Мальчик - который - мой

      — Не хочешь быть должным, Поттер? — Голос Драко стал хриплым. — Ну есть тогда у меня одно желание…       — Малфой, не смей! — сдавленно просипел Гарри ему куда-то в ключицу. Он попытался оттолкнуть блондина, но его руки были так плотно прижаты к телу, что даже возможности для такого маневра не было. Хотя, может, и была, но сопротивляться Малфою было не только физически трудно.       Такое возмутительно близкое расположение их тел приводило Гарри в определённый ступор. Конечности становились какими-то чужими, ватными, в груди гулко долбилось сердце, голова кружилась и соображала слабо. Гарри даже бесила эта необъяснимая беспомощность, сковывающая его в присутствии Хорька. Сколько раз он уговаривал себя, что это временное помутнение, и парень не может так нравиться другому парню, потому что природа слишком мудра, чтобы сыграть с ним столь злую шутку.       Он терпеливо ждал, когда же спадет с него этот назойливый морок, но дальше все становилось только хуже и хуже. Усугублялось. Даже от голоса Малфоя у Гарри сбивалось дыхание, и по-девчоночьи тряслись колени, а уж от его нескромных прикосновений мозги вконец плавились, а тело прошивало каким-то непристойным возбуждением.       Не сказать, что это было неприятно. Наоборот. Это было даже сродни какому-то наркотическому зелью. Сладко и стыдно одновременно. Вот даже сейчас: если бы Гарри сильно захотел, то ему, наверное, хватило бы сил, чтобы отшвырнуть от себя охеревшего Хорька, но вместо этого он позорно замирал в горячих объятьях слизеринца, вдыхая восхитительный аромат его кожи и слушая бешеный стук его сердца. Почему Драко вызывал в нем такие ненормальные чувства, Гарри не понимал. Они ведь просто не имели право на существование!       Он много думал о том случае в кабинете Снейпа. Как он позволил Малфою поцеловать себя, и потом бесстыдно целовал его сам. А ещё ревновал, как какая-нибудь влюбленная хаффлпаффка. Этот идиотизм нужно уже было остановить любой ценой и как можно скорее.       — Ты спрашивал, что ты мне должен? — щекотно зашептал ему в волосы Малфой. — Всего-то один поцелуй, и мы квиты! Как думаешь, равноценный обмен?       — Малфой, ты извращенец, знаешь об этом? — зло выплюнул Гарри, втайне пытаясь справиться со своим сбившимся дыханием.       — О, мой маленький, наивный герой! — Малфой мягко потерся щекой о его макушку. — Ты даже не представляешь насколько! — он наклонился к Гарри и осторожно приподнял его голову за подбородок. — У тебя такие красивые губы, Гарри.       Гарри дернулся, уже всерьез попытался отпрянуть, но Драко без видимых усилий удержал его и лишь усмехнулся:       — Так боишься повторить то, что тебе так нравится, Поттер? В кабинете Снейпа ты сам поцеловал меня, помнишь? Я хочу, чтобы ты снова сделал это.       — Я не целуюсь со всякими придурочными хорьками! — Он снова отчаянно попытался вывернуться. Безрезультатно. Малфой был на удивление силен.       — Гарри, ну хватит уже быть ребенком! — Драко обхватил Поттера ладонью за затылок и притянул к себе. — Ты ведь этого хочешь? Давай — я весь твой.       — Кто тебе сказал, что я этого хочу?       — Твоё тело, детка. Ты же весь трепещешь! — Малфой нежно провел большим пальцем у Гарри за ухом. Кожа тут же предательски покрылась мурашками. — Видишь, какая восхитительная реакция! Ты ещё лучше, чем я думал! Давай, Гарри, прекращай уже ломаться, как девчонка!       — Ты вообще нормальный? — возмущенно выдохнул Гарри, все еще не оставляя попыток отстраниться от наглеца. — Ты считаешь, что целоваться двум парням позволительно?       — Конечно, когда оба этого хотят. Ты же хочешь, я вижу! — Драко ласково провел носом ему по щеке и мягко ткнулся губами в уголок его губ. — Ну давай же, детка!       Гарри повело. От близости блондина сносило крышу. До боли в мышцах ему захотелось прильнуть к этим горячим губам… Но нет! Это все ужасно неправильно! Они не должны вот так вот липнуть друг к другу, задыхаться и трястись мелкой дрожью только оттого, что их тела находятся в такой непозволительной близости.       — Иди к Мордреду, Хорек! — он отвернул свое лицо от ищущих, бесстыжих губ слизеринца. — Как ты там говоришь? Не… не выдавай желаемое за действительное? Никто тут не хочет… целоваться… с тобой! — срывающимся голосом прохрипел он.       — Да ты что? — В голосе Малфоя послышались саркастические нотки. — А что же это у нас такое твердое упирается в моё бедро, ммм? — Несносный слизеринец опустил руку на увеличившийся пах героя и на секунду слегка сжал его. — Только не говори мне, что это твоё раздувшееся самомнение! — Он ощерил в улыбке белые, ровные зубы. — Или что ты носишь с собой волшебный жезл! О, Мерлин, Гарри! Какая же ты невинная прелесть! Это уже невыносимо!       Драко прижался губами к месту за ухом Гарри и, чуть прихватывая кожу, медленно заскользил ими вниз к линии челюсти. Эта невесомая ласка просто сбивала с ног. Почти не верилось, что слизеринец может быть таким нежным и трепетным.       Гарри замер почти не дыша, а Малфой принялся покрывать быстрыми, легкими поцелуями его подбородок, щеки, ямочку над губой, намеренно не трогая его губы.       — Гарри… какой же ты… классный! Такой красивый… какие глаза…— горячечно шептал Малфой, не переставая ласкать гриффа. — Давай, ты сможешь… поцелуй меня… Я…       — Я… я тебе не девчонка, чтобы вестись на эту херь про красивые глаза! — Поттер собрал наконец остатки воли в кулак и упрямо отвернулся от жадных губ гаденыша. Его не зря называли героем. Он действительно им был. — Ты сошел с ума, Малфой!       — Поттер, не зли меня! С твоим родовым перстнем мои руки развязаны. Целовать-то я тебя могу теперь, сколько захочу. Даже и насильно! — Драко чувствительно прикусил мочку уха Гарри. — Видишь? И не только целовать!       — Ты… озабоченный придурок, Малфой! — прошептал Гарри. Его как будто прошило зарядом электрического тока, он задышал через раз, как самый распоследний астматик, его щеки заполыхали. Да, видимо в рейтинге эрогенных зон Гарри уши занимали одно из первых мест. Если бы это было не так, то почему бы тогда, после этой сомнительной ласки, из его лёгких как будто выбили последний воздух, а перед глазами заходили фиолетовые круги? Про то, что творилось в штанах… лучше было не думать…       — Даже не представляешь, насколько озабоченный! — Опытный Малфой конечно уже смекнул, отчего Поттер вдруг замер и перестал сопротивляться. — Какой же… ты… классный…отзывчивый… Гарри… детка…— Жаркий шепот слизеринца, перемежающийся с поцелуями, опалял ушную раковину Гарри, посылая толпы мурашек по всему телу. То, что Драко называл его по имени, и то, каким голосом он это делал, просто отключало у него последние тормоза. Но они не должны, не должны, не должны…       — Мы не должны этого делать, Драко! У меня же есть невеста!       — Пф! — Малфой отшатнулся от Гарри, по его лицу пробежала тень. — Невеста? Эта конопатая дура? Да кто она такая, чтобы…       — Не смей говорить так о ней, Хорек! — Гарри моментально вынырнул из эротического марева, слова Малфоя отрезвили его. — Ты не смеешь оскорблять тех, кого я люблю!       — Ах, любишь? Любишь? Что ты в любви-то понимаешь, идиот гриффиндорский! — взъярился вдруг Малфой, грубо стискивая Гарри за шею и зло сверкая глазами. — Сейчас я тебе покажу что такое эта твоя любовь!       — Да пошёл ты, слизень придурочный…       — Ну все! Ты достал меня, женишок недоделанный! — Драко с досадой отшвырнул Гарри от себя, прямо в нишу за стеллажами. Не дав ему опомниться, он диким кошаком подскочил к Поттеру, наваливаясь на него сверху и вдавливая его в стенку своим немаленьким телом. После втиснул колено между его бедер, раздвигая их, без церемоний сдернул очки с его лица, небрежно отбросил их прочь и принялся его целовать.       Целовал жадно, долго и больно. От былой нежности не осталось и следа. Жестко надкусывал губы, всасывал их в себя, вкручивал свой язык ему в рот, пытался пробиться между его сжатых челюстей. Гарри протестующе мычал, мотал головой, отчаянно вырывался. Потом он как-то изловчился, с трудом высвободив левую руку и со всей дури запустил Малфою кулаком куда-то под ребра, вложив в удар всю свою злость.       Гарри был правшой, поэтому удар получился несколько смазанным, но не слабым, это точно. Слизеринец, однако, даже не поморщился. Он хищно сверкнул глазами на Гарри, ухватил его руки, завёл их ему за спину, грубо перехватил его запястья одной рукой, а другой чувствительно сжал его за горло и яростно прошипел в лицо:       — Магл проклятый! Еще драться будешь? Как же ты меня достал! Рот открыл, идиот! Живо!       — Да пошёл… — что-либо отвечать Хорьку в данной ситуации было роковой ошибкой, потому что тот тут же воспользовался тем, что Гарри открыл рот. С силой схватив его за подбородок и жестко впившись пальцами в его щеки, Малфой зафиксировал нижнюю челюсть Гарри в полуоткрытом состоянии и тут же залез языком на полную глубину.       Поттер чувствовал, что блондина тоже неслабо так потрясывает, и его сердце молотится о грудную клетку с такой скоростью, что даже уже страшно. И этот его потемневший, ртутный взгляд, двоившийся перед глазами… Гарри почувствовал себя каким-то жалким мазохистом. Его конкретно повело от вкуса этого языка, исступленно трахающего его рот.       Гарри перестал сопротивляться и прикрыл веки. Кленовый сироп и корица. Или мед с апельсинами? Нет, все не то. Вкус блондина не мог сравниться ни с чем. Он опьянял, бил по рецепторам и лишал последних сил к сопротивлению. Ядовитый гаденыш. Гарри поплыл и замер, уже послушно позволяя Малфою истязать свой рот. Сдался.       Но неожиданно Драко стал действовать на удивление нежно. Он, как будто извиняясь, мягко засасывал измученные, опухшие губы Гарри, ласкал языком его небо и десны, щекотал уздечку языка, касался внутренней стороны щек, которые он, к слову, уже освободил от захвата своих офигенских пальцев.       Гарри расслабился, уже полностью позволяя Хорьку хозяйничать у себя во рту, но все еще не отвечая на поцелуй. Сердце бухало где-то в глотке, голова кружилась, а в паху все напряглось, аж до звона. Целовался Хорек феерически.       Уже практически не соображая, что он делает, Гарри тихонько застонал и неосознанно подался бедрами вперёд, натолкнувшись животом на каменную эрекцию блондина.       — О, Гарри, какой же ты! — восхищенно прохрипел слизеринец. Он спустил свою руку вниз и принялся мягко, но настойчиво скользить ладонью по взбухшей ширинке Поттера.       Гарри на секунду вздрогнул, зажался, ошалело захлопал глазами, но Драко, не дав ему опомниться, быстро провел палочкой по пуговицам на его брюках, расстегивая их, и тут же запуская руку внутрь, под резинку его трусов.       — Драко, нет! — Гарри дернулся, но Малфой уже ухватил своей тёплой ладонью его член, осторожно вытащил его наружу из-под слоев одежды и стал мягко оглаживать большим пальцем сочащуюся головку.       — Почему «нет», Гарри? Тебе же нравится? — Голос Драко стал низким и бархатистым. Теплым. Малфой наклонился и снова присосался к губам своей ничего уже не соображающей жертвы. У Гарри, видимо, мозги все растаяли за ненадобностью, потому что он стал отвечать на поцелуй. И как! Он, весь подавшись вперёд, с наслаждением засасывал губы слизеринца, толкался языком ему в рот, тут же позволяя Драко терзать свои губы и ловя ответные толчки его юркого языка.       Если бы какой-нибудь случайный свидетель увидел сейчас парней за их занятием, то открывшаяся перед ним картина, наверное, поразила бы его воображение: два молодых мага, яростно целующихся среди груд золота и серебра. Причём тому, кто пониже и побрюнетистей, ещё нехило так надрачивали. Да, зрелище получалось завораживающим.       Между тем, Драко времени не терял. Не прерывая поцелуя, он подхватил обалдевшего гриффиндорца за талию и потащил его в сторону тюфячка, на котором Гарри недавно спал. Почти не глядя кинув в него заклинанием, он превратил непрезентабельный тюфячок в изящно-вычурную оттоманку-диванчик. Если бы Гарри мог сейчас адекватно соображать, то он несомненно восхитился бы. Трансфигурация Хорьку всегда давалась легче, чем Гарри. Да что там говорить! Драко был лучшим по этой сложной дисциплине среди студентов всех факультетов.       Аккуратно уложив свою ношу на оттоманку — он сделал это вовремя, потому что ноги у Гарри буквально подкашивались — Драко лёг рядом с ним и, не отрывая горящего взгляда от его лица, буквально впитывая каждую эмоцию Гарри, принялся додрачивать его уже раздувшийся в предоргазме член. Несколько быстрых рваных движений и грифф изогнулся, сдавленно скуля и изливаясь Малфою прямо в руку.       — О, Гарри... — Драко прижал Гарри к себе, восторженно всматриваясь в его лицо, потом запустил пальцы в его приоткрытый рот и принялся медленно водить ими в восхитительной его влажности.       Некоторое время Гарри просто лежал, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и послушно поддаваясь этой ласке. После он чуть приподнялся на локтях, потянулся навстречу, прихватывая пальцы губами, засасывая их в себя и попутно елозя языком по подушечкам пальцев Драко. Малфой потемневшими от страсти глазами следил за каждым движением Гарри.       — Мерлин! Я не вынесу этого! Ты сводишь меня с ума, Гарри!       Терпение Драко было небезгранично. Он тихо рыкнул, рывком, по-магловски, расстегнул себе ширинку и вытащил наружу свой изнывающий член. Подтянувшись поближе к Гарри, он вложил его ему в ладонь и сверху накрыл его руку своей: — Гарри, помоги мне!       Ну Гарри и помог. Драко находился уже на грани, поэтому ему хватило совсем немного времени, чтобы кончить.       Некоторое время они молчали. Герой лежал обалделым бревнышком, боясь пошевелиться. А Малфой сидел рядом с ним, так и не отпуская из своей ладони его руку. Гарри чувствовал на себе его пронизывающий взгляд и эти его пальцы, нежно переплетающиеся с его пальцами. Почему он не наложит очищающее? Ведь они все в сперме!       — Гарри… — Из уст Драко его имя прозвучало непривычно мягко и как-то неуверенно. — Ты… как?       — Отдай мне мою палочку, Малфой! — выпалил Гарри первое, что пришло на ум. Он буквально собирал себя по кусочкам. И было у него такое подозрение, что себя прежнего ему не собрать.       Драко молча достал палочку и протянул её Гарри. Тот поспешно её схватил, вытащил руку из переплетения их с Малфоем пальцев и поднялся со своего роскошного ложа, попутно накладывая на себя очищающее.       Слизеринец молча наблюдал за ним.       — Драко, нам пора. — Гарри старался не смотреть в сторону Малфоя.       Драко все так же молча поднялся и принялся приводить себя в порядок, бросая на Гарри быстрые взгляды.       Они не проронили ни единого слова и тогда, когда выходили из здания банка, и когда саппарировали к территории Хогвартса. Уже на подходе к замку, Гарри собрал все свои силы и повернулся к Малфою:       — Драко, мы должны забыть все, что… произошло сегодня. Это была глупая ошибка, — выдавил он из себя, краснея, и поднимая, наконец, глаза на слизеринца.       Тот приостановился, рассматривая Гарри непонятным взглядом. Считывать гамму чувств с лица этого отпрыска аристократического рода Гарри никогда не умел. Единственное, что он уловил - Малфой вновь стал холодным и недоступным.       — Как скажешь, герой, — привычно скривил он опухшие от поцелуев губы. Гарри на секунду залип на них, но тут же заставил себя отвести от них взгляд.       — Я… у меня есть любимая девушка… и я… — Гарри сам не понимал, зачем он продолжает этот неприятный разговор.       — Расслабься, Поттер. Чего ты тут передо мной отчитываешься? Мне плевать на тебя! Можешь валить к своей Уизлетте! — взорвался вдруг Драко. — Вы с ней премилая парочка! У этой рыжей стальные яйца — хорошо тебя в оборот взяла! Чего я с тобой вожусь, в самом деле? — Малфой резко развернулся на каблуках и пошёл вперёд, оставляя растерянного Поттера позади.       Гарри потерянно смотрел ему вслед. На душе было тоскливо.