Девять джиннов

       — Кстати, скажи: а чего ты руки в карманы прячешь? Не холодно же.        Дария одарила Дерека злобным взглядом. Тот и бровью не повёл, продолжая улыбаться своей обычной глуповатой (по мнению Дарии) улыбкой. Дария закатила глаза, но промолчала.        "Команда третьих" медленно пересекала переулок. Дария, несмотря на тёплую погоду, то и дело ёжилась и крепче куталась в свою толстовку. Она очень давно выходила на улицу в чём-то, кроме школьной формы, и теперь ловила себя на мысли, что ей гораздо приятнее ощущать на себе джинсы и удобную кофту, а не строгие юбку-рубашку-пиджак. Впрочем, в полной мере наслаждаться прогулкой ей мешали два обстоятельства: во-первых, не в меру энергичный и радостный Дерек; во-вторых, тот факт, что их совместный променад происходил ночью в самых тёмных уголках их городка, где вероятнее всего скрывается маньяк, свернувший шеи уже трём людям. "И о чём он только думает?.." — страдальчески спрашивала себя Дария, косясь на джинна, чей беспечный вид не слишком-то вселял уверенность в безопасности        Всё началось тем утром, когда Дария читала в Интернете новость об очередном трупе. Мысли о маньяке слишком взволновали её, и она поделилась беспокойствами с Дереком. И это была её первая ошибка: полный энтузиазма джинн внезапно заявил, что пришло время самим расследовать это дело.       — А что? Знак подан, можно идти в бой, — беззаботно отозвался Дерек на её слабые попытки возразить и, чуть подумав, добавил: — Я догадываюсь, кто это может быть, и я думаю, что могу его победить. Пора бы уже начать действовать, в конце-то концов!        Так они и оказались тут — в каком-то мрачном переулке на другом конце города далеко за полночь. Дария не хотела даже вспоминать, как она пыталась незаметно улизнуть из дома, не перебудив всех вокруг (хотя Гарри, судя по исходящему из-под двери его комнаты голубоватому свету, скорее всего опять в ночи сидел в Сети), но ещё больше она не хотела вспоминать, как поддалась уговорам Дерека и его глупым аргументам в стиле "Да ладно, всё нормально будет!".        В отличие от своей мрачной и периодически зевающей повелительницы, Дерек весь лучился энтузиазмом. Казалось, ночной воздух подпитал его энергией, и он стал даже болтливее обыкновенного. Не получив ответа Дарии на свой вопрос, он не отступился, а настойчиво повторил:       — И всё-таки?        Дария раздражённо выдохнула. Поняв, что он от неё так просто не отстанет, она буркнула:       — Руки у меня при ходьбе по-дурацки болтаются, если их не убрать в карманы, вот что...        Дария отвернулась. Дерек пару секунд смотрел на неё, а затем закивал с умным видом и протянул:       — Поня-ятно...        Дария обречённо вздохнула. Она буквально кожей чувствовала исходящее от джинна желание поговорить, на которое, к собственному огорчению, никак не была способна повлиять, и решила, что в подобной ситуации стоит выбрать меньшее из зол. Именно поэтому она, предупредив его дальнейшие праздные вопросы, решила направить диалог в более практически полезное русло.       — Значит, — заговорила она спустя недолгое время молчания, — план в том, чтобы просто шляться по улицам, пока ты не почувствуешь какого-нибудь джинна?        Дария скосила глаза на Дерека: на его лице было разочарованное и в то же время обиженное выражение, красноречиво говорящее, что он надеялся на какой-нибудь другой разговор. Впрочем, взгляд Дарии бы не менее красноречив, так что в конце концов он со вздохом признал:       — Именно. Тебя что-то смущает?        Дария возвела глаза к небу. Пару секунд она размышляла, стоит ли ей озвучивать свои сомнения, но в конце концов склонила голову набок и с полным скептицизма видом выдала:       — Ага. Непродуманность плана. — На недоумённый взгляд Дерека она пояснила: — Тебе не кажется, что логичнее было бы как-то... подготовиться, я не знаю? Из того, что я видела, ты только и делал, что хорошо питался — но ни одной тренировки, ни одной идеи, как ты будешь сражаться с тем или иным джинном... Как ты вообще собираешься кого-то побеждать?        Под конец своей краткой речи Дария не выдержала и пропустила в голос возмущение: беззаботность, которую выказывал всё это время Дерек, её нервировала. У неё сложилось впечатление, что он просто надеется пустить всё на самотёк.        Дерек выслушал её, и постепенно его дежурная глупая улыбочка перетекла в непроницаемое выражение. Когда Дария в конце выразительно вскинула брови, ожидая ответа, он пару секунд глядел на неё... а затем отвёл взгляд. Синие огоньки его глаз блеснули во тьме, когда он без каких-либо эмоций в голосе произнёс:       — Можно тратить время на тактику, но предугадать, кого именно ты встретишь, просто невозможно. Я же... — Дерек понизил голос, так что Дарии пришлось напрячь слух, чтобы услышать, как он тихо заключил: — Я лучше сам пойду в бой, чем буду трястись и ждать, пока кто-нибудь из них найдёт меня... это просто невыносимо...        Дария не нашлась, что на это сказать, и поэтому просто кивнула.        В этот момент они завернули за угол здания, и перед ними открылся вид на тупик. Дария напряжённо огляделась: толстые стены кирпичных домов стремились ввысь, одновременно умудряясь создавать неуютное давящее ощущение, словно ты оказался в старом глубоком колодце — не таком, как во дворах по дороге от школы до дома, а скорее напоминающем какую-то изощрённую темницу. Впечатление лишь усиливали ржавые железные трубы, лианами обвивающие стены, и идущие от них подтёки, в темноте напоминающие кровь на облупленной краске.        От подобных ассоциаций Дария поёжилась. Она ни разу не была в этой части города — нормальной школьнице нечего делать в производственном районе, — и незнакомая обстановка вдвойне нервировала её. Чувствуя, как её охватывает (пока) беспочвенная тревога, Дария попыталась хоть как-то отвлечься и вновь переключила внимание на Дерека. Его непривычно мрачный сосредоточенный вид не добавил ей уверенности. Дария нервно сглотнула и, чтобы развеять свои тревоги, осторожно поинтересовалась:       — Ну а в случае встречи с кем-то из других джиннов ты хоть примерно знаешь, как с ними лучше бороться, да?        Дерек скосил на неё глаза и смерил долгим задумчивым взглядом. Дария в волнении ожидала его ответа, всеми силами стараясь не выдать своего беспокойства: внезапно ей почудилось, будто за тем, что он сейчас скажет, кроется какая-то глубокая подоплёка, а её вопрос не настолько невинен, как ей думалось. А Дерек вдруг лучезарно улыбнулся и с уверенным кивком заявил:       — Естественно! В конце концов... — Дерек отвёл взгляд, и его улыбка пропиталась горечью. Понизив голос, он заключил: — Мне уже приходилось сражаться с каждым из них...        Дария нахмурилась. "Если он уже сражался с ними всеми, — подумалось ей, — получается, что он их всех..."       — ...Так что не волнуйся! — энергично, даже как-то чересчур торопливо продолжил Дерек, сбивая её разгоняющийся поток мыслей. — Я могу постоять за себя и тебя, ибо знаю, чего не стоит делать в битве с тем или иным джинном. Например, — возвёл он глаза к небу с самым беспечным видом, когда Дария наградила его скептическим взглядом, — не стоит сражаться на открытой местности с Артуром. А с Теодорой лучше всего биться как раз в местности, подобной этой: тут из её любимой растительности одна только плесень!        Дерек звонко рассмеялся. Складка на лбу Дарии стала глубже, и она ещё раз окинула критическим взглядом переулок, в котором они находились. За время их короткого разговора они успели дойти примерно до его середины, и в нос уже вовсю бил запах сырости и плесени. Дария поморщилась: определённо, в нормальной ситуации она ни за что в жизни бы не сунулась в подобное место. Однако Дерек заверил, что в таких вот мрачных районах и ищут себе соперников джинны — чтобы случайно не наткнуться на незамешанных людей — и Дарии пришлось с ним согласиться. Впрочем, от понимания причин ей вовсе не было приятнее здесь находиться.        Нервным жестом убрав прядь волос за ухо, Дария тяжело вздохнула. В попытке отвлечься от неприятного посасывания под ложечкой она подняла глаза на Дерека и как можно небрежнее, чтобы не выдать свой страх, поинтересовалась:       — Эта Теодора любит растения?        Дерек с радостной улыбкой кивнул.       — Гораздо больше, чем людей и джиннов! — заявил он и с усмешкой добавил: — Впрочем, есть и исключения в её мизантропии. Дети, например. Вроде...        Дерек вдруг резко поднял правую руку перед Дарией, заставляя остановиться. Чуть не врезавшись в него из-за того, как неожиданно он это сделал, Дария чертыхнулась себе под нос и подняла на джинна вопросительный взгляд. Его выражение оказалось на удивление серьёзным: несмотря на всё ещё играющую на губах ухмылку, вмиг пропитавшуюся азартом, его синие глаза не смеялись; нет, в его глазах, устремивших напряжённый взгляд вперёд, застыла пугающая мрачная сосредоточенность. Даже не покосившись на Дарию, он невесело усмехнулся и громко, точно зовя кого-то, объявил:       — Нэнси!        От звука его голоса Дария вздрогнула... а затем ощутила скользнувший по коже холодок. Она обхватила себя руками в попытке хоть немного согреться и проследила направление его взгляда.        Сначала она увидела лишь пустой тупик; однако уже пару секунд спустя переулок заполнил тихий стук каблуков, смешанный с едва различимым хрустом, похожим на хруст раздавленного льда на лужах, и слева, из незаметного из-за ракурса просвета между зданиями, вышла она — невысокая девушка с короткими тёмно-русыми волосами, на вид младше Дарии, одетая очень аккуратно и так неподходяще к атмосфере мрачного переулка. Дарии даже с её близорукостью хватило одного взгляда на незнакомку, чтобы заметить её серебрящиеся нечеловеческие глаза и понять: перед ними — джинн.        Тем временем Нэнси под пристальным наблюдением Дерека прошагала до центра их с Дарией поля зрения и остановилась напротив, положив руку на бедро. Пока она мерила Дерека критическим взглядом, тот, опустив руку, улыбнулся своей типичной улыбкой и радостно поприветствовал:       — Давно не виделись, Нэнси!        Пока Дария боязливо рассматривала Нэнси из-за широкой спины своего джинна и думала, насколько же у неё не вяжутся с этой тоненькой миниатюрной девушкой ни представления о джиннах, полученные за время общения с Дереком, ни имя "Нэнси", ассоциирующееся с энергичной рыжей девушкой из любимой серии игр, Нэнси прикрыла глаза и хмыкнула.       — Ты с тех пор совсем не изменился, Дерек, — устало проговорила она. — Всё то же отсутствие такта, всё то же кричащее присутствие... громче только то, как ты разговариваешь — даже искать не надо, — недовольно заключила она, открывая глаза и скучающе оглядывая Дерека с головы до ног.        Дерек развёл руки и посмеялся.       — Ну-ну, Нэн, не сердись — тебе вредно так кипятиться, — улыбнулся он. Видя, как её затрясло от его (намеренного) каламбура, он с невинным видом заметил: — И да, я ведь никого не обидел — Тея на такую правду бы ни за что не обиделась, если ты так о ней беспокоишься.        Нэнси с раздражённым видом скрестила руки на груди и выпалила:       — Не в Тее дело!..       — ...и да, на тебя не похоже так открыто выходить на бой, — беззаботно продолжил Дерек и невинно поинтересовался: — Что, повелитель неудачный достался, да?        Губы Нэнси от такого предположения сжались в настолько тонкую линию, что это заметила даже Дария. "Видимо, он угадал..." — подумала она, с сочувствием глядя на девушку-джинна — с каждой секундой Дария всё больше проникалась к ней симпатией. Нэнси явно всё труднее было сдерживать себя в руках, чтобы не взорваться, и в памяти Дарии всплыли все случаи, когда ей хотелось хорошенько ударить Дерека. В какой-то момент она даже поймала себя на мысли, что с Нэнси они бы сработались гораздо лучше, чем с ходячим позитивом, из-за чьей спины Дария сейчас на неё смотрела.        Тем временем Нэнси сделала глубокий вдох и, явно стараясь не пропускать в голос всё своё раздражение, язвительно поинтересовалась:       — С каких это пор ты полюбил критиковать чужих повелителей, а, Дерек?        Дерек улыбнулся и беззаботно пожал плечами. Бровь Нэнси дёрнулась.       — Дерек? — внезапно раздалось из-за угла, откуда не так давно вышла Нэнси, и Дария неожиданно поймала себя на мысли, что голос кажется ей знакомым. Раздался новый звук шагов, и под наблюдением Нэнси в переулок вошло новое лицо — низкий юноша с ярко-рыжей шевелюрой.        Сердце Дарии пропустило удар. Вся побледнев (как хорошо, что в темноте переулка это не слишком заметно!), она принялась до боли щурить глаза в попытке разглядеть лицо парня. "Не может же быть так, чтобы это был он..." — в напряжении думала она, нервно облизывая губы.        Тем временем парень остановился рядом с Нэнси (его рост оказался до забавного близок росту девушки) и, смерив Дерека долгим оценивающим взглядом, поинтересовался у неё:       — Это тот самый позер, о котором ты говорила?        Дерек поперхнулся от возмущения. Его голос был полон вселенской обиды, когда он нарочно громко спросил:       — Это кто тут позер?!        Нэнси прикрыла глаза и кивнула, подтверждая догадки (очевидно) повелителя. Дария осторожно выглянула из-за Дерека и, смерив своего джинна оценивающим взглядом, заметила:       — Они правы...        Дерек резко развернулся к ней с ещё более обиженным выражением и под звук одобрительной усмешки Нэнси (кажется, той тоже уже начинала нравиться Дария) драматически воскликнул:       — И ты, Дария!..        Дария слегка нахмурилась, не очень довольная тем фактом, что он на всю улицу выкрикивает её имя. На мгновение она перестала напряжённо пытаться рассмотреть повелителя Нэнси, поэтому не заметила, как тот после слов Дерека резко изменился в лице. Пару секунд он молчал, а затем переспросил одними губами:       — Дария?.. Линней? — уже громче уточнил он.        Дария застыла. "Это точно он! — подумала она, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Но почему... Почему он здесь?.."        Дария нервно сглотнула. Её пальцы невольно сжались на рукавах толстовки. Она сделала глубокий вдох, осторожно выглянула из-за спины Дерека и, подняв руку в приветственном жесте, кое-как выдавила из себя смущённое:       — П-привет... Райан...        Дерек бросил на неё короткий удивлённый взгляд через плечо.       — Вы знакомы? — быстро спросил он.        Дария замялась, а затем кивнула.       — Мой одноклассник, — проговорила она.        Дерек помолчал, а затем понимающе кивнул и вновь переключил внимание на Нэнси и Райана. Дария последовала его примеру.        Даже близорукость Дарии не помешала ей оценить, насколько Райан поражён встречей: его светлые глаза были широко распахнуты, рот слегка приоткрыт от шока... Впрочем, Райан довольно быстро вернул самообладание, тряхнув головой, и с какой-то враждебностью взглянул в их сторону. Дария нервно сглотнула... но быстро осознала, что взгляд адресован не ей — нет, Райан мрачно смотрел на Дерека. Дария на это могла лишь растерянно нахмуриться.        Райан что-то негромко спросил у Нэнси, на что та коротко кивнула, не сводя напряжённого взгляда с потенциального соперника. Дерек продолжал улыбаться, в то время как его глаза отвечали Нэнси взаимностью. Дария почувствовала себя в этой атмосфере лишней: все вокруг неё казались готовыми к предстоящей битве и ожидающими лишь малейшего сигнала, чтобы начать, в то время как сама она была так далека от всего этого, как Райан был далёк от звания примерного ученика. Чтобы хоть немного отвлечься, она стала озираться... и вдруг с ужасом осознала, что мир вокруг изменился.        Ещё десять минут назад чёрное, небо приобрело узнаваемый лиловато-серый оттенок, от которого к горлу подкатывала тошнота, а на месте луны оказался знакомый рогатый глаз. Дария повертела головой, чтобы ещё раз во всём убедиться. Подтёки на стенах приобретали тёмно-багровый оттенок прямо на глазах, будто из труб-сосудов вместо воды начала сочиться густая кровь. От одного этого зрелища по коже Дарии пробежались мурашки. В нос ударил неприятный металлический запах, и за спиной послышался жуткий лязг...        Дария нервно сглотнула и, невольно коснувшись рукава рубашки Дерека, испуганно пробормотала:       — П-почему оно...       — Опять эта херня?! — вдруг гневно воскликнул Райан, предвосхищая вопрос Дарии. "Ну, это наилучшее выражение того, что я хотела сказать..." — только и подумала она.        Дария перевела на него взгляд: Райан бешено вертел головой, с испуганным выражением оглядывая исказившийся мир. "Похоже, он из тех, кто привык скрывать страх за раздражением..." — подумала Дария. В этот момент взгляд Райана упал ей куда-то за плечо, и Дария увидела, как его лицо бледнеет на пару оттенков. Дария опасливо обернулась... и тут же со вскриком крепче вцепилась в Дерека.        Перед ней, отрезая единственный путь к побегу, стояло существо, до боли напоминающее тех, которые атаковали её в день знакомства с Дереком. Похожее на помесь волка, какой-то рептилии и механической крысы, оно вертело своим красным глазом, с интересом наблюдая за разворачивающейся перед ним сценой. Дария забыла, как дышать, когда осознала, что за этой тварью в отдалении виднеется ещё несколько ей подобных. Все они медленно приближались к краю переулка, но ни одна не остановилась дальше первой.        Ни Дерек, ни Нэнси не казались хоть каплю удивлёнными происходящим. Их невозмутимость, впрочем, ничуть не успокаивала Дарию, и та, подёргав Дерека за рукав, почти простонала:       — Де-е-ерек...        Дерек скосил на неё глаза... и усмехнулся. Видя, что его поведение никак не помогает Дарии прийти в себя, он беззаботно объяснил:       — Не нужно бояться, Дария: шестерёнки всегда приходят посмотреть на битвы джиннов, потому что им интересно, но они слишком боятся с нами связываться, так что ближе они не подойдут и тебя не тронут. Они вообще никогда не трогают повелителей, поверь — я знаю, о чём говорю, у меня богатый опыт! — заверил Дерек с улыбкой.       — На битвы джиннов и их повелителей всегда переносит в этот мир, — невозмутимо пояснила Нэнси, вскинув руку — она явно хорошо понимала, насколько напуганы люди. — Это нужно для того, чтобы мы ничего не разрушили в вашем, и никто бы не пострадал. Впрочем, если атака происходит без прелюдий, переноса может и не случиться, — со вздохом добавила она.        Райан не сдержал кривой улыбки.       — А я говорил тебе действовать резче, — заявил он. — Нет же, тебе всё надо осторожничать... буквально выталкивать надо! — вздохнул он. Нэнси резко обернулась к нему, и Райан, наблюдая, как её буквально трясёт от гнева, небрежно заметил: — Боже, Снежиночка, как у тебя горит-то...        От звонкого смеха Дерека, последовавшего за этими словами, Дария вздрогнула синхронно с шестерёнками, которые от этого действия лязгнули своими металлическими частями, едва не доведя и без того взвинченную Дарию до инфаркта. Нэнси одарила хохочущего джинна суровым вопросительным взглядом, и тот, утерев выступившие слёзы, пояснил:       — Да уж, вижу, с этим парнем мы бы спелись лучше, чем ты... Снежиночка...        Дерека накрыл новый приступ смеха. Нэнси поперхнулась от возмущения. Наградив Дерека убийственным взглядом, она жестом приказала Райану отойти (тот повиновался с огромным нежеланием) и, сжав в воздухе кулак, угрожающе поинтересовалась:       — Тебе так не терпится умереть, Дерек?        Дерек расслабленно усмехнулся. Наблюдая за тем, как вокруг её кулака искрятся льдистые снежинки, Дерек подёрнул плечами и спокойно, словно не слышал слов Нэнси, продолжил:       — Ну да, серебристый браслетик тебе бы очень даже подошёл по характеру, Снежная королева.        Дария непроизвольно прижала руки к груди, при этом обхватив запястье, на котором был браслет. "Он что, идиот — так намекать на свой сосуд?" — пронеслось у неё в голове, в то время как она с огромным сомнением глядела Дереку в затылок. Нэнси, похоже, разделяла её мнение: сначала она от неожиданности разжала кулак, отчего снежинки вокруг её рук разлетелись, как белоснежный салют, а затем склонила голову набок и снисходительно поинтересовалась:       — Ты настолько безрассуден, чтобы сообщать мне информацию о своём сосуде?..        Дерек самоуверенно ухмыльнулся. Он вытянул правую руку, и в ней из синего пламени материализовался серебристый клинок. Направив остриё оружия на Нэнси, Дерек тряхнул головой и без тени сомнения воскликнул:       — Я просто уверен, что после нашей встречи у тебя не будет шанса как-то использовать эту информацию!        С этими словами он встал в боевую стойку, жестом велев Дарии отойти. Нэнси ухмыльнулась и потёрла подушечками пальцев друг о друга. Из-под носков её сапогов по земле стала медленно расползаться ледяная корка, а воздух резко стал холоднее на несколько градусов. Дария поёжилась и подняла неуверенный взгляд на Дерека. Тот поймал его и решительно кивнул.       — Не бойся, они точно тебе не навредят, — заверил Дерек.        Дария ещё мгновение помялась, а затем неуверенно кивнула и отступила назад. Тогда Дерек вновь переключил внимание на соперницу и решительно шагнул Нэнси навстречу.        Нэнси удовлетворённо ухмыльнулась. Убедившись, что люди отошли на безопасное расстояние, она раскинула руки. Её тело вмиг оказалось охвачено вихрем, в котором среди безопасных снежинок затесались острые льдинки. Сталкиваясь, маленькие льдинки сливались в куски покрупнее, постепенно превращаясь в смертоносные лезвия не хуже того, что держал в руках Дерек.        Дерек, впрочем, тоже в долгу не остался: помимо меча в правой руке, в его левой уже были заготовлены метательные ножи. Ухмыляясь одной из своих самых самоуверенных ухмылок, Дерек сделал ещё один уверенный шаг в сторону Нэнси... а затем резко перешёл на бег.        Впрочем, этот бег был выше всяких человеческих возможностей — Дарии с её позиции возле мусорного бака казалось, что он летит, прорезая воздух на какой-то нереальной скорости. Дерек в мгновение ока сократил расстояние между собой и Нэнси, а последние пару метров просто проскользил по льду. В какой-то момент он резким движением вонзил меч в землю, пробив магический ледяной покров до естественного, и, пропахав мечом борозду (от орудия разлетались в сторону искры, осколки льда и ошмётки земли), несколько метров спустя затормозил. Дария могла лишь поражаться скорости, от которой может быть настолько сильная инерция.        А Дерек тем временем не терял времени: оказавшись напротив Нэнси, он сделал прыжок и в воздухе метнул в неё все ножи, которые были в его левой руке, параллельно занося правую для удара. Нэнси, впрочем, ответила с честью: чуть отступив назад, она вскинула правую руку, и прямо перед ней вырос ледяной щит, заблокировавший все запущенные в девушку ножи. Одновременно она сделала изящный жест кистью, и из бушующего вокруг неё снежного вихря в Дерека устремились многочисленные ледяные снаряды.        На лице Дерека не дрогнул ни один мускул, когда он увидел летящие в него острые льдины. Уверенным жестом он материализовал в левой руке второй меч и с невообразимой скоростью стал отбивать снаряды. Лёд крошился о сталь, точно стекло, и ни одна из атак Нэнси не достигла своей цели... по крайней мере, на первый взгляд.        Нэнси усмехнулась. Всё ещё закрытая толстым слоем льда, она отважно смотрела на вот-вот готового обрушить ей на голову удар Дерека и отправляла в полёт новые и новые снаряды, чтобы тот уверенно заблокировал их своим мечом. Казалось, его прыжок длится уже целую вечность, словно в замедленной съёмке, и Нэнси могла бы уже давным-давно сбежать с места атаки... но Нэнси терпеливо ждала.        Ждала.        Ждала.        Ждала.        Удар!        Сталь соприкоснулась с глыбой льда перед Нэнси, и четвёртая из девяти джиннов не сдержала усмешки. Сейчас!        Нэнси щёлкнула пальцем, и лёд, повинуясь воле повелительницы, в секунду перебросился с поверхности глыбы на меч, вмораживая оружие Дерека. Сам мечник едва успел отпустить рукоять, прежде чем его рука оказалась заморожена вместе с мечом. А в следующий миг ему пришлось предпринять ещё одно быстрое действие: Нэнси вдруг резко щёлкнула в ладоши, и Дерек еле-еле отскочил, чтобы не оказаться раздавленным двумя ледяными глыбами, выросшими изо льда на земле с обеих сторон от него и быстро столкнувшимися друг с другом там, где только что был он.        Глядя на то, как покорёжился лёд от такого удара, Дерек усмехнулся и, выпустив изо рта облачко пара, выдохнул:       — Как пугающе...        Нэнси усмехнулась в ответ. Настала её очередь атаковать. Она раскинула руки (вокруг них с бешеной скоростью завертелись небольшие куски льда), ударила каблуком сапога в лёд под ногой, и тот трансформировался в подобие трамплина. Нэнси бодро оттолкнулась от него и скользнула к Дереку. Тот едва успел выставить перед собой меч, чтобы блокировать её удар — удар рукой, до локтя защищённой ледяной перчаткой. Секундная пауза — серебристые глаза неотрывно глядят в синие — и джинны отскочили друг от друга, чтобы тут же наброситься с новой атакой.        Бой полностью перешёл в ближний. Мечи Дерека звенели об лёд, разбивая замороженную воду и разбиваясь об её неестественную твердость. "Перчатки" Нэнси превращались в лезвия, которыми она пыталась нанести удары в туловище соперника, но Дерек уверенно блокировал её атаки, параллельно нанося новые короткими клинками, которые, в свою очередь, блокировались льдом вокруг Нэнси.        Дерек и Нэнси схлёстывались, отскакивали друг от друга и схлёстывались снова — и всё это на сверхчеловеческих скоростях, так что Дария и Райан из своих укрытий за мусорками и за углом здания соответственно не успевали за ними уследить. Нэнси ловко скользила по льду, словно он был твёрдой землёй... вернее не так: лёд был льдом, но он придавал Нэнси ускорение и тормозил её именно тогда, когда она от него этого хотела. Дерек с этой точки зрения находился в невыгодном положении: несмотря на то, что его собственная естественная скорость была явно больше оной у Нэнси, для того, чтобы тормозить, ему приходилось втыкать в землю мечи и держаться за них, оставляя в боевом состоянии лишь одну руку... Впрочем, даже с одной рукой Дерек управлялся весьма и весьма неплохо: во время "отлётов" и торможения Дерек ловко блокировал все пущенные в него льдины, которые Нэнси заботливо отправляла в полёт при каждом разрыве расстояния между собой и Дереком.        На самом деле Дария и Райан могли только поражаться тому, насколько хороша в бою Нэнси. Если от Дерека с его атлетическим телосложением ожидаешь высокого уровня физподготовки, то хрупкая стройная Нэнси и близко не напоминала воина. Однако вот она — бьёт кулаками с точностью профессионального боксёра, блокирует удары одновременно двух мечей выставленными перед собой запястьями (пусть и защищёнными льдом), делает ловкие подсечки ногами, при всём при этом умудряясь периодически пускать в соперника ледяные снаряды и даже не запыхаться...        Впрочем, джинны явно не уступали друг другу. В какой-то момент Нэнси, видимо, надоел ближний бой, и, отскочив, она не бросилась вновь на Дерека; вместо этого она взмахнула левой рукой перед собой, и между ними выросла огромная, почти в высоту здания, ледяная стена. Дерек на это лишь усмехнулся.       — Надеешься остановить меня этой штукой?.. — насмешливо поинтересовался он.        Глядя на его размытый силуэт за толстым слоем льда, Нэнси с самоуверенной улыбкой покачала головой.       — Остановить? — переспросила она. — О нет, Дерек!.. Если только под "остановить" не подразумевается твой выход из этой войны! — громогласно заключила она и сжала кулак высоко поднятой левой руки.        Дерек нахмурился, пытаясь понять, что именно она этим жестом сделала... а затем до его слуха донёсся крайне, крайне угрожающий треск. Обернувшись на один из его источников, Дерек осознал: трещит лёд. Лёд, толстый слой которого сейчас покрывает стены, но вот-вот отколется, чтобы похоронить его, Дерека, в ледяной могиле.        Дерек ухмыльнулся сам себе. "Так вот в чём был твой план, Нэнси..." — подумал он, облизывая губы и параллельно размышляя, как бы ему выбраться из этой ловушки. Да, всё то время, что они дрались в ближнем бою, Нэнси незаметно замораживала стены зданий, и увлечённый битвой Дерек не заметил устанавливаемой ловушки. Впрочем, Нэнси хорошо постаралась, отвлекая его множеством атак... "Ну, зато теперь понятно, почему некоторые из них показались мне слабоватыми..." — подумал Дерек.        Дерек огляделся. Единственный просвет был за его спиной, вдалеке, у самого начала переулка, где из-за мусорных баков в напряжении наблюдала Дария, а в паре метров от неё скакали возбуждённые схваткой шестерёнки. Действовать нужно быстро, если он хочет выжить. "Единственный шанс, — подумал он, — это добежать до просвета, где её лёд ещё не начал распространяться, и бросить бой... По крайней мере, она хочет, чтобы я так думал, — мысленно поправился он. — Ведь это же Нэнси: она не могла не предусмотреть этого и не подстроить ещё какую-то ловушку. Значит, мой единственный шанс выжить... — едва это слово пронеслось в его сознании, Дерек нервно сглотнул, но спешно продолжил рассуждения: — Мой единственный шанс — здесь".        Всё это рассуждение заняло у него буквально пару секунд. Губы Дерека растянулись в ухмылке, и он вновь обернулся к ледяной стене перед собой, одарив ту снисходительным взглядом. Дерек прикрыл глаза, сделал глубокий вдох... и, распахнув глаза, решительно двинулся вперёд — к ледяной стене.        Дария из своего укрытия в недоумении наблюдала за его действиями, совершенно не понимая, что он собрался делать. С её точки зрения, выход был только один: через просвет возле неё. Однако со своей позиции Дария также хорошо видела, что по обе стороны спасительного "выхода" ждут ледяные шипы, готовые пронзить любого, кто пройдёт между стен. "Что же ты предпримешь, Дерек?" — подумала она одновременно с Нэнси, вполне довольной собой и своей ловушкой. Впрочем, жизнь научила Нэнси не полагаться исключительно на подобные методы и быть готовой ко всему. Именно поэтому она хоть и поразилась последующим действиям Дерека, но не впала в ступор от шока.        Подскочив к ледяной стене, Дерек резко вонзил в неё меч. Сталь вошла в лёд без особых сопротивлений (если, конечно, не считать сопротивлением предсказуемую твердость, не позволяющую лезвию войти в лёд, как в масло), но предсказуемо начала быстро покрываться морозной коркой, "врастая" в льдину. Дерек, однако, ничуть не смутился. Материализовав в руке ещё один меч, он ловко вскочил на конец вонзённого в лёд и одновременно ударил следующим в другом месте, в глыбу, медленно отходящую от стены. Дерек схватился за второй меч, используя его, как опору, и вонзил ещё один в предыдущую глыбу чуть выше первого.        Когда Дерек втыкал четвёртый меч в стену, балансируя на конце третьего, первый уже давно окончательно вмёрз в лёд — если бы Дерек не был достаточно расторопен, он бы сейчас был так же вморожен в льдину.        Таким образом создавая себе своеобразную лестницу и стараясь не прикасаться к льду, Дерек взбирался всё выше по стене, которая просто не поспевала за ним в скорости роста, как Нэнси ни старалась. Нэнси сердито цокнула, завидев макушку Дерека наверху, а не в ледяной могиле, старательно ради него подготовленной. "Ну и ладно! — досадливо подумала она. — Просто дам бой ему тут..."        В самом конце Дереку пришлось буквально бросить меч на верхушку ледяной стены, чтобы создать себе опору для отталкивания — спускаться к Нэнси он планировал гораздо быстрее. Однако его планам не было суждено сбыться: предугадав ход его мыслей, Нэнси резко растопила льдину у него под ногами, не давая предполагаемой опоры.        Дерек удивлённо вскрикнул, не ощутив твёрдого льда, но быстро сгруппировался в падении — и уже секунду спустя уверенно отражал летящие в него с разных сторон снаряды. Его лицо было непроницаемо, в противоположность Нэнси: несмотря на то, что она ещё не была загнана в угол, она ощутимо нервничала из-за провала своего плана — Нэнси очень не любила, когда что-то шло не по плану, несмотря на свою готовность действовать по обстоятельствам. Дерек же находился сейчас в своей стихии — неудивительно, что он вмиг ощутил своё превосходство.        Когда Дерек благодаря законам гравитации наконец-то обрушил удар меча на Нэнси, он предсказуемо натолкнулся на лёд — Нэнси в последний момент успела скрестить руки над головой и создать себе щит. Дерек усмехнулся. "Ну ничего, Снежная королева. Я уже близко", — самоуверенно подумал он. Отражение этих мыслей Нэнси слишком хорошо увидела в его глазах: их синева угрожающе блеснула, и Нэнси невольно нервно сглотнула.        И вновь лёд и сталь схлестнулись в ближнем бое. Дария поймала себя на мысли, что Дерек впервые кажется ей настолько жутким: хоть на его лице и была улыбка, она и близко не походила на его обычное беззаботное выражение — нет, она была полна безумного азарта и убийственного намерения.        Да, Дерек, теснящий напряжённую Нэнси к стене, откуда ей не сбежать, был решительно настроен убить девушку перед собой. Думая об этом, Дария невольно нервно сглотнула. Конечно, она помнила, как Дерек говорил, что война девяти джиннов — это убийства джиннов, но видеть, как всегда беззаботный Дерек так сосредоточен, как он без колебаний готов лишить кого-то жизни — кого-то, кто ещё пару десятков минут назад с ним разговаривал и обменивался безобидными колкостями, эту тоненькую и такую беззащитную на вид девушку (впрочем, в том, что она далеко не беззащитна, Дария убедилась собственными глазами)... Всё это было слишком дико для Дарии. Умом она понимала, что всё происходит именно так, как должно быть, но принять происходящее морально — слишком сложно для обычной школьницы вроде неё, которая даже простой драки ни разу в жизни не видела. Кстати о простой драке...        Бросив короткий взгляд в сторону укрытия Райана, Дария заметила, как напряжённо он следит за ходом битвы джиннов. На его лице читалось искреннее беспокойство за Нэнси, казалось, что он с трудом сдерживается, чтобы самому не рвануть в бой. Впрочем, его благоразумия явно хватало, чтобы понять, что простой человек джинну не ровня и что он своим вмешательством лишь сделает хуже, так что Райан просто продолжал стоять и наблюдать, скрипя зубами от досады.        Внезапно среди лязга металла о лёд раздался новый звук, мигом вернувший внимание Дарии к битве. Громкий девичий вскрик был следствием раны, которая сейчас кровоточила на левой руке Нэнси — той самой, которой она всё это время призывала свои снаряды. Впрочем, последние, очевидно, не прошли бесследно и для Дерека: его кожа и одежда были исполосаны многочисленными порезами и разрывами.        В последние минуты схватка стала особенно жаркой, во многом потому, что Нэнси перестала держать себя в руках: в том, как она до получения злополучной раны атаковала Дерека градом льдин, чувствовалась какая-то отчаянность, паника. Неудивительно, что в конце концов и сама она пострадала от своей рассеянности. Довольно глубокая рана шла по её руке от подмышки до локтя, мешая нормально двигать конечностью, так что ни о какой "дополнительной бомбардировке" уже не могло быть и речи. И всё-таки Нэнси явно не была намерена сдаваться: её полные решительного лихорадочного блеска серебряные глаза и стиснутые зубы красноречивее всяких слов говорили о её готовности двигаться дальше. Глядя на неё, Дерек усмехнулся и пустился в новую атаку.        С этого момента они будто поменялись ролями: ограниченная в движениях из-за травмы Нэнси могла лишь защищаться, в то время как Дерек, пользуясь её слабостью, начал дополнять свои атаки метательными ножами. С удивлением Дария обнаружила, что он, оказывается, может не только запускать их из рук: некоторые из брошенных Дереком ножей не исчезали, а оставались в воздухе и послушно дожидались момента, когда хозяин призовёт их для новой атаки. Нэнси приходилось попотеть, чтобы уклониться от летящих в неё ножей, но всё равно она не была в этом успешна на сто процентов: небольшая часть всё-таки задевала её, и она то и дело морщилась от боли. Лёд для их блокировки также был не слишком-то хорош: в конце концов, он мог лишь образовать статичную стену, бесполезную тогда, когда Нэнси хоть немного сменит позицию. Нэнси слишком ясно это осознавала, поэтому сосредоточилась на уклонении и атаке.        Потеряв часть своей силы и пытаясь делать два дела одновременно, в какой-то момент Нэнси не могла не допустить критическую ошибку. Таковой стало для неё ненадолго забыть про то, что нож может прилететь в неё с любой стороны; именно поэтому она за блокировкой атак меча Дерека не заметила, как стремительно один из них рассекает воздух, направляясь ей в шею...       — Нэнси!!!        Отчаянный крик Райана заставил Нэнси, как раз отскочившую от очередной атаки меча Дерека (прямо на предполагаемое место атаки ножа), резко обернуться... чтобы быть вытолкнутой с траектории полёта ножа всё-таки выскочившим на поле боя парнем.        Случившееся поразило решительно всех присутствующих. Даже шестерёнки вдалеке заметно оживились, что уж говорить о тех, кто был способен мыслить. Дерек, готовый было к новой атаке, резко затормозил, боясь задеть встрявшего в битву человека, и шокированно уставился на Райана, не зная, что и сказать. Дария, едва он показался на поле боя, вскрикнула, а затем в испуге пронаблюдала, как он выталкивает Нэнси из-под удара, как они вдвоём скользят по льду... и как нож, пущенный Дереком, пробивает правую руку Райана почти насквозь.        Итогом действий Райана предсказуемо стало падение вдвоём с Нэнси на лёд. Нэнси понадобилась пара секунд, чтобы прийти в себя и взглянуть на своего спасителя, накрывшего её собой. Едва её взгляд упал на рану повелителя, Нэнси побледнела: нож сгорел в синем огне, являя миру вывернутую под неестественным углом, пробитую до кости руку, в рваной ране которой белые осколки смешались с мясом и кровью.        Несколько секунд Нэнси широко распахнутыми глазами смотрела на это зрелище... а затем перевела взгляд на лицо Райана: тот, даже не морщась от боли, слегка виновато ухмылялся ей. Нэнси всю затрясло.       — Ты что делаешь, идиот?! — гневно воскликнула она.        Райан приподнялся на здоровой руке и, отведя взгляд, усмехнулся.       — Спасаю тебя, Снежиночка, — беспечно ответил он. Видя, как негодующе Нэнси поджала губы, он добавил: — Не сдержался и влез в драку. Как обычно.        Нэнси раздражённо хмыкнула. Рывком выбравшись из-под Райана, она приняла вертикальное положение корпуса и, ткнув пальцем Райану в лоб, гневно воскликнула:       — То, что ты из-за моей побочной способности можешь по желанию не чувствовать боль, не значит, что нужно лезть на рожон!        Райан на это лишь улыбнулся.        Тем временем Дерек наблюдал их разговор с непроницаемым лицом. Он казался слишком растерянным от случившегося, чтобы продолжать атаковать... некоторое время.        В какой-то момент он, не меняясь в лице, сделал едва заметный жест левой рукой, и в ней угрожающе блеснуло лезвие ножа. Синие глаза холодно и цепко глядели на жертву, в то время как Дерек старался как можно бесшумнее замахнуться для броска. "Она, — думал он, облизывая губы, — сейчас открыта. Это мой шанс... Шанс ещё немного пожить..."        С такими мыслями он сделал тихий вдох и запустил нож в полёт, метя в грудь Нэнси.

***

       "Почему сегодня всё идёт совсем не так, как я хотел?.." — спросил себя Дерек, с нервной, испуганной усмешкой глядя на разворачивающуюся перед ним сцену и даже не пытаясь сдержать дрожь в руках.        Невозможно сказать, было ли это просто невероятное "везение" или сыграли свою роль приобретённые в переулках инстинкты, но факт оставался фактом: Райан умудрился заметить брошенный Дереком нож первым. И вместо того, чтобы предупредить Нэнси, он закрыл её собой во второй раз. Вот только то, что Дерек атаковал с той же стороны, где была его раненная рука, не позволило Райану блокировать атаку тем же образом, что и в прошлый раз — так что Райан попытался закрыть Нэнси плечом. И немного, совсем немного не рассчитал.        Дерек мог лишь растерянно наблюдать, как испуганная Нэнси кладёт Райана на бок, как тот кашляет, пачкая руку и рот кровью, как сгорает в синем пламени торчащий из спины Райана нож...        Дерек был слишком потерян из-за случившегося, поэтому не заметил, как рядом с ним оказалась испуганная Дария. Дария же, совершенно не обращая внимания на джинна, бросилась к ним из своего укрытия, едва нож вонзился в спину Райана. Ей было плевать, что Дерек стоит, как истукан, что Нэнси сидит напротив Райана на коленях, дрожа и испуганно повторяя его имя, что лёд вокруг них в мгновение ока растаял, что шестерёнок больше не слышно, а из просвета между зданиями льются первые утренние оранжевые лучи. Важно было лишь одно — Райан, лежащий на земле и часто-часто тяжело дышащий. Когда Дария упала перед ним на колени, на его лице было выражение муки, светлые глаза, чей золотисто-зелёный цвет когда-то так пленил её, помутнели, а лоб весь покрылся испариной.        Видя, как ему плохо, Дария побледнела ещё на пару оттенков и спешно стала нашаривать телефон в кармане толстовки, испуганно бормоча:       — Т-так, к-какой там был номер у скорой?..        Райан с трудом поднял на неё болезненный взгляд и, кое-как выдавив из себя улыбку (из уголка рта стекла тонкая струйка крови), просипел:       — Больно...       — А? — Дария с вопросительным взглядом подняла голову. В этот момент пальцы Нэнси царапнули землю, и джинн слабо прошептала:       — Если способность не заглушает боль... значит, рана была смертельной...        С этими словами Нэнси закрыла лицо руками и застонала.        Дария тупо взглянула на неё. Мозг отказывался воспринимать получаемую информацию, но в груди потихоньку сжимался болезненный комок осознания: Райан обречён. И Райан, похоже, понимал это лучше, чем кто-либо. Губы Дарии зашевелились, но слова не покидали её рта, застревая где-то в горле, словно не желая озвучивать ужасающую истину.        В этот момент Дария ощутила слабое прикосновение к тыльной стороне ладони. Опустив глаза, она осознала, что её рука накрыта рукой Райана — здоровой рукой. Дария перевела взгляд на лицо Райана: тот выглядел ещё хуже, чем пару секунд назад, весь посеревший, так что веснушки неестественно выделялись на его бледной коже. Райан же, видя, что Дария обратила своё внимание на него, с вымученной улыбкой выдавил:       — Знаешь, Дария... хреново, что мы встретились вот так... Я... хотел ещё как-нибудь пообщаться... честно говоря...        Дария автоматически накрыла его руку своей. Чувствуя, как к горлу подступает ком, а к глазам — слёзы, она замотала головой и, сама не очень понимая, что говорит, пролепетала:       — Тебе же больно говорить, не надо...        Райан криво усмехнулся и тут же поплатился за это приступом кашля. Дария в ужасе пронаблюдала, как кровь из его рта забрызгивает землю перед ним, и ей с трудом удалось сдержать подступающую к горлу тошноту — Дария до этого дня и не верила, что страх на самом деле может вызывать рвотные позывы. Вдруг Райан задал вопрос, заставивший её растеряться.       — Ты, значит, очень ценишь тот браслет, да?.. — спросил он, глядя куда-то вдаль — на разгорающееся рассветом небо.        Дария вздрогнула и удивлённо воззрилась на Райана. Тот молчал, а затем скосил глаза на её запястья и болезненно прищурился. Дария растерянно нахмурилась... а затем осознала, что сама так же щурится в попытке разглядеть что-нибудь вдалеке. Дария суетливо повертела головой, а затем догадалась чуть приподнять рукав толстовки, демонстрируя серебристый браслет на запястье. При виде его Райан как-то по-новому улыбнулся — горько, но в то же время с едва уловимой ноткой счастья. Глаза Дарии забегали в смущении, когда она решилась задать давно волновавший её вопрос.       — Так это всё-таки ты его мне прислал?.. — тихо поинтересовалась она.        Райан поднял на неё глаза и смерил долгим задумчивым взглядом, а затем с трудом улыбнулся.       — Ты догадывалась?.. — спросил он.        Дария кивнула.       — У меня был не такой большой круг подозреваемых, — невесело усмехнулась она.        Райан прикрыл глаза.       — Понятно... — проговорил он и попытался сделать глубокий вздох, но тут же зашёлся в новом приступе кашля. Дария в испуге крепче стиснула его руку, и он вновь слабо улыбнулся.        Всё это время Дария ощущала, как слабеет его хватка на её руке, и думала о том, как же она не хочет, чтобы всё это происходило. С тех пор, как она получила тот браслет на День Святого Валентина, она лелеяла мечту хоть раз увидеть человека, приславшего его ей. Ей нестерпимо хотелось задать ему много-много вопросов, понять, насколько он был честен с ней в той записке с признанием и за что он вообще её полюбил, если он был серьёзен. И вот он, перед ней — тот, кого она больше всех подозревала, лежит раненный (очевидно) в лёгкое, на последнем издыхании, потому что не смог сдержать себя, потому что импульсивно выскочил на поле боя нечеловеческих существ и ценой своей жизни спас свою напарницу... Впрочем, был ли в том смысл, если без него она всё равно скоро исчезнет?        За своими мыслями Дария совсем притихла, и Райан, чувствуя, что ему нельзя терять ни минуты, счёл нужным заметить:       — Если что... я тогда был серьёзен. Ну, в признании... — пояснил он на рассеянный взгляд Дарии.        Губы Дарии дрогнули... а затем их уголки приподнялись в слабой улыбке, в то время как глаза стали быстро заполняться слезами. Кое-как утерев их плечом (ей совсем не хотелось отпускать руку Райана), она спешно закивала.       — В-верю... — ответила она и усмехнулась. — Только не понимаю, за что...        Губы Райана в очередной раз дрогнули в слабой улыбке. Дария с болью осознала, как быстро тепло покидает его тело: его руки уже были совсем холодные. Райан прикрыл глаза, и Дария испугалась, что он потерял сознание. Однако он всё ещё часто шумно дышал, и спустя пару секунд он, не поднимая век, выдохнул:       — Внимание.       — А? — растерялась Дария.       — Ты... отнеслась ко мне по-человечески... и я захотел узнать о тебе побольше... а потом как-то завертелось... — с усмешкой заключил Райан, а затем зашёлся в новом приступе кашля — на этот раз настолько сильном, что Райан согнулся пополам.        Дария промолчала, лишь кивнув и чуть крепче стиснув его ладонь в ободряющем жесте, тщетно надеясь этим действием заглушить собственную горечь. Она и представить не могла, сколько кроется за словами Райана: что она единственная в школе не начинала при виде него перешёптываться с другими в духе "Смотрите, это же тот хулиган (мусор) Адлер!.."; не смотрела на него со смесью страха и презрения, словно он был диким животным, совсем отбившимся от рук; не смеялась над тем, какой он жалкий. Нет, Дария была первым человеком после Рэйны и Микки, кто предложил ему помощь и кто просто поболтал с ним, не оглядываясь на мнение окружающих. Собственно, именно после той беседы в кабинете биологии Райан стал приглядываться к Дарии. Чаще всего не замеченный ей, он потихоньку узнавал о ней всё больше и потихоньку начинал испытывать к ней симпатию... но этого было всё ещё мало. Именно поэтому он и дерзнул отправить ей тот браслет на День Святого Валентина. Подходить ближе он себе не позволял — не считал, что со своего дна достоин с кем-то сближаться.        "Моим желанием, — думал Райан, чувствуя, как последние крупицы сознания покидают его, — было изменить свою жизнь так, чтобы было не стыдно быть рядом с такими людьми, как Рэй, Микки и Дария. Ну... — Райан усмехнулся сам себе, — надеюсь, за мою глупую и героическую смерть я получу какие-нибудь плюшки в загробной жизни..."        Эта мысль была последней перед тем, как сознание Райана погрузилось во тьму.        Ледяная рука Райана ослабила свою хватку, и частые вздохи прекратились. Дария болезненно всмотрелась в его лицо, тщетно надеясь увидеть в нём хоть какой-то намёк на жизнь: светлые ресницы отбрасывали статичные тени на бледные, усеянные веснушками щёки, обескровленные, перепачканные багрянцем губы застыли в умиротворённой улыбке.        Навсегда.        Дария несколько секунд с непроницаемым выражением смотрела на Райана. Внезапно её собственное лицо всё нелепо скукожилось и она, не до конца понимая, что делает, прижала его ладонь к губам.        Мирный апрельский рассвет прорезался отчаянным криком.

***

      — Зачем ты это сделал?        Дерек сглотнул. Слюна царапала пересохшее горло, но его сухость не шла ни в какое сравнение с тоном Дарии: стоя прямо напротив Дерека с покрасневшими от слёз глазами, она смотрела на него с осуждением, практически с ненавистью, жёсткой и колючей. Дерек никогда не думал, что в этой вечно сонной хмурой девушке может быть столько пылающей ненависти к кому-то.        Не в силах выдержать её тяжёлый осуждающий взгляд, Дерек отвёл глаза.       — Я не... не хотел... — севшим голосом произнёс он.        Краем глаза Дерек увидел, как Дарию затрясло от гнева. Несколько секунд она стояла на месте — а затем вдруг резко схватила за грудки и в исступлении воскликнула:       — Не хотел?! То, что ты только что убил человека — это ты хочешь оправдать простым "не хотел"?! Разве не ты говорил, что в этом нет никакого смысла? Тогда какого чёрта...       — Я целился в Нэнси, — подавленным тоном перебил Дерек. — Я знаю, что в убийстве человека нет смысла, что оно ничего мне не принесёт, и я не хотел убивать людей, никогда не хотел... — Кулаки Дерека сжались, и он в бессилии скрипнул зубами и почти истерически заключил: — Но он выскочил сам! Он не должен был...        Пальцы Дарии практически впились в ткань его рубашки, точно она хотела её разорвать.       — А ты с твоим хвалёным "опытом" должен был понять, что с такого расстояния риск задеть слишком велик! — воскликнула она на грани слёз, ниже опуская голову. В следующий миг Дария не сдержалась и всё-таки всхлипнула, тихо заключив: — Ты просто самоуверенный болван, из-за которого пострадал ни в чём не повинный человек... Не хочу тебя больше видеть. Хватит с меня этой вашей войны.        С этими словами Дария отпустила Дерека, словно потеряв силы сжимать пальцы, и буквально уронила руки. Только после этого Дерек виновато взглянул на неё: вся бледная, заплаканная и разбитая, Дария стояла напротив, ссутулившись и прикусив губу, явно сдерживая новый приступ рыданий. Дерек пару секунд сочувственно помолчал, а затем мягко напомнил:       — Ты не можешь просто так выйти из войны: мы связаны контрактом...       — Контрактом? — вскинулась Дария.        Дерек вздрогнул от того, каким пылающим взглядом она его наградила. А лицо Дарии вдруг исказилось неподдельной ненавистью. Резко подняв руки перед собой, она под шокированным наблюдением Дерека остервенелым жестом стала стягивать с себя браслет. Едва ей это удалось, Дария без колебаний всучила аксессуар Дереку, буквально насильно пихнула браслет джинну в грудь.       — Это же символ нашего контракта? — язвительно уточнила она, разжимая руки — браслет с жалким звяканьем упал на землю. — Вот, пожалуйста — забирай и подавись! Мне плевать, как ты там дальше будешь, просто оставь меня в покое и даже не думай показываться мне на глаза!        С этими словами Дария резко развернулась и, наградив Дерека последним ненавидящим взглядом через плечо, быстро зашагала в сторону дома. Она ни разу не обернулась, оставив растерянного Дерека стоять на том же месте. Дерек только и мог, что проводить её взглядом — но окликнуть так и не решился. "Да и не заслужил..." — мрачно подумал он.        Затем он бросил взгляд в переулок. Хоть они с Дарией и отошли на некоторое расстояние, Нэнси всё ещё была там, с трупом своего повелителя. Опустошённым взглядом она смотрела на него сверху вниз, сидя на коленях на холодной сырой земле, и из её глаз тихо бежали дорожки слёз. Приглядевшись, Дерек заметил, что её губы шевелятся: Нэнси что-то говорила. "Что же это?.." — спросил себя он.        Дерек сделал было шаг в сторону Нэнси (хотел ли он сказать ей что-то ободряющее или окончить её страдания?), когда до его слуха донеслись её слова. Заслышав их, Дерек невольно застыл и в ужасе уставился на неё.       — Ты не должен был... — с болью говорила она. — Для меня было бы нормально умереть... Я всё равно скоро умру... я привыкла...        "Ты не должен был меня спасать!.. Я должна была умереть здесь... Меня всё равно скоро убьют, а ты... ты мог победить...        ~~~".        В глазах зарябила болезненная смесь зелёного с красным, и Дерек сглотнул, чувствуя, как в животе всё стягивается в тугой жгут. Дерек торопливо отвёл взгляд от слишком знакомой картины и устремил его себе под ноги: серебристый браслет поблёскивал в оранжевых лучах утреннего солнца. Дерек пару секунд хмурился, глядя на него... а затем согнулся, подобрал сосуд и, не глядя больше в сторону Нэнси, поспешил прочь.        Спустя пару часов в Сети появится новость о новом трупе.