Ох, уж эти детки

Постепенно праздники прошли, перетекая в унылые будни. Праздничная неделя ушла, даже не помахав ручкой на прощание, оставив после себя лишь сладостные приятные воспоминания. Это Рождество выдалось необычным для многих. Но приятно ли необычным? Не могу сказать точно, ведь я не являюсь частью этой истории, но мне кажется, что да. Вот только последующие дни будут приятными не для всех, и эти слова, сложившиеся из букв под моими пальцами, я пишу с гораздо большей уверенностью. Мрачная фигурка медленно скользила вдоль полок, напоминая своим видом жалкую тень, приведение, да кого угодно, но никак ни прежнюю Луну Лавгуд. Худая, мертвенно бледная, с залёгшими тенями под глазами, с синими губами, такими, словно она смертельно замёрзла, и пустым, стеклянным взглядом. Лишь копия самой себя. Она походит на монахиню в своём угольном платье с белым воротничком, с длинной густой косой, перекинутой через плечо и чёрным платком, аккурат обвязанным вокруг головы, совершенно не вписывающимся в цвет её белокурых волос. Блёклая и серая, больше не привлекающая внимание своей необычной одеждой, пестреющей даже среди однотонной серой массы Хогвартса. Блейз бы всё отдал, чтобы она вновь улыбнулась, нацепила на себя эти свои серёжки-редиски, впихнула палочку в волосы и в своём фиолетовом платье, странного фасона, напомнила бы ему фиалку. Но увы. Его фиалка завяла. Как можно было извести себя за эти дни? Парень и сам не понимал. Но он ничего не мог сделать, беспомощно пытаясь достучатся до неё, как до каменной стенки. После той ночной прогулки Луна закрылась. И в себе и в своей комнате, выходя только чтобы запихнуть в себя хоть несколько ложек пищи, чтобы не загнуться раньше времени. Что он только не делал: и просил, и умолял, и кричал, но всё без толку. Она только отводила взгляд в сторону, молчала. Даже не старалась пойти на встречу, выйти из депрессии. Она увязала в ней. Слушала, но не слышала. -Мне нравится эти два, помоги выбрать... - её голос хриплый, но чёткий, выговаривающий слова с несвойственной ей скоростью. Руки подхватывают два венка, и она демонстрирует их. - С белыми цветами выглядит благородно, а с красными строго и элегантно. -С красными? - неуверенно тянет он спустя несколько минут молчания, пронзая девушку своим долгим взглядом, пытаясь разглядеть в её чертах боль. И её предостаточно. Столько, сколько с лихвой могло хватить бы и на двоих. Но как бы он не пытался подступиться к ней, ночуя под дверями её комнаты, она никак не хотела делить эту боль с ним. -С красными? - белёсые бровки мгновенно хмурятся, давая понять, что он выбрал не правильный ответ. - Слишком кроваво, разве ты этого не понимаешь? Я хочу, чтобы всё было идеально, и венок с красными цветами этому не способствует. -Тогда с белыми? - он видит, как её руки немного трясутся из-за слабости, когда она почти швыряет венки на место. Бедная сломанная девочка. -Ты говоришь это, только чтобы не злить меня. - Блейз понимает, что она делает. Пытается отвлечься на организационных вопросах, отметая от себя скорбь. Но у неё получается из ряда вон плохо. - Всё на мне, и я... -Луна... - зовёт он, пытаясь оборвать поток быстрых слов, мягко обхватывая руками её плечи. -Я не могу делать всё одна, я... -Луна... - более настойчивей, кроша одним своим взглядом всю её сдержанность, которую она строила на протяжении всей ночи, пытаясь настроиться на поход в этот магазин. И больше слова не получаются внятными, губы дрожат, как и она сама, словно при лихорадке. Ни звука уже не вырывается изо рта. - Всё хорошо, слышишь? Ничего плохого не произойдёт, если ты выберешь не такой венок. -Дело не в этом... - девушка, кажется, совершенно не замечает, что её слегка трясут за плечи, чтобы успокоить. - У меня умер отец, и я не могу с этим смириться. Самостоятельно заняться его похоронами - последнее, что я могу для него сделать. Но это не помогает отвлечься. -Я знаю, милая, я знаю... - Блейз неестественно выдыхает, словно тряпичную куклу притягивая её к себе, зарываясь носом в белые волосы. - Мы справимся с этим. Вместе. Со временем боль уйдёт, но тебе нужна помощь, слышишь? Ты не можешь держать всё в себе. Рано или поздно тебя это убьёт. Но я не смогу помочь, когда ты этого не хочешь. Позволь мне, хорошо? -Хорошо... - она говорит тихо, почти одними губами, комкая в руке ворот его рубашки. Она не плачет, нет. Слёз уже не осталось. Все они давным-давно пропитали подушку. И теперь, этот слизеринец - её надежда, якорь, держащий на плаву. И она почему-то уверенна. Он не даст ей утонуть... ********* Праздники известны всем не только своим хороводом нескончаемых светлых эмоций, но ещё и своей скоротечностью. Почему-то всё хорошее в жизни всегда бежит на всех парах, ускользая от нас словно сквозь пальцы, не давая в полной мере насладиться этим самым хорошим. И тогда нам вновь приходится привыкать к бесконечному количеству дел, к однообразным дням, сменяющих друг друга и не приносящих ничего нового. Так всегда было и будет. Своеобразный закон. Всё хорошее когда-нибудь кончается, и увы, почему-то непростительно быстро. Все три дня до окончания Рождества, Драко и Гермиона провели отдельно друг от друга. И их обоих, как под каким-то наваждением, неумолимо атаковали мысли о том, что это их общение, наладившийся контакт ни к чему хорошему не приведёт. И каждый день для них начинался с того, что они лёжа в своих кроватях, принимали решение завязывать с этими откровениями. Так прошла неделя тягучего безделья, видимо выбравшего себе в союзники лень. Малфой проводил почти всё своё время в слизеринской гостиной с Ноттом, выпивая оставшиеся запасы наливки, которую они так кстати нашли в тайниках Забини. Он придёт в ярость, когда обнаружит лишь пустые бутылки по возвращению, но то, что он не знает, что они давным давным пронюхали, где тот прячет алкоголь, даёт им шанс уйти безнаказанными. Маленький, но шанс. Грейнджер же тем временем отсиживалась в компании своих новых друзей, которые отчего-то ей кого-то напоминали. С ними было весело и по-домашнему уютно, что давало странное чувство на душе... Тепла что ли? Но это было что-то похожее на то, что она обычно ощущала в Норе, сидя за огромным столом с неизменными Уизли. С этими тремя было приятно где угодно, и когда. Даже сидя в скучной библиотеке в окружении любимых книг. Если ни Рон, ни Гарри не могли высидеть здесь больше десяти минут, то Малия, Скорпиус, а временами и Эдриан, полностью погружались в мир книг, кажется так же упиваясь каждой строчкой. И лишь Альбус недовольно фыркал где-то в углу на подоконнике, довольствуясь каким-то старым, неинтересным комиксом, который он вероятно читал ещё в детстве. Но каникулы, есть каникулы, и каждому школьнику известно, что эти злосчастные одну-две недели, отдохнуть не получится. Хотя бы потому что на твои по праву принадлежащие тебе выходные, претендует ещё и целая гора домашнего задания. И в этот раз, учитывая то, что это последний год и седьмой курс, это самое домашнее задание увеличилось не просто до больших размеров, а до огромных. Но даже это не самое страшное. Масло в огонь ещё подливало то, что по всем предметам дали материал для работы в парах, на которые их разбили уже давным-давно. И если раньше можно было спокойно обойтись без личного контакта, выполняя задания по очереди и преподнося результат, как плод совместных усилий, то сейчас размер задания просто не позволял и не давал возможности делать это только одному человеку. Чисто физически невозможно. Поэтому оставшуюся неделю пришлось пожертвовать на парную работу, которая априори не могла закончится ничем хорошим. К тому же весёлая неделька обещала быть не только у будущих Малфоев. Видимо у всех Малфоев в целом. И не только.

День первый.

-Нет, мы не буде писать о соплохвостах. - упрямо продолжала Гермиона, зло стреляя своим убийственным взглядом, из-под пушистых ресниц. Честно говоря это ни капли не действовало на Малфоя, у которого уже пролегла напряжённая складка между нахмуренных бровей, но стальное терпение уже начинало медленно, но верно нагреваться, расплавляясь под натиском пылкого упорства знаменитой школьной заучки. -И почему? - закатив глаза спросил он, всем своим видом выражая недовольство. -Слишком просто! - восклицает тут же она, порывисто всплёскивая руками так, словно объясняет элементарные вещи глупому ребёнку. - Можно же взять в пример мантикору! Это гораздо интересней! -Кому интересней? Тебе, Грейнджер? - насмешливо хмыкает чисто в своей манере, мысленно определяя насколько хватит её терпения. Ему никогда не перестанут доставлять удовольствие подтрунивания над ней. - Думаешь Люпин будет взахлёб читать наш доклад, прерываясь каждые пять минут, только для того чтобы воспеть великую писательницу, тебя? -Тебе обязательно критиковать каждую мою идею? - то, как она сейчас прищурилась, заставило бы Гарри или Рона тут же притормозить, но у Драко никогда не было тормозов, ведь так? -Нет, не обязательно. - невинно пожимает плечами аристократ, складывая руки на груди, добавляя тем самым своей расслабленной позе каплю серьёзности. - Но мне жутко нравится, когда ты трясёшься от злости. -Жаль. - почти так же бесстрастно, как и он, произносит Гермиона, натягивая на лицо, как ей кажется достаточно наглую улыбочку, на самом деле больше напоминающую оскал. - А мне только стало казаться, что это в прошлом. -Вот именно. Тебе показалось. - обрывает спор Малфой, глядя на неё с прищуром, который кажется гриффиндорке слишком уж хитрым, что заставило её заёрзать на своём стуле в попытке разгадать, какая пакость в этот раз родилась в его светлой голове. На самом деле ему откровенно плевать про кого будет написана эта работа, как будет выполнена, в каком стиле. Более того, он даже и слова против бы не сказал, напиши она всё сама. Но... Привычка делать ей всё наперекор, сильнее его желаний. Поэтому в следующую секунду перо самостоятельно подпрыгивает со стола, в бешеном темпе выводя на пергаменте заголовок жирными большими буквами, едва не оставляя чернилами кляксы. -Что ты делаешь?! - вскрикивает Грейнджер, когда пробегает глазами по получившемся словам. В порыве злости она и вовсе забывает о волшебной палочке, комкая бумагу руками, а вместе с ней и витиеватую, в его стиле, надпись: "Соплохвосты, как опасный вид гибридов". -Пытаюсь делать домашнюю работу, пока ты мне мешаешь! - теперь пришёл черёд злиться и ему, холодному аристократу, угрожающе играя желваками на своём каменном лице. -Я же сказала! Я не буду писать про соплохвостов! -Что, Грейнджер? Не нравится, когда с тобой кто-то не согласен? - ох, как же она раздражает его в такие моменты, когда нахмуренная смотрит на него, не моргая, доказывая свою правоту, как если бы хотела прожечь в нём дырку. - Привыкай. Не все будут лизать тебе по жизни задницу, как твои дружки. -Не смей трогать Гарри и Рона! - Гермиона не выдерживает, вскакивая со своего места за столом в их общей гостиной, теперь уже возвышаясь над слизеринцем, смотря на него сверху вниз. -Всегда задавался вопросом, зачем тебе эти неудачники? - тут же лицо его приобрело некую задумчивость, которая действовала на нервы ещё больше. -Замолчи! - для него это звучит только как призыв к действию, но ни как сигнал к бедствию. -Ты же понимаешь, что нужна им только как нянька? - всё так же невозмутимо, как если бы он не замечал, как глаза девушки "наливаются кровью" от гнева. -Мои друзья не должны волновать тебя! - ведьма говорит уже сквозь зубы, понимая, что вышла из себя, где-то глубоко-глубоко в своём сознании удивляясь тому, что разозлилась так сильно. И главное из-за чего? За все семь лет, что они знакомы, чего он только не делал ей. И обзывал и подставлял, как её саму, так и друзей, даже вон испугал её недавно, но это первый раз, когда в ней плескался такой гнев, готовый опрокинуться волной на оппонента. А может дело тут даже и не в том, как он нагадил ей в этот раз. Может всё потому что он открывался перед ней с другой стороны временами, и только она смогла разглядеть в этом гадёныше что-то хорошее, как он ударяет ей пощёчиной, в попытке доказать, что ничего не изменилось. И да, даже сейчас она понимает, что сам слизеринец просто скрывает свою истинную личину, стараясь запутать её всеми возможными путями. Сейчас её злость направлена в сторону его попыток запутать её, отбить ей руки, как и желание разгадать его загадку. -Поттер и Уизел не способны думать самостоятельно... -Малфой! - она выплёвывает заученную фамилию так громко и чётко, что даже не сразу замечает, как скомканный пергамент на столе вспыхивает высоким языком пламенем, который тухнет через мгновение после её поражённого вздоха. -Не знал, что ты владеешь беспалочковой магией. - если он и удивился данным представлением, то только самую малость, что выдавали его вскинутые брови. -Я тоже. - невнятно буркнула она, удивлённо уставившись на чуть обгоревшую бумагу. -Думаю тебе нужно остыть. - парень приходит к самому верному в этот момент решению - слинять, пока вместо пергамента она не подожгла его макушку. Ему, как аристократу, которого с детства обучали разного рода видами магии, хорошо известно, что такой вид волшебства построен на сильных эмоциях. Оттого маленькие маги ещё до Хогвартса случайно проявляли проблески волшебных сил, вытворяя какие-нибудь шалости чисто в порыве каких-либо эмоций. Развивать беспалочковую магию как раз-таки лучше всего именно в этом возрасте, как было и в его случае. Просто потом, чтобы использовать такое волшебство намеренно, надо сосредоточится на чём-нибудь. Например на злости или на обиде, что обычно использует он сам, на сильной радости, печали. И в этот момент, захлёстываемая собственным гневом, Грейнджер видимо случайно сконцентрировалась на своём чувстве и выплеснула его наружу. А потом, когда поняла, что сделала, потеряла этот контроль, мгновеньем потеряв и силу вспыхнувшего пламени. -Продолжим завтра. И оставив сидеть удивлённую Гермиону в том же положении, огромными глазами разглядывая свои руки, словно она сможет найти в них какую-то подсказку, он покинул помещение, вероятно осознавая, что завтра она будет донимать его всякими расспросами о беспалочковой магии.

***

В Большом зале сейчас было не многолюдно, хотя бы потому что половина учеников Хогвартса разъехалась, а другая половина предпочитает коротать время в своих гостиных или же на улице, используя каникулы по полной, насколько это позволяют правила. Наверное именно этот фактор и брала во внимания Малия, приходя сюда для изучения нового параграфа по трансфигурации. Этот зимний денёк даже казался отчасти скучным, вероятно из-за наличия в руках неинтересного учебника, потому что в окна, вопреки настрою, лился манящий солнечный свет, так и зазывающий выйти наружу, а под ухом о чём-то воодушевлённо щебетала милая слизеринка с пятого курса, решившая найти собеседника в лице младшей Малфой. Честно говоря Малия уже минут двадцать, как перестала её слушать, придавая больше интереса клубничному мороженному на десертной ложечке, подолгу разглядывая порцию, прежде чем отправить её в рот. -Ты меня вообще слышишь? - со вздохом проговорила шатенка, терпеливо наблюдая за тем, как аристократка гипнотизирует сладость. -Нет. - честно ответила она, всё же впихнув ложку обратно в свой красиво наложенный десерт, пренебрежительно фыркнув так, как это делал отец, когда собеседник успевал ему наскучить. - Потому что мне плевать, о чём бы ты мне там не рассказывала. И в доказательство того, что ей неинтересны эти разговоры, девушка склонила голову над книгой, закрывая тем самым большую часть лица белёсыми кудрями, прежде чем отчётливо ощутить кожей на себе чей-то взгляд. Сложно было не почувствовать, потому что эти наглые зелёные глаза смотрели в упор, без притязаний на незаметность. И всё же этот взгляд... Альбус умел смотреть так, что внутри всё переворачивалось, а по спине начинали бегать мурашки. И почему эта его способность открылась только сейчас? Сейчас, когда тёмно болотная радужка приносила чувство уязвимости и окрылённости, когда бледно изумрудный оттенок ласкал и бил по щекам одновременно. Отчего то хотелось немедленно отвернуться, но и продолжать смотреть глаза в глаза. -Что? - зачем-то спросила она, скорее всего чтобы закончить эту пытку. -Ничего... - пожал плечами он, подперев подбородок рукой, продолжая смотреть всё так же внимательно. - Совсем ничего... И вот, Малия первый раз в своей жизни неуверенно заправляет прядь волос за ухо, неуютно отводя взгляд куда-то в сторону, отчасти смотрясь неуклюже, закрывая ладошками алеющие щёки.

День второй.

В комнате висит гробовая тишина, прерываемая скрипом пера по пергаменту и шелестом листов книг. Гермиона листала учебник, ища хоть какую-либо информацию о гибридах, а Малфой тем временем прожигал её взглядом, пытаясь написать хоть что-нибудь. Они оба решили тактично игнорировать друг друга, дабы избежать очередной конфликт, делая совместный доклад, сидя за одним столом. Нет, они оба прекрасно понимают, что это парная работа, за которую они получат общую оценку, поэтому чтобы поддержать хоть какой-то контакт, Драко не нашёл ничего лучше, как кинуть в лоб гриффиндорке скомканный клочок бумаги. Реакция Грейнджер на такую выходку, на удивление, была более чем спокойной. Она слегка нахмурила брови и посмотрела на причину своего раздражения, дабы узнать, что ему надо. Ответом послужил кивок, указывающий на орудие, которым он посягнул на самую умную голову Хогвартса. Девушка с настороженностью взяла листок в руки, боясь что Малфой выкинет, какую-нибудь выходку, ввиду её вчерашнего поступка. Да, это случилось нечаянно, разумеется, да и она сама от себя не ожидала, что спалит пергамент из-за какой-то ерунды, и даже в какой-то мере испытывала за это вину. Развернув листок, она про себя в который раз отметила, что у Драко очень красивый и аккуратный почерк. В отличии от неё.

"Извините меня, о Всемогущая Гермиона Грейнджер, что осмелился отвлечь вас, из-за какой-то жалкой темы, которая не достойна даже вашего кроткого взгляда, но всё таки, не могли бы вы уделить мне хоть малейшую минуту вашего драгоценного времени, и наконец ответить мне... На какую всё таки тему, мы пишем этот чёртов доклад?!"

Громко выдохнув и заправив прядь волос за ухо, девушка взяла рядом лежащий лист и начала писать ответное "письмо". Закончив она кинула его парню, продолжив листать учебник. "Дорогой Драко Люциус Малфой, Вы могли и не проявлять такого красноречия, ради меня, но раз так, я продолжу в вашей манере. Из-за того, что вчера мы не смогли согласовать о каком гибриде писать, предлагаю придти к компрамису. Ваши предложения?" Ответ не заставил себя долго ждать.

"Ооо, я очень рад, что мне доверили столь важное дело, но учитывая, чем вчера всё кончилось, я предпочёл бы обсуждать это за чем-нибудь огне-непроницаемым."

Гермиона насупилась. Во-первых, она не виновата в том, что он начал выводить её из себя. Во вторых, откуда она могла знать, что обладает беспалочковой магией? Драко, тем временем, решил проштудировать энциклопедию, перебирая более подходящие варианты. И вот, рядом оказалась бумажка. "Я не знала, что обладаю безпалочковой магией, уж извини! Я вообще не понимаю, как это произошло! Я пыталась успокоиться, и тут пергамент просто вспыхнул!" Парень посмотрел в её сторону. Шатенка ещё больше уткнулась в учебник, что бы не видеть его. Закатив глаза, он всё же решил разъяснить ей, что вчера случилось. К тому же никогда не помешает показаться умней этой выскочки.

"Ты сконцентрировалась на эмоциях и выплеснула всю свою злость наружу. Не думай, что ты какая-то особенная. И вообще... Василиск, Кентавр, Нунду, Химера. Выбирай!"

Девушка выгнула бровь, посмотрев на своего товарища по несчастью. Он же, в свою очередь кивнул головой, тем самым говоря: не отвлекайся, у на с полно работы! -Хммм.- протянула Гермиона, от чего Драко нервно вздохнул. И вообще, почему его поставили именно с ней!? "Химера." Ответ был кроток и ясен, и парня он явно не радовал. Взяв все свои учебники, он быстро начеркал, что-то на листке, и прожигая Гриффиндорку злобным взглядом, удалился. Девушка же в недоумении притянула к себе листок, на котором Драко яростно, что-то написал.

"Обязательно надо было выбрать гибрида, о котором полно ложной информации, и толком ни чего не известно!? Я в библиотеке, не ищи меня."

-...ТАК Я ОПЯТЬ ВИНОВАТА!?

***

-Будешь? – прозвучал чей-то вопрос где-то над ухом, выводящий наружу из глубин собственного сознания. На самом деле совершенно ясно, что это за обладатель такого хитрого голоса. Малия может поставить всё, что угодно, что у этого кого-то наглые зелёные глаза и не менее наглая ухмылка. -Да… - говорит она с прищуром, смотря на него снизу вверх из-за разницы в росте, в особенности на аппетитную шоколадку в его руке. -Тогда возьми. – Альбус невинно пожимает плечами и улыбается специально слишком широко. -Что? – хмыкает она, как если бы он сморозил неимоверную чушь. -Забери её у меня. – поясняет парень, покрутив перед её лицом сладостью, и пока она не успела опомниться, чуть разрывает упаковку, отправляя маленькую дольку в рот. - Если сможешь, конечно. – блаженно прикрывает глаза. – Молочный – твой любимый. Малия не знает, что движет ей в тот момент, когда её рука тянется за шоколадкой, а она ускользает практически из-под пальцев. Не знает, зачем слушает его хихиканья, повторяя попытку снова и снова, вставая на носочки для эффективности, хотя бы потому что может попросить у домовиков точно такую же. Какая невиданная глупость. А может ей просто хочется делать такие глупости? Наверное. По крайней мере, это было бы хоть каким-то объяснением. Она прекращает эту игру только тогда, когда Альбус отводит руку себе за спину, и ей приходится считай навалиться на него, чтобы дотянуться до шоколадки, а вместе с этим и столкнуться с ним нос к носу. Непростительно близко. Глупая, глупая Малия. Они стоят так секунд пять в полной тишине, пока девушка огромными глазами смотрит на него, слишком медленно соображая, что же всё-таки произошло. -Думаю, ты её всё же заслужила… - совершенно спокойно говорит Поттер, нехотя отстраняясь, протягивая ей любимое лакомство. Она же совершенно на автомате отламывает себе небольшую плитку, откусывая от неё кусочек, надувшись при этом так же, как это сделала, когда Альбус оторвал от её пушистого белого медведя лапу. -Ещё раз сделаешь нечто подобное… - блондинка не договаривает, смакую во рту вкусняшку. -И ты меня убьёшь. – он вновь пожимает плечами, стирая большим пальцем остаток шоколада в уголке её губ, после чего обыденно слизывает с него сладость. Была бы его воля, он с радостью исключил бы из этой цепи свой палец. – Я знаю.

День третий.

-Просто перепиши это... - сухо буркнула Гермиона, пододвинув к объекту своего раздражения, книгу, на листах которой аккуратно было отмечено карандашом то, что ей так хотелось бы увидеть в их совместном докладе. Как и ожидалось, Малфой жест доброй воли не оценил, негромко фыркнул, сильно сжав перо между пальцами, но промолчал. Хоть что-то хорошее за этот день. Всё, что ей оставалось, так это беззвучно скрипеть зубами, повторяя сама себе безостановочно: "Это нужно для дела!" Кончик смачно плюхается в чернильницу с соответствующим бульканьем, окрашиваясь в чёрный цвет. И вот, перо уже выводит ровные витиеватые буквы с привычным скрипом о пергамент. Драко даже показался бы ей вполне милым с таким сосредоточенным лицом, склонившимся над докладом, водящим пальцем по печатным буквам относительно новенького фолианта. И показался бы, если бы не сидел со свей злобной миной. -Беллерофонт... - коротко говорит он, вдруг поднимая голову, выжидающе посмотрев на девушку рядом. -Что? - спрашивает она нахмурившись, отчасти не сразу понимая, что от неё хотят. Он тоже хмурится, видимо от злости на такую непонятливость, однако отвечает вполне спокойно. -Беллерофонт, сын царя Коринфа. - поясняет Малфой, недовольно кивнув в сторону предложенной книги. - Здесь нет легенды о его победе над химерой. -Эм, ну... - Гермиона даже теряется на мгновение, совершенно не понимая о какой легенде идёт речь. Странно, правда? Самая умная ученица Хогвартса чего-то не знает. - Можешь сам написать об этом. -О, спасибо, пресвятая Грейнджер, за разрешение! - всё же выплевывает он, прежде чем снова вернуться к пергаменту. -Пожалуйста. - она кривит лицо недовольно, подперев голову рукой, а потом отводит взгляд в сторону, чтобы не портить себе настроение одним его аристократическим видом. Типичный вечер в компании Малфоя.

***

Тихое и ритмичное цоканье, маленьких каблучков, отражалось от стен старого Хогвартса. Аристократка медленно гуляла по коридорам, погружённая в свои раздумья. О чём она думает? Одному Мерлину это известно. Может, она думает о родителях, скучает по ним, или по друзьям из её мира? Или же о странном поведении её друга, которое стало уж слишком странным. Как бы то ни было, она могла блуждать, по старому замку часами, не замечая никого, если бы не... -Пойдём играть в снежки?- на плечО девушки легла тёплая ладонь. О, она прекрасно знала, кто это. -Альбус, скажи мне честно. Тебе лет сколько? - развернувшись спросила она. -Да брось, я знаю ты хочешь. Ну же! - ооо, Поттер даже не понимает, на сколько он прав.-Давай, ребята со всех факультетах давно веселятся на улице! Малия с детства любила играть в снежки, будь это безмятежная игра со своей семьёй, или настоящая битва, в которой есть только один победитель и лишь один шанс на победу, когда в твоих глазах играет азарт, когда страх быть повергнутым страшнее самого безумия... Однозначно, ей это нравилось. НО! Как аристократка может признаться другим, что это пустая трата времени ей по вкусу? -Хм...Я не знаю. Возможно. - как можно незаинтересованней проговорила она. -Ну, как хочешь. - Альбус развернулся и начал отдаляться, от неё. ...В СМЫСЛЕ!? Малия была в шоке. Да как он посмел не уговаривать её ещё больше прежнего пойти с ним!? Да как он не применил свой грязный приём, с щенячьими глазками, который на неё не действует!? Да как он вообще осмелился вот так вот бросить её!? -СТОЯТЬ! - выкрикнула она это так громко, что бедный парень чуть не упал, а эхо несколько раз отдалось от стен. -Кхм...Я согласна, так уж и быть. Я готова составить тебе компанию. -Эмм, отлично, только в следующий раз не кричи так.- произнес Альбус, видя как девушка обогнала его и быстрым шагом направлялась за тёплой мантией. *** Эх, снежки. Какая же хорошая игра. Никогда не думали, как в них играют волшебники? Хах, вы только посмотрите! Вот кучка слизеринцев "превратили" гриффиндорца в снеговика, не заметив, как его собратья по факультету, уже собрали на них ополчение, и надвигаются штурмом, дабы отомстить за своего. Над головами целыми стаями летают снежки. Справа ведётся настоящее сражение. Гриффиндор и Слизерин. Борьба двух факультетов велась даже здесь. Слева гордые львы, а справа хитрые змеи. Их битва ещё то зрелище. Вот только, похоже они забыли о Когтевране и Пуффендуе. Да, они тоже там участвую, то есть... Как сказать участвуют. Стоят по середине под обстрелом, двух факультетов...Бедолаги. Нет, конечно, здесь есть и мирные, спокойные люди. Вот, к примеру, какая-то группа ребят, на удивление с разных факультетов, лепят снеговика, парочка влюблённых, МИРНО играющая между собой, а вон там все играют в жмурки. Парни так закрутили водящего, что тот не успев сделать и шагу, с хохотом свалился в снег. Эх, как же здесь весело, когда ни кто не враждует между собой за балы... Вот только... Малия... Она стоит с надутыми щеками, видимо ей что-то не нравиться. Даже тяга закидать кого-то с ног до головы, не даёт ей никакого веселья. Она стоит в стороне и лишь наблюдает. А вот Альбус вдоволь веселится, в его голову уже семь раз прилетало по огроменному снежку, а ему всё не почём. Вот он находит своего обидчика, и БАМ! Тот падает от полученного в лицо снежка. Но вот похоже он выдохся. Он подошел к Малии, переводя дыхание. Из-за того, что он потерял в бою шапку, все его волосы в снежинка. Мантия раскрыта, лицо полыхает розовым цветом, а изо рта и ноздрей валят клубы пара. Малия с интересом смотрит на него. Всего такого растрёпанного и неуклюжего. Это кажется, как то по особенному... Милым? ТАК НЕТ! НЕТ! НЕТ! И НЕТ! Просто показалось, просто показалось, и вообще! Они здесь уж больно долго, а между прочим аристократка не статуя, чтобы целый день стоять на морозе. -Холодно, что-то. - попыталась обратить на себя внимание девушка. -Да нет, нормально. УФ! - безучастно выдохнул парень. -...Я замёрзла. - ноль реакции. -Я замёрзла. - ещё громе бросила девушка, но Альбус всё также пытался перевести дух, кажется, даже не обращая на неё внимания. -Мороз, что-то КРЕПЧАЕТ, мои пальцы на ногах ОКОЧЕНЕЛИ, да и носа я уже НЕ ЧУВСТВУЮ. - как более чётче пыталась выделить слова она. -Ой, что то руки замёрзли. - пробормотала не подалёку стоящая девушка, своей подруге. -На. - тут же среагировал Поттер. Подошел, вытащил вытащил из кармана перчатки. -Ой, не надо! - засмущалась она, пытаясь не привлекать к себе опеки. -Ещё как надо, ты ещё и без шарфа. Вот - он стянул с себя шарф, и аккуратно обмотал вокруг шеи девушки. - Вот, так-то лучше. - С-спасибо. - мило улыбаясь отвечает она, как показалось мисс Малфой, слишком призывающе хлопая своими длинными ресницами. ...ЧТО, ЭТО, СЕЙЧАС БЫЛО!? Да как он посмел? Малия окоченела, с ног до головы, а он подошел и дал свои вещи, какой-то девчонке, у которой, всего лишь руки замёрзли! Да пусть они у неё хоть отвалятся, ему то что с того?! Девушка вскипала от злости. В ней бурлил вулкан. Все эмоции разом перемешались. Раздражение, гнев, предательство, ненависть, недостойность и конечно же самое главное - желание убивать. Она даже не знает, кто это, но желание кинуть в неё аваду, ух какое стойкое. А ведь она даже не понимает, что стала для Малии противником номер один в этой войне. И только спустя несколько минут злостного скрипа зубов, она поняла. Поняла, что это самая настоящая ревность. И знаете, что? Она даже не отрицает. Потому что... Как её лучший друг только посмел обратить внимание на неё!? Как же он не укрыл её саму, как это и должно было быть? Как же не заставил натянуть капюшон, как!? -Эй ребят. Не хотите сыграть с нами в снежки!? -Ну мы тут уже давно стоим, пора бы и размяться. Так, что я за! - проговорила та самая мисс Вселенная, у которой были перчатки и шарф Альбуса. -Я тоже за! - тут же выпалила наша эгоистичная аристократка, красочно планируя расправу. "Она, ещё узнает гнев Малфоев." -Хорошо, делимся на две команды. Вот оно. Противостояние противоположностей. Две разные команды. Две девушки. И один Альбус из-за которого началась вся эта заворушка, о которой милашка в Поттеровском шарфе даже и не подозревает. И вот, игра началась. Ни кто не мог попасть, в эту белобрысую бестию. Она ловко уворачивалась от снежков, и метко попадала в противников. Её команда явно вела, и вот она подобралась, к не о чём не подозревающей жертве сзади. Да, не самый достойный поступок, но во всяком случае на то она и слизеринка. Сначала она подумывала просто кинуть в неё снежок, но потом вдруг показалось, что этого будет мало. У неё была идея куда более интересная. Вот на её губах появляется волчий оскал. Сейчас она была умны хищником, который загнал ни о чём не подозревающую жертву в угол, и вот! -Эй, Нала, смоЧТО!?- это всё, что произнесла девушка, прежде чем рыбкой, с головой нырнуть в сугроб. -Ехехехехе. - однозначная победа!

День четвёртый.

С невероятной изящностью пылинка медленно опускается всё ниже, приземляясь прямо на нос Гермионе. Страницы снова шуршат и скрипят под пальцами, поднимая тем самым ещё больше пыли. Затем девушка скромно чихает, неловко прикрываясь рукой. Впрочем, это не делает образовавшийся звук, пронёсшийся по всей библиотеке во всей своей красе, ввиду вездесущей здесь тишины, хоть на долю тише. Тем самым она зарабатывает на себе очередной раздражённый взгляд серых глаз, к чему уже начинает привыкать. И ей кажется, будь у неё желание помечать в блокнотике каждый раз, когда он так смотрел на неё за все эти четыре дня, то ей просто не хватило бы листов в этом самом блокнотике. Малфой же в это время замечает про себя, что за время их совместной работы, стал как-то уж слишком мягким по отношению к заучке. Выводить её из себя стало как-то неинтересно, к тому же и она сама игнорировала все попытки перейти к открытому конфликту. Вот даже испепелять её холодным взглядом не было желания, поэтому он со вздохом возвращается к учебнику в своих руках. К, казалось бы, бесконечным сложным рецептам новых зелий, которые нужно было как-то выучить, а потом ответить Снейпу. Стопка книг с грохотом ложится чуть ли не перед его носом. -Прости. – невинно пожимает плечами надоедливая Грейнджер, прежде чем сесть напротив, небрежно просматривая страницы так быстро, что могло бы показаться, что она и вовсе не читает здоровенный фолиант из этой огромной стопки. Драко уже надоело удивляться каждый раз, когда эта крохотная хрупкая гриффиндорка вытворяет нечто подобное. Возможно жёлто-красный галстук, идеально уходящий под вырез серого пуловера, выделяет её не только по храбрости, но и по силе. Чего ещё ожидать от этих всемогущих львов Хогвартса? Она воодушевлённо что-то переписывает на пергамент, покусывая временами кончик пера, мурлыкает что-то себе под нос, а потом вновь крутится у полок, таская эту здоровенную лестницу, ведущую к верхним этажам, на себе. Она пыхтит при этом так, что, кажется, тащит целый паровоз, однако помощи не просит. Лезет на самый-самый верх, чтобы взять самую массивную книгу, трепетно смахивает пыль с обложки и совершенно не смотрит вниз, когда пытается спуститься обратно. Одним словом сумасшедшая. Парень даже не сразу замечает, что всё это время наблюдает за ней слишком неприкрыто. И вся проблема не в том, что его скрытность уехала вместе со всеми на каникулы, а в том, что он вообще на неё смотрит. И только он хочет отвернуться, сделав вид, что не пялился ни на кого, как худеющая девочка на кусок мяса, как она оступается, всё ещё находясь в нескольких метрах над землёй. И он совершенно не знает, куда девается его слизеринская натура в этот момент. Не знает, почему вдруг решает по джентельменски ей помочь, однако вопреки прежнему себе встаёт, правда нехотя, в своей манере, так, словно его под угрозой авады заставили, и в один шаг сокращает расстояние от своего стула до стеллажа. И не успевает Гермиона даже пикнуть, как оказывается пойманной, на руках у Драко Малфоя. Она поднимает на него свои наивные глаза, так, что можно было бы сравнить её с побитой собакой, дворняжкой, умоляющей одним взглядом, чтоб её забрали в дом. Молчание тянется, а она всё смотрит, понимая, что давно мечтала оказаться в сильных руках, прижатой к широкой груди, как это обычно бывает в мелодрамах. Она даже могла бы назвать этот момент волшебным, если бы лицо Малфоя не было бы недовольным. И только она хочет положить голову ему на плечо, полностью расслабив руку на его шее, как Драко в напоминание о реальности кашляет, ставя ушедшую в себя девушку, на ноги. -Тебе нужно меньше читать романы, Грейнджер. – фыркает он, прежде чем вновь вернуться к зельям. -Знаю. – бурчит гриффиндорка себе под нос, стыдливо прикрываясь книгой по астрономии, делая вид, что пишет заданное эссе. А ведь ей только показалось, что она наконец нашла своего долгожданного принца. Пусть и на несколько секунд, пусть даже в лице Малфоя. И всё-таки какой надо быть дурой, чтобы представить слизеринского хорька в образе того самого?

***

Тук-тук. Монотонно и раздражающе. Тук-тук. Так, что можно поделиться недовольством с половиной школы. -Прекрати. - просьба, звучащая, как приказ. -Только если напишешь сочинение за меня. - пожимает плечами Малия, продолжая монотонно стучать пальцами по деревянному столу. -Я уже написал сочинение за Альбуса. - Скорпиус выглядит злым и уставшим, кивая в сторону упомянутого, крутящего в руках ярко красное наливное яблочко, так и просящее своим видом скорее себя укусить. Честно говоря вид старшего брата так и кричал: "Я могу убить тебя одним только взглядом!", поэтому девушка воздержалась от комментариев, едва обмакнув перо в чернилах, чтобы хоть что-нибудь написать. Снова. К несчастью ничего кроме банального "Однажды...", сочинить не удалось, поэтому блондинка ударилась в искусство, обрисовывая края пергамента только ей понятными загагулинами, которым только она и могла дать объяснение. Что, что, а рисовать она с детства не умела. Единственное, что получалось у неё более менее нормально, так это сердечки, которые Скорпиус терпеть не мог. Но даже не смотря на то, что художник из неё был никудышный, выводила свои штрихи она старательно, с нелепо высунутым кончиком языка, то и дело сдувая прядь волос с лица, морщась каждый раз, когда лучик солнца ложился на лицо. -Мммм... Посмотри на меня... - попросил Альбус спустя какое-то время, наклоняясь к Малии через стол. -Зачем? - недоверчиво протянула она, неуверенно поднимая на него свой взгляд, в мгновение встречаясь с его. -Замри... - она не сразу понимает, зачем он наклоняется ещё ближе, зачем тянет руку к лицу, нежно касаясь ресниц, но знает точно, что почти перестала дышать, наслаждаясь этим коротким моментом, перестала чувствовать свои пальцы, перестала думать в принципе, не смея отвести от него взгляда. - Пушинка. "Это самое жалкое оправдание" - думает про себя Скорпиус, едва вскидывая брови. "Самое тупое и жалкое, но тем не менее оно не изменит того, что между этими двумя что-то есть." Тук-тук. Тук-тук. Теперь так стучит её сердце, только в более бешеном ритме.

День пятый.

-Не знаю, что твоя аристократическая задница ест по утрам, но я принесла джем и тосты. - первое, что сказала Гермиона, аккуратно проходя к тому самому столику, за которым они сидели вчера, с подносом еды в руках. -Я настолько хочу спать, что мне всё равно, чем завтракать. - Малфой говорит совершенно спокойно, без доли ехидства и чего-то там чисто его, освобождая на столе место для всего того, что притащила зазнайка, отставляя стопки с прочитанными книгами на пол. Она выглядит потрёпано. Мятая несвежая рубашка, образовавшиеся круги под глазами, свидетельствующие о том, что эта ночь была проведена точно не в мягкой постельке, волосы, спутанные и торчащие во все стороны больше, чем обычно, пуловер лежащий на подоконнике и расслабленный узел галстука, болтающегося на шее. Его же галстук валяется, наверное, где-то между стопками учебников и исписанных пергаментов. И смотрится он ничуть не лучше. Вряд ли кто-то вообще мог похвастаться тем, что видел слизеринского принца в не заправленной измятой рубашке, размётанными волосами, да и вообще болтающего с Грейнджер. Фантастика, да и только. -Приятного аппетита. - зачем-то говорит Гермиона, медленно намазывая малиновый джем на хрустящий тост. -И тебе. - зачем-то отвечает Драко, повторяя манипуляцию. Шесть утра. Они ночевали в этой чёртовой, по мнению Малфоя, библиотеке. Сидели всю ночь за приготовлением проекта по рунам, расписывая предварительную речь под светом тусклой настольной лампы. Да, Хогвартс - это определённо не всегда развлечения. Девушка не знает, поспал ли хорёк хоть немного, но знает точно, что отрубилась сама где-то на пол часа, а потом проснулась с осознанием того, что пускает слюни на бумагу. И лишь он, как сидел, внимательно всматриваясь в текст книги, изредка потирая переносицу для снятия напряжения, так и сидел, кажется, даже и не обратив на неё должного внимания. Зато в темноте ночного помещения было удобно выбирать слайды для своеобразной презентации, прокручивая их на допотопном проекторе, транслирующем изображение на стене, а ещё без посторонних отрепетировать речь. -Мы хотели бы рассказать вам о истории "Древних рун", о их появлении и изменении письменности с годами. - читала тогда Гермиона, щурясь, чтобы разглядеть буквы в сумраке комнаты. -Нет, нет. - взрывался каждый раз Малфой, передразнивая её из раза в раз. - Совершенно не та интонация. -Хорошо, а какая она должна быть? - со вздохом спрашивала гриффиндорка, облокачиваясь на свою руку. -Не знаю... Серьёзная, уверенная, чёткая... -Я не хочу быть похожа на профессора Снейпа, когда буду говорить это... - она глупо улыбалась, накручивая и без того кудрявый локон на свой палец, вероятно представляя себя в чёрной, развивающейся на ходу мантии, отчасти напоминающие крылья летучей мыши. -Скорее на МакГоналл. - Драко пожимал плечами, ловя на себе беззлобный возмущающийся взгляд. - Но суть ты уловила. -Может тогда ты будешь читать речь? - хитро щурилась она. -Я не похож на МакГоналл так, как ты. - с долей короткого смешка говорил он с ровно такой же глупой улыбкой. Многие сравнивали Гермиону с профессором трансфигурации, и это не было для неё секретом, поэтому девушка лишь прилегла тогда расслабленно на локоть, сладостно зевнув в предвкушении скорейшего завершения работы. -Жаль. Тебе пошли бы остроконечная шляпа и очки... - тихо хихикала она, утыкая мордашку в сгиб руки, вероятно чтобы скрыть вырвавшийся шумок. -Спасибо. - устало вздыхал он. -Пожалуйста. - весело отвечала она.

***

-Знаете, ребята... - разносится приятный полу-раздражённый голос по ночному коридору, волной разливаясь по стенам, заставляя чопорных дам и господ на картинах проснуться от полудрёмы. - Идти на Астрономическую башню в три часа ночи, только потому что стало скучно, было плохой идеей. -Да заткнись ты! - шикает тут же следующий, видимо тряхнув слюдяной фонарь, от чего слабое его свечение прошлось волнами по стенам, полу и потолку. И как бы в доказательство правоты второго голоса, вдалеке из кромешной темноты послышалось противное мяуканье, отдающее некоторыми нотками неким ехидством, словно говоря, что уйти не получится. -Немедленно туши свечу! - а вот и третий голос, вслед за которым слышится отвратительный скрип фонаря, который, кажется, ещё громче, чем их перешёптывания. -Эта мерзкая кошка, если и не увидит нас, то учует! - вновь первый, женский, но раздражённый. Тем не менее единственный источник света таки тухнет. Из той же стороны, откуда шли мяуканья, послышались чьи-то шаркающие шаги, гулко разносящиеся эхом по всему коридору. Хотя почему чьи-то? Только один человек во всём замке ходит так - чуть прихрамывая на одну ногу, судя по звуку. Если хорошо прислушаться, можно было услышать слабое кряхтение, едва уловимое ухом, и считай беззвучное, тяжёлое, нервное дыхание. Несколько таких. -Вы думаете, я не слышал вас, наглые дети? - из-за угла показывается ещё одно тусклое свечение, которое не могло сулить ничего хорошего. Именно этим и руководствовался обладатель третьего голоса. -Бежим! - всё, что крикнул Альбус, прежде чем нащупать хрупкую руку Малии и рвануть предположительно по направлению к развилке между ещё одним коридором и лестницей. -Куда, идиот?! - возможно бросать Скорпиуса не стоило, как и разделяться с ним, но Поттеру показалось, что его друг успешно убежал в противоположном направлении. Во всяком случае поделиться на пополам Филч не мог. Как и предполагалось, на удачу этим двоим, им удалось запутать старого завхоза, блуждая между коридорами, пока не появилась возможность нырнуть в нишу прямо за рыцарскими доспехами. Кто же знал, что там будет мало места? -Ты... ты... - попыталась возразить девушка, слишком уж слабо упершись руками в его грудь, размеренно вздымающуюся под её руками, когда он прижал её своим телом к каменной стене, чтобы максимально увеличить шансы остаться незамеченными. -Шшшш... - шипит он, кажется прижимаясь к ней ещё плотнее, совершенно не подозревая, что от такой близости у неё спёрло воздух в лёгких. - Прошу тебя, тише... Единственное, на что ей хватило сил, так это на слабый кивок. Да, можно было бы понадеяться на темноту, на возможность вовсе не увидеть его. Но она видела. Совершенно чётко видела очертания его скул, губ, подбородка, шеи, ведь глаза привыкают к темноте, чувствовала горячее дыхание в области щеки и уха. И самое странное то, что тело реагировало на это дыхание. Пальцы похолодели, но вспотели от волнения, голова закружилась, в горле пересохло, по спине пошли мурашки, быстро-быстро спускающиеся всё ниже, а ноги и вовсе подкосились. Спасибо Мерлину, что она сейчас прижата к стене, а иначе непременно бы упала. И она могла поклясться, что стала вся пунцовая. Кажется мимо прошёл Филч. Малия слышала на задворках сознания удаляющиеся шаги, но не придала этому значения, ведь она молчаливо наслаждалась этим моментом, прикрыв глаза от приятности всей ситуации. И даже не видя совершенно ничего перед собой, она почувствовала, как расстояние между их лицами стало ещё меньше, почувствовала дыхание уже перед собой. Открыла глаза, чтобы убедиться. Да. Ровно напротив. Одно неаккуратное движение, малейший дюйм вперёд, и их губы точно соприкоснуться. Стоит только захотеть. Меньше чем пол шага. И с каждой секундой это маленькое желание становилось всё больше и больше, заполняя и так пошатнувшееся сознание. Время тянулось так медленно, что казалось этому моменту не будет ни конца ни края, хотя на деле прошло не больше минуты. Как назло Альбус это расстояние не сокращал, инициативы не проявлял. Вот, что за человек? Когда не надо - целует, когда надо - стоит столбом. Терпеть больше не было сил, поэтому она сама потянулась прямо к нему. И не успели одни губы даже коснуться других, как Поттер умудрился всё испортить. -Кажется путь свободен... - чуть хрипло произнёс он, отстраняясь от девушки. Вдруг стало слишком холодно. Слишком свободно и неуютно. Слишком реально. -Чего встал тогда?! - злобно фыркнула она в разочаровании, задевая и так отошедшего Альбуса плечом, прямолинейно направляясь в сторону слизеринских спален, топая при этом так, что можно перебудить наверное всю школу, не то что привлечь внимание миссис Норрис. - Шевели поршнями, буду я тебя ещё ждать, черепаха! Что поделать? Малия не умеет принимать поражение. Тем не менее, занятая своим провалом и раздражением, она и не заметила довольную ухмылку на губах Поттера. Возможно всё это было не такой уж и случайностью. Возможно не случившийся поцелуй - вовсе не стечение обстоятельств. И даже если это месть, она определённо сладка.

День шестой.

Зимние вечера в Хогвартсе самые прекрасные. Это именно то время, когда можно расслабиться, отдохнуть от тяжёлого дня, просто посмотреть на звёзды, на отлив серебра на белоснежных сугробах снега, на темноту макушек деревьев Запретного леса и мысленно сказать самому себе: "Это самое волшебное место из всех самых волшебных". На территорию школы медленно опустился сумрак, укрывая всех словно покрывалом. На улице было тихо и спокойно и лишь завывания ветра за окном и скрип половиц в крохотной хижине недалеко от замка, нарушали тишину этой нетронутой идиллии. Пока не тронутой. Два неугомонных подростка слишком шумливо разорвали образовавшийся покой, вновь протоптав от Хогвартса, уже заметённую за день, тропинку. А ругань их можно было услышать за километр вокруг. Удивительно, как они ещё не закопали друг друга в снегу, выясняя кто всё-таки виноват. Тем не менее, слава Мерлину, дойдя наконец до крыльца деревушки, разногласия было решено оставить до лучших времён. Хагрид проснулся в этот поздний вечер в своём любимом кресле от того, что в его дубовую дверь кто-то неистово колотил так, что могло показаться ещё немного, и её вовсе снимут с петель, такой грохот стоял в хижине. И стоило ему едва отодвинуть засов, как к нему в дом ворвались двое заклятых врагов, замёрзших, и злых, как два чёрта. Не успел он даже и слова сказать, как Гермиона его опередила, сразу начиная с объяснений. -Привет, Хагрид, прости за столь поздний визит... - затараторила девушка, снимая по пути намокший, от растаявшего в тёплом помещении снега, шарф, попутно стягивая точно такой же, но зелёно серебристый, с шеи недовольного, брезгливого Малфоя, который на это лишь фыркнул. - Нам на каникулы задали очень много всего, мы заработались и только сейчас, считай в последнюю минуту вспомнили о задании по травологии. - вешает на вешалку мантии, вытаскивая из кармана своей небольшой мешочек с семенами. - Нужно вырастить асфодель, а как ты знаешь на это требуется около недели. Я совершенно не знаю, что делать. Хоть какое-то волшебное воздействие, и она завянет. -А этот, что здесь делает? - ещё не совсем сообразив в чём дело, спрашивает полу-великан, кивнув в сторону Драко, одарив того недоверчивым взглядом. Впрочем и тот в догу не остался. -Он со мной. - отмахнулась тут же девушка, потянув слизеринца за рукав, чтобы тот сел вместе с ней за стол, возможно уже и не подозревая, как необычно выглядит сейчас, ворвавшись сюда под ручку с главным гавнюком школы. -Ну, ладно. - пожимает плечами тот, машинально ставя чайник на огонь с приходом гостей. - Не волнуйся, Гермиона, я купил, значит, одно чудесное удобрение. К утру вырастит красавица. Вы только не говорите никому о нём, боюсь оно не совсем легальное. - на этом Хагрид как бы невзначай посмотрел на Малфоя, что с перекошенной физиономией оглядывал новую для него обстановку. Если быть точнее... Новую, отвратительную, неподобающую аристократам, грязную, безвкусную обстановку. -Что? - буркнул слизеренец, как только заметил на себе излишнее внимание двух пар глаз, способных просверлить в нём дырку своей многозначительностью. - Я умею хранить тайны. -Не сомневаюсь. - всё ещё подозрительно протянула Грейнджер, глубоко в душе уже начиная сомневаться, что притащила его сюда. Как и следовало ожидать, в комнате повисла плохо скрываемая неловкость. И без того неуклюжий лесничий, вёл себя ещё неуклюже, чем когда-либо, то и дело с опаской косясь на Драко, пока разливал облепиховый чай в две щедро большие кружки. Тут же на стол он поставил и своё печенье, разгрызть которое не удалось даже Малфою, чьи зубы блистали здоровой белизной, так и кричащие, что они идеальнее, чем вся твоя жизнь. И единственное, чему Гермиона молча поражалась, вовсе позабыв про Хагрида, что уже вовсю хлопотал над будущей асфоделью, так это тому, как слизеринец вёл себя. Точнее как НЕ вёл себя. Куда делись колкие насмешки, которые обычно вылетали желчью из его рта, угрозы в конце концов, надменность и брезгливость в поведении? Нет, конечно же Драко Малфой не был бы Драко Малфоем, если бы не кривил лицо в отвращении всякий раз глядя на не опрятность помещения. Безусловно он был недоволен, почти не притронувшийся к чаю, тактично отказавшийся от всего, что радушный хозяин предлагал в угощения, сидя с кислой рожей и портя своим настроением всю ауру комнаты, наверное. Но тем не менее он молчал, видимо переваривая все недостатки сложившейся ситуации, мысленно. -Не хочешь ничего сказать про печенье? - недоверчиво шепнула ему девушка, для наглядности пододвигая тарелку с яством ближе к аристократу. -Просто кулинарный шедевр. - в тон ей ответил слизеринец, всё же отодвигая сладость подальше. На губах его же образовалось что-то, даже отдалённо не напоминающее улыбку. -А про комнату в целом? - не унималась она, предпочитая говорить не громче, чем треск поленьев в камине и звучания какой-то незнакомой песенки, которую Хагрид напевал себе под нос, "колдуя" над горшком. -Вполне уютно. - сарказм в его голосе можно было бы спокойно черпать ложками, будь у них такая возможность. -Да, что с тобой не так?! - от возмущения возглас получился слишком громким, от чего лесничий даже перестал петь, но гриффиндорка быстро исправилась, так что от невозможности подслушать, полу-великан продолжил своё мычание. - Я тебя не узнаю! -Тебе что-то не нравится, Грейнджер? - и правда. Чего это она недовольна? - Кому будет лучше от того, что я сейчас закачу истерику по поводу классового неравенства? -Прости. - буркает она вдруг, понимая, как глупо выглядит её претензия. - Ты прав, просто как-то... Необычно. -Будем считать, что я вышел на путь исправления. Малфой кивает и подносит чашку с чаем к губам, когда к нему на колени прыгает та самая старая огромная собака, от чего часть напитка выливается ему на рубашку. В этот момент он не знает от чего выть больше: от того, что чай был горячим или от того, что пёс испачкал его своими слюнями. Тем не менее, всё, что он делает, так это неразборчиво проклинает долбаное проведение, пытаясь увернуться от шершавого языка, что так и норовил лизнуть его. -Клык, эдакий ты негодник, сейчас же слезь с него! - приказывает Хагрид, и во имя Мерлина, псина слушается, возвращаясь на свой коврик, виновато состроив и без того грустные глазки. - Не обижайся. - говорит он Драко, по доброму посмеиваясь. - Ты ему просто понравился. -Не сомневаюсь... - резко кидает слизеринец, брезгливо смахивая со своего лица и воротника тянущиеся по пальцам слюни. Картина эта выглядела до того отвратительно и смешно одновременно, что девушка таки не сдержалась, прыснув от смеха в руку, чтобы тот не заметил. Заметил. - Что? Она ничего не говорит, лишь продолжает закрывать рот рукой, мотая головой в отрицании, но всё равно не сдерживается, расхохотавшись в полный голос. Аристократ же, не потерпев такой наглости к своей высокопоставленной персоне, плотно поджав губы, смахивает часть слюней со своих пальцев аккурат Гермионе на лицо. Хагрид же только и успел открыть рот, предполагая, что сейчас будет, опасливо пятясь в другой конец комнаты на случай непредвиденных обстоятельств. В этот раз лесничий первый раз в жизни подумал, что возможно не так уж и хорошо знает эту лохматую странную заучку. Определённо странную, потому что она вовсе не кричит, как непременно накричала бы не только на Малфоя, но и, он уверен, на тех же Гарри или Рона. Вместо этого она смеётся ещё пуще прежнего, утирая ладошкой щёку, смеётся и сквозь смех свой выставляет перед собой руки в защищающемся жесте, и задыхаясь говорит: -Ладно, ладно, я поняла, заслужила. - стирает выступившие слёзы с глаз, а потом снова закатывается. - Видел бы ты сейчас своё лицо! Хагрид в другом конце комнаты облегчённо выдыхает.

***

Бросив короткий взгляд в сторону Альбуса и Скорпиуса, Малия нервно перелистывает страницу, стараясь не задержать его на одном из них. Читает строчку, другую - не понимает ровным счётом ничего из того, что только что прочла, а также вновь ловит себя на том, что поднимает глаза на Поттера. Сколько можно? Какой чёрт их дёрнул тренироваться в общей гостиной, да и к тому же зимой?! Как вообще можно сосредоточится на чём-либо, пока перед тобой предмет твоего воздыхания делает отжимания, совершенно не замечая, как соблазнительно чуть съезжает резинка его штанов, задирается футболка. Кажется отрицать, что он ей не безразличен больше нет смысла. Хотя бы перед собой. И почему она раньше не замечала, как он вырос и возмужал? Почему пропустила тот момент, когда Альбус превратился в красивого широкоплечего брюнета, высокого и притягивающего к себе не только наружностью, но и обворожительной улыбкой? Он стал настоящим лакомым кусочком, который вот уже столько времени лежал у неё перед носом, только протяни руку. Но она его даже и не видела, совершенно не представляя каков вкусный крем на вкус. Просто, наверное, тяжело разглядеть в человеке его очаровательность, сексуальность, когда помнишь его хилого и в дурацких очках, с прыщами на лице, когда помнишь, как он таскал в сумке, в тайне ото всех, порно журнал, (стоило подумать, кстати, тогда о том, что Скорпиус та ещё балаболка, прежде чем делиться с ним чем-то подобным), как трудно проходил переходный возраст, безнадёжно сохнув по старшекурснице Миранде, как с её братцем на пару пытался проникнуть в девчачью спальню, чтобы подглядеть за девчонками, как учился целоваться с толстушкой Энни, потому что в то время не был популярен у девочек, как отрастил себе хвостик и думал, что ему идёт, или как спал с ночником до одиннадцати, из-за страха перед дементорами, да и вообще много чего было, что закрывало собой всё, чем стал этот парень с годами. Теперь же, от него трудно оторвать взгляд. На самом деле. -Ты меня вообще слушаешь? - раздаётся почти над самым ухом риторический вопрос Малфоя, когда он плюхается рядом с ней, чтобы передохнуть. Она ещё долго смотрит прямо на Поттера, пока не понимает, как сильно подставляется перед братом. Вздрагивает, резко утыкаясь в чтиво, как если бы только вспомнила о нём. Впрочем так оно и было. -Конечно, нет. - бурчит Малия, ткнув для наглядности пальцем в первую попавшуюся на глаза строчку. - Не видишь, я читаю? -Ну во-первых, ты уже минут десять, как не смотришь в книгу... - по обычаю умничает Скорпиус, мысленно подмечая на щеках сестрёнки лёгкий румянец. Тогда же он и отбирает у неё местный источник информации, который показательно переворачивает и отдаёт обратно. - Во-вторых, я смотрю у тебя весьма необычный способ чтения, ведь читаешь ты её вверх ногами. Щёки моментально становятся ещё краснее, чем были до этого, будто бы это она сейчас отжималась посреди гостиной. К тому же последней каплей для неё становится тот момент, когда Альбус, как бы не замечая образовавшегося под боком диалога, вытирает пот с лица краешком футболки, что уже прилипала к телу, оголяя тем самым часть торса, а потом, видимо решив, что этого будет недостаточно, и вовсе снимает её, выставляя плечи, ключицы, каждую мышцу на показ. Невозможно было просто взять и не смотреть. Для начала девушка, закусив до боли губу, залипла окончательно минуты на две, совершенно забыв про своего брата. Может она и считала его идиотом, может на какую-то свою часть он им и был, но точно не слепым дураком. Мало того, что он допёр, что его мартышка залюбовалась Альбусом, (АЛЬБУСОМ, МАТЬ ВАШУ) так он ещё и мог поклясться, что видел довольную ухмылку этого придурка. И сидя прямо в эпицентре этих противостояний, он определённо чувствовал себя лишним. Почему он постоянно что-то, да упускает? -Малия... - чёрт, да он первый раз видит её такой смущённой. Казалось бы покраснеть сильнее, чем было, невозможно, ан нет! А эта бестия не умеет просто так смущаться, нет. Определённо выкинет что-то... -ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТАКОЙ ТУПОЙ ИЛИ ПРИТВОРЯЕШЬСЯ?! Я ЖЕ ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛА, ЧТО ЧИТАЮ! ЧИТАЮ, ЯСНО! ТЫ МНЕ МЕШАЕШЬ! НЕ МИНУТЫ ПОКОЯ! НАД УХОМ МНЕ БУ-БУ-БУ! ПОЧЕМУ ТЫ ТАКОЙ ЭГОИСТ?! - ... в этом роде. И она просто... Просто убегает! Убегает, Мерлин! Бросает ему в голову эту книгу, и бегом бежит по лестнице в комнаты девочек, словно если она задержится хоть на секунду, её сожрёт кракен. Сказать, что парни были в шоке, ничего не сказать. -Альбус Северус Поттер! - серьёзно говорит Скорпиус, отсмеявшись. Заслышав своё полное имя, слизеринец невольно напрягается. Жди беды. - Скажи мне честно, смотря прямо в глаза!... - вдох для решительности сказать то, что крутится в голове вслух. - Скажи, что не соблазняешь мою сестру и мне показалось. Молчание. -Ааальбус... -... -... -Ну если только самую малось... -ЧТО? - взвывает блондин подорвавшись с дивана на котором сидел, заставив тем самым друга дёрнуться в сторону двери. - НЕ СМЕЙ УХОДИТЬ ОТ МЕНЯ, ПОТТЕР! -Да, да, соблазняю, каюсь. - мямлит тот, выставляя руки в защищающемся жесте, инстинктивно дёргаясь в противоположную сторону каждый раз, как Скорпиус пытается подойти к нему хоть с какой-нибудь стороны. Ну вот опять, началось. Ещё и руки к горлу ненавязчиво тянет. - Но я в хорошем смысле! -Соблазняешь? В хорошем смысле? - шипит аристократ, хмурясь при этом так, что брови сходятся на переносице. - Ты идиот? -Просто я хочу, чтобы она прислушалась к себе! Сама разобралась в своих чувствах, понимаешь? - тараторит Альбус зажмуриваясь, когда Малфой таки добирается своими ручищами до шеи виновного. -А спросить не судьба? Как это нормальные люди делают! -Это же Малия. - жалобно буркает тот, безуспешно разъединяя стальные пальцы, трясущие его за шею, словно тушку гуся. - Её пока носом не ткнёшь, она не поймёт. -Даже если так, Поттер, просто так ты в этот раз не отделаешься! И интересно, как самая главная фигура потасовки ещё не услышала эти душераздирающие вопли?

***

-Держи. - с улыбкой произносит Гермиона, протягивая своему собеседнику кружку горячего шоколада, испускающего ароматные клубы пара. Она тут же садиться рядом на диван, подбирая под себя ноги, повернувшись к Малфою лицом. Он же в свою очередь втягивает носом терпкий запах, блаженно прикрывая глаза. Останавливается на секунду, а после делает несколько глотков, чуть обжигая кончик языка, хотя это не приносит дискомфорта, скорее наоборот. -Знаешь... - спустя какое-то время молчания заговаривает Драко, подпирая голову рукой, облокотясь на спинку дивана. - А расскажи мне что-нибудь о магглах. -Что ты хочешь знать? - интересуется девушка, заёрзав на своём месте от воодушевления. -Всё, что угодно. Как, например, они живут без магии, чем интересуются? - он делает ещё пару глотков из кружки, прежде чем поставить её на журнальный столик, а затем возвращается к разговору. -Спроси ты у меня нечто подобное неделю назад, я отправила бы тебя в больницу имени св. Мунго. - хохотнув отвечает она, заправив прядь волос за ухо. - Для них жить без магии в порядке вещей. Они о ней даже и не подозревают, считая волшебство несуществующим вымыслом. Сказками. И не смотри на меня такими глазами, не так уж и сложно просто жить без надежды на чары. Хотя сама я уже и не знаю, что буду делать без своей палочки. -Как они тогда вообще существуют? А домовики? Домовики не могут без магии! - хмурится блондин, выказывая своё негодование. - Или у них есть какие-то другие существа, которые делают всю грязную работу по дому? -Да, дети. - хмыкает Гермиона, припоминая сколько работы обычно поручала ей мама, что она могла бы полноценно сравнить себя с домовиком. Встряхивает головой, чтобы выкинуть из головы ненужные мысли. - То есть нет. Никого нет. Магглы делают всё сами. И вообще, господство над домовыми эльфами - ужасно. Я понимаю, это аристократические традиции древнейших родов - показывать свою власть, унижать, но то, что делают чистокровные с бедными домовиками - настоящее рабство... -Да, да, Грейнджер, я понял. Я всё ещё помню твоё ГАВНЭ. - он старается не смеяться, вспоминая, как она бродила по школе со значками и просила всех вступить в этот её клуб, поэтому закатывает глаза, чтобы не выдать свой приподнятый настрой. - Не отклоняйся от темы. -Так о чём это я? - недовольно помолчав, буркает она себе под нос. - В общем в мире магглов настолько много талантливых людей, что отсутствие магии окупается. Они учатся на своих ошибках, они конструируют, создают, выдумывают, они делают всё с нуля. У них столько диковинных изобретений, которые даже самые талантливые ведьмы не смогли бы придумать: самолёты, аэропланы, телефоны, компьютеры, телевизоры, видеокамеры, фотокамеры, корабли, подводные лодки, ракеты! Они смогли полететь в космос! Они культурно развиваются, берут от жизни то, что захотят без всяких там предрассудков, создают новое, принимают новшества, рискуют, просто наслаждаются жизнью. - переводит дыхания от безостановочной речи. - Магглы не тупые. В мире тысяча умных людей. Развитых, интересных. И пусть чистокровные считают их глупыми, таковыми они не являются. Разве глупый человек напишет картину, передав в ней свои чувства, своё душевное настроение, скрытый смысл? Разве глупый человек создаст чудо технику, работающую без воздействия чуда? Разве откроет закон всемирного тяготения? Сможет ли создать периодическую систему химических элементов? Напишет ли роман или повесть? Придумает ли ноты? Сыграет ли на музыкальном инструменте так, что слёзы на глаза наворачиваются? Разве Вангог, Эйнштейн, Менделеев, Павлов, Бетховен и ещё тысяча других великих людей были глупыми? Определённо нет. На какое-то время наступает молчание. Малфой смотрит задумчиво куда-то сквозь девушку, вероятно переваривая полученную информацию. Разве говорили ему нечто подобное в детстве? Нет. Кто пытался понять "грязнокровок"? Ведь их ненавидели только за то, что они не такие. Для чванливых аристократов, все эти удивительные, по словам Гермионы, люди - выродки. Драко теперь и не знает, кого можно считать выродком: чистокровных или магглорождённых. Не последних, точно. -Всё, что они делают и есть волшебство. - добавляет напоследок гриффиндорка, отпивая немного своего нетронутого, уже не такого горячего, шоколада. -Не такие уж и плохие, оказывается, эти твои магглы. - выдаёт таки вердикт блондин, поднимаясь со своего места, чтобы подкинуть ещё пару дров в их горящий, в такое позднее время суток, потихоньку затухающий камин. -Из твоих уст, это практически комплимент. - с мягкой улыбкой говорит она, понимая, что стала к нему слишком терпимой. Малфой усмехается их такому простому общению. И в какой момент они стали разговаривать между собой, как нормальные люди, а не как цепные собаки? Только подумать. Какая-то неделя. Всего-лишь неделя и они уже смогли бы сойти со стороны за хороших приятелей. Расправляет поленья резной кочергой так, что те трещат ещё громче, шипят и трескаются, словно их сон нагло потревожили. Подбрасывает ещё несколько деревяшек, и огонь подхватывает и их, лениво облизывая своими языками пламени. В комнате висит приятное молчание, но недолго. Оно нарушается хлопаньем крыльев, а затем настойчивым стуком в окно. Гермиона плетётся посмотреть на нарушителя их спокойствия и обнаруживает на подоконнике нахохленную сову, что влетает в помещение сразу же, как только появляется небольшая щёлочка. Она широко машет крыльями, неуклюже приземляясь на столе, смахивая с него всё содержимое. Исписанные листы летят в разные стороны, а те, что остаются на столе, оказываются смятыми под когтистыми замёрзшими лапами, на которые к тому же капает влага, оставшаяся на перьях от оттаянных снежинок. Сова оставляет рядом с собой письмо, но не улетает, что говорит о том, что отправитель ждёт ответа. Впрочем гадать, кто пишет, не приходится, потому что вариантов не так много. -Рон пишет. - пожимает плечами девушка, сама не особо понимая, зачем отчитывается, но искоса замечает вполне дружелюбный кивок. - Пойду напишу ему ответ. Она скрывается на лестнице на второй этаж, шлёпая по ступенькам, не по сезону, босыми ногами, а Драко так и остаётся напротив камина. Он проходится вдоль стола, мимо совы, чтобы отсыпать ей немного лакомства. Аристократ предпочитает не думать, что это животинка Уизли. Собирает с пола расписанные листы, где всё зачёркнуто и перечёркнуто, и то здесь, то там внесены поправки. Хмыкает, понимая, что для одного доклада, что они тут писали, слишком много черновиков. Он мимолётом перечитывает их, допивая всё такой же вкусный, но увы, уже остывший шоколад. Слышатся возвращающиеся шлёпанья босых ног, когда он выкидывает листы в камин. Что-то слишком быстро она написала ответное письмо своему Уизелу. Да и что за дурак этот рыжий, чтобы присылать сову за день до приезда? Пока Грейнджер плетётся к окну, всё ещё просматривает по дороге пергамент, едва едва шевеля губами. Она складывает его в двое и убирает в конверт, видимо уже подписанный, после чего передаёт её птице, которая тут же взлетает на своём месте, и звонко хлопнув крыльями, скрывается за задворками окна, превращаясь в ничтожную точку в темноте ночи. -А где черновики? - задаётся вопросом гриффиндорка, как бы невзначай, приметив отсутствие беспорядка. - Ты решил их наконец переписать на чисто? -То есть? - не понял парень, вмиг нахмурившись самым серьёзным образом. -Ну мы же не переписывали пока ещё на пергамент, который будем сдавать. - пожала плечами она и спокойно уселась на диван, даже не подозревая почему у Малфоя задёргался глаз. - Так где черновики? Драко издал нервный смешок, а потом, Гермиона даже вскрикнула от неожиданности, с предсмертным воплем нырнул в камин, вступая в неравный бой с пламенем. Что от только не делал. И дул нервно на огонь и размахивал руками, и пытался затушить рукавом, всё без толку. Как он только сам не погорел - настоящее чудо, ведь всё, что его удерживало от полноценного прыжка в камин, так это Грейнджер, что держала его всё это время за край рубахи, удерживая от полнейшего безрассудства. Когда он таки повернулся к ней лицом, в руках он держал героически спасённые клочки черновика, которые не были похожи ни на что, как если не на угли. Лицо его было чёрным, измазанным в копоти и зале, как это было тогда, когда он чистил дымоход. Невозможно было не перекреститься, потому что глаза его были безумными в этот момент. Да и сам он, словно чёрт, вылезший из табакерки. -Малфой, успокойся, всё хорошо... - попыталась она, забирая из стальной хватки его, стоящего на коленях по среди гостиной, клочки оставшегося пергамента. Насколько девушка точно помнит, он просидел так почти до утра, не моргнув ни разу, обхватив колени руками и раскачиваясь в разные стороны, словно псих больной. Нет. но вы только представьте. Доклад. Над которым вы работали не один день. Из-за которого не спали. Из-за которого у вас мозоли на пальцах проступили. И просто ПУФ. В ОГОНЬ. НИЧЕГО ОТ ЭТОГО ДОКЛАДА, КРОМЕ ПЕПЛА. КО ВСЕМ ЧЕРТЯМ СОБАЧЬИМ. ХРЕНАК. И НЕТ. Чтобы вы делали? А вот ему начинать сначала, как только перетерпит нервный срыв и справится с психическим расстройством.

День седьмой.

-Я ТАК БОЛЬШЕ НЕ МОГУ! - раздаётся вопль где-то между высокими стеллажами огромной библиотеки. Крик кажется настолько громким в этой тишине, что пыль, будто бы взлетает с полок, как от дуновения ветра. Мадам Пинс же ёжится на своём месте библиотекаря, перелистывая страницу какого-то романа, недовольно шикая непонятно на кого. Хотя почему же непонятно? В утро воскресенья здесь нет никого, кроме странно потянувшейся к учёбе парочки бывших врагов. Если пройти здесь в самый дальний угол помещения, покрытый пылью больше обычного, то можно краем глаза увидеть этих двоих, сидящих прямо на полу. Идите за мной, я покажу. Только цыц! Нельзя, чтобы вас заметили! Вокруг тысяча фолиантов и учебников самых разных поколений. И большие и маленькие, с цветной обложкой или же однотонные с кожаным переплётом, но все, как один с одинаково жёлтыми от времени станицами. Пару книг парит над их головами, пару на столе, но большее количество, лежит покорно рядом на полу. Кажется преграды между этими талантливыми, но враждующими волшебниками окончательно стёрлись. Потому что парень расположился прямо у ненавистной заучки головой на коленях. Странное зрелище для тех, кто и не подозревает об их приятельских отношениях. Две противоположности. Лёд и пламя. Змея и лев. Слизерин и Гриффиндор. Но такие хорошо смотрящиеся вместе, будто две части одной мозаики. К тому же девушка тоже добавляла картине странности, перебирая своими пальчиками его белёсые волосы в утешение их нелёгкой доли. Возможно она и делает это только по инерции, потому что обычно делала так Рону, когда тот становился слишком невыносим, и его нужно было успокоить, но тем не менее это происходит, и им несказанно везёт, что за ними наблюдаем именно мы с вами, а ни какой-нибудь школьник, жадный на сплетни. -Тише, осталось совсем немного. - говорит она успокаивающе, зарываясь в его волосы ещё нежнее, чем делала это до этого. -Не могу, давай передохнём. - хнычет он совсем не по Малфоевски, поднимая на собеседницу свой умоляющий взгляд, когда та отстраняется от книги в другой своей руке. Это определённо странно выглядит. Да и вообще в принципе странно, потому что подсознательно они оба понимают, что за эту долбаную неделю стали ближе некуда друг другу, раз могут вот так просто сидеть тут, не чувствуя дискомфорта. -Обязательно. - улыбается Гермиона краешком губ, но вмиг становится серьёзной. - Как только доделаем. -И какого чёрта я слушаю тебя, Грейнджер? - он бубнит себе это под нос неразборчиво, утыкаясь носом в какой-то учебник, оправдывая себя желанием быстрее закончить работу. Так уж и быть, пусть оправдывается этим. А она тем временем слышит это некое возмущение и едва уловимо усмехается по доброму, закрываясь всё той же книгой, продолжая неспешно возиться пальцами в мягких платиновых волосах.

***

Малия честно не заметила, как ноги сами по себе привели её к спальням мальчиков. Ей было скучно и то ли пришла она по-доставать своего братца, то ли просто побыть немного с Альбусом, но вот она оказалась в их комнатах. Здесь было не прибрано, много хлама и грязи, что выдавало своих хозяев с потрохами и лишь одна из всех этих кроватей заправлена. Не трудно догадаться, что это кровать главного аристократа, учитывая то, что их отец съехал в башню старост. Поэтому девушка плюхнулась на собственность Скорпиуса без промедления, начиная рыскать в его тумбочке в надежде найти нечто съедобное. Она и не заметила, как дверь в спальни вновь отворилась. -Ну, здравствуй, мелкий воришка. - раздался знакомый голос у порога, от чего девушка тут же подпрыгнула от неожиданности, ударившись головой о верхнюю стенку шкафчика. -Нельзя же так пугать людей, Альбус! - недовольно прошипела она, потирая ушибленное место. И не успела она толком обернуться, как тут же замерла на месте рассматривая его снизу вверх. Медленно и бесстыдно. Он был голым. Мокрым и голым, прикрытый лишь полотенцем, висящем на бёдрах, на одном честном слове. Достаточно очаровательным, с капельками воды, стекающими с волос к плечам и груди, прессу, очерчивая каждую мышцу тела. Достаточно залипательное зрелище. Стоит такой перед ней, весь из себя Аполлон, изваянный из камня, во всей своей красе с идеальным телосложением, так что прямо и хочется положить ему руки на грудь. Сглатывает в попытке проглотить ком, вставший в горле, краснеет, но продолжает рассматривать, стараясь запомнить каждую чёрточку, каждую ямку и изъян столь желанного тела. На самом деле желанного, потому что сводило зубы от того насколько она хотела поцеловать его и просто провести рукой по коже. -А что с носом? - прочистив горло спрашивает она, слыша свой хриплый, заикающийся голос со стороны. Такой не похожий на её, что никогда бы не признала в другой ситуации, что говорила именно она. Чёрт, да даже царапина, пересекающая его переносицу выглядела сексуально. Да и вообще сам он был сейчас сексуальным, так и манящий к себе. -Да, так. - морщиться он, дотрагиваясь до ушиба с явной насмешкой на губах. Сладких губах, между прочим, она точно помнит. - Жизнь носом ткнула. Об стол. -Это же Малия. - жалобно буркает тот, безуспешно разъединяя стальные пальцы, трясущие его за шею, словно тушку гуся. - Её пока носом не ткнёшь, она не поймёт. -Даже если так, Поттер, просто так ты в этот раз не отделаешься! После этого всё, как в тумане. Кровь из носа, боль, и вот, они уже сидят на диване. Молча. Без обсуждения, что было несколько секунд назад. Скорпиус потирает содравшиеся костяшки, обвиняюще глядя на друга, как если бы это он был виноват в том, что у него теперь болит рука. Со вздохом достаёт из кармана пачку сигарет, зажимая одну из них между губами. -Будешь? - спрашивает он, протягивая пачку с любимой отравой. Альбус сидит рядом, прикладывая к лицу мокрое, уже не такое холодное, полотенце, которое ему, кстати, в качестве некого извинения намочил Малфой. Смотрит на него взглядом собаки, которым животина обычно одаривает тебя, когда наступаешь ей на хвост, но всё-таки берёт одну. Достаёт зажигалку и прикуривает себе и блондину. -Хорошо... - вырывается против воли у Поттера, когда он делает первую затяжку, а потом выдыхает никотин из лёгких. Скорпиус усмехается. -Да? - хмыкает тот, вполне уже дружелюбно, что кажется брюнету верхом наглости. - Если хочешь, могу ещё повторить. -Да заткнись ты. - смеётся он, как-то не совсем уместно в данной ситуации, но аристократ таки подхватывает этот смех, пуская дым из ноздрей. Два придурка. Портрет в этот же момент отъезжает, пропуская в гостиную их маленького гостя. -Ребята, я... - начинает было воодушевлённо Эдриан, забегая в комнату, но замолкает на полуслове, осматривая разрушенный столик, окровавленное лицо Альбуса, и какой-то лёгкий беспорядок для случившихся событий. - Какого чёрта здесь произошло?! Придурки переглядываются, начиная смеяться ещё ненормальнее, чем до этого, а младший представитель Малфоев хлопает глазами и смотрит на них, как на душевно больных. Всё это продолжается до тех пор, пока Поттер не начинает скулить от боли, получаемой при смехе. -Чего смотришь? - буркает он, продолжая как-то подхихиковать. - Неси заживляющую мазь. Она смотрит на него минуты две, не моргая, пока он молча наслаждается её растерянностью. Специально проводит по чёрным волосам пятернёй, наблюдая, как она прикусывает губу. Малия пытается не смотреть, подумать о чём-то другом. Она даже прочитала про себя короткий стишок, чтобы отвлечься от него, но, чёрт возьми, трижды сбилась. Трижды молила Мерлина, чтобы он таки сорвался и нарушил её наказание больше никогда не лезть к ней. Трижды пришла к тому, что не может терпеть. Всё. Она. Больше. Не. Может. Терпеть. Срывается с места, и Альбус даже не верит, что она таки не выдержала, решительно преодолевает расстояние между ними. И целует его. Сама. То, чего он и добивался. То, что и получил, эдакий наглец. Успех затмевает глаза, поэтому делает то, чего долго ждал. Кладёт руку ей на талию, другую на шею, притягивая к себе максимально близко, что её желание сбывается. Она кладёт руки ему на грудь, от чего кружится голова. И опять так идеально всё складывается. Потому что ноги подкашиваются, но он держит её, не давая упасть, и целует уже сам требовательно и настойчиво, как если бы с укором на то, как долго она заставляла его ждать. Её губы мягкие, с некой кислинкой, как и она сама. Такие нужные сейчас, как кислород, которого осталось катастрофически мало, что не хочется отрываться. Но приходится. Они отрываются друг от друга с соответствующим причмокиванием, переводят дыхание, прислонившись друг к другу лбами. Он смотрит на неё, с полным понимаем, что не может оторвать взгляд, а она просто наслаждается им: его руками, прикосновениями, и приятным сладким послевкусием на губах. -Это всё ты виноват! - выкрикивает вдруг она, ударив его кулаком в грудь, от чего он улыбается. Вот она. Его любимая Малия. - Потому что теперь ты от меня не отделаешься, ясно! -А что, если я не хочу отделываться от тебя? - ласково спрашивает он, заправляя ей прядь волос за ухо. Она прикусывает губу снова, как-то по особенному прильнув к нему, по хозяйски закинув руки на шею. -И не надо... - шепчет она, вовлекая его в новый поцелуй. - Боже, Скорпиус убьёт меня. -Определённо... - тихо посмеивается он ей в губы. Кто бы мог подумать, что эта неделя кончится именно так?

***

Постепенно в школу начинают прибывать ученики после Рождественских каникул. К замку одна за другой подъезжают кареты, везущие молодых волшебников с красно чёрного поезда Хогвартс-экспресс, остановившегося на вокзале. Вместе с каретами прибывает и восторженный гул встретившихся друзей, наполняя им коридоры. Все две недели здесь было тихо, но не сейчас. И разве можно не любить этот шум? Быстрее всех к выходу бежала одна гриффиндорка, с не присущей для неё некультурностью, распихивая толпы людей, отчаянно стараясь успеть встретить своих оболтусов у порога. И она успевает. Влетает в их объятья на ходу, слыша восторженное, с ноткой удовольствия от встречи: "Гермиона!". Они смеются вместе, когда отправляются в общую гостиную, чтобы распаковать вещи. -Ты представляешь! У него было такое лицо, когда мама нашла эти его конфеты "с сюрпризом"! Ты бы видела! - шумно рассказывает Рон, бестактно перебивая Гарри на полуслове. -А вот мне не было так весело с кузенами... - расстроенно преподносит второй, хотя тут же лицо его озаряет светлая улыбка. - Но главное, что я снова с вами, ребята! -Да, да, но когда мама погналась за ним с полотенцем! - вновь восклицает Уизли, совершенно не уловив смысл последней фразы. Она переглядывается с Поттером, снисходительно улыбаясь на своего милого рыжего дру... парня. И всё это такое родное и привычное, что хочется плакать. Ведь это последний год. Больше никакого Хогвартса. Они идут по коридору, увлечённо беседуя между собой, смеясь над рассказами о проделках Фрэда и Джорджа в это Рождество, когда навстречу идут Малфой и Нотт, точно так же разговаривая о чём-то между собой. Казалось бы, что такого необычного может случится? Определённо сцепятся львята и змеята, нарвутся на отработку, да и дело с концом. Но нет. Не сегодня. Не сейчас. Не после этих каникул. Теодор презрительно ухмыльнулся было, Золотая троица напряглась, а если уточнить, то напряглась только двоица, как... -Привет. - совершенно обыденно бросает Драко через плечо между своим воодушевлённым диалогом. Спокойным голосом. Без насмешек. Нам то с вами нечему удивляться, а вот другим. -Да, привет. - так же спокойно отвечает Гермиона продолжая краем уха слушать вдруг замолкшего Рона. Они сделали это инстинктивно. Потому что привыкли в последнее время общаться вот так просто, но кто сказал, что это "просто" может распространяться на вернувшееся постоянство и на предрассудки нынешнего их положения общества? Сказать, что остальные удивились, ничего не сказать. Хорошо, что Малфой быстро сориентировался и ухватил Нотта за локоть и уволок его прежде, чем тот успел опомниться. Ему ещё предстоит выдвигать оправдания, а пока... Уизли перекрестился. Поттер протёр свои уши, в попытке заставить их работать исправно отныне. Гермиона схватилась за голову. -ЧТО ЭТО СЕЙЧАС БЫЛО? - наконец закричал покрасневший Рон.

Возможно что-то за эту неделю осталось неизменным.