Чёрное на чёрном

Риченда сдержала обещание: её платье было роскошным, но не вызывающим. Светло-синий переливчатый атлас — словно растекшаяся по небу лазурь. При малейшем движении в его складках играли неуловимые бледно-голубые блики. Сложная высокая причёска украшена пышным синим пером. Дана не сомневалась — уже завтра придворные модницы подхватят новое веяние. Её наряды копировали, но «Сапфировая герцогиня» с усмешкой наблюдала за жалкими подделками. В сопровождении Рокэ Риченда поднялась на крытую галерею, убранную гирляндами из кедровых ветвей и алых гвоздик. На Фабианову площадь они прибыли порознь: она в карете, он верхом на Моро. При встрече учтивость супруга граничила с безразличием, от вчерашнего Рокэ не осталось и следа. Придворные, приглашённые на церемонию, чинно рассаживались. Не было лишь королевской четы и кардинала. Риченда увидела эра Августа, он сидел рядом с пустующим креслом королевы. Кансилльер заметил её и приветствовал вежливым кивком и лёгкой улыбкой. Риченда ответила тем же, решив, что чуть позже обязательно подойдёт поздороваться. Место Рокэ находилось возле короля, Риченды — чуть дальше, но муж повёл её совсем в другую сторону. Риченда никогда раньше не встречалась с маршалом фок Варзов, но, оказавшись перед пожилым седовласым мужчиной, безошибочно поняла, кто перед ней. Герой не одной войны, коим безусловно являлся фок Варзов, выглядел слегка уставшим и измотанным, но боевой хватки не растерял. На суровом лице старого вояки мелькнула, как показалось Риченде, редкая улыбка. Маршал Запада поднялся медленно, подобающе своей солидной фигуре и возрасту, и, сделав шаг к Рокэ, по-отечески обнял его. — Рад тебя видеть, Росио. Риченда была удивлена. Она впервые видела, чтобы кто-то так относился к Алве, а главное, чтобы тот позволял подобное отношение к себе. — Взаимно, — ответил Рокэ, улыбнувшись. — Вольфганг фок Варзов, маршал Запада и командор Горной марки Бергмарк, — представил он своего бывшего эра и командира. И хотя ученик давно превзошёл своего учителя, чувствовалось, что отношения между ними остались тёплыми. После Ренквахи фок Варзов сложил с себя полномочия Первого маршала, передав их тому, кто когда-то был его оруженосцем. Риченда с трудом могла представить Рокэ в этом звании. Поговаривали, что фок Варзов взял юного маркиза Алвасете в оруженосцы вопреки мнению многих, и даже самого соберано Алваро Алвы. Смелый поступок. — Герцогиня Риченда Алва. — Очень приятно, господин маршал, — Дана сделала реверанс. Её отец когда-то служил под командованием Вольфганга и всегда очень хорошо о нём отзывался, считая отменным военачальником. Герцог Окделл говорил, что Варзов служит прежде всего своей стране, а не королю или кардиналу. Маршал не участвовал в заговорах и придворных интригах, редко появлялся в столице, предпочитая всё свободное от войны время проводить в Горной Марке или в Ноймаринен. — Рад знакомству, — произнёс граф, пожимая её руку. Он чуть наклонил голову, пару секунд рассматривая девушку, словно оценивал диспозицию, а потом повернулся к бывшему оруженосцу: — Рокэ, она красавица! — в голосе маршала слышалось неподдельное восхищение. Комплимент прозвучал весьма неуклюже, но Риченду это не огорчило, наоборот, подкупающая искренность его слов очаровала герцогиню, вызвав невольную улыбку. — Я знаю, — легко согласился Алва, взял девушку за руку и коснулся кончиков пальцев невесомым поцелуем. Риченда слегка растерялась, не понимая, зачем Алве потребовалась эта наигранная сцена. — Извините, я ненадолго вас оставлю. Мне необходимо переговорить с адмиралом Альмейдой. — Иди, иди и не беспокойся, мы пока побеседуем с герцогиней. Риченда рассчитывала на короткую светскую беседу, но маршал, взяв её под руку и отведя в сторону, заговорил совсем не о том, что она ожидала услышать. — Я почти отчаялся, думал, он никогда не женится, — неожиданно признался фок Варзов. — Отчего же? — Росио считает себя одиночкой, но это не так. Ему нельзя быть одному. Я видел, как он теряет близких. Всех. Потери сделали его жёстким и холодным. Но вы сумеете отогреть его сердце. Оно у него большое и горячее. Хотя он и не желает в этом признаться. — Я? — удивилась Дана подобной откровенности. Вероятно, то, что она теперь жена Рокэ, вводило её в некий ближний круг доверия Вольфганга. И следующие слова маршала лишь подтвердили её предположение. — Если он выбрал вас — это что-то значит. Уж поверьте мне. — Вы одобряете его выбор? — Солгу, если скажу, что не был удивлен, узнав о вашей свадьбе. — Потому что я — дочь Эгмонта Окделла? — с излишней горячностью произнесла Дана, но спустя мгновение сумела совладать с собой. — Простите, мне не следовало поднимать эту тему, — извинилась она за несдержанность и слегка нахмурилась: — Почему вы улыбаетесь? — Вы так с ним похожи, — очень довольно произнёс Варзов. — Ершистые гордецы. Не обижайтесь, милая, я не хочу вас обидеть, — с тёплой улыбкой заверил её старый маршал. — Я не обижена, — сказала Риченда. Сравнение пришлось ей по душе. А ещё ей понравился сам фок Варзов. Прямой открытой натурой, неподдельной искренностью и надёжностью. — Скажите, он всегда был таким? — Когда я впервые увидел Росио в Лаик, то сразу понял, мальчишке нужна крепкая узда. — Поэтому взяли его в оруженосцы? — Уже тогда было ясно, что из парня выйдет толк. Хотя порой он выкидывал такие фортели, что хотелось собственноручно придушить, — маршал усмехнулся, а потом добавил уже серьёзно: — Я горжусь им. Светское знакомство неожиданно переросло в интересный разговор. Риченда спрашивала, а Варзов с удовольствием поведал ей о некоторых «подвигах» Рокэ и, когда герцог вернулся, Риченда выглядела слегка разочарованной. — Я не во время? — заметив это, поинтересовался Алва. — Уверен, вы говорили обо мне. — В этом он весь, — усмехнулся фок Варзов, многозначительно посмотрев на Риченду. — О, да! — охотно поддержала графа Дана. Они на удивление легко и быстро нашли общий язык и взаимопонимание. — Преисполненный уверенности, что весь мир крутится вокруг его важной персоны. — Похоже на заговор, — констатировал Рокэ, иронично вскинул бровь. — Прошу прощения, Вольфганг, но я вынужден похитить вашу прекрасную собеседницу. Нас ожидает графиня Савиньяк. Риченда протянула графу руку: — Мне было чрезвычайно приятно познакомиться с вами, господин маршал. — Это взаимно, сударыня, — тепло и по-отечески улыбнулся ей фок Варзов. — Береги её, Росио. — Непременно, — пообещал Алва. Следующее знакомство оказалось не таким приятным, если не сказать больше. Арлетта Савиньяк — невысокая темноволосая женщина, даже в свои пятьдесят четыре не утратившая ни привлекательности, ни гордой осанки, производила впечатление дамы решительной и властной. Во время службы во дворце Риченда узнала, что именно Бертрам Валмон, Арлетта Савиньяк и ее брат Гектор Рафиано являются наиболее влиятельными людьми в Эпинэ. Вдовствующая графиня крайне редко появлялась при дворе, предпочитая жить в своём замке Сэ. Но сегодня её младший сын Арно выпускался из Лаик, и она прибыла в Олларию. Ни капли добра не чувствовалось в её прищуренном взгляде, также как и в тонкой, годами отточенной светской улыбке. Лишь холодная вежливость и сдержанность, граничащая со скрытностью. Совсем, как у её сына Лионеля. При таком разном цвете волос эти двое были удивительно похожи. Всегда серьёзные тёмно-карие, почти чёрные глаза не оставляли сомнений в их родстве. При дворе говорили, что Савиньяки — единственное семейство, с которым Алва водил дружбу. Риченду такая перспектива совсем не прельщала. Ей были неприятны эти люди. Савиньяки — кровные вассалы Дома Молний, Люди Чести, но после воцарения узурпатора Франциска, они приняли сторону Олларов, и с тех пор вот уже четыреста лет, как и Алва, являлись верными слугами новой королевской династии. Зачем ей водить дружбу с предателями? Достаточно того, что она замужем за одним из них. Единственный из Савиньяков, кого она находила приятным — Эмиль — младший брат-близнец Лионеля. Риченда несколько раз видела его, и граф Лэкдеми показался девушке приятным в общении, жизнерадостным и открытым человеком. Обладатель весёлого, даже слегка бурного нрава и лёгкого характера — Миль отличался от старшего брата так же, как яркий день от мрачной ночи. В его тёмных глазах сияли смешинки, а наготове всегда была припасена пара шуток, чтобы развеселить дам, за которыми он с большим удовольствием волочился. Дана пожалела, что сегодня его нет здесь, а вот Лионель непременно появится. Стоило герцогине об этом подумать, как фанфары возвестили о приближении короля. Риченда нацепила почтительно-фальшивую улыбку, которая уже давно давалась ей без особого труда, склонила голову и замерла в низком реверансе.