Мальчик - который - мой

      Гарри устало присел на скамью. Сегодняшняя тренировка длилась и длилась, казалось, конца и краю ей не будет. Ребята пошли в душевые мыться, а он остался подышать свежим воздухом. Как будто за трехчасовую тренировку не надышался ещё! Рон как-то странно посмотрел на него, но ничего не сказал. Видимо решил, что у героя могут быть свои причуды. Он сел рядом с Гарри и принялся чистить и смазывать свою метлу. Гарри некоторое время молча наблюдал за действиями друга, пока его внимание не привлекли слизеринцы, выходящие из душевых.       Дело в том, что представители разных факультетов никогда не мылись вместе. Так было заведено с давних времен. Жребий решал очередность принятия банных процедур. Слизням на этот раз выпало счастье быть первыми. В данный момент они высыпали из здания шумной толпой, и в самом ее центре, как всегда, маячила высокая фигура Малфоя. Окруженный своей свитой он гордо вышагивал чуть впереди, а его прихвостни уважительно тащились почти рядом, угодливо заглядывая ему в глаза. Около слизеринского принца привычно вертелся и тот парень, с которым Малфой баловался тогда в теплице. Эдвард, кажется. Он в открытую влюбленно таращился на блондина и что-то ему говорил. Тот благожелательно слушал и даже что-то отвечал ему, слегка улыбаясь.       Хорек с королевской грацией прошествовал мимо Гарри, даже как будто не заметив его. То есть взглядом-то он невзначай мазнул по нему, но так незаинтересованно, что Гарри себя почувствовал продолжением скамьи, на которой сидел. Сердце неприятно сжалось, а в горле моментально образовался горький комок. Он задумчиво посмотрел вслед слизеринцу и тяжело вздохнул. Что еще можно было ожидать от этого самовлюбленного индюка? Признаний в любви, что ли?       Гарри больше не обманывал себя. Он ясно осознавал, для чего остался торчать на улице, когда все его друзья пошли мыться. Чтобы лишний раз поглазеть на Малфоя и даже, может быть, встретиться с ним взглядом. Гарри обессиленно откинулся на спинку скамьи и прикрыл глаза. Ну еще раз посмотрел он на этого прилизанного пожирателя сердец, ну перекрестились их взгляды — легче теперь от этого, что ли? Ничуть. На душе стало только гаже. Ну почему этот предводитель змей стал занимать почти все его мысли и даже влиять на его общий жизненный настрой? Это же ненормально!        — Гарри, мне нужно поговорить с тобой! — Гермиона незаметно подошла к ним с Роном со спины и теперь смотрела на него серьёзно и даже как-то настороженно. Опять этот её взгляд, как будто пронизывающий собеседника рентгеновскими лучами… Гарри невольно поежился. Уж если подруга вознамерилась поговорить с ним, да ещё и высказала это свое желание таким не терпящим возражений тоном, то ему было точно не отвертеться.       — Слушаю тебя, Гермиона, — Гарри на всякий случай благодушно улыбнулся. — Говори.       — Я хочу побеседовать с тобой наедине, — с нажимом сказала она. — Пойдём, погуляем у Черного озера?       — Э-э! Опять какие-то тайны от меня! — с шутливым возмущением воскликнул Рон. — Я вообще-то тоже друг Гарри! И твой парень, если ты не забыла!       — Рон, — Гермиона посмотрела на него и взгляд её глубоких карих глаз несколько смягчился, — не обижайся. Это конфиденциальный разговор. Тут не нужны лишние уши, прости.       — Когда это мои уши вдруг стали лишними? — озорно прищурился Рон и поднялся со скамьи, отставив в сторону метлу. — Вот значит как? Вы сливаете меня в игнор? И что же теперь прикажете делать бедному мне? — Он не сводил влюбленных глаз с Гермионы и несмотря на свои слова довольно-таки радостно улыбался.       — Не ревнуй, дурачок, — Гермиона тоже улыбнулась ему в ответ, потянулась к нему и, привстав на цыпочки, быстро поцеловала его в губы. — Это ненадолго. Всего лишь пара вопросов к Гарри.       Она уже хотела идти, но Рон одним ловким движением притянул её обратно к себе и с жадностью присосался к её губам. Девушка сначала возмущенно задергалась, но тут же поплыла, расслабилась, подставляясь и буквально впитывая поцелуй любимого. Они, похоже, тут же напрочь забыли про Гарри.       Он смущенно отвернулся от них и с преувеличенным интересом стал рассматривать свои ботинки. Перед глазами встал совсем другой образ. Малфой, терзающий его губы, Малфой, ласкающий их, Малфой, шепчущий ему на ухо разные стыдности, Малфой, жадно пожирающий его глазами, кончающий Малфой…       Тело тут же обсыпалось мурашками, дыхание сбилось, сердце ускорило свой темп. Гарри поморщился. Хорек его просто преследует! Точнее, его образ. Ведь не может же он на самом деле влюбиться в этого хладнокровного змея? Это было бы ужасно, потому что слизеринцу на него глубоко наплевать. Вон как он любезничал со своим смазливым любовником, в упор не замечая Гарри! Хотя… Гарри сам оттолкнул от себя Малфоя, сказав ему, что их тисканья в Гринготтсе были ошибкой… Но ведь это так и есть!       Нет, пора уже изживать в себе это ненормальное влечение, пока дело не зашло слишком далеко. Все эти непонятные страдания по заносчивому блондину у него возникли на фоне явного недотраха. Наверное, пора начинать уже взрослую жизнь. Джинни давно намекает ему на постель, да чего уж там намекает — предлагает себя уже в открытую. Надо наконец потрахаться по-человечески, чтобы не сотрясаться от сексуального вида всяких там умопомрачительных гаденышей. Вон, даже Гермиона, такая правильная и рассудительная, находится в отношениях, и все у них с Роном отлично. На следующий год они уже хотят пожениться. Потом нарожают кучу рыжиков, как папа, или кареглазых умниц, как мама, и будут жить большой дружной и веселой семьёй.       В том, что Джинни будет хорошей женой и матерью для его детей, Гарри даже не сомневался. Ну и пусть, что у них нет пока любви. Потом, может, и появится. Ну, а если и нет, то уважение и дружба тоже отличные чувства! По крайней мере, это во много раз лучше чем то, что происходило между ним и Малфоем в ячейке Гринготтс. Как он мог повестись на такое? Может, это какая-то неизвестная магия? Ведь не было же у Гарри раньше даже малейшей заинтересованности в представителях своего пола. Тут точно какое-то заклятье! Если это не так, то как объяснить тогда, что все вдруг посходили по блондину с ума? Вот теперь и Гарри пополнил богатую коллекцию Хорька.       Ну почему он никак не может забыть все то, что они проделывали друг с другом в этой долбаной сокровищнице? Ему безумно понравилось все: их обжимания, горячий шепот слизеринца, эти невероятные руки, стимулирующие его член, горячая, возбужденная плоть Малфоя в его руках, запах блондина, вкус его поцелуев…       Многоопытному слизеринцу не составило труда вскружить ему голову до такой степени, что он позволил ему творить со своим телом все эти постыдные вещи. Хорек походя сделал Гарри зависимым от себя. На Малфоя у него тупо стояло. Да еще как! Его уже достали эти бесконечные мастурбации с именем блондина на устах и выматывающие мокрые сны.       И во что это все могло вылиться в дальнейшем? Гарри чувствовал, что стоит Хорьку только щелкнуть пальцами, а, точнее, проявить чуть больше внимания к его персоне, и развести героя на что-то большее, чем взаимная дрочка, ему не составит никакого труда. Оттрахает и потом каждой, самой занюханной газетенке будет сливать информацию о том, как герой умеет хорошо подмахивать? Гарри усмехнулся. В том, что, в случае чего, поимеют именно его, он даже не сомневался. Хорек был явно верхним в однополом сексе. Но самое ужасное — это не вызывало у Гарри отторжения! Он даже хотел этого — быть оттраханным! Подставлять свой зад под восхитительный член Малфоя, стонать, изгибаться под ним…       Гарри почувствовал, как внизу все твердеет, наливаясь кровью. Не хватало еще возбудиться сейчас! Да он стал просто какой-то безвольной глиной — лепи из него, что хочешь! Хорек может конкретно воспользоваться ситуацией и крутить героем, как только ему заблагорассудится. К тому же у него уже есть в памяти очень интересные моменты, которые могут заинтересовать газетчиков. Ведь даже из того, что случилось в банке, можно уже раздуть неслабую такую сенсацию.       Гарри снова тяжело вздохнул. В то, что Хорек может испытывать к нему хоть какие-то чувства, он теперь не верил ни секунды. Тот очень наглядно демонстрировал свое к нему равнодушие. Ну да, Малфой отдал ему свою родовую защиту, заботился о нем, спас ему жизнь, наконец. Но не будь Гарри героем, разве сделал бы Хорек для него хоть что-нибудь? Просто так?       Умный и хитрый блондин никогда и ничего не упускает из своих рук. Выгода и Малфой — слова-синонимы. Но тем не менее, то, что произошло с ними в сокровищнице Поттеров, не поддавалось никакому разумному объяснению. Эти как будто влюбленные глаза, страстный шепот, ласковые руки — как такое можно сыграть? И для чего Малфою все это? Неужели, Хорек хотел получить компромат на героя, чтобы шантажировать его потом этим? Или все-таки ему просто-напросто был нужен очередной экспонат в свою обширную коллекцию сексуальных побед? И теперь он уже потерял всяческий интерес, добившись своих непонятных целей? Да разве можно понять, что творится в голове этого прошаренного слизеринца!       Нет, решено! Гарри наконец переспит с Джинни и сразу после этого сделает ей предложение. Чего медлить? Молли и Артур будут счастливы. И не только они. А эти ртутно-серебристые холодные глаза и розовые тонкие губы не будут больше преследовать его во снах. Да и наяву тоже.       Гарри тоскливо уставился на малфоевский перстень. Красивый и необыкновенный, как и его хозяин… Гарри тут же ужаснулся этой своей мысли. Хорек кажется ему красивым и необыкновенным? Нет, тот точно применяет какую-то запрещенную магию! Гарри с остервенением принялся сдирать перстень с пальца. Безрезультатно. Можно было и не стараться. Он не сможет его снять даже при помощи магии. Но в дальнейшем надо избавиться от него, потому что его безымянный палец должен быть свободен, для того, чтобы надеть на него кольцо при их помолвке с Джинни. Но ничего, до снятия с него консервации осталось всего две недели. Две недели, и он снова маг в полной своей силе и жених своей милой девочки.       Кстати, а может, и спать с Джинни необязательно — сразу попросить ее руки и дело с концом? Точно! Это будет правильней всего! Надо на этой же неделе сделать Джинни предложение!       После принятия такого непростого решения у Гарри даже от сердца отлегло. Ядовитый змей ревности все также продолжал запускать свои беспощадные зубы в его глупую мышцу в грудной клетке, но идиотское чувство мести дробило этот неуходящий ком в горле, давая, наконец, возможность вздохнуть полной грудью. Только вот на кого рассчитана его месть? Хорьку на него плевать. Неужели его подсознание все же надеется, что Малфой, узнав про их с Джинни помолвку, испытает хоть какое-то неприятное чувство? Это пахнет сумасшествием. Он ревнует и хочет вызвать ревность у этого самодовольного гада? Тогда он просто смешон и жалок.       Гарри задумался. Надо признаться себе. Да, он ревнует Малфоя. Болезненно, глухо, медленно разрушая себя. Он даже уже почти ненавидел и этого сладкого брюнетика Эдди, и всех потенциальных будущих партнеров и партнерш Хорька. Сила этих чувств поражала и угнетала его. Таким он себе не нравился.       Прошло уже два дня, как они с Малфоем сходили в банк, и слизень все это время намеренно игнорировал Гарри. Даже не смотрел в его сторону. Зато около него постоянно болтался Эдвард. Просто хвостиком за ним бегал. Малыш был явно влюблён в этого самодовольного индюка, но со стороны Хорька никаких чувств к нему не наблюдалось. Это было видно даже невооруженным глазом. Светлая сторона Гарри жалела беднягу, а тёмная, ранее неизвестная его сторона, мечтала удушить его. Он болезненно поморщился. Малфой уже точно становится каким-то его помешательством.       Он снова вспомнил, какими глазами Хорек смотрел на него, и горько усмехнулся. Да, актерские способности у гаденыша на высоте! И как Гарри мог так глупо повестись на весь этот цирк? Слизеринское хладнокровное не может испытывать никаких светлых чувств. Ни к кому. Особенно к такому, как он…       Почему у него в голове такая каша? Мысли ходят каким-то бесконечным круговоротом и все они только об этом бессердечном гаде?       Влюбленные наконец перестали целоваться и отлипли друг от друга. Рон продолжал поедать девушку глазами, как бы намекая, что он не прочь довести начатое до конца где-нибудь в одном из укромных уголков Хогвартса. Раскрасневшаяся Гермиона смущенно покосилась на отвернувшегося от них друга и тихонько оттолкнула Рона от себя, выразительно показав на Гарри глазами.       — Гарри! — окликнула она его. — Пойдем, прогуляемся?       Гарри вздрогнул, выныривая из своих невеселых мыслей.       — Конечно, Гермиона. * * *       Гермиона наложила чары неслышимости.       — О, нас действительно ожидает разговор высшей степени конфиденциальности? — усмехнулся Гарри на это.       — Тут нет ничего смешного. Наш с тобой разговор действительно не для чужих ушей! — серьезно глядя ему в глаза, сказала девушка. — Мне Джинни все рассказала… ну про Малфоя и его перстень. — Гермиона мягко взяла Гарри за руку, рассматривая украшение на его пальце. — Красивый какой! — восхитилась она, осторожно погладив изумруд.       — Ну, да. — Гарри аккуратно вынул руку из маленькой ладошки подруги. Почему-то ему было неприятно, когда хоть кто-то прикасался к артефакту. Даже его милая Гермиона.       — Это так на него не похоже… ну заботиться о ком-то. — Гермиона снова уставилась в лицо Гарри, как будто стараясь считать с него какую-то важную информацию. — Он отдал тебе свою родовую защиту, это странно — не находишь?       — Я не хотел. — Гарри опустил голову, чтобы не встречаться с ней глазами. — Он насильно его на меня надел. Ты же знаешь, я под консервацией, а физически он меня сильнее. Так получилось…       — Гарри! Мне так стыдно, что я была такой глупой, что даже не подумала о твоей безопасности! — с горячностью воскликнула Гермиона, подавшись к нему. — Хорошо хоть Драко сообразил! Но на Малфоя точат зубы все, кому не лень, он очень рискует, отдавая тебе свою защиту.       — Но, я… — начал было Гарри, но Гермиона оборвала его, нетерпеливо взмахнув рукой.       — Я уже сделала запрос в аврорат, чтобы тебе нашли что-нибудь подходящее, но там отклонили моё прошение, потому что Драко официально заявил о временной и безвозмездной передаче тебе своего родового артефакта. «Око Слизерина», Гарри! «Око Слизерина»! Ты хоть понимаешь, что это такое?       — Но я… — он снова попытался высказаться, но подруга его даже не слушала.       — Легендарный артефакт! Единственный в своем роде! — продолжала восторгаться Гермиона. — И он отдал тебе его! Я…       — Подожди, Гермиона! — Гарри удалось наконец вклиниться в бесконечный поток слов девушки. — Он сделал официальное заявление? В аврорат? Ты ничего не путаешь? И перед тобой прямо-таки отчитались там? Кто, кому и зачем передает свою родовую защиту? Это же просто невозможно!       — Да, Драко сделал официальное заявление. И он теперь под Непреложным Обетом. И ты меня недооцениваешь, Гарри! — хмыкнула подруга. — Не забывай, что я герой войны и друг Золотого мальчика! Я буквально выбила у них эту информацию!       — Ты — выбила? — развеселился вдруг Гарри. — Авроры, наверное, плакали от ужаса, как маленькие девочки?       — Гарри, ты несносен! — Девушка невольно улыбнулась. — Скажем так: в аврорате поняли, что допустили крупный косяк по отношению к Герою, и им пришлось иметь со мной дело, чтобы все это не приняло неприятный для них оборот. Но давай не будем отвлекаться от сути нашего разговора.       — Ты маленькая шантажистка, Гермиона. Ладно, ладно! Не буду больше! — Гарри поднял обе руки, как бы сдаваясь, когда девушка прожгла его возмущенным взглядом. — Но я хочу спросить — ты тоже под Непреложным Обетом? — Он тревожно посмотрел ей в глаза.       — Конечно! Думаешь, меня отпустили бы просто так? Об этом я могу говорить только с тобой. И мне надо донести до тебя, что Драко находится в опасности. Мы должны…       — Гермиона, ты можешь не переживать. Мы сходили в мою сокровищницу, и он нашёл там себе подходящий защитный артефакт. Я хотел отдать ему его перстень, но он…       — Ну-ка, ну-ка, с этого места поподробней, пожалуйста! — Гермиона, казалось, была потрясена. — Расскажи мне все от начала до конца! С самого, самого начала!       — Ну, хорошо, слушай.       И Гарри рассказал ей практически все, что было, упустив только сексуальную составляющую их с Малфоем похода в банк.       Некоторое время Гермиона шла молча, переваривая вывалившуюся на неё информацию. Несколько раз она бросила на Гарри быстрые непонятные взгляды — в ее голове явно шел усиленный мыслительный процесс.       — Гарри, мне надо у тебя кое-что уточнить. — Гермиона слегка порозовела. — Ты тоже сам надел ему на палец свой родовой перстень?       — Ну, да. Драко сказал, что так надо, и я…       — Гарри, ты хоть понимаешь, что это значит? — тихо спросила его подруга. — Вы теперь связаны с Малфоем почти что магическим браком!       — Че… чего? — изумился Гарри. — Что с тобой, Гермиона? Ты перегрелась на солнце?       — Гарри, ну ты ведь давно живёшь в магическом мире. Надо же хоть немного интересоваться его законами       — Гермиона, что ты там говорила про магический брак? Повтори! — сердце Гарри буквально забултыхалось где-то в желудке. К горлу подкатила лёгкая дурнота. Неудивительно — он с утра ничего не ел, а тренировка забрала последние силы. Может и сейчас он что-то неправильно понял из слов девушки?       — Обмен родовыми артефактами, когда они имеют форму кольца, — это сродни заключению магического брака! — Гермиона сокрушенно покачала головой. — И так как он первым надел на тебя свое кольцо, то и первым должен будет его снять. Но поскольку вы не обменивались с ним своими биологическими жидкостями, то…       — Биологическими жидкостями? — похолодел Гарри. — Обменивались? Что это значит?       — Ну, Гарри, что ты как маленький? Не знаешь какими жидкостями обмениваются влюбленные? — улыбнулась Гермиона. — Слюна, сперма, выделения половых органов, кровь, наконец.       — С-слюна, к-кровь? — выдавил из себя Гарри, заикаясь от сковавшего его ужаса. Он вспомнил их с Малфоем грубые поцелуи, с явным привкусом железа. Слизеринец буквально вгрызался в его губы, раня их. Потом, правда, он зализал и заласкал все его ранки, но сути дела это не меняет! Они обменялись с Хорьком жидкостями! И это значит что-то очень нехорошее!       — Ну, да, — Гермиона удивлённо на него посмотрела. — Что с тобой, Гарри? Тебе плохо? Ты весь побелел!       — А что будет, если маги успели… ну, обменяться? — выдохнул Гарри, старательно пряча глаза.       — Ну если они просто поцеловались, то это равно помолвке, — Гермиона как-то слишком внимательно посмотрела на Гарри, — Ну, а если случился настоящий половой акт, с проникновением друг в друга, то это уже окончательно заключенный магический брак. Все браки у магов заключаются таким образом. Ты не знал об этом разве?       Гарри захотелось прямо вот сейчас провалиться под землю. У него затряслись руки, и закружилась голова. В какую игру втянул его Хорек? Помолвка! Слава Мерлину, у них с Малфоем пока только она! Ведь это совсем не то, что брак, верно?       — Магическая помолвка — это тоже очень серьёзно. — Гермиона как будто прочитала его мысли. — Это не как у маглов. Можно даже потерять часть своей магии при её расторжении. Ну, если какая-то из сторон будет против. Но вам-то с Малфоем это не грозит, верно?       Гарри потрясенно молчал. Он и правда самый настоящий идиот! Как он умудрился остаться самым жалким из маглов, живя в магическом мире? Его тупость невыносима! Малфой прав!       — Гарри! Гарри! — Гермиона подергала его за рукав. — Ведь вы с Драко не… — она осеклась и густо покраснела.       — Мы с ним целовались, Гермиона! — Гарри с отчаяньем посмотрел на подругу. — Чем мне это г-грозит?       — Це-целовались? — теперь настал черед Гермионе заикаться. — М-магическая помолвка… Я… я н-не з-знаю, Г-гарри! М-мне надо еще почитать об этом… Подожди! Я сейчас проверю! Не шевелись! — она повисла у Гарри на шее и попыталась поцеловать его в губы, но тут же отскочила от него, болезненно морщась. — Вы помолвлены, Гарри! Я даже прикоснуться к твоим губам не смогла! Это бывает. Когда замешана ревность… Он ревнует тебя…       — Убью гада! — Ярость, вперемешку с еще каким-то непонятным чувством, запульсировала у Гарри в висках. — Я сейчас же найду его, и он не отвертится от моих вопросов!       — Гарри, только не выдавай ему историю про аврорат! — испуганно пискнула Гермиона. — Можно я пойду с тобой?       — Нет! — жестко отрезал Гарри и нехорошо усмехнулся. — Это теперь наше дело! Внутрисемейное!       Гарри вынул из воздуха мантию-невидимку и накинул её на себя.       — Спасибо тебе, Гермиона, — сказала пустота голосом Гарри. — Не беспокойся, жив останется Хорек. Но то, что я не помну его элитную шкуру, обещать не могу!       — Но, Гарри… — только и смогла выдохнуть девушка.       Она ещё немного постояла, глядя в пустоту и после зашагала в сторону Хогвартса. Ей срочно нужно было зарыться в ее любимые книги, чтобы помочь другу и чтобы справиться со своими хаотично скачущими мыслями. Помещение библиотеки всегда успокаивало ее.