Реальность — она везде

Воспоминания шли, как шли дни, недели — в итоге пазл должен был собраться воедино. Но в итоге, видимо, должен остаться один вопрос, не решившийся со временем: как я тут оказалась? И я решилась. Решилась не спрашивать и пытаться выяснить. Решилась просто жить. Было трудно. Я боялась. Я открыла глаза во второй раз, когда должен был вскоре придти брат. Я была довольно терпелива и поэтому ждала. Было очень страшно. Нет, я знала, что он не осудит или что-то в этом роде. Было просто страшно, без повода. Хотя нет, повод был. Я боялась его непредвиденной реакции. А если он испугается? Тупо, но вероятность есть. Я ничего не чувствовала, когда была одна. Когда были какие-то служанки, я чувствовала смущение, нервозность, раздражение, настороженность… всё, что угодно. Но не тогда, когда была одна. Одна я не чувствовала сильные эмоции и мне это нравилось. А ещё рядом с братом я чувствовала спокойствие. И мне это тоже нравилось, потому как я устаю от сильных… эмоций, связанных с чем-то… не спокойным? Я вздохнула и сжалась. Я не умею объяснять. Дверь тихонько скрипнула, являя моему уставшему взгляду брюнета, одетого в японский халат… это… как его? Кимоно, только мужское… Он, зайдя внутрь, удивленно посмотрел на меня, без сил что-либо сказать. Нет, он пытался, но видно все слова из головы вылетели. — Hey, bro? (Хей, бро?) — попыталась вывести из оцепенения его я, но не так хорошо получилось. Он уверенно кивнул, даже прошёлся и сел на привычное место. Но ничего не сказал, продолжая смотреть мне в глаза. — How do you feel? (Как себя чувствуешь?) — продолжила я говорить, как обычно, но было как-то необычно и странно, чего я боялась, и из-за этого голос немного дрожал. Кёя наполнился уверенностью, после чего попытался улыбнуться, отвечая: — Nobly, and you? (Прекрасно, а ты?) Видимо, мой поступок вывел его из равновесия. Улыбаюсь в ответ, отвечая: — Fine, you’ll play a game of chess? (Хорошо, будешь играть в шахматы?)