой с утра, а, Арсений Сергеевич? — Алина объявилась, — прошипел Арсений и на всякий случай оглянулся по сторонам. — Да не гони. — Да, спустя почти четыре года вспомнила, что у нее есть сын. Домой приперлась, орала, Сашку напугала, хорошо Антон не пустил ее дальше порога, выставил за дверь. — Я начинаю любить вашу няню все больше и больше, — восхитился лучший друг, и Арсений улыбнулся. — Да уж. — Арс, чего она хотела, а? — Не знаю, но думаю, это не последний ее визит. Она требовала видеть Сашу, а еще сказала, что Антон — мой любовник, и она не допустит, чтобы мы воспитывали ее сына. — Она решила вспомнить, что стала матерью. Вот стерва! Отказалась от Сашки в больнице и теперь явилась — нате-любите! Интересно, чего она хочет, денег? — Не знаю, но Сашку я ей не отдам. Увезу на дачу, там ни одна собака не найдет. Сейчас на работу поеду, дела улажу. Заменишь меня завтра, я в отпуск сваливаю, — Арсений вздохнул и, дослушав собеседника, нажал отбой.