no matter what u want

Ривай подорвался с места, оставляя вопрос Эрена неловко повиснуть в воздухе. Парню хорошо была видна входная дверь, поэтому особу, стоящую на пороге, он смог подробно разглядеть. Женщина скрестила руки на груди и окинула Аккермана надменным взглядом. Копна рыжих волос обрамляла округлое лицо с большими глазами и пухлыми губами. Она была красивой, и Йегеру пришлось приложить немало усилий, чтобы откинуть свою возникшую на пустом месте ревность куда подальше и отвести взгляд. — Что ты здесь забыла? — От Ривая веяло лишь скукой, но брови его недовольно хмурились. — Ты не отвечаешь на звонки. — Женщина бесцеремонно заглянула в квартиру через его плечо и, увидев Эрена, громко прицокнула языком. — А это ещё кто такой? — Не твоего ума дело, Рал. — Вы только посмотрите на него. — Так называемая Рал злорадно усмехнулась. — Всё ещё бесишься, что я осталась при своей фамилии? — Поверь, я счастлив, что ты решила её не менять и не позоришь моё честное имя, — сухо парировал мужчина. — Прощай, Петра. — Он потянулся было закрыть дверь, но женщина не позволила, уперевшись в неё ладонями. — Нам надо поговорить. — Я занят. — Петра бросила на Эрена ещё один уничижительный взгляд. — Ладно, я всё равно не хочу говорить при посторонних. Мои звонки не прекратятся, пока ты не соизволишь встретиться со мной, ясно тебе, Аккерман? — Да-да, всего хорошего. Чуть ли не силком вытолкнув женщину за дверь, Ривай вернулся к дивану. Выглядел он ещё мрачнее прежнего. Парень осторожно коснулся его плеча и охнул, когда крепкая рука перехватила его за запястье и дёрнула на себя. Серые глаза были так близко, что у Эрена чуть не закружилась голова от такого внезапного вторжения в личное пространство. В нос ударил запах мелиссы и мужского парфюма. Он и опомниться не успел, когда его губы смяли в жёстком и грубом поцелуе, придерживая за затылок. Из горла вырвался слабый стон протеста, но Ривай сжал каштановые пряди и потянул, откидывая голову Эрена назад, и мазнул губами по шее. Язык скользнул к уху, и на мочке сомкнулись острые зубы. Эрен замычал и ухватился пальцами за голые плечи мужчины. Оторвавшись от саднящего уха, Ривай наклонил голову парня к себе и снова впился в его губы, терзая их зубами и забираясь в рот юрким язычком, влажно исследуя его жаркие глубины. Эрен и раньше целовался, но то были медленные и нежные поцелуи, в которых активную роль обычно играл он, беря инициативу в свои руки. Он никогда и не думал, что может быть иначе. Но поцелуй с Риваем был словно чем-то из другого мира. Вопреки строптивому нраву, ему хотелось подчиниться и позволять этим губам делать с собой всё, что им вздумается. Но Ривай и не спрашивал разрешения. Он просто целовал его, властно захватывая губы в плен, покусывая их и оттягивая, а потом нежно зализывая языком. Эрен чувствовал всё слишком ярко. Каждый мазок языка, каждый укус, сильная рука, держащая за волосы… Всего было слишком много. И в то же время — недостаточно. Хотелось прижаться ближе, ощутить крепкое тело Ривая, прочувствовать его всего. В джинсах стало мучительно тесно, и Эрен не сдержал хриплого стона, который жадно поймали чужие губы. Хотя, нет, называть их чужими казалось неправильным. Только не теперь. Только не после того, как он узнал, какие они мягкие и чувственные. Такие… родные. Неужели вот оно — то, о чём говорила Микаса? Даже если ты не хочешь, то просто невозможно сопротивляться. Вас будто связывает невидимая красная нить, не позволяющая взять и забыть друг друга. Но до чего же это было прекрасно. Эрена всем телом тянуло к этому мужчине, и он осознавал, что дело не только в связи. Его тянуло именно к Риваю Аккерману, этому язвительному и вечно недовольному ублюдку. Стоило лишь представить, что его соулмейтом мог оказаться кто-то другой, как всё его естество брезгливо передёргивалось от этой мысли. Рука Ривая спустилась Эрену на шею, и он тихо застонал, разрываясь между желанием податься назад к ласкающим пальцам или вперёд к властным губам. Сердце громко ухало в груди, грозя вырваться наружу, как птица на столь долгожданную свободу, и Йегер отпустил все мысли, растворяясь в моменте. Прижимаясь ближе, он запустил пальцы в чёрные волосы, задыхаясь от того, какие шелковистые они были на ощупь. Ривай упёрся ему ладонью в плечо, отстраняясь и заглядывая в помутневшие от желания глаза. — Сопляк, я… Но Эрен уже не мог остановиться. Несмотря на сопротивление, он накрыл губы Аккермана своими, переплетаясь с ним языком. — Блядь, — выдохнул мужчина сквозь зубы и, перехватив Эрен поперёк талии, затащил его к себе на колени, не разрывая поцелуя. В ушах шумело, а ребро жалобно заныло, напоминая о себе. Сопляк был таким горячим, что вечно мёрзнувшему Аккерману не хотелось отпускать от себя жаркое тело ни на сантиметр. Каменный член болезненно упёрся в ширинку, и Ривай словно очнулся ото сна. У него стоял на парня. Да ещё как стоял. Хоть орехи коли его возбуждением. А ведь пару дней назад он и подумать о таком не мог. Если бы кто-то сказал ему, что он будет, как какой-то сопливый подросток, целоваться на диване с парнем, на десять лет младше него, он бы, не задумываясь, двинул умнику в нос. Однако сейчас это уже не казалось таким забавным. Парня, так жадно льнувшего к его груди, хотелось до одури. Подчинить, приручить, сделать своим. Собрав ещё оставшиеся силы, Ривай отстранил Эрена от себя и сбросил с бёдер обратно на диван. Без него сразу же стало холодно. Но всё это и так слишком затянулось. Эрен с растерянным видом по инерции потянулся обратно к мужчине, но Ривай осадил его тычком в плечо. — Тебе пора домой, — прохрипел Аккерман. Йегер ушёл молча, лишь окинув Ривая последним, полным вожделения и смущения, взглядом. Он не помнил, как добрался до отеля. Очнулся уже в ванне, с рыком орошая кафель белёсыми каплями и устало облокачиваясь на стену. В одном он был уверен на все сто пятьдесят процентов: Ривай сейчас занимался тем же самым.

***

Ханджи как всегда в своём репертуаре. Вломилась ни свет ни заря и начала причитать, какого хрена он вчера заявился в офис, когда ему предписан постельный режим. Ривай мысленно проклинал себя за собственную глупость: дёрнул же его чёрт выдать малахольной ключи от квартиры. Зоэ же с самым невозмутимым видом распахнула платяной шкаф, вытащила чистые брюки с рубашкой и бросила в Ривая. Тот пробурчал что-то нечленораздельное, но шмотки всё же надел. — Чего ты вообще припёрлась? — Пойдём выпьем кофе, и я докину тебя до работы. — А как же постельный режим? — буркнул Ривай, застёгивая пуговицы и заправляя рубашку. — Ты всё равно его не соблюдаешь, — отмахнулась Ханджи. — Лучше уж я сама тебя отвезу, чем ты будешь самоуправствовать и гробить своё здоровье. — Тебя никто о заботе и не просил… — Считай, что это моя прихоть. Кто ещё будет за тобой присматривать, если не я? — Думаю, один желающий уже нашёлся. — Ривай повёл плечами, игнорируя заинтересованный взгляд Зоэ и, захватив свои вещи, двинулся к выходу. — Не делай вид, что ты не знаешь, о ком я, очкастая. — Эрен — зайка, не правда ли? — Зоэ мечтательно возвела глаза к небу и издала тяжёлый вздох, на что Аккерман лишь закатил глаза. Она отвезла его в кафе неподалёку, где подавали «лучшую шарлотку в мире» по её словам. Впрочем, пирог и правда оказался неплох, даже на вкус не особо жалующего сладкое Ривая. Выпив по кружке кофе, они поехали на работу. По пути Ханджи без умолку вещала о пропущенных и перенесённых встречах, а их накопилось немало. Да уж, день предстоит довольно трудный. Уже через три месяца планируется выход новой игры, и Ривай хотел в самое ближайшее время отправить её на бета-тестирование. Сразу же после окончания отладки. Может, он даже даст Эрену попробовать в неё сыграть, как одному из бета-тестеров. Сопляк наверняка будет доволен до свинячьего визга. Так, стоп. С каких это пор его волнует, что там понравится или не понравится Эрену? Ещё и этот вчерашний поцелуй. Ривай и сам не мог понять, в чём причина его порыва. Петра так его раздражала, а тут этот пацан рядом. Весь такой открытый. Наверное, захотелось просто почувствовать себя живым. У Аккермана давненько не было секса, вот и не сдержался. Слишком уж Йегер смазливый для парня. Можно придумывать миллионы причин, почему он сделал это, но ни одна из них и близко не походила на правду. В действительности Ривай просто почувствовал притяжение. Самое настоящее человеческое притяжение. Чёртова связь тому виной или долгое воздержание, но он не смог противиться гормонам. А они требовали в тот момент лишь одного: валить и трахать. Но Ривай смог остановится и на одном поцелуе. Стоит заметить, весьма впечатляющем поцелуе. И как бы мужчина не старался отогнать от себя эту назойливую мысль, непрестанно проскальзывающую в его сознании, а повторить тот поцелуй хотелось до дрожи. Офис встретил Аккермана какофонией переливающихся голосов и жужжащим гулом десятка работающих компьютеров. Только здесь мужчина чувствовал себя на своём месте. Не то, чтобы он был законченным трудоголиком. Просто когда ты любишь свою профессию, от всего связанного с нею получаешь чуточку больше удовольствия. Интересно, Эрен действительно хочет быть врачом? Или это был неосознанный выбор, сделанный под давлением друзей или сестры? Надо будет поинтересоваться у него. Копаться в себе и выявлять причины такого ярого интереса Ривай не стал. Всё и так было слишком очевидно. Эрен вызывал в нём романтический интерес, и отрицать это не было смысла. В конце концов, хуже ему от этих отношений, чем бы они ни были, точно не будет. Всё-таки пацан его родственная душа. А судьба вряд ли стала бы подсовывать ему кого-то неподходящего. Загрузив компьютер, Ривай открыл электронную почту и с ужасом обнаружил «девяносто плюс» новых сообщений. И все они были от его партнёров и рекламщиков. А значит, каждое нужно тщательно просмотреть и дать ответ. Да уж, возможно, общение с сопляком и шло на пользу ему самому, но явно не его работе. К трём часам Аккерман закончил разбирать письма и даже не заметил, что пропустил обед. К счастью, Ханджи очень кстати притащила ему гречневой лапши и салат с водорослями из тайского ресторанчика напротив офиса. Ривай поворчал для приличия из-за отсутствия мяса или хотя бы рыбы. Он всё-таки мужик, а не травоядное, но Зоэ лишь махнула на него рукой и скрылась за дверью. До шести часов он наконец-то посвятил время делам с отладкой, которая шла полным ходом и в считанные дни могла смело считаться завершённой. Вернувшись к себе в кабинет, Ривай увидел мигающее уведомление на телефоне. Эрен: «это прозвучит глупо» Эрен: «но это крутится у меня в башке целый день» Эрен: «я не хочу чтоб ты считал меня сентиментальным придурком и мне бы промолчать, но я не могу» Однако после этого сообщения смелость, походу, покинула Йегера, и на то, чтобы закончить мысль, его не хватило. Ривай: «??» — Блядство, — громко выругался Ривай, но кнопка «отправить» уже была нажата и обернуть всё вспять не получится. Два чёртовых вопросительных знака будто насмехались над ним. Он вовсе не хотел, чтобы сопляк подумал, что ему так уж интересно, чего он там хотел сказать. И второй раз на тот же знак нажал по чистой случайности. Но, видимо, это как раз то, чего Эрен ждал, ибо следующее сообщение не заставило себя долго ждать. Эрен: «я скучаю» Два простых слова, но сердце от них встрепенулось и зашлось громким уханьем в груди. Ривай: «Завтра в пять свободен?» Эрен: «для тебя да» Что этот сопляк с ним делает? И какого хрена Ривай ведётся на эти блядские провокации и хочет увидеться с ним ещё больше? Ответов на эти вопросы не нашлось. Аккерману казалось, что его мозг превратился в желе, и он уткнулся лбом в столешницу, тщетно пытаясь привести мысли в порядок. — Мистер Аккерман, такси до дома подано. — Зоэ ввалилась без стука и чуть ли не пропела эти слова тонким голоском. То, что доктор прописал. Дрожь в пальцах исчезла без следа, а пульс выровнялся, и Ривай напечатал последнее сообщение. Ривай: «Я заеду, будь готов» И плевать, пусть у него хоть всё тело ломит от непередаваемой боли, но он просто обязан покатать Эрена на мотоцикле.

***

Суббота у Йегера не задалась с самого утра. Проснулся он уже за полдень и, как оказалось, пропустил завтрак. На вопрос, какого хрена его не разбудили, Армин лишь пожал плечами и ретировался, сославшись на срочные дела. Как он узнал позднее у Микасы, «срочными делами» оказался найденный им магазинчик виниловых пластинок. Арлерт питал странную слабость к старым вещам. К тому же, сестра сказала, что там работает донельзя милая продавщица, и тогда всё встало на свои места. Был один из тех дней, когда друзья решили разделиться и насладиться отдыхом по отдельности, без лишней суеты. Конни с Сашей пошли в кинотеатр на какое-то кинцо про шабаш ведьм, терроризирующий город. Микаса отправилась в книжный, сказав, что хочет побыть одна. Эрен не был глуп и прекрасно понимал, что она просто хочет пообщаться с Жаном по телефону без лишних ушей. И он не мог её судить. Сейчас ему становились понятны её слова о накатывающей тоске из-за отсутствия рядышком твоего соулмейта. Он чувствовал это на собственной шкуре с того самого вечера у Ривая дома. И совсем раскиснуть из-за одиночества ему не позволяли мысли о предстоящем свидании. Интересно, куда они поедут? Йегера беспокоило, что Ривай, по всей видимости, будет за рулём со своим больным ребром, но переубеждать мужчину и ругаться с ним не хотелось. Поэтому он решил высказать ему всё, когда они уже приедут на место, чтоб у Аккермана не было возможности передумать и отменить их свидание. В два часа заглянул Марко и предупредил, что поедет в магазин, и Эрен остался совсем один в «Убежище». Конечно, здесь были и другие постояльцы, но он никого из них не знал, а желанием заводить новые знакомства не горел, поэтому заказал в номер пачку сырного попкорна и, устроившись на мягких подушках, врубил «Тепло наших тел». Микаса давненько советовала ему глянуть это кинцо. Когда на экране замелькали титры, Эрен выдохнул с облегчением от того, что это, наконец, закончилось. Фильм, конечно, неплохой, но актёрская игра оставляет желать лучшего, да и всю фишку с зомби обратили в какую-то сентиментальную хрень. Любовь — это классно и всё такое, но кино то про зомби, а тут на тебе. Эрену подавай мяса и кровищи, да побольше. Хоть Эрен и не получил ожидаемого впечатления от просмотра, зато приятно скрасил время. Побомбить иногда тоже полезно. И вот уже на часах четыре часа. Парень залез в ванную и неторопливо помылся, млея в горячей воде. В голове замелькали образы Ривая у него в квартире и их страстного поцелуя, и Эрен закусил губу, невесомо проводя рукой по набухшему члену. Удивительно, как сильно он возбуждался, лишь подумав об этом мужчине. Мыслями он уже полностью погрузился в свои фантазии, уносясь далеко-далеко от душного пустующего номера и от холодной мраморной ванны, в которой сейчас находился. Он был снова там — на диване у Аккермана. Хотя, нет. У него на коленях. И тёрся об него всем телом. Тонкие бледные пальцы, в малейших чертах сохранившиеся в сознании, невесомо провели по ширинке и ухватились за собачку молнии, неспеша потянув её вниз. Смуглая рука настоящего Эрена сжалась на твёрдом члене, и он с хриплым стоном толкнулся в свой кулак, представив, как грубые пальцы Ривая обхватывают его через трусы и сжимают. Картинка была настолько яркой, что Эрен не смог больше продлевать удовольствие. Он начал яростно толкаться в кулак, воображая себя уже без трусов и кружащие по чувствительной головке подушечки пальцев. Двинув рукой на члене ещё пару раз, Эрен кончил, громко простонав и утыкаясь лбом в стену. Восстановив дыхание, он наспех ополоснулся и вышел из ванной.

***

Ривай подъехал ровно к пяти, как и договаривались. Одет он был почти так же, как и в тот вечер. Только сверху добавилась чёрная кожанка, идеально подчёркивающая мускулистые плечи. За спиной у него был увесистый рюкзак. — Мы на байке поедем? — Ривай молча протянул парню второй шлем. — Просто я никогда на них не катался. — Боишься? — Мужчина скептически выгнул бровь. Он переложил рюкзак в багажник, встроенный в сиденье, и устроился за рулём. — Ещё чего, — без колебаний заявил Эрен, уверенно забираясь ему за спину и обхватывая руками торс, стараясь ненароком не задеть ушибленное ребро. — Тебе, кстати, разве уже можно водить? — Покрепче ухватись, я не сахарный. — Йегер выполнил указание, и железный конь, гулко заревев мотором, сорвался с места. Ривай нарочно не стал гнать слишком быстро, чувствуя, как дрожит парень у него за спиной и как крепко, аж до боли, длинные пальцы цепляются за бока. Аккерман вздрогнул и чуть не вылетел за обочину, когда сопляк сунул руки в карманы его кожанки. Даже через ткань чувствовалось исходящее от ладоней тепло, и это очень отвлекало. Осадить Эрена за вольности не представлялось возможным; они оба были в шлемах и едва ли могли расслышать что-то за шумом ветра и встречных машин. Внезапно Ривай сбавил скорость и свернул на узкую лесную дорожку. Мимо проносились простирающиеся к небу сосны. Место казалось таким тихим и безлюдным, что Эрен даже успел испугаться за свою жизнь. Мало ли, что Риваю в голову взбредёт. Впрочем, парень тут же отбросил эти мысли. От мужчины веяло спокойствием и умиротворённостью. Единственным звуком, нарушавшим покой и тишину леса, был рёв мотоцикла. Наконец из-за деревьев показалась водная гладь, и Ривай припарковал байк у невысокого пенька. Парни сняли шлемы, и Ривай поторопил Эрена, чтоб тот быстрее слез с сидушки, и выгрузил из багажника свой рюкзак. Как оказалось, он решил устроить пикник у реки. Ривай взял с собой плед и контейнер с сэндвичами. Заметив последние, Эрен удивлённо вытаращился на Аккермана. — Ты сам их сделал? — Зоэ немного помогла. — Ривай пожал плечами, выгружая из сумки ещё и пакет персикового сока. — Надеюсь, тебя устроит, — он махнул рукой в сторону упаковки. — Я хотел взять апельсиновый, но потом решил, что он мало кому нравится, и выбрал что-то более нейтральное. — Ривай, я обожаю персиковый сок. — Мужчина лишь поражённо замолчал и продолжил раскладывать всё на покрывале. Закончив, он обратился к Эрену:  — Иди сюда. Плед был довольно плотным, и через него практически не чувствовалась исходящая от земли прохлада. Они расположились прямо напротив небольшой речки. Со всех сторон её окружали высокие деревья, словно отгораживая от всего остального мира. — Как ты нашёл это место? — Эрен с радостью принял протянутый ему бутерброд с лососем и принялся воодушевлённо жевать, запивая соком из пластикового стаканчика. Ривай оказался предусмотрительным. — Катался как-то раз и забрёл сюда совершенно случайно. Обычно никто не замечает этой красоты и проезжает мимо. Я ещё ни разу здесь никого не встречал. Приезжаю сюда, когда хочется побыть одному. — Ты приводил сюда ещё кого-нибудь? — В голосе невольно проскочила дрожь, но Ривай лишь приподнял бровь и сделал вид, что этого не заметил. — Никогда. — Эрен чуть не подавился хлебом. — Но почему сейчас… меня… — Просто захотелось. — Аккерман отвёл взгляд и залпом осушил свой стакан. — Ты ведь тоже это чувствуешь, да? — Эрен расслабленно лёг на покрывало, подняв глаза к небу и любуясь проплывающими мимо облаками. Ривай молчал, но ему и не нужно было ничего говорить. Йегер чувствовал это где-то глубоко в душе. — Это как наваждение, правда? Ещё несколько дней назад мы даже о существовании друг друга не знали, а сейчас мы сидим здесь на этом недосвидании и всеми силами пытаемся противиться этой химии между нами. Как-то глупо, не находишь? — Что именно? — Да то, что мы — два взрослых человека… — Аккерман не сдержал язвительной усмешки, но Йегер и бровью не повёл. — Так вот, мы взрослые люди, а ведём себя как дети малые. Неужели просто нельзя откинуть разум подальше и отдаться моменту? Отдаться… чувствам. Ведь, как бы нам этого не хотелось, а они есть и, кажись, теперь всегда будут с нами. — Тебе пофилософствовать приспичило, что ли, сопляк? Хорош чушь пороть, — осадил Ривай, ложась рядом. — Ещё скажи, что ты меня не хочешь? — Прозвучало нарочито равнодушно, но на деле Эрену ужасно хотелось узнать ответ, и, в то же время, он боялся, что услышит совсем не то, чего ему хотелось бы. — Пару дней назад сказал бы, что нет, но сейчас… Это будет ложью. — Щеки парня налились румянцем, и он смущённо отвернулся. — И как ты только можешь говорить о таких вещах с невозмутимой рожей? — Многолетние тренировки, пацан, — пожал плечами Аккерман и, одёрнув задравшуюся куртку, случайно коснулся пальцев Эрена, и по руке словно прошёлся электрический ток. Ривай отдёрнул руку и втянул грудью свежий воздух, пропитанный ароматом леса. Это должно было его успокоить, но всё тело сейчас ощущалось как натянутая струна. Аккерман прикрыл глаза от слепящего солнца и принялся считать про себя от одного до десяти, в надежде хоть как-то расслабиться. Но у Эрена были другие планы. Ривай почувствовал на щеке тёплое дыхание и, открыв глаза, увидел нависшего над собой Йегера, который тут же испугано отпрянул. — Ты чего делаешь? — Под строгим и пронзительным взглядом серых глаз Эрен стушевался, и по его лицу начали расползаться красные пятна. — Н-ничего! — Ну да, я заметил, — усмехнулся Ривай. — Навис надо мной, как маньяк какой-то. — Я просто… — Но слов в своё оправдание не нашлось. Просто Аккерман выглядел таким красивым и умиротворённым, нестерпимо захотелось к нему прикоснуться. — Не могу сопротивляться связи. — Так дело только в связи? — Я… не уверен… Какая, в сущности, разница? — В глазах Эрена отражалось смятение. — Наверное, никакой. Блядь, Эрен, я не знаю, ясно? Единственное, что я сейчас знаю точно — это то, что я смотрю на эту твою надувшуюся моську и хочу тебя поцеловать. У меня никогда в жизни не стояло ни на одну тёлку так, как стоит на тебя. И, знал бы ты, как меня это бесит. Я просто хочу вернуть свою размеренную жизнь, без всех этих чувств, мешающих мне работать и спать. Йегер, ты ещё и такой, сука, красивый, что я тоже не могу противиться так называемой связи. Просто не могу. Твоя смазливая мордашка то и дело возникает перед глазами, и хочется вырвать эти воспоминания с корнем, чтоб не доёбывали меня, когда я этого не хочу. — Ривай тяжело дышал, пытаясь прийти в себя после столь проникновенного спича. И Эрен в очередной раз его удивил, забравшись к нему на колени и прижавшись влажными и тёплыми губами к сухому рту мужчины. Как же от сопляка вкусно пахло. Какой-то морской свежестью. А его поцелуи были со вкусом персика и сыра, который Ривай добавил в сэндвичи, и крышу от всего этого рвало напрочь. Эрен целовал жадно и немного неумело, но он делал это настолько воодушевлённо, крепко стискивая плечи Ривая и комкая чёрную кожу на куртке, что мужчине не хотелось его прерывать и отбирать инициативу. Поэтому Аккерман решил, наконец, удовлетворить своё любопытство и исследовать тело Йегера. Он дёрнул молнию толстовки вниз и резко отстранил парня, рассматривая глупую надпись на футболке. Он не сдержал смешка. — «Отдамся в добрые руки и не только», — вслух прочитал он. — Серьёзно? Где ты их берёшь? Но Эрен не удостоил его ответом, а лишь снова приник к вожделенным губам. Холодные ладони Ривая скользнули под тонкую ткань футболки и прошлись по плоскому животу и прессу, вызывая у Эрена дрожь. Руки плавно перетекли ему на спину, ощупывая выступающие позвонки и лопатки, и снова вернулись к бокам, нежно поглаживая кожу. Эрен разорвал поцелуй и посмотрел Риваю в глаза. Он казался серьёзным, как никогда прежде. Такой красивый. Мужчина не удержался и куснул парня за подбородок. — Погоди, — сдавленно шепнул Эрен, упираясь Риваю в плечи. — Я… — Поехали ко мне? — Хотелось сказать это более уверенно, но прозвучало, скорее, как мольба. Ривай нащупал соски Йегера и легонько сжал, ловя губами хриплый стон. — Да… — пробормотал Эрен, не разрывая поцелуй. Но Аккерман всё же отстранился и заключил его лицо в ладони. — Уверен? — Да. — Эрен улыбался так открыто. Просто до невозможности красивый. И Аккерман решил поддаться своим желаниям.