Чёрное солнце

Замок Логринн

      Замок был погружен в темноту, а всю прислугу к тому времени уже распустили, так что встречали принца лишь двое стражников в карауле и задержавшаяся кухарка. — С возвращением, господин Дамиан, — приветствовали принца знакомые голоса.       Будущий тан чуть склонил голову в ответ. — Мне нужен ключ от комнаты, что в западной башне. Той самой.       Стражники тут же согласно закивали, и тот, что был справа, начал искать нужный ключ в своей тяжёлой связке. — Сопроводите господина Мунса до двери и сделайте всё, что он потребует, — распорядился Дамиан. — Ключ принесите мне. — Может быть, Вы желаете отужинать, мой господин? — Спросила полная женщина, протискиваясь между караульными. — Спасибо, Хельда, но я очень устал. Ты можешь быть свободна.       Кухарка поклонилась и поспешила уйти. Стражники, найдя нужный ключ, тоже поторопились выполнить отданный им приказ, но вынуждены были ждать Озрика. Оруженосец шепотом разговаривал с принцем о чём-то, и, когда закончил, тут же присоединился к ним. На плече он нёс, словно мешок картошки, рыжеволосого парня. Но кто он такой, почему связан и зачем понадобился юному господину, караульные спрашивать не стали. Жизнь знатных людей хоть и казалась интригующей, но участие в ней ещё ни разу не доводило никого до добра.       Когда Озрик опустил мага на пол, Аллену сразу же захотелось посмотреть на своё будущее жилище. Комната, про которую говорил принц, была маленькой и находилась на самом верху башни. Судя по количеству пыли, в ней давно никто не жил. Кругом огромные сундуки и шкафы, набитые старым тряпьём. Сосновая кровать с тяжелым тёмно-синим балдахином одиноко стояла в углу. Но самое главное, что бросилось в глаза парню — здесь не было окон.       «Как же это заботливо с его стороны», — раздраженно подумал Ал. Телохранитель, закончивший беседовать со стражниками, медленно придвинулся к магу и склонился над ним, чтобы развязать путы. — Не королевские покои, конечно, но для сельской местности сойдет, — шутливо отозвался юноша, потирая уставшие от верёвки руки. — Слушай сюда, маг, — угрожающе начал Мунс. — Попытаешься сбежать — убью. Тронешь кого-нибудь здесь — убью. Начнёшь выкидывать свои колдовские штучки… — Дай угадаю, убьёшь? — Не ёрничай, парень, — предупредил оруженосец, выпрямляясь. — Ты всё ещё дышишь лишь потому, что нужен моему господину. Но если выбор ляжет между жизнью принца и твоей — я мешкать не буду.       После этих слов Озрик ушёл, плотно закрыв за собой дверь. Ключ щёлкнул в замочной скважине дважды, и из коридора послышался звук удаляющихся шагов. Подставку со свечой Алу любезно оставили.       Аллен обошел своё жилище, заглядывая в сундуки и ящики в поисках ценностей, оружия и других полезных вещей. Но не найдя ничего, кроме старой одежды и прочих ненужных тряпок, устало побрёл к постели. Когда он взобрался на высокую перину, кровать жутко заскрипела, а в воздух поднялся столп пыли. Маг громко чихнул, зажимая лицо ладонями. — Ну, зато теперь у меня есть своя комната, — попытался приободрить он себя.       На следующий день рано утром, когда Дамиан одевался, в комнату постучали. — Можете войти, — отвечал принц, застёгивая пуговицы на расшитом серебряными нитями кафтане.       В проёме показалась фигура стройной женщины с чуть вьющимися каштановыми волосами, волнами спадающими на плечи и заканчивающимися у самой талии. Придерживая руками подол своего длинного бордового платья с вышитыми на юбке цветами, она бросилась прямиком к принцу. — Мой милый мальчик, ты вернулся, — восклицала она, обнимая Дамиана и громко целуя его в обе щеки. — Почему ты задержался? Ты должен был вернуться два дня назад! И даже не удосужился предупредить меня о своём приезде вчера ночью. — Матушка, — выдохнул юноша, приобнимая женщину. — Простите меня, я не хотел вас будить. — Будить! Что за вздор? А это ещё откуда? Кто это с тобой сделал?!       Бледные пальцы, усеянные перстнями, осторожно коснулись синяка на лице принца. — Кто это сделал? — гневно переспросила жена тана. — Никто, матушка, я просто упал с лошади, — попытался соврать принц.       Женщина недоверчиво посмотрела на сына, прищурив голубые глаза. На маленьком лбу выступила морщинка. — Всё равно я узнаю, — упрямо сказала она. — Ну да пойдём же скорее завтракать, остальные наверняка нас ждут.       Внизу уже стоял шум. Прислуга накрывала на стол, бегая из кухни в погреб, из погреба в кухню, а из кухни в столовую. На белоснежных скатертях, постеленных по приказу танны, уже стояли серебряные блюда с закусками. Мягкие пшеничные булки и сладкие лепёшки, ещё не остывшие после печи, варёные куриные яйца, тонко нарезанные ломтики козьего сыра. Овсяная каша с мёдом и лесными ягодами, салат с орехами и жареным сыром, приправленный винным соусом. В центре красовался нафаршированный овощами карп с золотой корочкой, придавая обычной трапезе праздничный вид. Дамиану показалось, что его мать уж слишком перестаралась, заставляя повара и кухарок вместо простого завтрака приготовить торжественный ужин.       Тут сбоку кто-то запрыгнул на принца, обхватил его левую ногу и зарычал, подражая дикому зверю: — Ррр, попался! — раздался детский голос. — Смотри, мама, я поймал старшего брата! — О, Богини, Нильс, немедленно прекрати, — запричитала жена тана.       Маленький мальчик пяти лет, с такой же густой и тёмной копной волос, как у принца, и веснушчатым лицом, с озорством повис на юноше.       Дамиан ласково притянул его к себе, и, взяв на руки, спросил: — Эй, волчонок, как твои дела? Ты хорошо защищал дом в моё отсутствие? — Да, сэррр, — отвечал мальчик, обнимая брата. — Я скучал по тебе, Дам. Мама почти не выпускает меня наружу.       Принц нежно погладил Нильса по голове, взъерошив его волосы. — Матушка просто волнуется о тебе.       Мальчик обиженно надул губы. — Но я ведь уже большой и должен защищать замок! Дам, ты научишь меня стрелять из лука?       Большие серо-зелёные глаза Нильса умоляюще глядели на брата, напоминая взгляд маленького щеночка. Не в силах сопротивляться им, будущий тан пообещал, что научит его стрелять из лука лучше, чем сам Олаф Соколиный глаз. — Точно? — Точно, — подтвердил юноша, усаживая мальчика за стол. — Только сначала поешь, как следует.       Все уже собрались за столом и ждали только Дамиана. По левую руку от принца сидели его мать и брат, справа оказалась младшая кузина парня, леди Силвия, со своей служанкой Ингер. Ингер, как и Сигри – личная прислужница танны, были одними из немногих, кому разрешалось обедать вместе с семейством Дальгардов. — Рада, что Вы благополучно завершили свою поездку, кузен, — приветствовала Дамиана девушка.       Силвия была единственной дочерью покойного лорда Ларса, младшего брата тана. Её мать, леди Хильдур, умерла при родах, и после смерти отца пять лет назад девочка осталась сиротой, поэтому Дальгарды забрали её из Уртана к себе. — Спасибо, леди Силвия, — любезно отвечал принц. — Вы сегодня прекрасно выглядите, словно распустившийся по весне розовый бутон.       Девушка покраснела, смущенно отводя взгляд в сторону и благодаря кузена за комплимент. Силвия действительно была красива: в свои четырнадцать лет она уже имела аппетитную фигуру с пышными формами, которую подчёркивали её наряды с глубокими вырезами и узкими корсетами. Медовые локоны, собранные в затейливую прическу, открывали длинную лебединую шею, увешанную жемчугами. Тонкие черты лица, сладкий девичий голос, прекрасные манеры и хорошая родословная делали эту девушку завидной невестой, так что через год танна уже собиралась выдать свою племянницу замуж.       Ещё одним человеком, не принадлежавшим к семье Дальгардов, но имевшим право сидеть с ними за одним столом, был маг Туральф — Венстре Ярветского лорда. Туральф помогал тану во всех вопросах: от дипломатических переговоров и планирования боя до управления крестьянами, а иногда и вовсе выступал в качестве лекаря. Северяне скептически относились к волшебству, поэтому Туральф скорее был советчиком, чем полноценным Венстре.       В своём распоряжении маг имел не просто комнату, а целую башню, где проводил большую часть своего времени. Он мало кого туда впускал, поэтому среди прислуги и стражи ходили слухи, будто Туральф держит у себя чудовищ.       Маг сидел напротив танны и молча ел овсяную кашу. Он был старым, лысым, с седой козлиной бородкой, над которой смеялись служанки. Его некогда синие глаза поблекли, стали напоминать глаза вареной рыбы, и у каждого, кто в них смотрел, по спине пробегали мурашки. — Леди Сандра, будьте добры, передайте мне соль, — обратился он к танне, отвлекая её от беседы с Силвией о новой моде в столице на шелковые платья с пышными подъюбниками. — Вот, — протянула женщина маленькую коробочку, но, случайно задев краем рукава тарелку, уронила нож. — Ой! — К гостям, — сказала Сигри, поднимая его. — Ничего, миледи, я сейчас же попрошу, чтобы Вам принесли другой.       Но гости — не самый лучший сюрприз, особенно если ты никого не ждёшь. Тут Дамиан вспомнил об отце, спрашивая мать о том, не вернулся ли тот из Хэдетора. Танна хотела ответить, что его до сих пор нет, и никто точно не знает, когда он будет, но тут в разговор вмешался маг: — Позавчера милорд написал мне, что должен прибыть не позднее, чем сегодня вечером. — И Вы говорите это только сейчас?! — вскипела леди Сандра. — Почему Вы не сообщили об этом сразу же? — Я посчитал это не стоящим Вашего внимания, миледи. И потом, позволю себе напомнить, что я служу не Вам, а тану, пусть даже Вы являетесь его женой.       Из-за слов Туральфа танна разошлась так, что была готова выцарапать Венстре его мерзкие рыбьи глаза. Остановили её только подоспевший вовремя Озрик и сидящая рядом Сигри.       Служанка увела леди Сандру в её покои, наказав одной из кухарок поставить чайник и навести ромашковый отвар. После этого неприятного инцидента все разбрелись по своим делам — леди Силвия с Ингер отправились обшивать жемчугом новое платье, Нильса же забрала старушка Нанетт, воспитывающая мальчика вместо матери.       Дамиан остался наедине с магом. Он всё утро думал о том, чтобы найти Венстре его отца и поговорить с ним с глазу на глаз. — Туральф, у меня к Вам есть просьба, — почти шепотом сказал принц. Но старый маг плохо слышал, поэтому будущему тану пришлось говорить громче. — Туральф! — Да, милорд? — неожиданно встрепенулся мужчина. — Чем могу Вам служить?       Рыбьи глаза неприятно уставились в лицо Дамиана. — Скажите, нет ли у Вас ничего такого, что могло бы на время отнять у мага его силу? Может быть, какое-нибудь зелье?       Туральф задумался, медленно почёсывая свою бородку. — Отнять силу, — повторил он, смотря куда-то вдаль. — Нет, милорд, к сожалению, подобного зелья у меня нет.       Принц разочарованно вздохнул и тоже собрался покинуть столовую, как вдруг маг добавил: — Но зато у меня есть браслеты, которые способны блокировать силу чародея, пока они на нём. Я могу отдать их, только зачем они Вам понадобились? Дамиан бросился благодарить Туральфа, уверяя, что браслеты ему нужны исключительно в целях самообороны. В конце концов, вдруг из-за этой неспокойной ситуации ему придётся сражаться с волшебником. — Браво, мой лорд, браво! Боевые маги — очень опасные противники, я сам когда-то был в их числе. Пойдёмте же, я отдам вам браслеты и научу, как ими пользоваться. А заодно покажу пару приемчиков. Есть ещё порох в пороховницах! — довольно говорил Венстре, увлекая принца за собой.

*****

      Аллен не знал, когда Дамиан решил навестить его, потому что без окна он не мог понять, который сейчас был день и час. Он бестолково лежал на кровати, смотря в потолок, и негромко насвистывал весёленький мотив, когда замок щёлкнул и в дверном проёме появился принц с его слугой. Озрик нёс небольшую коробку, а в руках у юноши подозрительно поблёскивали какие-то железки. — Ого, да у нас гости, — сразу повеселел маг. — Вы уж извините, что хлебом-солью не потчуем, поставщик, видимо, сдох по дороге.       Поняв намёк, юный наследник жестом приказал своему оруженосцу поставить ящик на кровать. Лениво заглянув внутрь, Ал обнаружил внутри новую одежду, аккуратно сложенную стопкой, а также две больших буханки белого хлеба, яйца и большую флягу с молоком. — Ну и обслуживание у вас, ребята. Не быть вам владельцами трактира, — нравоучительно вещал маг, откусывая от булки. — Собирайся и пойдём. Надо представить тебя кое-кому, — Властным тоном приказал принц.       Аллен внимательно посмотрел на парня, одетого в зелёный кафтан, и продолжил жевать, даже не сдвинувшись с места. — А если я не захочу, то что? Снова стукните меня по голове и потащите? Или может, свяжете, а рот заткнёте кляпом?       Дамиан собирался что-то ответить, но передумал. Принц не хотел, чтобы всё происходило так, но рыжеволосый просто не оставлял ему выбора. Что ещё ему оставалось делать, когда тот попытался сбежать, а потом и прикончить его? Перед глазами вдруг всплыла жуткая картина, где он пытался убить себя, направив на горло собственный кинжал. По телу пробежала дрожь. — Я пытался поговорить с тобой, но ты не дал мне шанса! — наконец возразил юноша. — Поговорить, — усмехнулся парень, смахивая крошки с лица. — Это когда ты подстрелил мне ногу? Или проткнул насквозь руку? Боюсь, дипломатия — не твой конёк.       Дамиан подошёл к постели и присел, чтобы быть на одном уровне с магом. Ему и самому не нравились методы, которыми он пользовался, чтобы удержать Финна, но ничего другого принц придумать не мог. — Прости, что был груб с тобой. Но ты действительно мне нужен. Прошу, помоги мне, — Дамиан встал на колени. — Я умоляю тебя, только ты сможешь помочь.       Аллен, от удивления раскрыв рот, смотрел на склонившегося перед ним юношу. На Озрика глядеть было ещё больнее — от вида унижающегося перед каким-то простолюдином принца, телохранитель, казалось, вот-вот заплачет. Наверное, он бы сам хотел ползать на коленях и позориться, чем позволять это делать будущему тану. Честь своего господина была выше его собственной. — Ну, хватит, хватит, — неловко начал маг, заставляя парня подняться. — Нечего тут грязь штанами вытирать. — Так ты согласен? — обрадовался Дамиан. – Ты поможешь мне? — И вовсе я не говорил, что согласен тебе помогать. Но прогуляться по замку и познакомиться с кем-то вовсе не против, а то уже надоело в четырёх стенах сидеть. Но! У меня есть свои условия.       Принц смиренно выслушал условия Финна, не перебивая мага до конца его речи. По сути, парень требовал не так уж много: горячей еды не меньше двух раз в день, книг, чтобы не умереть со скуки. Возможность хотя бы один час в день гулять по замку, и вернуть его немногочисленные вещи, особенно старый гримуар и какую-то резную игрушку-коня. — Да, и прикажите убраться здесь, иначе я скоро умру от этой пыли, — чихая, добавил он.       Будущий тан с минуту сидел, обдумывая предъявленные ему требования, и согласился, при условии, что взамен маг наденет на себя железные браслеты. — А это ещё зачем? — подозрительно спросил он, протягивая вперед руки. Два тонких железных кольца защёлкнулись на запястьях рыжего, и, когда Дамиан прошептал слово «Наэр», по ним пробежал едва уловимый голубой огонёк, ставя магическую печать. — Гарантия того, что мы друг другу доверяем, — ответил принц, направляясь к двери. — Так ты идешь?       Ал сказал, что идёт, но переодеваясь в принесённую ему одежду подумал, что до доверия им ещё очень далеко.       Гулять по замку магу нравилось куда больше, чем сидеть в каморке без окон и дышать её затхлым воздухом. Каменные стены были прохладными и таили в себе древние секреты лордов и королей. В галереях висели пыльные картины с портретами благородных людей, но иногда попадались баталии или пейзажи. По ногам били не утихавшие ни зимой, ни летом сквозняки, заставляя жителей замка тепло одеваться, даже когда на улице стоял зной.       В окнах одного из коридоров, которые они проходили, виднелось сине-зелёное озеро Логринн, второе по величине во всем Ривергарде. Огненно-рыжее светило кренилось над горизонтом, норовя нырнуть в его холодные тихие воды.       Спустившись на второй этаж и повернув дважды направо, Аллен оказался у широкой створчатой двери с красивыми чугунными ручками, вылитыми в форме голов медведей. Дважды постучав и дождавшись приглашения с той стороны, Дамиан вошел внутрь. Маг последовал за ним, а Озрик, зайдя последним, бесшумно прикрыл дверь.       Комната оказалась уютной гостиной с большим камином и рядами стеллажей с книгами, тянувшимися вдоль одной из стен. На высоких окнах до потолка висели винного цвета портьеры с золотыми кисточками из бахромы. У одного из диванов, словно живой, на полу лежал медведь с раскрытой клыкастой пастью — богатый трофей настоящих охотников.       На кресле у камина сидел немолодой мужчина с густыми светлыми волосами, серебрившимися сединой. Человек сосредоточенно читал чьи-то письма, а когда заканчивал, то безжалостно кидал их в очаг, скармливая свои тайны огню. — Отец, — произнёс принц, склоняясь в поклоне. — Я пришел познакомить тебя кое с кем.       Мужчина повернул голову на звук голоса. Хотя в комнате и было темно, но в пляске пламени, отбрасываемой на кресло, Ал смог немного рассмотреть Ярветского тана.       Нос с небольшой горбинкой, спокойное, чуть щетинистое лицо, не выражающее никаких волнений. Роста он был не очень высокого, и в плечах чуть шире, чем собственный сын. Никаких шрамов, никакой бороды до колен или другой, особой отличительной черты. Тан был слишком…обычным для правителя? Или так только казалось магу, успевшему привыкнуть к сказочности принца и его оруженосца? — На южном фронте без перемен. Каждый по-прежнему хочет оттяпать себе лакомый кусочек наших земель, но боится сделать это в открытую, посылая вместо войска небольшие отряды наёмников. Смех, да и только, — сообщил своему сыну тан, украдкой поглядывая на стоящего у двери рыжеволосого юношу. — Что насчет тебя? Вижу, поездка в Уртан не была напрасной. Кто твой спутник? — Моё имя Финн, милорд, — поклонился парень, делая шаг вперёд. — Я странствующий маг-отшельник. Изучаю травы и их целебные свойства, — на ходу сочинял Ал. — Финн, значит, — медленно повторил мужчина, словно пробуя имя на вкус. — И что же именно ты изучаешь? — Отец, я хочу сделать Финна своим помощником, — вмешался в разговор принц. Тан удивленно посмотрел на мага, а затем перевёл взгляд на своего сына. — Это правда? Ты действительно собрался служить Дамиану? — обратился он к рыжему.       Аллен немного растерялся, не зная, что сказать. Принц явно хотел разыграть перед своим отцом спектакль, представив мага чуть ли не своим другом, чтобы получить разрешение сделать его Венстре. Поэтому вмешивался в разговор, не давая Алу, то есть, Финну говорить за себя самому. — Нет, Ваша светлость, и в мыслях не было, — мстительно ответил маг. — Я не собираюсь служить Вашему сыну или кому-либо ещё. Лорд Дамиан притащил меня в замок ради какого-то задания. Кажется, так ему предсказала ведьма.       Принц покосился на Финна, втайне желая отрезать парню его чересчур длинный и болтливый язык.       Ярветский тан тяжело вздохнул, с негодованием покачивая головой. — Отец, он это не всерьёз, просто шутит, — попытался оправдаться юноша, но тан не хотел его слушать, приказывая жестом замолчать. — Дамиан, мы уже сотню раз с тобой это обсуждали. И сотню раз я тебе говорил, что твоя затея глупа. А ты снова за своё! Да ещё и ходил к этой ведьме…. Эта женщина не принесёт в наш дом добра, помяни моё слово! — Но отец… — Довольно! — Повысил голос мужчина. — Ты даже не можешь управиться со своим спутником, не говоря уже об остальном. Хватит забивать свою голову всякой чепухой, лучше помоги мне здесь. У нас и без того хватает забот.       Больше тан не собирался разговаривать, и, продолжив сидеть на месте, погрузился в свои думы. Принцу пришлось уйти ни с чем. Выйдя из залы, Дамиан сердито набросился на мага: — Зачем?! Зачем ты это сделал?       Ал весело поглядывал на принца, довольный тем, что у него получилось вывести из себя юного лорда. Подыгрывать Дамиану, строя из себя его приятеля, ему не хотелось. В конце концов, он не сделал ничего такого, за что бы маг был благодарен ему или хотя бы зауважал. С самого начала Аллену не дали права выбора, поставив перед фактом, что он должен служить какому-то лорду. Он был самым настоящим пленником, и в подтверждение этого принц сам нацепил на него эти магические кандалы. — Зачем? — как ни в чем, ни бывало, переспросил рыжеволосый. — Да потому, что я уже по горло сыт тем, что со мной обращаются, как со скотом. Связывают, тащат куда-то, запирают. Почему никто не спросил меня, хочу ли я вообще этого?       Но никто ему не ответил. Аллен почувствовал, как начинает закипать. — Ты даже не рассказал, зачем я тебе нужен. Почему именно я?! Неужели во всём Ривергарде не нашлось ни одного другого мага? — Я и сам бы хотел это знать, — уставшим голосом ответил принц и ушёл.       Обратно парня сопровождал только телохранитель. Всю дорогу до башни Озрик был подозрительно тихим, а когда они подошли к комнате мага, вдруг неожиданно сказал: — Послушай, Финн, — неловко начал мужчина, потупив взгляд. — Дамиан, он…в общем, ему много пришлось пережить, так что его судьбе не позавидуешь, уж поверь мне. Ал недоверчиво хмыкнул. — Ты, может, и не веришь мне, ну да дело твоё. Просто постарайся понять его, ему сейчас очень тяжко приходится. Оно, конечно, и тебе нелегко, но ты попробуй. Авось поймёте друг друга.       Выходя, Озрик не запер за собой дверь.       На следующий день к магу заходил только телохранитель, принесший его вещи, пару книг и еду на подносе. Дверь он снова не закрывал, а значит, Аллен больше не был стеснён в своих передвижениях, но всё равно никуда не выходил.       Целый час он потратил на свой гримуар, вспоминая и записывая все мысли и события, что успели произойти с ним за прошедшее время. Затем маг принялся за принесённые ему книги. Одна из них была историческим томом о Виртане, с момента его основания и до прошлого века. Но первая же строчка из трактата какого-то Расмуса Нигора нагоняла жуткую тоску. Вторая книга оказалась сборником сказок и привлекла Ала чуть больше. Но такой странный выбор немного удивил юношу, разве что Озрик сам схватил первые попавшиеся ему фолианты.       К вечеру парень, наконец, решился на вылазку. На стенах уже горели зажжённые прислугой факелы, освещая погрузившиеся во мрак длинные галереи. Почти все двери на втором этаже были заперты. За одной из них раздавались звуки флейты и весёлый смех, но туда маг не захотел заходить сам. Он пытался отыскать ту самую гостиную, где вчера встретился с таном, но не мог припомнить точный путь, а спросить было не у кого.       Тут Аллен заметил, что крайняя дверь в коридоре, куда он забрёл, слегка приоткрыта. Из проёма падала полоска света, разрезая темноту, и доносились чьи-то голоса. Тихонько прокравшись, маг краем глаза заглянул внутрь. В спальне в свете лампад сидели двое: юная девушка в длинном лимонном платье, открывающим её тонкие шею и плечи, и молодой юноша с шелковистой каштановой гривой. Парня Ал узнал сразу же — это был принц, а вот сидевшую рядом с ним незнакомку он видел впервые.       Девица, это рыжеволосый отметил сразу же, обладала недурной внешностью. Её милое, по-детски невинное личико с нежностью смотрело на Дамиана, лежавшего у неё на коленях. Большая, упругая грудь волнительно поднималась при каждом вдохе, а тонкие, бледные как подснежники пальцы ласково гладили юношу.       Аллен смущённо отвернулся, решив, что случайно застал пару за интимным делом.       «Так я и думал, чёртов бабник. Сидит тут и развлекается с девушками, пока я торчу в душной кладовке, а потом корчит из себя бедненького», — с завистью думал маг. Он хотел сразу же уйти, но отчего-то ему стало любопытно, и Ал решил немного подслушать. — Послушай, Силвия, — говорил принц, обращаясь к девушке. — Почему он не хочет понять меня? Я делаю всё, что в моих силах, чтобы защитить нашу семью, и даже больше. Так почему он не может понять меня хотя бы раз? Почему он не верит мне?       Силвия легонько пригладила тёмные волосы юноши, а затем сказала: — В этом нет твоей вины, дорогая. Дядя просто продолжает жить. Ради леди Сандры, ради маленького Нильса. Ради тебя. Его скорбь не меньше нашей, поверь. Но он — тан, он несёт ответственность за сотни жизней, и не может рисковать всеми ради призрачных надежд.       Маг не понимал, о чём идёт речь, но то, что та девушка называла принца «дорогая» жутко его смущало. Может, оговорилась?       Дамиан поднял голову, и, глядя в глаза Силвии, спросил: — Ты тоже не веришь мне?       Девушка неловко замолчала, пока парень не повторил свой вопрос. — Я просто пытаюсь жить дальше, Лилле! Его больше нет, пора и тебе смириться с этим, — оправдывалась она.       Теперь Аллен точно понял то, что он ничего не понял. Про кого они говорят? Что с ним случилось, и почему Дамиан упорно им всем не верит? И самое главное: почему незнакомка назвала его Лилле и обращалась как к женщине? Ал вспомнил уродливый шрам на лице юноши и силу, с которой он дрался. Даже несмотря на внешнюю хрупкость его телосложения, назвать его девушкой было не просто. Или всё же?.. — Я так устала, Силвия, так устала от всего этого, — почти плача говорил принц. — У меня больше нет сил.       Девушка с жалостью притянула к себе неожиданно разрыдавшегося Дамиана, обнимая его за плечи. — Тише, тише, милая. Вот увидишь, скоро всё наладится, — успокаивала она.       Тем временем, маг, вконец запутавшийся во всех этих он-она, быстро мчался по коридору, спеша оказаться в своей комнатушке. Ему ещё предстояло долго распутывать этот хитрый клубок, и оказаться застуканным за подслушиванием он всё-таки не хотел. Взбегая по лестнице наверх, Ал даже чуть не сбил служанку с ведром, перепугав бедняжку своим растрёпанным диким видом. К счастью, ведро оказалось пустым, и женщина, поругавшись, не стала разбираться.       Только когда маг ступил за порог и плотно закрыл дверь, то почувствовал себя в безопасности. Но мысль, что он подслушал то, чего бы ему знать не следовало, неприятно пристала к парню.