ГЛАВА 34
10 февраля 2018 г., 21:50
Сеул. Сентябрь. 2018
DAVICHI (다비치) — 그래도 우리
Нора лежала в кровати и смотрела в потолок. Немного болела голова. Чувство тревоги и безысходности. Каждое утро. Нора каждый день просыпалась без настроения. Странная апатия. Осень. Черт бы ее побрал эту осень. Как-то, в последнее время, все не клеилось. Или она просто так себе внушала? Работа не радовала. С Херин так и не помирились. Погода была ужасная. Депрессия и бессонница. Джиен… Нет, с Джиеном все вроде было хорошо, но… Но. Они виделись очень редко. Встречи всегда были хорошо продуманы. Нора не знала, каким образом Джиен решил проблемы с репортером Паком в прошлый раз, но попадаться опять не собиралась. Она стала нервная и подозрительная, осторожная и скрытная. Встречи с Джиеном всегда были омрачены возможным раскрытием. И как бы Нора его не любила, и как бы Джиен не уговаривал ее, что все хорошо, что можно так не переживать, что если что-то случиться, то он все решит. Но Нора не могла себя переубедить. Странная черная туча нависла над ее сердцем. Она мало улыбалась и почти утратила интерес ко всему, что недавно ее так радовало. Джиен это видел. Джиен пытался помочь. Но проблемы были у Норы в голове, и справиться с ними могла лишь она сама. А Нора… Нора лишь каждый день чувствовала, что ее депрессия становится все глубже и непрогляднее. Нора откинула одеяла и рывком села на кровати. Кофе. Нужен кофе. Накинув халат, она босиком пошла на кухню. Пока вскипал чайник, Нора огляделась. — Черт, — грустно подытожила она, обнаружив пустую пачку из-под сигарет. Девушка села за стол и опустила голову на руки. В кухне была тишина. Лишь слышно, как нагревалась вода в чайнике. Нора сделала себе кофе и вернулась в комнату. Открыла ноутбук. « — Да не верю я в это… — Что за бред? Кто вообще мог подумать, что меду ними что-то есть? — Не понимаю людей, которые постят подобную фигню… — Приди в себя. — Больше не о чем писать? — YG лишь посмеялись с этой статьи. — Если YG так быстро отреагировали, значит все не правда…» Нора вздохнула с облегчением. Фото Бобби и Черин, которые вчера появились в сети, вызвали лишь смех и недоумение фанатов. — Это хорошо… — прошептала Нора. Взглянула в окно. Светало.***
Сообщение от Джиена: «Мы увидимся сегодня? Я очень соскучился». Ответ от Норы: «Извини, много работы».***
— Сумин, я же просила принести мне договора с поставщиками. Еще утром, — Нора вышла из своего кабинета. — Да, уже несу, — Сумин быстро начала искать что-то на столе, заваленном бумагами. — Добрый день, — в приемной находилась дизайнер отдела Норы — Мина. Нора ничего не ответила, и Мина обменялась с Сумин многозначительными взглядами. — Я все видела, — спокойно сказала Нора и скрылась опять в своем кабинете. «И почему они заставляют меня так себя вести? Почему нельзя все делать вовремя?»***
— Она уже видела? — спросила Мина у Сумин. — Нет еще. У нее и так ужасное настроение. Думаешь, стоит ей показывать? — А что с ней? — Не знаю. Это длиться где-то недели две… Не понимаю… — Может, она с кем-то рассталась? — Брось, Мина. Откуда мне знать? — Сумин выглядела немного обиженной. — Или ты думаешь, что мы после работы сплетничаем о своих сердечных делах за чашечкой кофе? Раньше мы больше общались… Я даже думала, что мы стали почти, ну совсем чуточку, подругами… Но потом она изменилась. Словно перестала мне доверять…***
— Вот документы, которые Вы просили. — Вот, наконец-то, и они, — Нора была раздражена. — Хорошо, спасибо. Но Сумин не уходила. Она держала в руках еще бумаги и неуверенно на них поглядывала. — Что-то еще? — Нора взглянула Сумин в глаза. Как же Сумин ненавидела, когда Нора на нее так смотрела. Поэтому быстро опустила взгляд, но все еще чувствовала на себе взгляд начальницы. — Что-то еще? — повторила свой вопрос Нора и понимала, что для Сумин будет намного лучше, если ей не придется повторять его в третий раз. — Да, — неуверенно ответила Сумин. Она просто должна ей это отдать. — Вот. Критика экспертов за последнюю неделю. Там Ваша фотосессия. Последняя. Та, что… — Да, я поняла. Спасибо. Сумин протянула Норе бумаги и, поклонившись, быстро вышла из кабинета. Нора проводила ее спокойным взглядом поверх очков. « — Странное решение… — Не думаю, что использование этих тканей вместе такое уж хорошее решение. Выглядит дешево. — Это же осенняя коллекция. Или я что-то путаю?» «Неоправданные ожидания или нелепая случайность?» «…очевидно, мисс Нора Браун, получив хорошие отзывы и карьерное продвижение, больше не так тщательно подходит к простым фотосессиям…» « — Возможно и правда, бумажная работа и заключения сделок убивают чувство стиля?» «Абсолютный провал фотосессии. Чья вина?» Нора опустила голову на руки и закрыла глаза. Стало жарко. И стыдно. Она еле сдерживала слезы. Ее уверенность в себе еще не была настолько велика, чтобы пропускать подобные фразы мимо ушей и сердца. В дверь постучали. Опять Сумин. Очень не вовремя. Нора ничего не говорила, а лишь вопросительно взглянула на Сумин. Боялась, что если начнет говорить, то точно расплачется. — Президент Ли, — тихо сказала Сумин, — хочет Вас видеть. Нора кивнула, и Сумин вышла. Нора глубоко вдохнула и медленно выдохнула.***
Нора поднималась в лифте к Президенту Ли. Что ему говорить? Как все объяснить? «А вдруг он скажет, что разочарован? И что поспешил с моим повышением? И коллекцию не позволит выпустить… Хотя…» Нора вспомнила, что не работала над коллекцией уже недели две. Она просто садилась за стол, брала в руки карандаш и сидела так около получаса. Потом бросала карандаш обратно и уходила. И так каждый день. Никаких идей. Никаких мыслей. В приемной никого не было кроме секретаря. — Президент Ли ждет Вас, — сообщила она ровным голосом. Нора кивнула и вошла в кабинет. — Мисс Нора Браун, — Президент жестом предложил Норе присесть, а сам перебирал какие-то бумаги. Нора села и ждала. Сердце бешено стучало в груди. — Может кофе? — предложил Президент. — Нет, благодарю. Президент Ли подошел и сел напротив. Он был спокоен и внимательно изучал Нору. А вот она была не спокойна. Это читалось в ее глазах, неловких движениях и немного дрожащем голосе. — Полагаю, Вы видели статьи? О Вашей последней фотосессии? — Да. — Вы расстроены? Нора сморщила лоб. Она не понимала, к чему этот вопрос. Ведь ответ на него настолько очевиден, что даже произносить его вслух желания не возникало. Президент Ли улыбнулся. Нора еще больше запуталась. Что вообще здесь происходит? Ее должны ругать и засыпать укорами и пугать возможным карьерным понижением. Она должна оправдываться и извиняться и обещать, что в следующий раз постарается лучше. А Президент Ли должен говорить с ней так, словно следующего раза может и не быть. А тут… Он улыбается? — Я понимаю Вашу растерянность, — Президент Ли откинулся на спинку дивана, расстегнул самую верхнюю пуговицу на рубашке и закинул ногу на ногу. Тем самым давая понять, что встреча переходит в более свободную и менее официальную. — Понимаете, мисс Нора, — продолжил Президент Ли, — подобные статьи свидетельствуют о Вашем росте. (Что?) Поверьте, эти критики никогда бы не написали ни о ком, без имени в мире моды. Если Ваша фотосессия попала к ним на стол, и они захотели ее изучить и, тем более, написать о ней — это огромный шаг вперед. А вот то, что именно они написали… это, скажем так, не слишком важно… — Но они ведь полностью раскритиковали мой проект… и меня… — Нора перебила Президента. — Неудачные фотосессии были у всех. Поэтому обращать особое внимание на это не имеет смысла. Я не вижу в этом большой трагедии или вашего личного поражения. А, может, вообще у них просто было плохое настроение… Поэтому абсолютно не думайте об этом. Нора улыбнулась. Значит, все хорошо? — Но, — Президент Ли перестал улыбаться, и у Норы пересохло во рту. Она, почему-то, решила, что сейчас Президент скажет, что знает о ней и Джиене, и что это большая проблема (эти мысли преследовали ее постоянно). Но Президент хотел сказать не об этом: — Вы меня волнуете в последнее время. Вы устало выглядите и у Вас меньше энтузиазма. Я не вижу того огня в Ваших глазах, который заставил меня когда-то поверить в Вас. Что происходит? У Вас что-то случилось? — Нет. Все нормально, — соврала Нора и сама не поверила в свои слова. Поэтому: — Извините. Просто немного устала. Вот и все. Президент Ли молчал и изучающе смотрел на Нору. Она же старалась не смотреть ему в глаза. — Может у Вас проблемы личного характера? Нора быстро вскинула голову и посмотрела на Президента. «А вдруг он, и правда, что-то знает…» — Знаете, — продолжил Президент, — плохие отзывы критиков — это пустяк. Для Вас главное не попадать в скандалы. «Он имеет в виду?..» — Я говорю о скандалах об отношениях. «Черт…» — И тут дело даже не в Вас. Думаю, Ваши отношения будут приняты адекватно. Но проблема может быть в Вашем избраннике. Лучше если бы он не был известной личностью. Тогда проблем не будет вовсе. «Не был известной личностью…» — Понимаете, есть определенные представители индустрии развлечения, связь с которыми принесет огромный вред Вашей репутации. Я надеюсь, Вы понимаете меня, и не будете злиться за нарушенные мной границы Вашего личного пространства. — Да, я все понимаю, — ответила Нора, а в голове были лишь мысли о Джиене. И о том, что он — Джиен — уж точно есть в нежелательном списке Президента Ли.***
Нора спустилась назад на свой этаж. Медленно шла коридором, думая о словах Президента Ли. Но ее рука замерла над ручкой двери в свой отдел. — Как думаешь, от кого эти цветы? — услышала Нора голос Сумин. «Какие цветы?» — мелькнуло в голове у Норы. — Это все объясняет, — ответила Мина. — Мисс Браун поругалась со своим парнем. Вот откуда плохое настроение. А он пытается загладить вину. Вот откуда цветы. Может, там есть записка? У Норы похололо в груди. Ей казалось, она даже дышать перестала, ожидая ответа. «Нет, он не настолько безрассуден…» — Нет, ничего, — расстроенно вздохнула Сумин. Нора выдохнула и толкнула дверь. Сумин выронила бумаги, что держала в руках. Нора внимательно смотрела на девушек, слегка прищурив глаза. Они молчали и прятали взгляд. Нора слегка улыбнулась, чтобы не показывать своей тревоги.***
— Что ты делаешь? Зачем ты это делаешь? — Я хотел сделать тебе приятное. Я скучал. Ты постоянно занята. Вот я и решил отправить тебе цветы. Что не так? — Зачем отправлять мне их на работу? Ты с ума сошел? Нравиться риск? ЗАЧЕМ? — Не кричи на меня. Я хотел сделать тебе сюрприз. Отправил цветы, а ты кричишь на меня. Нора, по-моему, ты ведешь себя немного нелогично. Это просто цветы. Без записки. — Да к черту цветы и записки. Ты хоть представляешь, что будет, если кто-то что-то узнает? Ты подумал обо мне? — Хватит этой паники. Я тебе объяснял, что все решу. Я не дам тебя в обиду. — Моя репутация будет разрушена. А, возможно, и карьера. Черт, почему ты так поступаешь? — Почему хочу тебя радовать? Ну не знаю. Может, потому, что люблю тебя, — Джиен тяжело дышал. Нора слышала злость в его голосе. — Я думал, ты знала, что тебя ждет, когда мы начали эти отношения… — А я думала, что ты не будешь настолько глуп, чтобы присылать мне цветы на работу. Почему ты думаешь, только о себе? Почему ты не думаешь обо мне? Почему мои желания не так важны? Я просто прошу быть осторожным, а ты… — Поговорим, когда ты успокоишься, — Джиен перебил Нору. У него не было желания и дальше продолжать этот бессмысленный разговор. — Прекрасно, — Нора бросила трубку до того, как подумала об этом. Черт. Эта дуратская гордость. Нора открыла верхний ящик стола, высыпала из баночки две таблетки и запила их водой. Лучшие друзья Норы — успокоительные и антидепрессанты.***
Когда Нора приехала домой, Джиен уже ждал ее. Он сидел в темноте на кухне. На столе была пустая кружка от кофе и полная пепельница. Когда Джиен услышал, что Нора вошла, посмотрел на часы — 11.30pm. Молчал. Нора тихонько подошла к нему и села на стул рядом. Молчала. Потом аккуратно положила голову ему на плечо и еле слышно прошептала: — Прости. Ты хотел порадовать меня, а я… — Я не хочу ссориться, — так же тихо ответил Джиен. Нора закрыла глаза. Усталость валила с ног. Бессонница, постоянные нервные срывы, необъяснимые приступы страха, отсутствие радости от работы. И постоянная крайность — или необузданная паника или полная апатия. «Я так устала…» Сеул. Октябрь. 2018 Нора ехала в машине. На очередную вечеринку. Она нервно хрустела пальцами и кусала губы. Ее решение пугало ее. Но другого выхода она не находила. Вера в то, что это единственно правильное решение, была нерушима. Или это страх и неуверенность в себе? Слабость? Неспособность принять действительность такой, какая она есть? Или нужно не лукавить и просто признаться себе, что она не смогла вытерпеть всю тяжесть подобных отношений? Скорее всего… Но мысль о том, чтобы потерять Джиена не приносила покой. Ведь так должно быть? Если ты находишь причину своих терзаний, то избавление должно приносить покой? Или как? «Нет. А может, не стоит? Правильно ли я поступаю? А вдруг, это конец?..» Нора откинулась на спинку и закрыла глаза. (накануне утром) — Вот я и нашел прекрасное решение всех Ваших проблем, — Президент Ли сидел в кресле и, улыбаясь, смотрел на Нору. Нора стояла перед ним и пыталась найти слова. — Три месяца? — переспросила Нора. Нужно было сказать хоть что-то. — Да. Три месяца в Италии. В родной Европе. Сможете навестить родителей. Вы ведь, наверное, по ним ужасно соскучились? — Да, — Нора не понимала, что чувствовала. Она не знала, радоваться деловой поездке или расстраиваться. Что? Куда? А как же?.. — Деловая поездка длится 3 месяца, — Президент Ли перешел к официальной части. — За это время Вы обменяетесь идеями и примите участие в различных проектах. За это время, я очень надеюсь (Президент повысил голос), Вы закончите свою коллекцию и, по возвращению, представите ее на неделе моды в Сеуле. Вы уезжаете через три дня. Пожалуйста, подготовьте все необходимое и передайте текущие дела кому-то из своего отдела.***
Нора зашла в клуб (с черного входа, конечно) и осмотрелась в поисках Джиена. Взгляд обнаружил его у барной стойки в компании стройной блондинки на высоких шпильках. К счастью для Норы (или, точнее, для Джиена), выглядел он абсолютно нерадостно в такой компании. Блондинка что-то говорила, пытаясь сделать милое личико, а Джиен махал головой из стороны в сторону и убирал ее руку со своего плеча. Блондинка надувала губки и что-то шептала ему. Джиен улыбался и что-то отвечал. — Меня сейчас стошнит, — еле слышно проговорила Нора. Смотреть на жалкие старания блондинки не было больше сил. Нора не знала, когда именно это началось, но она доверяла Джиену. Ее саму это, порой, удивляло, но она знала — Джиен не будет ей изменять. Но вот видеть, как кто-то лапает своими мерзкими ручонками ее парня (Боже, Нора, сколько ванили) жутко бесило. И этой блондинке просто повезло, что уровень воспитания и образованности Норы не позволял ей сейчас подойти и вырвать все ее крашеные волосы. Волосок за волоском. — Не помешаю? — Нора села за барную стойку рядом с блондинкой. — Нет, ничуть, — блондинка быстро отмахнулась от Норы и вернулась к Джиену. Джиен иронично улыбнулся. Он считал, что Нора безумно сексуальна, когда ревнует. Он, в такие моменты, чувствовал непрерывную связь с Норой. Он чувствовал, что принадлежит лишь ей, Норе. И это чувство было до неприличия прекрасным. До неприличия неприличным. Как и мысли Джиена в такие моменты, впрочем. — Мне нужно с тобой поговорить, — без единой эмоции сказала Нора. Блондинка ее вообще не волновала. — Что за наглость вот так прийти и влезть в чужой разговор, — а вот Нора блондинку как раз волновала. — Ты что не видишь, что мы разговариваем? Нора посмотрела на блондинку. Ее «тыканье» злило. Нора терпеть не могла неформальность. Но сил на споры с ней не было. Она отклонилась, чтобы, из-за спины блондинки, увидеть Джиена: — Я буду ждать тебя там, где всегда, — сказала Нора и ушла. — Что она себе позволяет? Какая-то ненормальная… — Прости, мне нужно идти, — Джиен встал и забрал сигареты со столешницы. — Оппа, ты что, и правда, пойдешь? Да кто она вообще такая, чтобы так с тобой разговаривать? — Она? — улыбнулся Джиен. — Она — моя девушка.***
— Три месяца? — Джиен сел на диван и сморщил лоб. — Ты уезжаешь на три месяца? Нора кивнула. Она еще не все сказала. Сомнения и страх. Что же делать? — И это еще не все… Я…Jimin Park (박지민) (15&) — Hopeless Love
Джиен поднял глаза. В его взгляде отчетливо читалось понимание, что поездка в Италию на три месяца — это не самая плохая новость вечера. — Я не чувствую земли под ногами. Я словно вишу в воздухе, ухватившись за что-то одной рукой. И думаю лишь о том, что наступит скорее — моя опора обрушиться, или меня скинет ветер, или у меня попросту не останется сил, и я разожму руку. Я так неуверенна в себе в последнее время. Я так полна сомнений и страхов. Я не могу так дальше… Прости… Джиен молчал. — Я так устала от этого, — Нора достала пачку сигарет, потом — одну сигарету, но, покрутив несколько секунд в руке, спрятала обратно. Слишком много никотина в последнее время. — Мне нужно немного времени… Давай сделаем перерыв… в наших отношениях… Джиен сидел неподвижно. Смысл слов уже добрался до мозга, но как к ним относиться, он еще не понял. Единственное, что он сейчас чувствовал, это неуверенность. А неуверенность он приравнивал к слабости. Он встал. Эмоции больше не позволяли неподвижно сидеть. Джиен отошел от Норы, словно хотел наблюдать за ней со стороны. На его лице читалось непонимание. Он оттянул ворот кофты и убрал волосы назад. Нора подошла к нему и положила руки ему на плечи. Джиен скинул их. — Я очень счастлива с тобой. Но я не умею так, ненавижу так — постоянно прятаться по чьим-то квартирам, платить всем вокруг за молчание, постоянно скрываться от прессы и фанатов, КАЖДЫЙ день просыпаться в страхе увидеть наши фотографии под заголовком [СЕНСАЦИЯ]… Прости… Это слишком… сложно. Джиен смотрел на Нору и молчал. Почему-то возникло ощущение, что он уже не один раз проигрывал в своей голове этот диалог. Ну, или похожий. Все равно. Ведь конец один — она от него уходит. Блядь. — Пойми… — продолжала Нора, — каждый день в страхе убивает мои чувства. Я боюсь, что скоро совсем ничего не останется. Кроме пустоты. Черной дыры в груди. Я… блин… Я же не бросаю тебя… Я еду в Италию на три месяца… давай поговорим после того, как я вернусь… — Черт, ты что не понимаешь? Я не смогу без тебя. Ты глоток воздуха, которого мне не хватало. Ты заставила улыбаться тогда, когда не было сил даже жить. Блядь, если бы не ты, я бы уже спился, потерял бы компанию и музыку или попросту умер бы от передоза… И теперь ты говоришь, что уходишь… Ах да, точнее, берешь перерыв… И едешь в Италию. Черт, Нора для меня Италия, как другая планета. Там ТВОЙ мир. Где гарантии, что ты вообще вернешься… А я… Боже, какой бред я несу… Сделала из меня влюбленного придурка, который несет всякий розово-сладкий бред… Джиен достал сигареты и закурил. Молчали. Ровно на несколько затяжек. — Зачем врать Нора? Мы же прекрасно понимает, что это никакой не перерыв. Это конец. Нора молчала. Ей было страшно принимать его слова. Слова, которые так часто всплывали у нее в голове. Слова, которых она боялась. Слова, которые не должны были стать правдой. Джиен зашагал по комнате. Он боролся с безумным приступом злости. На нее. В душе все просто кипело и рвалось наружу. Наружу — самыми больными словами и калечащими фразами. Нет. Он не хотел делать ей больно. Нужно успокоиться и просто поговорить. Но попытки были напрасны. Слишком много в душе, чтобы это скрыть: — Что ты хочешь, чтобы я сделал? Пошел и рассказал всем о нас? — Я не прошу этого делать. Я никогда не попросила бы тебя выбирать между мной и карьерой… И для меня это… Черт. Именно поэтому… — Именно поэтому ты меня бросаешь? — Беру перерыв… — То есть сообщаешь мне, что бросишь меня позже… — Джиен… — Что? ЧТО? Что мне думать? Как мне реагировать? Нора села на диван — все силы были потрачены на просьбу о перерыве. Все. До единой капли. Иначе она не смогла бы это сказать. Джиен тяжело дышал. Он достал еще одну сигарету. Чирк зажигалкой. Но огня нет. Чирк. Да что же это? Чирк. Но зажигалка не работала. — А-а-а, — Джиен, со злостью, швырнул зажигалку о стену. — А знаешь что? Езжай. В свою Италию езжай. От меня. Блядь, если тебе по фигу, что тут со мной будет, то вперед. Надеюсь, мы больше не увидимся. Его голос звучал звонко. Нет, он не плакал. Но как вилкой по стеклу. В комнате повисла тишина. Оба молчали. Из-за двери доносилась музыка, смех. Джиен держал в руках не прикуренную сигарету. Скорее, он и вовсе забыл о ней. Молчали. Джиену кто-то звонил — телефон на столе постоянно вибрировал и сообщал о новых сообщениях. Молчали. Нора думала о том, что если их чувства и правда так сильны, то они все выдержат. Джиен думал о том, как безумно ее любит. Потом Джиен бросился к Норе, обнимал со спины и шептал на ухо: «Прости». Слезы медленно скатывались по щеке Норы. За что ей его прощать? За что на него обижаться? За то, что он не хочет ее отпускать? За то, что говорит, что не может жить без нее? За то, что не боится вслух говорить о том, о чем Нора не хочет даже думать — потерять его, потерять их, потерять себя? Но, несмотря на это, Нора уже все решила — сделать перерыв — единственное правильное решение. Если уж и рисковать своим будущим, то только будучи полностью уверенной в себе, в нем. Не должно быть сомнений. Каждая клеточка Норы должна говорить: «Оно того стоит». Ни единого страха, ни единой неуверенности. А пока, Нора этого не ощущала. Все чаще по вечерам, будучи на очередной вечеринке или просто сидя дома, Нора задумывалась — именно этого ли она хотела? Правда ли чувства к Джиену такие сильные? Правда ли это настолько важно? Или ей просто понравилось, что такой парень обратил на нее внимание? Может просто желание быть в центре внимания, ощущать зависть окружающих, чувствовать себя особенной, заставляли Нору быть с Джиеном? Возможно, ей нравился не он, а сама мысль о том, что он с ней? С ней, такой обычной и ничем особо не примечательной? С ней, а не со всеми теми идеальными моделями и певицами, что его постоянно окружают? И как они до такого дошли? Как все стало так мрачно и серо, страшно и больно. Все ведь было так прекрасно. Они так и стояли — в пустой прокуренной темной комнате клуба. Молчали. Нора слышала стук сердца. Бешеный ритм. Это ее? Или его? Или их? — Извини, что появился в твоей жизни. Прости… прости… Я… в последнее время приношу много проблем… Прости… Я понимаю твое желание понять себя. Но ты должна знать, что я буду ждать. Нора молчала. Боялась разрушить момент. Не хотела, чтобы его объятия прекращались. — Я буду звонить и писать. — Не нужно. Я не буду отвечать. — Я все равно буду. Нора повернулась и посмотрела на Джиена. В слезах. Конечно, Нора. Как же она хотела уткнуться в ворот его куртки и плевать на все и всех. Просто так и стоять весь вечер, всю жизнь. Как хотелось не думать о последствиях. Как хотелось, чтобы все было проще. Как хотелось просто поддаться импульсу и к черту все «но». НО. Она просто смотрела на Джиена, а он вытирал слезы с ее щеки.
