Болезненная откровенность

Кьеко встрепенулась и резко села в постели, прижимая одну руку к сердцу, чтобы убедиться, что оно не разорвалось от того, что тот, кого она приняла за Тсуругу-си, назвал ее по имени. Но ведь Тсуруга-си никогда так ее не назвал бы. Это мог быть только Корн. Но почему он опять притворяется Тсуругой Реном? Не важно, ведь самое главное, что они снова увиделись, как он и обещал! – Корн? Корн! Куон сделал мучительный шаг вперед. Еще один. – Так это все-таки не сон, да? А… а что ты тут делаешь? – смущенная девушка поплотнее закуталась в одеяло. – Сон, Кьеко, сон, – мысленно мужчина передернулся от ощущения очередного витка лжи, что наматывал вокруг Корна. «Эта будет последняя», – пообещал он себе. – Представь, что я только снюсь тебе. Поэтому тебе не нужно никуда убегать и что-либо делать, а ты можешь остаться в кровати. – Но зачем? – В нашу последнюю встречу, прощаясь, я пообещал себе, что в следующий раз расскажу тебе кое-что. Видимо, время для этого настало. Сколь же мучительны были эти шаги, словно он шел через растянутое желе времени. От прошлого, где он значил для нее так много, к будущему, где… Куон наконец приблизился к постели девушки и присел рядом с ней. – Корн, ты опять совсем не улыбаешься? Что-то случилось? Проклятие вернулось? – Ох, Кьеко, – он удрученно вздохнул. – Нет, не проклятие. Корн очень виноват перед Кьеко, потому что скрыл от нее много важных вещей. И теперь боится, что она его не простит. Девушка подскочила. – Корн! Ты что, не надо! Ты же эльфийский принц, а я простая маленькая Кьеко! Ты же… я не… для меня… ты столько для меня сделал! Кьеко недостойна того, чтобы Корн чувствовал себя перед ней виноватым! Выражение лица Куона смягчилось. – Давай ты сначала меня выслушаешь, а там мы и решим, ладно? Ты ложись, а Корн будет рассказывать тебе сказку о своей жизни. Только пообещай выслушать меня очень внимательно и до конца, не перебивая. «Дай мне хотя бы все рассказать, прежде чем начнешь меня ненавидеть. Если ты меня прервешь, я не уверен, что, погрязнув в оправданиях, смогу закончить историю». Сияя глазками, Кьеко с готовностью бухнулась в горизонтальное положение и приготовилась слушать. «Сказка! Наконец-то Корн расскажет мне про себя. Я ведь в детстве была такая плакса, что совсем не давала ему такой возможности. Зато теперь я узнаю про него все-все!» Куон напряженно вздохнул. – Ну, слушай.