no matter what u want

Сомнения начали обуревать Эрена, стоило только оторваться от мужчины и оседлать мотоцикл. Когда они были уже на полпути к дому, парень превратился в один сплошной комок нервов и сомнений. Ему оставалось только комкать ледяными пальцами жёсткую чёрную кожу на куртке. Притормозив на светофоре, Ривай оторвал руку от руля и накрыл ею ладонь Эрена успокаивающим жестом. Парень почувствовал, как его сознание, словно тёплым одеялом, накрыла волна спокойствия и умиротворения. Она явно исходила от Ривая, который каким-то непостижимым Йегеру образом решил поделиться с ним своей уверенностью. Однако хватило этого ненадолго. На горизонте показалась знакомая высотка, и Эрен спешно вытер вспотевшие от беспокойства ладони о джинсы. Ривай приподнял бровь, но никак не прокомментировал это. На маленькой электронной табличке одна за другой мигали цифры. Чем выше они поднимались, тем больше наполнялась чаша сомнений. Когда лифт остановился на нужном этаже, Эрен не сразу последовал за Риваем. Тот обернулся и, прицокнув языком, схватил парня за запястье, вытаскивая из кабины и ведя в сторону квартиры. Прислушавшись к внутренним ощущениям, Эрен почувствовал исходящее от мужчины нетерпение, и это странным образом его успокоило. Хоть кто-то из них ни в чём не сомневался и полностью отдавал отчёт своим действиям. — Как твоё ребро? — поинтересовался парень, пытаясь отвлечься. — Будет намного лучше, когда я, наконец, прилягу. — Повозившись с ключами, Ривай отворил дверь и распахнул её, пропуская Йегера вперёд, шутливо поклонившись. — Ты устал? Может, тогда нам не стоит… — Заткнись, Йегер. Стоило двери захлопнуться, как Эрена тут же притиснули к ней, до боли сжимая талию. В бедро упёрлось что-то твёрдое, и парень выдохнул сквозь зубы. — У тебя пистолет в кармане? Или, может, ты прихватил банан с нашего импровизированного пикника? — бормотал он, нервно хихикая. Хватка на талии усилилась, и острые зубы впились в шею. Больно. Но так одуряюще охрененно, что все глупые шутки сразу вылетели из головы, оставляя лишь звенящую пустоту. Ривай хоть и был ниже, но это не мешало ему ласкать тёплую кожу, давая Эрену возможность самому решить, когда он захочет настоящего поцелуя. И парень решил. Ухватившись за мягкие волосы, оторвал Аккермана от своей шеи и потянулся к губам. Они неловко столкнулись носами, и Эрен сдавленно хмыкнул, но Ривай ни на йоту не смутился. Наклонив голову вправо, влажно обхватил нижнюю губу Йегера, кусая и оттягивая. — Любишь же ты кусаться, — получилось приглушённо и неразборчиво, но Ривай понял. И усмехнулся, кладя ладонь парню на шею, и, наконец, целуя. Сейчас всё было несколько иначе. Поцелуй внезапно приобрёл очертания какого-то совсем иного действия. Сейчас он больше походил на борьбу. Они терзали губы друг друга, сталкиваясь зубами и жадно сплетаясь языками. Из груди Аккермана вырвался тихий звук — не то громкий вздох, не то стон, и он потёрся выпуклостью на штанах о ногу Эрена и впился в припухшие губы ещё сильнее. Парень почувствовал во рту металлический привкус, и запоздало ощутил вспышку боли. Кажется, Ривай прикусил ему язык. Мужчина вдруг оторвался от него, заглядывая Эрену в лицо своими потемневшими и больше напоминающими сейчас грозовую тучу, чем расплавленное серебро глазами. — И кто ещё из нас любит кусаться? — От осознания лицо парня вспыхнуло, и он поспешно закрылся ладонями. — У меня кровь, между прочим, — буднично заметил Ривай, как ни в чём не бывало. — П-прости. — Успокойся ты, чудовище. Раскрасневшийся и растрёпанный Эрен выглядел ещё сексуальнее, и Ривай ухватил его за футболку, утягивая в мокрый поцелуй. Руки парня осторожно потянули мужчину за куртку, и тот, отбросив чужие ладони, сам стянул с себя ненужную вещь, а следом и с Эрена. Не отрываясь от жаркого рта, он запустил руки под ткань, касаясь разгорячённой кожи и чувствуя, как Йегер мелко дрожит. Ривай провёл по тёмной дорожке, идущей от пупка, и ловко расстегнул пуговицу на джинсах и дёрнул собачку молнии вниз. Эрен не сдержал громкого стона от переизбытка чувств. Та его горячая фантазия становилась реальностью прямо на глазах. Эрен подавился воздухом, когда его возбуждение стиснули сквозь тонкую ткань боксёров, и вцепился Риваю в волосы. Каждое касание ощущалось в разы острее, чем он мог себе вообразить. Аккерман лишь потирал его член через бельё, а яйца уже поджимались от наслаждения. Язык мужчины снова скользнул ему в рот, а проворные пальцы, оттянув резинку трусов, забрались прямо туда, обхватывая его и сжимая. Йегер всхлипнул, притягивая голову Ривая к своей шее, и выругался, приходя в себя после оглушительного оргазма. Щеки раскраснелись ещё больше от такого позорно быстрого конца, но Ривай, вырвавшийся из цепких пальцев Эрена и смотрящий так внимательно и поражённо, не выглядел разочарованным. Он выглядел… довольным. А точнее, самодовольным. — Быстро ты, сопляк. Послала же мне карма скорострела. — Заткнись, я не виноват, что ты… — но слова застряли в горле, не успев сорваться с языка. А что он, собственно, собирался сказать? Что Ривай такой до безумия горячий, что было просто невозможно сдержаться и позорно не кончить? Что ему так сильно понравилось ощущение мужских пальцев на своём члене? Ни одну из возникших в голове мыслей озвучивать было ни в коем случае нельзя. Не дав Риваю вставить слово и снова начать ехидничать, Эрен смущённо спросил: — А как же ты? Возбуждение Ривая до сих пор недвусмысленно упиралось парню в бедро. — Хочешь, чтобы я…? — Нет. Эрен оцепенел, рассеянно наблюдая, как мужчина небрежно застёгнул ему джинсы и сделал два шага назад. И только потом посмотрел нечитаемым взглядом. — Но… — Расслабься, Эрен, не сегодня. — Йегер хотел было возразить, но Аккерман не позволил. — Тебе вызвать такси? Ему казалось, что сердце разлетелось на миллионы осколков. Ривай вёл себя так, будто для него это всё — ничего не значащая игра. А Эрен всего лишь симпатичная игрушка. Поигрался и выбросил, пафосно предложив заказать такси напоследок. Всё в одночасье показалось Эрену настолько нелепым — вся эта ситуация, — что он горько усмехнулся, выходя из незапертой квартиры, оставляя Аккермана наедине со своими мыслями. Ривай даже не дёрнулся, чтобы его остановить. А ведь так хотелось…

***

Предательские слёзы настигли, стоило запрыгнуть в такси, и Эрен со всей дури шлёпнул себя по щекам, приходя в чувство и возвращая возможность мыслить здраво. Плакать, как дитя малое он точно не собирался. Только не из-за Ривая. Номер «Убежища» встретил его пустотой и прохладой. На столике лежала записка от Армина. «Я у Микасы, приходи сюда.» Эрен с радостью бросил вещи на диван и пошёл в номер сестры. Хотелось отвлечься и просто забыть обо всём. И лучшие друзья идеально подходили для этого. Он нашёл их сидящими на кровати. Армин нежно приобнимал брюнетку за плечи, а она что-то искала в телефоне. — Йо, что у вас стряслось? — Ребята дружно вздрогнули и подняли на Эрена обеспокоенные глаза. Увидев блестящий от слёз взгляд Микасы, парень без раздумий подскочил к ней и обхватил её лицо руками. — Что такое? — Жан… — шепнула Микасы. — С ним что-то случилось? — Нет-нет, не совсем… — Её лицо было так близко, что от Йегера не укрылись дрожащие губы, и он не на шутку перепугался состоянием сестры. Она всегда была такой сдержанной и редко показывала эмоции, а тут такое. — Я заказала билет до Торонто. В четыре утра. — Микаса, объясни же, что произошло! — Ты представить себе не можешь, как ему больно. Кости тяжело срастаются, а обезболивающее не помогает ему. Он страдает, Эрен! — выкрикнула девушка, нервно кусая губы. — И я страдаю вместе с ним. Каждый чёртов день. Я страдаю не столько от его боли, сколько от невозможности утешить его, как-то помочь. Я хочу быть рядом с ним, хочу облегчить его боль. — Девушка обхватила руками запястья Эрена и прижалась лбом к его лбу. — Я думала, что смогу отдохнуть, расслабиться, но это сильнее меня. Моя любовь к нему настолько сильна, что я не могу игнорировать все эти чувства. Прости, но мне нужно уехать. — Эрен, — тихо заговорил Армин, — тебе не стоит переживать. Я поеду с ней и доставлю её домой в целости и сохранности. — Нет. — Парень отстранился от сестры, мягко скользнув пальцами по щеке. — Я сам с ней поеду. — Что? — хором раздались два изумлённых голоса. — Ты что такое говоришь?! А как же твой соулмейт? — Я ему не нужен. Связь для него лишь обуза, поэтому он будет счастлив, если я уберусь куда подальше. — Горькая усмешка сорвалась с губ, и Эрен опустил глаза, чтобы не видеть взгляды, полные жалости к нему. — Я не хочу об этом больше говорить, и я поеду с Микасой. А ты, Армин, оставайся с ребятами, и отдохните хорошенько за нас. Друг понуро кивнул, но спорить не стал, а сестра, кажется, огорчилась ещё больше. В два часа ночи Эрен и Микаса с полными чемоданами садились в такси. Будить остальных не стали, поэтому провожал их только Армин. — Хорошей вам дороги. — Арлерт грустно улыбнулся и махал рукой на прощанье до тех пор, пока машина не скрылась за поворотом. И что он теперь будет делать без них?

***

Сидя в самолёте, Эрен уныло листал ленту в фейсбуке, пока Микаса сопела у него на плече. Когда он садился на борт, чувствовалось облегчение, а сейчас на душе скреблись кошки от нахлынувшей тоски. Эрен буквально каждым сантиметром кожи ощущал то расстояние, на которое он отдалялся от своей родственной души с каждой минутой. Не просто от родственной души. От Ривая. И чего он только психанул? Ривай ведь и раньше вёл себя как мудак. Казалось бы, ничего необычного не произошло. Дело было в том, что Йегер поверил, что у Аккермана появились чувства к нему, а эта холодная отчуждённость наотмашь ударила прямо по обнажённому сердцу. И Эрену впервые пришло в голову, вдруг он и правда всего лишь обуза? Тяжкий груз на плечах Ривая, тянущий вниз. Думать о таком неприятно, но сейчас эта мысль казалась как никогда правдивой. Эрен обязательно научится жить без него. Жил же как-то двадцать лет. Вот и сейчас никаких проблем не будет. Нужно просто заново научиться игнорировать присутствие чужих чувств в своей душе. Перестать вздрагивать каждый раз, когда слегка защемит ребро; катание на мотоцикле принесло свои ядовитые плоды. Никогда больше не вспоминать чужие грубые ладони на своей коже. Забыть всё. И жить дальше.

***

Плохое предчувствие напало на Аккермана, стоило только разлепить глаза. В голове замелькали образы со вчерашнего вечера. Оголённая смуглая кожа. Сильное гибкое тело под ладонями. Мягкие пухлые губы. Этот пацан был слишком хорош, чтобы быть правдой. Риваю не легко далось выпроводить его вчера. Так хотелось прижать сопляка к себе и не выпускать из объятий. Аккерман испугался, что если тот останется, то он не сможет держать себя в узде. Ривай не хотел причинять Эрену боль, а вчера он был слишком распалён, чтобы здраво мыслить, поэтому пришлось отправить его в отель, усердно отгоняя от себя различные фантазии, которые они могли бы запросто превратить в жизнь. Вчера было неподходящее время. Ривай хотел, чтобы всё было по-другому. Не так быстро. Не так безрассудно. Просто не так. Проверив телефон, мужчина подметил, что не висело ни одного сообщения от сопляка. Даже странно. Уже одиннадцать утра. Он наверняка проснулся. Ривай: «Эй, ты там живой?» С лёгкой улыбкой на губах, мужчина поднялся, умылся и заварил себе крепкий чай без сахара, но с неизменной мелиссой. Это должно его взбодрить. Многие ошибочно полагают, что бодрящее действие оказывает только кофе, однако это большое заблуждение. Чай, в свою очередь, оказывает не менее хороший бодрящий эффект, да и на вкус приятнее кофе. Поэтому Ривай и отдавал ему предпочтение. Потягивая ароматный горячий напиток, Ривай разблокировал смартфон. На сообщение не было ответа. Он начал было набирать ещё одну смс-ку, но потом плюнул на это дело и просто позвонил Эрену. На звонок не ответили ни через пять гудков, ни через пятнадцать. Особо не задумываясь, Аккерман сорвался и, оседлав железного коня, помчался к отелю, в котором остановился Эрен. На ресепшене сидела миловидная девушка, которая тут же съёжилась под недовольным взглядом Ривая. — Я могу связаться с Эреном Йегером? Он ваш постоялец. Девушка проверила что-то в компьютере и натянула привычную улыбку. — Извините, но мистер Йегер выехал сегодня ночью. — Куда выехал? — Эм, — она запнулась под пристальным взглядом, — из отеля, сэр. В аэропорт, я полагаю. Больше ничего говорить и не нужно было. Ривай пулей выскочил из «Убежища» и набрал номер Ханджи. — Этот паршивец свалил, — бросил мужчина, игнорируя приветствие Зоэ. — Какого хрена? Он просто взял и уехал, ни слова не сказав. — Может, ты его обидел чем-то? — сонно пробормотала женщина. — Да ничем я его не обижал! Делать мне нечего, — Ривай фыркнул. — Ну, знаешь, для тебя это норма — неосознанно задевать людей своими шутками или издёвками. — Ты сейчас серьёзно? — Серьёзнее некуда, Ривай. Высунь голову из задницы и хорошенько прошерсти в памяти вашу последнюю встречу. Наверняка, ты сказал или сделал что-то лишнее. И это что-то обидело Эрена. Вот он и слинял. — Ханджи, — рявкнул Ривай, — прекращай так со мной разговаривать. Я твой чёртов босс. — Я же дело говорю. И пытаюсь помочь. А ты всегда ведёшь себя как злобная и заносчивая задница… — Завязывай. — Но Ханджи уже завелась, и остановить её в таких ситуациях можно было только бульдозером. — Ни за что. Ты должен понять это. Если ты хочешь каких-то отношений с Эреном, то начни вести себя нормально и хоть немного задумывайся о чужих чувствах. Иначе ты так и останешься один среди дюжины сраных кошек, вьющихся вокруг. — Ты сейчас свою жизнь описала, — заметил Ривай. — Заткнись и послушай меня хоть раз. Эрен бы не стал просто так тебя бросать. Он не такой. — Через трубку было слышно её тяжёлое и пышущее праведным гневом дыхание. — Поэтому ты просто обязан исправить ситуацию. Конечно, если у тебя есть к нему хоть какие-то чувства. — На этих словах Зоэ самым бесцеремонным образом отключилась. Ривай был зол на все эти оскорбления, брошенные в свой адрес, но, в то же время, он понимал: она права. Причём, во всём. Аккерман впервые в своей жизни не знал, как поступить. В расстроенных чувствах он добрался до дома и даже не сразу подметил знакомую рыжую головушку своей бывшей. Петра налетела как фурия и громко провозгласила: — Ага! Наконец-то попался. Теперь ты просто обязан меня выслушать. — Уж слишком много чего я обязан сегодня, — пробурчал Ривай, сдаваясь и скрещивая руки на груди. — Выкладывай, раз пришла. — Может, хоть на чай пригласишь по старой дружбе? — Обойдёшься. — Петра обиженно надула губки, и захотелось ударить её по лицу. В её исполнении этот жест выглядел просто отвратительно. Разум сразу же участливо подкинул картинку с надувшим губы Эреном. Вот он выглядел невероятно милым в такие моменты, хоть и делал это неосознанно. А точнее, именно поэтому. Поняв, что Ривая таким не проймёшь, Рал поджала губы и уверенно посмотрела на мужчину. — Я беременна, Ривай. — А я тут причём? — Уже три месяца как. Так что, ты как раз-таки и причём. — На её губах заиграла гаденькая ухмылочка. — Ты же не бросишь женщину, которая носит под сердцем твоего ребёнка? — Чего ты добиваешься? — растерянно пробормотал Ривай. — Я хочу, чтобы наш ребёнок вырос в полноценной и обеспеченной семье. Вот и всё. — Я не верю тебе. — Есть снимки с УЗИ, не переживай. То, что это твой ребёнок — доказывать не нужно, я полагаю? Сам же прекрасно помнишь ту нашу последнюю ночь три месяца назад. — Помню, — процедил сквозь зубы Аккерман, не зная себя от гнева. Он злился не столько на эту сучку, которая только сейчас решила поделиться с ним «радостной» вестью, сколько на себя самого за тот чёртов срыв. Но ведь Петра всегда говорила, что предохраняется. Неужели она даже здесь обвела его вокруг пальца? Погрузившись в свои мысли, Ривай не увидел фотографа. Лишь объектив чьей-то камеры зловеще выглядывал из-за дерева, делая довольно интересные для прессы снимки.

***

В Торонто приземлились после обеда. Микаса сразу же помчалась в больницу к своему Кирштайну, а Эрен понуро доехал до своей квартиры на такси. Всё вокруг замело снегом, и парню пришлось пробираться через пушистые сугробы к входу в подъезд. Кроссовки легко пропускали влагу, не приспособленные к такой погоде. Поэтому в дом Йегер вошёл весь намокший и продрогший. Наспех сбросив отяжелевшую от растаявшего снега одежду, Эрен залез в душ и врубил горячую воду, согревая тело. Затем вытерся и, завернувшись в махровый халат, пошёл распаковывать чемодан. Под ним уже образовалась лужица, но о ней парень позаботится позже. Сейчас хотелось добраться до ноутбука и завалиться с ним в тёплую постель. Браузер открылся на новостной странице, и парень лениво начал её листать, особо не вчитываясь в информацию об очередных убийствах, авариях и митингах. Лишь когда перед глазами промелькнули знакомые черты лица, Эрен судорожно вернулся назад, вчитываясь в запись под фотографией, изображавшей Ривая с привычно нечитаемым выражением и ту самую Петру, которая вторглась в тот раз в его квартиру, помешав им. Его взгляд остановился на одной фразе, от которой захотелось завыть. «…Счастливое воссоединение успешного и неприлично богатого бизнесмена Ривая Аккермана и его бывшей жены Петры Рал, не менее известной особы…» Сердце пропустило удар, когда на глаза попало ещё одно интересное предложение. «…Ходят слухи, что пара ждёт ребёнка…» Ривай и словом ему об этом не обмолвился. Неужели Эрен и правда лишь мешал ему? Ведь стоило убраться восвояси, как Аккерман тут же вернулся к жене, ещё и оказавшейся беременной. От осознания собственной ненужности стало мучительно больно на душе, и Йегер откинул ноутбук подальше и свернулся калачиком под одеялом, больше не в силах сдерживать слёзы. Он плакал тихо, не издавая ни звука из-под одеяла. Солёная влага произвольно текла из глаз. Искусанные губы защипало, и только тогда Эрен смог взять себя в руки. И когда он только успел стать таким наивным? Тут изначально было не на что надеяться. Нужно просто переступить через себя, забыть всё и жить дальше. И он сделает это. Обязательно.