Я ненавижу своего брата

Виолес Я ломал голову, почему Аль отказался от трона. Он, казалось, был создан для правления. Может, из-за будущего ребенка? Но разве это стоящая причина… Он вполне мог бы уехать лет на пять, а то и десять, и спокойно вступить на престол позже… Боится за права сына? Даже если он от абы-кого, все равно родится принцем… Не понимаю! Из раздумий меня вырвал Ри, появившийся, как и обещал, вечером. После недолгого кормления гостя я уложил его спать, предварительно приласкав. Утром вместо него я нашел ленту, сложенную в форме сердца поверх подушки. Я облизнулся, расправляя лоскуток красной материи. Жаль, что второй раз подряд бессмертный куда-то уходит в ночи. Одевшись в радостно-голубой костюм, я отправился на кухню, где ожидал добыть свежие пирожки. Полуденное солнце проникало в коридоры, отбрасывая на стены причудливые тени. Забрав целое блюдо выпечки, я сел в столовой. Там меня и нашел его величество. — Виолес! Ну, хоть ты не прячешься. Альхаги скрылся прошлым вечером и до сих пор… — он скосил взгляд на меня. — Не объявился. Видел его? — Нет. Со вчерашнего дня, — я пожал плечами. Не то чтобы мне было дело до брата. — А твой вампир, ему лучше? — В смысле? Следишь за ним? — я проглотил еще одну плюшку, с вызовом глядя на предка. — Ты дал ему крови? — отец нахмурился. — Да. Ему и просить не пришлось. — Какой ты любвеобильный. Твоего упыреныша в этот город привез Аль. А нашего идиота, бегающего со своим отречением, как с корзиной цветов, надо найти! Если увидишь своего старшего родича, передай ему это, — правитель начеркал пару слов на салфетке и передал мне. Мне не пришлось искать Альхаги, он сам на меня наткнулся в библиотеке, куда я отправился после позднего завтрака. Зал был двухэтажный. Стеллажи уходили в потолок. Полки ломились от книг, собранных по всему миру. На свету летали крошки пыли, стоял запах старых страниц. Это место чудесно сочеталось бы с маленьким кровопийцей… — Про нежить читаешь? — Аль поднял бровь, один из шрамов мерзко изогнулся. — Тебя отец искал. Вот это передал, — я кинул ему бумажку. — Ясно, — прошептал принц, комкая салфетку. — Завтра я официально объявлю перед народом о своем намерении. Тебе надо присутствовать. Но будь готов к… чему угодно. — Э, ладно… Кстати, Аль, эм, постой! Я хотел извиниться за тот раз… — Прощаю. Не забудь, что я сказал, — вот гад, даже не выслушал! Альхаги Снова приходится бросать спящего эльфа одного. Наблюдать за народом и дворянами по утрам, выведывать у некоторых подробности завтрашней церемонии, не без помощи вампирского внушения, конечно. Но все безрезультатно… Я вернулся в свою заброшенную комнату. Ставни закрыты, в полутьме скрыт пыльный беспорядок. Я улегся на кровать и достал медальон. На развитие сферы нужно еще от пяти до восьми лун. Так долго я, скорее всего, не смогу держаться рядом с Виолем одновременно и как любовник, и как брат. Поэтому придется инсценировать мой отъезд куда подальше. А еще лучше и последующую смерть или пропажу. Смерть, наверно, слишком жестоко. И вызовет излишний шум. Отец со своими дурацкими играми. Для Виоля устраивает какой-то цирк. «Принеси мне вина», — прочел я. Старый пес, хитрее всего совета, чтоб они провалились. Похоже, брату он не сказал о рационально настроенных недовольных. До восстания, конечно, дело не дойдет, но волнения не утихнут, пока мы не накажем виновных. Консервативные ублюдки понимают, что рядом с Виолем им нет места. Он не стал бы выжидать, как я, момента, когда эти кретины допустят фатальную ошибку. Брат бы их расформировал, наплевав на вековые традиции, и правильно бы поступил. Надоело валяться лицом в подушку. Я вышел в коридор и, сам не знаю, зачем, зашагал к его хитрейшеству. — Какое еще вино? — я распахнул дверь в кабинет. На меня с еле сдерживаемым смехом взглянул папаша, окруженный тремя мордами из совета. Гадство! Нравится ему издеваться. Я хлопнул дверью и, выпрыгнув в ближайшее окно, полетел к Виолесу (по пути заскочил к себе переодеться). Готов поспорить, над Вивидом отец тоже подшутил. Слышал я про малолетнего жениха из клана оборотней, который появился как раз в тот момент, когда демоненок обзавелся партнером. Однако, это, конечно, не так весело, как Виолес и Ри (и я). Сумасшедший старпер. Надо попросить Зарзу вернуться из поездки к любителям живицы и поскорее образумить мужа. Втиснувшись в объятия златовласого эльфа, я тут же забыл обо всех тревогах.

* * *

Вот и долгожданный день отречения. Официальная его часть… — Дорогой мой принц, проснись, — я поцеловал в висок спящего блондина. — Рано же еще… — зевая, проскулил он. Любитель поспать. — Церемония твоего брата в полдень. У тебя не так уж много времени. Мне тоже надо привести себя в порядок. — Да, я помню, — блондин потянулся и сел. Потом обнял меня и прошептал: — Люблю тебя. Увидимся. Он даже не представляет, как скоро. Вернувшись в свою башню, я начал приготовления. Парадная, но не чересчур, одежда. Темно-зеленый костюм, голубая рубашка. Осветлив волосы, я собрал их в высокий хвост и перевязал бирюзовой лентой. Прическа творит чудеса, меняя мой облик. Повезло, что Виоль не особо меня разглядывает, пока я его брат. Достал амулет и высвободил сферу. В ней уже можно различить живое существо. Мое крошечное чудо. Я легонько коснулся стенок магического шара. Так тепло… Я вернул ее в побрякушку и слился с ним. Очередная порция голода охватила разум, но, к счастью, ненадолго. Коридоры пустовали, с улицы доносился шум. Подданные гадали, зачем их созвали на главной площади. Когда я пришел, там уже крутился хмурый отец и сонный Виоль. Начав запланированную речь, я произнес слова, от которых уже не смогу отказаться. — Я отрекаюсь от прав на наследование престола в пользу своего брата Виолеса и его потомства. Сказанное значило, что и мои отпрыски лишаются прав на корону. Когда на трибуну поднялся отец, начался гул, трубили тревогу. В общей панике никто не успел заметить стрелка. Мне не хватило мгновения, он уже спустил тетиву, когда ему меж глаз вонзился мой кинжал. Вошел почти по самую рукоять. Обернувшись в поисках раненого, я увидел брата, обвитого черной коброй. Змея впилась ему в шею. Я метнулся туда, располосовывал клинком гадину и отрывал ее от Виоля. Стрела была заколдована, точнее, наоборот. Как я не догадался. Пережав поврежденные сосуды, я выдрал из раны отломившиеся клыки. Яд этой твари смертелен даже эльфам. Наклонившись, я начал отсасывать отравленную кровь. Облик ночного монстра ко мне вернулся. Я не обращал внимания на крики вокруг. Пусть смотрят. И боятся. Важнее было спасти дорогую жизнь. Плюясь испорченной алой жижей, я начал постепенно вливать свою энергию в принца. Тут подоспел отец. — Я убрал яд, его срочно надо к лекарю, — потускневшим голосом объявил я. Голова раскалывалась, гудела так, словно в ней черви прогрызали дыры. Яд попал в мое тело. — Я займусь этим. — А я попрощаюсь с народом, — я надрывно кричал, чертя кровью круг с пятиконечными рунами. — Приди на зов, мой защитник, каменная горгулья!* ______________ *говорит на древнем наречии.