Пайпер
30 августа 2017 г., 16:37
Пайпер проклинала на чем свет стоит с того момента, как исчезла Афродита, а она поняла, что снова опоздала. И на этот раз опоздала сильно, и исправлять что-либо было поздно.
На площади перед храмом Плутона ряды полубогов поредели, и Пайпер, быстро окинув взглядом когорты, не досчиталась одной. Третья когорта уже отправилась в путь. Остальные, стоя в идеальном строю, ожидали дальнейших приказаний Рейны.
Фрэнка все еще не было видно, и Пайпер только оставалось гадать, где он и что делает. Ей оставалось лишь надеяться, что он не натворит бед, будучи злым на Перси. Проскальзывая между рядами полубогов, она понимала, что, возможно, Рейна даже и слушать не станет, но нужно было попытаться остановить её прежде, чем она отправит когорты в атаку.
Центурионы не обращали на нее никакого внимания, только Дакота заметил ее, выпучил глаза, показывая свое удивление, и дерганным движением головы просил встать в строй, красными губами произнося «сейчас же!», но Пайпер лишь махнула рукой.
Рейна не замечала ее ровно до тех пор, пока Маклин, стараясь улыбаться как можно доброжелательней и не производить впечатление маньячки с замашками суицидника, не поднялась к ней, прервав речь претора на полуслове. Рейна одарила ее гневным взглядом, и Пайпер могла поклясться, что римлянка мысленно спросила: «Ты уверена, что хочешь покончить с жизнью именно так?»
— Рейна, послушай, — начала было Пайпер, но претор ее жестко перебила.
— Что бы это ни было, это может подождать. А теперь возвращайся обратно к своей когорте. Центурион Дакота! — она перевела свой злобный взгляд на Дакоту, вмиг напрягшегося, как струна в лире Аполлона. — Почему среди воинов в твоей когорте такое наглое неповиновение?
Пайпер подумала, что Рейне не нужно обладать никакими чарами: ее голос сам по себе способен кого угодно подчинить ее железной воле. Дакота сглотнул, его пальцы судорожно оглаживали доспехи, барабанили по оружию, он собирался уже было ответить, но Маклин прочистила горло и продолжила, уже вкладывая магию в свой голос:
— Это важное дело. Позволь мне объяснить тебе лично, это не займет много времени.
Взгляд Рейны на секунду стал туманным и отрешенным, она непонимающе моргнула, видимо, решая, стоит ли это того. Лагерь замер в ожидании приказов претора. Дакота шевелил губами, вполне возможно, он молился, а Пайпер снова заговорила:
— Всего пара минут, а потом вернешься к легиону. Это очень важный вопрос, он касается судьбы твоего лагеря.
Рейна тряхнула головой, пелена сошла с ее глаз, и она окинула Пайпер недовольным взглядом. Сердце Маклин пропустило удар, но она видела, что попала в цель.
— Всем оставаться на местах и ждать дальнейших приказов, — распорядилась претор и сошла с помоста, махнув рукой Пайпер, мол, иди за мной.
Девушка посмотрела на Дакоту, который проводил ее грустным и сочувствующим взглядом. Он поднял кулак, словно призывая ее держаться, и помахал рукой. Вторая рука тут же достала непонятно откуда баночку с «кул-эйдом», и тишину на площадке пронзило шипение открывавшегося напитка.
Пайпер покачала головой и поспешила за претором.
В итоге ее недолгий разговор переместился в Дом сената. Рейна не хотела слушать Пайпер, а та потребовала согласие всех членов сената, раз уж на то пошло, потому что решение начать гражданскую было достаточно серьезным. Причина была так себе, но Пайпер надавила на нее за неимением железобетонных аргументов за экстренное собрание. Первые ряды заняли наспех собранные сенаторы. Они возбужденно о чем-то перешептывались, явно сбитые с толку внезапным сбором, и не обращали внимания на Рейну, стоявшую на подиуме, пока та не подала голос, призывая их к молчанию. Призраки замолчали, некоторые еще недовольно бурчали под нос, но и они прекратили под стальным взглядом претора.
— В лагере полная боевая готовность, когорты ждут моих приказов, а потому все формальности отложим до мирных времен.
— Так почему же нас собрали? — удивился один из сенаторов, самый бесстрашный, потому что его не смутил даже резкий взгляд Рейны, которым она, видимо, собиралась испепелить призрака. Претор перевела взгляд на дочь Афродиты и сказала стальным голосом, вкладывая брезгливость в каждое слово:
— Потому что Пайпер Маклин решила, что нам необходимы переговоры с Лагерем Полукровок.
Сенаторы взорвались возмущениями, и огромный зал наполнился громкими возгласами и криками. Призраки требовали убить подлых греков, а Перси Джексона и вовсе показательно казнить, чтобы другим не повадно было. Пайпер от этих слов ужаснулась. Накаляющаяся обстановка напрягала ее и мешала сконцентрироваться. Она сама была наряжена, словно шаровая молния, вбиравшая в себя весь негатив вокруг, и даже взъерошенные волосы, казалось, начали электризоваться.
Рейна позволила сенаторам бунтовать и возмущаться, она позволила ненависти разрастись и охватить весь зал, и пока они посылали проклятия и предлагали разные бесчеловечные способы пыток и казни, претор свысока смотрела на Пайпер, мол, давай, попробуй, убеди их на мирные переговоры. Маклин сжала кулаки. Она не позволит Рейне победить. Она убедит сенат на переговоры с Лагерем Полукровок чего бы это ни стоило.
Пайпер расправила плечи и почувствовала спокойствие, теплой волной разливающееся по телу. Именно сейчас она почему-то подумала, что Афродита, Богиня любви, может вносить как хаос, так и в равной мере успокаивать, даря ощущение покоя и гармонии.
Беспорядка было достаточно, теперь нужно немного спокойствия.
Рейна не сводила с дочери Афродиты тяжелого взгляда, надеясь, что как и другие, она отведет глаза и сдастся, но Пайпер продолжала на нее смотреть, совершенно не обращая внимания на шум вокруг.
Рейна подняла руку, и призраки замолкли, недовольно уставившись на Пайпер.
— Она ведь из греческого лагеря, зачем вообще мы ее должны слушать? — спросил один из призраков.
— Затем, что эта война, чьей победой она ни закончится, может снова разбудить Гею и высвободить титанов, — ее голос заполнил весь зал. Сенаторы смотрели на нее, не смея перебивать, и даже Рейна уставилась на нее, в ее стальном взгляде мелькнуло сомнение. — Ее можно остановить, хотя бы попытаться.
— Мы принесли им статую Афины! — один из призраков вскочил на ноги. — Мы стерпели их нападение на Новый Рим, когда они прибыли на своем военном корабле. Никогда прежде римляне не были так благосклонны к тем, кто неустанно пытается развязать войну!
— Мы получили прямой приказ от Плутона, — добавила Рейна. — Он покровительствует нам.
— Он не знает, что делает, — возразила Пайпер.
Глаза Рейны широко распахнулись от удивления. Она покачала головой, словно Маклин ляпнула страшную глупость, и отвернулась от нее.
— Мы пойдем войной на Лагерь Полукровок, мы поймаем Перси Джексона и призовем его к ответу за его предательство! — уверенно сказала претор, и сенат взорвался одобрительными возгласами.
— Ты сражалась с ним бок о бок! — Пайпер повысила голос, вкладывая в свои слова магию. В ней была странная уверенность, что она сможет убедить их на переговоры. Нет, она должна убедить их на переговоры. — Он вернул вам вашего орла, спас лагерь, он сражался за вас! Неужели ты думаешь, что он способен на предательство?
— Тогда по-твоему Плутон лжет?
Это был подлый удар под дых. Рейна выжидательно смотрела на Пайпер, ожидая, что она может ответить на это, а Маклин поняла, что взвывать к здравому разуму и пытаться оправдать Перси — пустая трата времени. И если нельзя убедить в невиновности сына Нептуна, остается другой путь.
— А как же другие полубоги? Как же Аннабет? — судя по тому, как на секунду в стальном взгляде Рейны мелькнуло сомнение и — страх? — Пайпер поняла, что попала в точку. — Ты доверилась ей, когда весь легион был против, и ты не ошиблась в ней. А теперь ты хочешь уничтожить ее дом, даже не дав им шанса объясниться, — дочь Афродиты замолчала, давая претору время ответить, но она молчала. Рейна начала сомневаться, ее взгляд стал немного мягче, и Пайпер показалось, что чары Плутона хотя бы ненамного, но спали. — Я не прошу о многом, только переговоры, — продолжила девушка. Ее мягкий голос обволакивал всех в этом зале перьевым одеялом, успокаивая и разбавляя сгусток ненависти умиротворением.
— Только переговоры? — как-то отрешенно спросила Рейна, словно сомневаясь в своих словах.
— Только переговоры, — Пайпер кивнула, чувствуя себя мамашей, которая наконец смогла найти общий язык с капризным ребенком. Она перевела взгляд на сенат, зная, что их тоже нужно убедить. — Римляне сильный народ, но не безжалостный. Никто не сомневается в могуществе и величии Нового Рима, и вы только докажете это, согласившись на переговоры. Издавна греки и римляне чтили традиции мирных переговоров, а мы только проследим за тем, чтобы все было учтено.
Рейна нахмурилась, у нее было такое лицо, словно ей подсунули под нос отрубленную голову медузы горгоны. В ней боролись желание немедленно отправиться с легионами войной на Лагерь Полукровок и послушать Пайпер с ее идеей о мирных переговорах. И она была в смятении.
Сенаторы с такими же задумчивыми лицами неохотно, но соглашались.
— Только если будут соблюдены все условия, — неуверенно проговорил один из них, и остальные кивнули головой в знак согласия.
— Я не могу принять решение без второго претора, — сказала Рейна, но Пайпер посмотрела на нее с улыбкой.
— Ты поговоришь с Фрэнком, и он поймет, что ты приняла верное решение, — спокойно проговорила она, а претор в оцепенении кивнула, соглашаясь. — Останови третью когорту, пусть лагерь будет в боевой готовности, но прежде мирные переговоры.
— Хорошо, — согласилась Рейна. — Я поговорю с Фрэнком. И мы проведем мирные переговоры. Но это не отменит нашего решения. Перси Джексон похитил Джейсона и шантажировал одного из преторов. А это преступление. Мы будем настаивать, чтобы греки передали его нам живым для суда.
И казни. Рейна этого не сказала, но этого и не нужно. Римляне не славились милосердием, а с чарами Плутона они вовсе могут быть безжалостными воинами. Пайпер даже представить не могла, что они могут сделать на поле боя с ее друзьями из Лагеря Полукровок. Она больше не стала спорить, ей и так с трудом удалось убедить их на переговоры, и это они не поговорили еще с Фрэнком, который готов был разорвать Перси на британский флаг голыми руками. Пайпер уже выиграла немного времени, а это уже достижение. Теперь у нее есть фора, и она придумает, как отсрочить войну. И остаётся надеяться, что Перси, Джейсон и Аннабет найдут способ остановить это безумие.
