Река без берегов (9-23)

От Chryse: Парочка внимательных читательниц заметили, что эта часть написана под вдохновением от Стар Трека. Покойся с миром, Леонард Нимой, и пусть любовь тех, кто восхищается твоим бессмертным героем, сопровождает тебя, когда ты отправишься в неизведанный край, откуда никто не возвращается.       В этот раз Шерлок приходил в себя медленно, без толчка, как раньше, а словно поднимался в тяжёлой воде. Он ощутил металл под руками, холодный воздух подвала, своё тело, живое и невредимое. Он невыносимо устал. Он не открывал глаза. — Что-то не так, — голос Майкрофта звучал издалека. — Он вернулся? Что с ним?       Шерлок позволил шуму утихнуть, держа глаза закрытыми. Он умер в одиночестве, боли и страхе, но его преследовало только сожаление, наполнившее его в последние минуты. Если бы ты умирал, чтобы ты сказал в последние секунды жизни? Так много лет назад. Он задал этот вопрос Джону, той ночью. Теперь он знал, что ответил бы сам. Ты был прав. Мне стоило тебе рассказать. Жаль, что я не разобрался раньше. Жаль, что я не понимал. Прости. Всё должно было быть по-твоему. Я люблю тебя.       Он так устал. Устал переживать свои ошибки, устал страдать и умирать. Но ему нужно было возвращаться, и если он умрёт в этот раз, по крайней мере, он не будет сожалеть. Шерлок открыл глаза. —…на диван, — говорила Тревор, держа одной рукой Майкрофта за локоть.       Майкрофт пытался просунуть руки под плечи Шерлока, чтобы поднять его. Шерлок посмотрел на руку Тревор и вдруг осознал, что в её временном потоке она и Майкрофт больше чем коллеги; может, даже больше, чем друзья. Он слегка улыбнулся. Майкрофту потребовалось больше времени, чем Шерлоку, но, очевидно, он понял — поймёт? — преимущество неравнодушия. Беспокойство Майкрофта усилилось. — Теперь он улыбается. Что-то определённо не так. — Я в порядке, не двигайте меня, — сказал Шерлок. Его голос охрип от сухости, и он шумно сглотнул, прежде чем продолжил. — Мне нужно вернуться. Сейчас. — Нет. Холмс — Шерлок — тебе надо отдохнуть. Ты не выглядишь… — Мне нужно вернуться, — повторил Шерлок. Он боялся растерять смелость, и в то же время больше не мог откладывать своё решение. — Я знаю, что должен сделать.       Шерлок очнулся как раз вовремя и не ударился головой об экран ноутбука. Он нахмурился, потирая воспалённые глаза, и окинул квартиру взглядом. Темно и тихо: всё ещё ночь, но скоро рассвет, если боль в мышцах могла служить индикатором. Должно быть он задремал. Не удивительно, он бодрствовал несколько дней, однако всё равно это непростительно; ему так много нужно сделать, ему нужно разобраться, где искать человека, который называет себя Джим Мориарти, нужно поговорить с Молли — для этого ему нужен Джон, Шерлок будет безнадёжен… Джон.       Шерлок сглотнул. Видеть Джона в бассейне, понимать, что он обвешан взрывчаткой, смотреть на снайперские огоньки на нём — Шерлок не должен был расстраиваться из-за этого, не должен был думать сейчас, когда ему нужно было сосредоточиться на Мориарти. Ему не стоило переживать. Джон был просто частью игры. Здесь Мориарти был важен, он должен…       Но странно, казалось, он не мог сфокусироваться на Мориарти. Более того, у него было стойкое ощущение, что он и не должен. Шерлок никогда не верил в интуицию — просто название, которое невежды дают выводам, основанным на данных, которые они поняли, но были слишком ленивы, чтобы осознанно обработать — но он не мог дать другое объяснение для этой твёрдой веры, понимания, к которому он пришёл, стоя на волосок от смерти сегодня вечером: Джон Уотсон был важнее всего на свете.       Шерлок глубоко вздохнул. У него не было опыта с подобными эмоциями. Может, он действительно слишком устал, чтобы сосредоточиться. Он посмотрел на часы: почти пять. Он мог пойти в кровать, ухватить несколько часов сна и решить проблему лоб в лоб сразу после завтрака. Всё, что ему нужно, это немного отдохнуть.       Джон отправился в Новую Зеландию с Сарой, а вернулся без неё. Шерлок, уговорив себя, что просто пытается сделать Джона счастливым, чтобы он мог оставаться рядом и помогать ему, купил ему пиво. Воспоминания об улыбке Джона были с ним несколько дней.       Шерлок был сильно заинтригован Ирен Адлер. Она была умной и, более того, она была самой непроницаемой личностью, которую Шерлок когда-либо встречал: он совершенно не мог её прочитать. Его восхищение ею продолжалось добрые десять минут, примерно столько же, сколько понадобилось идиотам американцам, чтобы подняться и навести оружие на Джона. Это прочистило ему голову. Шерлок открыл сейф, расправился с американцами, спрятал телефон в карман и — когда увидел, что Ирен исподтишка достала шприц из ящика — защёлкнул свои наручники на её запястье. — Прости, — сказал он, когда она стала сопротивляться и шипеть. — Я был чист уже пять лет, не хочу сейчас всё портить. - Он снял с неё своё пальто и застегнул наручники на втором запястье.       Джон великодушно накинул тонкий пеньюар на голые плечи Ирен, и они ушли через заднее окно, когда услышали сирены. Они взяли такси до офиса Майкрофта, отдали ему телефон, а затем отправились ужинать и смеялись как ненормальные. — Я был просто в шоке, когда вошёл и увидел её полностью голой на твоих коленях, — сказал Джон, всё ещё хихикая. Шерлок посмотрел вниз на свои брюки. — О господи, я должен их постирать. — Или сжечь, — добавил Джон. — Кто знает, где побывал этот зад. — Майкрофт знает, — невозмутимо ответил Шерлок, из-за чего они опять расхохотались. — Слушай, я всерьёз считал, что она нравилась тебе, — сказал Джон, когда наконец успокоился. Шерлок проглотил кусочек карри, который только что взял. — Нет, она была чем-то вроде вызова, — ответил он рассеянно, выискивая в тарелке изюм. — В основном её привлекают женщины, хотя она не смогла бы работать в своей профессии, если б не получала сексуального удовлетворения от мужчин, кроме доминирования над ними. — Он поднял глаза и увидел, что на лице Джона застыло вопросительное выражение. — Что? — Эм… — Джон прикидывал, стоит ли задавать каждый вопрос, прожигающий дырку в мозгах, но затем пожал плечами и взял самосу. — Как думаешь, что Майкрофт будет делать с американцами?       Джон жил с Шерлоком чуть меньше года, когда случилось дело о полтергейсте, и Джон был счастлив как никогда в жизни. Правда, он не мог сохранять отношения с девушками дольше месяца, но это ничего; в любом случае у него было слишком много экстрима, чтобы создать семью. Бизнес Шерлока шёл как надо, во многом благодаря блогу Джона, и Шерлок с самого начала настаивал на том, чтобы делить гонорары пополам с Джоном, так что в материальном плане он был полностью удовлетворён. Джон всё ещё время от времени подрабатывал, но в основном просто чтобы не терять хватку. Жизнь была прекрасна.       А затем появилось дело о полтергейсте, и всё немного изменилось. Когда они, наконец, переступили порог квартиры, Джон подумал, что это одно из тех дел, которое станет несказанно забавным через месяц или около того, но не сейчас, когда их обоих тошнит от этой истории. Он посмотрел, как Шерлок дрожит как мокрая кошка, сражаясь со своей толстовкой и хромая в своих слишком маленьких ботинках. — Знаешь что. Почему бы тебе не принять хорошую долгую ванну, а я закажу ужин? Можем взять фо. А себе я сварю суп. Шерлок с несчастным видом пожал плечами, и Джон повесил свою куртку, и сделал заказ по телефону. Он надеялся, что Шерлок выбросит свою обувь, будет действительно ужасно, если она заплесневеет. Он знал, что Шерлок проведёт в ванной добрый час, так что у него было достаточно времени, чтобы помыть посуду и поесть свою собственную еду. К тому времени, как Шерлок, наконец, появился в халате и пижаме, Джон согрелся и чувствовал себя намного лучше. — Фо? — с надеждой спросил Шерлок, принюхиваясь в кухне, где Джон грел суп на плите. — Да, здесь, присядь пока, а я найду тарелку, — ответил Джон, собирая свою пустую посуду. — Ты выбросил те ботинки? — Я выбросил всё, вплоть до трусов. Всё насквозь промокло.       Джон ухмыльнулся. Конечно, Шерлок решил, что проще выкинуть трусы в мусорку, чем развесить их на сушилке. Он положил горячую фо Шерлока в тарелку и налил вечерний напиток для себя, а, принеся стакан и лапшу, увидел, что Шерлок почти уснул на диване. — Садись, я принёс тебе еду. Шерлок выпрямился, он был как в тумане, и поставил ноги в носках на журнальный столик, когда Джон сел рядом. — Спасибо, — сказал Шерлок, обнимая ладонями чашу. Джон пристально посмотрел на его ноги. — Это же мои носки? — Я взял только носки! — оборонительно ответил Шерлок. — Они не очень тёплые. Шерлок втягивал свою лапшу, пока Джон попивал свой напиток, частично смотря программу, частично просто наслаждаясь тёплым уютом квартиры. Чуть позже Шерлок поставил почти пустую тарелку и откинулся на диване, невидяще уставившись в телевизор с полузакрытыми глазами. Джон подумал, что он собирался опять вздремнуть, как Шерлок вдруг сказал: — Не понимаю этого. — Вот этого? — Конечно, нет. Это — дешёвка. Я не понимаю Ванду Эрлз. Джон заинтересовался, и выключил звук. — Чего ты не понимаешь? — К чему такие сложности? — Шерлок всё ещё пристально смотрел теперь уже на беззвучный экран. — Зачем так отчаянно пытаться его удержать? В смысле, как я и сказал, он и есть лживый изменщик. Она уже родила ребёнка, она финансово независима, и объективно красива, так что она, вероятно, довольно быстро могла бы найти нормальную замену. Почему она хотела удержать его? Почему люди так привязаны? — Ну, — Джон пожал плечами, слегка растерявшись. — Думаю, сердцу не прикажешь. В смысле, ты когда-нибудь хотел кого-нибудь? Хоть чуть-чуть? Шерлок молчал, всё ещё глядя куда-то вдаль. Наконец он тихо ответил: — Да. Джон моргнул. Правда? Он уже подумал, что Шерлок высмеет его. У него были десятки вопросов, которые он хотел сейчас же задать, но был уверен, что если скажет что-нибудь слишком прямое, то Шерлок полностью закроется. — Значит, ты знаешь, каково это, — сказал он осторожно. — Ты был, ээ, с кем-нибудь? — Выражайся точнее, Джон, — ответил Шерлок. — Вообще-то, я сейчас нахожусь с тобой. — В романтическом смысле, — прояснил Джон, а когда Шерлок поднял брови, уточнил, — хорошо, ты когда-нибудь был с кем-нибудь в сексуальном плане? Эм, скажем, миловаться с дальнейшими намерениями, как минимум. Речь не о поцелуях с девочкой в конце дороги, когда тебе было восемь, или прочей чепухе. — Что насчёт совращения старшими мальчиками в Итоне? — Господи боже. Тебя совратили? — спросил Джон в ужасе. Шерлок ухмыльнулся. — Нет. Но все всегда предполагают это. Джон хотел бы знать, стояло ли за скрытностью Шерлока тёмное прошлое, но его веселье казалось неподдельным. — Ладно, ласки с намерениями, где ты был добровольным участником. Или, ээ, любой вид добровольных прикосновений с ласками или без. — У него самого было несколько опытов с чисто утилитарными намерениями и для разнообразия. — Поцелуи, трение, взаимная маструбация, минеты, трах. — Они определённо отдалились от обсуждения Ванды Эрлз, подумал он с иронией. — Нет. — Нет? Погоди, совсем? Ничего из этого? — Нет. — Даже не… — Нет. Если бы он не задал первый вопрос, Джон подумал, что Шерлок сказал бы ему, что он не был заинтересован, что он асексуал, но Шерлок признался, по меньшей мере, во влечении, так что… Джон глубоко вдохнул. — Почему нет? Шерлок пожал плечами, всё ещё глядя в сторону. — Я видел пагубное влияние, которое это оказывало на других, и решил, что подобных вещей лучше избегать. Джон представил Шерлока юношей, тощим, неуклюжим и резким, и подумал, что, возможно, это самое близкое к тому, что Шерлок хочет, чтобы Джон принял за правду: он был напуган до смерти. Совсем… ничего? — Новости начались, — сказал Шерлок, кивая подбородком в сторону экрана. — Ага, — ответил Джон, взял пульт и включил звук. Затем, поддавшись порыву, он сгрёб ступни Шерлока в шерстяных носках и расположил их у себя на коленях. — Что ты делаешь? — поражённо спросил Шерлок. — Массаж ног. Они выглядят так, будто настрадались. — Так и есть, но… ах.       Джон провёл большими пальцами по своду стопы Шерлока, и тот вытаращил глаза от удивления, его тело на секунду напряглось, чтобы затем размякнуть на диване.       Джон, не спрашивая, знал, что никто никогда не делал Шерлоку массаж ступней. «Бедный, худенький, маленький транспорт, твой хозяин так плохо заботится о тебе», — думал он ласково, когда массировал высокий подъём Шерлока. «Он даже не купил тебе шерстяные носки». Джон сделал мысленную заметку подарить Шерлоку шерстяные носки на Рождество, или, ещё лучше, тапочки из овчины, те, которые с флисом внутри. Шерлок будет обожать их, он любит мягкие вещи. Очень жаль, что до Рождества так далеко.       Джон отвлёкся на новости — киллер, которого Шерлок помог разыскать, отправлялся в тюрьму — но продолжал массировать костлявые ступни Шерлока, пока не закончил. Затем он посмотрел на расслабленное лицо Шерлока и подумал, что тот уснул.       Джон улыбнулся. Он убавил громкость на телевизоре, осторожно положил ноги Шерлока на диван и убрал пустой стакан и тарелку. Он принёс одеяло и обернул им Шерлока. «Шенилевый плед», — подумал он, — «я также должен внести его в список», — и нежно посмотрел на него. В профиль, с его маленьким курносым носом и буйными кудряшками, с открытым во сне ртом, Шерлок выглядел как ребёнок. Джона охватил нелепый порыв поцеловать его в лоб.       Ладно, нет. Половину времени Шерлок вёл себя как ребёнок-переросток, но он был взрослым. Ему не понравятся телячьи нежности, даже если он и был полностью невинным и девственником! Джон выбросил из головы прошлые слова Майкрофта как типичное Холмс-братское язвительное замечание — наподобие подначек Шерлока о весе Майкрофта — но, похоже, тот говорил правду. «Мерзавец», — с раздражением подумал Джон. Не стоило Майкрофту разбалтывать секреты Шерлока в такой манере. Теперь, если Джон сможет найти ему пару на ночь… он попытался вообразить картину, в которой всё произошло на самом деле, и улыбнулся. «И всё же, — подумал он весело, отправляясь в кровать, — а на что ещё нужны друзья? Уж лучше Шерлок поймёт, что секс ему нравится больше шерстяных носков. Подкину ему пищу для размышления».       Полоса хороших дел закончилась, как и всегда, и Джон проснулся поздно утром после слишком большого количества дим-самов, которые они обычно заказывали, когда заканчивалось дело, и обнаружил Шерлока, развалившегося на диване с ноутбуком на груди. — Ничего хорошего во входящих, — сообщил он Джону, когда тот плюхнулся в кресло напротив. — Думаю обновить папки. Ты сделаешь чай?       Джон сделал чай и провёл ревизию. Холодильник был пуст, корзина с бельём переполнена, а туалет и душ приближались к действительно ужасному состоянию — миссис Хадсон прекратила убираться в их ванной, за что Джон не мог винить её. Настало время привести квартиру в человеческий облик. Вряд ли он сможет продвинуть Шерлоку идею привести домой кого-нибудь в такой беспорядок: любая женщина с каплей здравого смысла сбежит, увидев их дом. «Или мужчина», — поправился Джон без предубеждений. Ну, вообще-то, может, и нет. В конце концов, оба они были все ещё здесь.       Мытье туалета даже близко не было таким весёлым, как преследование преступников, но, в то же время, от этого возникало определённое удовлетворение. К вечеру в кухне были пополнены запасы, ванная сияла, а кровать Джона была застелена чистым бельём. «Отлично управился», — довольно подумал Джон. Он купил множество достойных ингредиентов для ужина, но сейчас ощутил, что хочет выйти. Он прошёл в гостиную и заглянул Шерлоку в глаза, тот весь день не занимался ничем тяжелее сна. На нём также снова были носки Джона. — Пойду прогуляюсь, — сообщил ему Джон. — Хочешь со мной? — Хмммм, — Шерлок потянулся, как ленивый кот. — Куда ты собираешься? — Скорей всего, просто в паб за углом. — Шерлок наморщил нос. — Тебе нравится паб. Сам говорил, это хорошая тренировка в изучении одной и той же группы людей на протяжении времени. — Там идёт матч? — Не очень важный. Там не будет много народа.       Шерлок озирался, словно в надежде, что миссис Хадсон материализуется с едой и избавит его от неприятной необходимости вставать, но миссис Хадсон видела, как Джон возвращался с покупками, и знала, что у него всё под контролем. — Допустимо, — сказал он наконец. — Дай мне пять минут, чтобы собраться. Джон отодвинул тарелку, отпил пива и сказал: — Ладно, расскажи мне свежие новости. Шерлок поставил тарелку перед собой и начал копаться в оставшейся картошке, выискивая наиболее жирные ломтики, которых Джон, как правило, избегал. — Архитекторка поссорилась с дизайнером, она здесь со своими подругами, а не с ним. — Может, у них девичьи посиделки. — Нет, она пьёт слишком много и смеётся слишком громко, пытаясь убедить себя, что отлично проводит время. Если они расстанутся, кому отойдёт паб? Это определяется родством или очередностью? — Не в курсе. Спрошу у Грега, — Джон на секунду задумался. — Возможно, родством, если нет смягчающих обстоятельств. — Те женщины, которые всегда сидят в углу — одна из них недавно поменяла причёску, и она ей идёт. Её друзья искренне рады за неё. — Которая из них? В синем? У неё были длинные волосы раньше? — И вьющиеся на концах. Она также осветлилась. Те двое мужчин — новенькие здесь, но не привыкай к ним: они работали неподалёку, а сегодня их уволили. Та пожилая пара слева от нас не живёт поблизости, но жила раньше, тридцать лет назад, а сейчас заглянула сюда, как в старые времена, пока они в городе. Здесь всё изменилось, и им тут не нравится. Пара рядом с ними на свидании, но он нервничает и слишком много болтает о себе. Ей уже скучно. Джон посмотрел тайком. Естественно, женщина просматривала свой телефон под столом. — Та парочка, которую мы недавно видели на их первом свидании, снова здесь, и это их… четвёртое свидание, они неплохо продвинулись. — Погоди, не говори мне… он в красном, а она с каштановыми волосами и в блузке в крапинку? — Да. Пара выглядела влюблённой. — Они уже переспали, или, думаешь, всё произойдёт этой ночью? — Без понятия… ты разбираешься лучше, чем я. Это было как раз тем откровением, которого ждал Джон. — Знаешь, я думал об этом, — сказал он небрежно, отпивая ещё пива. — Тебе правда стоит попробовать заняться сексом. Шерлок моргнул. — Что? Джон ухмыльнулся. — Ты меня слышал. Секс. Думаю, ты должен попытаться. Шерлок заморгал так часто, что Джон подумал, что у него случился спазм. — Почему вообще я должен хотеть этого? — Это будет полезно для работы, — ответил Джон. — Ты сам говорил, что любовь — это мотив для половины всех преступлений, что ты видел. — И я раскрыл большую часть из них без практического опыта, — высокомерно заявил Шерлок. — Но ты мог бы раскрыть ещё больше, — возразил Джон. — У тебя появится преимущество. Уверен, у Мориарти было море секса. — Джон поставил бы деньги на то, что Мориарти вдохновлялся «Игрой престолов» перед свиданиями, но не хотелось бы подкидывать Шерлоку идеи. Шерлок выразил несогласие. — Ещё больше преступлений вызваны алчностью и тщеславием, но что-то ты не поощряешь меня в этом направлении. Джон отмахнулся от этих слов. — Все испытывают желание обладать, Шерлок. Даже ты. Более просторная лаборатория, мои носки, тайна запертой комнаты прямо из Агаты Кристи, где-нибудь на острове… — Ну и ладно, — ответил Шерлок. Он напустил пустое, скучающее выражение лица, которое обычно он принимал рядом с Майкрофтом, и, судя по всему, считал его непроницаемым. — Я жажду лабораторию, ты жаждешь большую грудь. Не вижу разницы. Джон уцепился за возможность. — Ты не видишь разницу, потому что используешь неполные данные. Что ты за учёный? Ты не можешь сравнивать две вещи, не проанализировав обе. Шерлок выглядел загнанным в ловушку, из-за чего Джон испытал немного самодовольства, он не знал с самого начала, выиграет или нет, по крайней мере, с точки зрения теории. Шерлок никогда не признается, что испугался до усрачки, так что его аргументы рано или поздно закончились бы. — Хорошо, но, — ответил Шерлок, — даже если я решусь… пополнить данные, куда мне с этим пойти? К проституткам? На Match.com? — О, господи, нет, — воскликнул Джон. — Я помогу тебе. Я — отличный сводник. — Надменное выражение Шерлока сменилось полным недоверием. — Конечно, мне нужны параметры. Я не знаю, что тебе нравится в первую очередь, то есть буквально в первую. Перцы или цыпочки? — Шерлок беспомощно на него посмотрел. — Шерлок. Тебе нравятся женщины или мужчины? — А, — отозвался Шерлок и отвёл глаза. Его щёки вспыхнули румянцем.       Джон разрывался между желанием похлопать его по плечу и рассмеяться, но он знал, что если сделает что-то подобное, то Шерлок больше никогда не позволит вернуться к этой теме. Он постарался, чтобы его голос звучал ласково. — Если ты беспокоишься, что разозлишь меня, то не стоит, — сказал он доброжелательно. — Если бы меня спросили, то я бы дал голову на отсечение: гей с самого начала, и как видишь, я всё ещё здесь. Невероятно, но Шерлок покраснел ещё сильнее. Он кивнул один раз. — Хорошо, — сказал Джон бодро. — Теперь нам нужно разобраться, что тебе нравится. Что тебя заводит? — Джон, физическое влечение — это психологическое… — Да, я в курсе, спасибо. Мне нужно знать, какие физические данные привлекают тебя. — Когда Шерлок снова стал моргать, глядя на него — что ж, по крайней мере, он смотрел ему в глаза — Джон сказал: — Ладно, давай сменим тактику. Поиграем в «Горячий-Негорячий». Я называю имя, а ты говоришь, находишь ли ты этого мужчину горячим. Привлекательным. Сексуальным. — Я знаю, что значит «горячий», — огрызнулся Шерлок, снова покраснев. — Отлично. Дэниэл Дэй-Люис. — Нет, — сразу же сказал Шерлок. — Правда? — Джон был поражён. Дэниэл Дэй-Люис был его первой серьёзной влюблённостью в парня. Он почти целый год маструбировал на «Последнего из Могикан» — он и сейчас возбуждался при одной мысли о Дэниэле Дэй-Льюисе в той сцене в набедренной повязке. — Правда. — Эм… ладно. Брэд Питт? — Кто?       К концу вечера, они установили, что Шерлоку не нравятся волосы на лице и должно быть нравится Дэниэл Крэйг — хотя и несколько сомнительно, с тех пор как Джон понял, что Шерлок не отличает одного Бонда от другого. Шерлок раскрепостился после второго пива, а теперь был расслабленным и смешливым. «Он такой лёгкий», — подумал Джон с нежностью, поддерживая Шерлока, который нетрезво шатался, слезая со стула, и понял, что это были лучшие посиделки за долгие годы. — Было хорошо, — сказал он честно, закидывая руку Шерлока себе на плечи. — Действительно отличный момент близости. А теперь я точно знаю, кого искать! — Правда? — сказал Шерлок с любопытством, опираясь на Джона. — Потому что я до сих пор не знаю. — Метод проб и ошибок, приятель, — ответил Джон, от чего Шерлок пришёл в замешательство, но Джон прервал его. — Всё будет хорошо. Я проверю их очень тщательно.       К сожалению, после такого многообещающего начала операция «Трахни Шерлока» застопорилась. Джон понятия не имел, как найти подходящую пару для Шерлока, не говоря уже о том, как убедить Шерлока согласиться (если уж на то пошло, то кандидата тоже придётся уговорить). Он понял, что лучшая стратегия это подождать, пока Шерлок решит действительно хорошее дело, а затем вывести его в свет. Ему нужно было найти места, где тридцатилетние геи снимают парней. Ночные клубы? Его собственные однополые связи происходили в университете или в армии. Он мог бы попросить Лестрейда помочь, но не хотел предавать доверие Шерлока.       Кроме того, хорошие дела пока не появлялись. В бизнесе был период застоя, вероятно из-за хорошей погоды: кажется, люди были менее склонны убивать друг друга, когда не было дождя, что, конечно, было к лучшему, но означало, что Шерлок перешёл бы от скуки к настоящей скуке, потом к Опасной Скуке, а это означало бы, что Шерлок скорее ширнётся, чем перепихнётся. Хвала небесам, появился Генри Найт со своей огромной собакой. — В этом деле было много вещей, без которых я бы с радостью обошёлся, — заметил Джон, доедая тост, — в большей части из них ты был мерзавцем, но определённо случай был интересным. Не могу сказать, что ты скучал. Шерлок фыркнул, безутешно глядя на пустую тарелку Джона. — Хочешь ещё кофе? — спросил Джон. — Моя очередь наливать. Шерлок протянул свою пустую кружку, и Джон взял свою и понёс их внутрь «Cross Keys»*. Он долил кофе и, после некоторых размышлений, взял гигантскую сочную, липкую булочку. Шерлок любит такие. Удерживая в одной руке тарелку, в другой обе кружки, он отправился к столикам для пикника, однако столкнулся с поразительной картиной: напротив Шерлока сидела женщина. Не фанатка и не журналистка: слишком серьёзная, кто-то из местной полиции? — О, вот ты где, — сказал Шерлок. — Тревор, это мой коллега — Джон Уотсон. Джон — Виктория Тревор. Мы познакомились в Оксфорде. — Очень приятно, — отозвался Джон, выкладывая всё на стол, чтобы пожать ей руку. Виктория Тревор не воспользовалась возможностью сказать что-нибудь язвительное о Шерлоке, что в глазах Джона подняло её на ступень выше Себастьяна Уилкса. — Могу я угостить вас кофе? — Мне и так хорошо, спасибо. Она одним пальцем заправила чёлку за ухо. У Виктории Тревор были пепельного цвета волосы и невероятно бледная кожа, а пронзительные глаза были даже светлее, чем у Шерлока. Нордическая внешность. — Тревор работает в Баскервилле, — сказал Шерлок в порядке разъяснения. — Она пришла поздороваться после того, как мы ушли. — Я не понимала, что это ты, до вчерашнего вечера, — отозвалась Тревор, а затем обратилась к Джону — В последний раз, когда я видела Холмса, он всё ещё изучал химию. Я и не представляла, что он так радикально поменяет профессию. — О, вы должны почитать блог, — ответил Джон с улыбкой. — На самом деле нет, — сказал Шерлок сухо. — Тебе больше понравится мой сайт, я уверяю. «От неё стоит ожидать такого», — подумал Джон. Тревор напомнила ему определённого рода профессоров из его студенческих времён: тех самых, у которых не было чувства юмора. — Чем вы занимаетесь в Баскервилле? Или вам нельзя рассказывать? — Официально нет, но Холмс уже знает, и, похоже, что мой проект в любом случае скоро закроют. Я исследую темпоральные перемещения. — Что? Они тебя закрывают? — удивился Шерлок. — Это эффект энтропии? — Как ты узнал об энтропии? Мы сами только что открыли её. Шерлок нахмурился не так, как при недовольстве, а так, словно пытался вспомнить что-то. — Не знаю, — проговорил он медленно. — Покажи мне уравнения. — Погодите, — прервал Джон, наконец, уловив суть. — Темпоральные перемещения? Вы говорите о путешествиях во времени? — Да, — просто ответила Тревор. — Вы уже сделали это? Путешествовали через время? — Конечно, нет. Мы всё ещё проводим испытания на животных. — Вы посылаете животных назад во времени? — Да, — снова сказала Тревор. Джон разинул рот. — Но вы же можете изменить историю! Вы когда-нибудь смотрели Стар Трек? — Ты заставлял меня смотреть его? — спросил Шерлок. — Ээ… не думаю. С какой стати он не стал? Шерлоку бы понравился мистер Спок. — Я смотрела Стар Трек, — ответила Тревор пренебрежительно. — Всё не так просто. И в любом случае я не передаю свои исследования в руки полувоенной организации, как Звёздный Флот, мы работаем с чистой наукой. — Вы работаете в Баскервилле, — заметил Джон. — Едва ли это Гринпис. — В его словах есть смысл, — сказал Шерлок. — Мой брат почувствовал бы себя обязанным вернуться и сунуть нос в каждый возможный исторический момент по очереди, чтобы восстановить величие Британской Империи. Возможно, и к лучшему, что вас закрывают… а почему они закрывают вас? — Пагубные воздействия на животных. Это может или нет из-за энтропии, мы не знаем. Но у меня есть предложение от частной фирмы, так что я смогу продолжить, если Баскервилль явно не запретит исследования. Шерлок достал свой блокнот и сказал: — Покажи мне уравнения.       Тревор взяла блокнот и написала несколько уравнений, которые Джон даже не пытался понять. Вместо этого он отщипнул кусок булочки с корицей. Тревор исписала страницу, вырвала её, спрятала её под обложкой блокнота и продолжила писать. Она снова заправила волосы. — Тебе нужно постричь чёлку, — вдруг сказал Шерлок. Тревор подняла глаза и так слабо улыбнулась, что Джон не был уверен, была ли улыбка на самом деле. — Я постригалась, — ответила она. - Когда мне исполнилось тридцать. Но мне было некогда подравнивать чёлку, и она падала мне на глаза. Приходилось закалывать шпилькой, и это сводило меня с ума. Шерлок наклонился вперёд, так что их лбы почти соприкасались. — Вот здесь, — сказал он, постучав пальцем по корявому греческому символу. — Что если вы стабилизируете её? — Я могла бы, но только если стабилизация была первичной конечной точкой. Я не могу стабилизировать и перемещать в одно и то же время. — Не с существующими технологиями, никто даже близко не подошёл к такой возможности. Представь, ты бы на самом деле смогла бы стабилизировать формирование энтропии, ты бы могла создать полностью чистую ядерную энергию для начала. Нефть и природный газ были бы больше не нужны, геополитический баланс власти полностью бы изменился. Ты изменила бы мир. — Хмммм, — откликнулась Тревор, на первый взгляд она казалась не особо заинтересованной. — Мне нужно кое-что побольше, чем магниты, которые я использую сейчас… — Значит, Виктория Тревор, — сказал Джон. — Вы двое были друзьями в Оксфорде? Почему ты никогда не упоминал её? Шерлок, который вертелся на сидении в поезде, пытаясь занять удобное положение, чтобы вздремнуть, фыркнул. — Разве мы не установили, что у меня нет друзей? Может, мы и пили кофе вместе несколько раз, но даже тогда это происходило из-за того, что в кафе было слишком много народа. Джон немного смутился, когда понял, что это заявление подняло ему настроение. Он был тем, кто достоин, единственным и достаточно особенным, чтобы считаться другом Шерлока? Это заставило его впервые задуматься, как он почувствует себя, если «Этюд в сексуальных тонах Шерлока» приведёт к тому, что у Шерлока появится… парень? Только потому, что он не мог представить себе такое, не значит, что это не могло бы произойти. — Она пришла повидаться с тобой на следующее утро, — подчеркнул он. — Мммм, — Шерлок устроился напротив окна в поезде, с закрытыми глазами и уютно закутавшись в своё пальто. Джон думал, что Шерлок почти уснул, но спустя несколько минут он, не открывая глаз, сказал: — Всё-таки я ничего не подмешивал ей в кофе. Джон не сдержал улыбку. — Ага, обычно это отпугивает большинство людей. — Хорошо, что ты не большинство, — промурлыкал Шерлок, и Джон заметил, что уголки его губ тоже поднялись вверх.       Как ни прискорбно, к их возвращению почта Шерлока не была переполнена интересными делами, а Лестрейд официально находился в отпуске до конца выходных. На второй день Шерлок начал масштабный проект, который вывел кухню из строя, а на утро третьего дня Джон в отчаянии позвонил Саре. — Неужели никто не хочет небольшой перерыв? Сара рассмеялась. — Не раньше июня, но, как оказалось, у дочери Лизы какая-то церемония награждения в школе сегодня днём. Она обнаружила это слишком поздно, чтобы отпроситься, но если ты сможешь приехать…       Джон с наслаждением провёл день в хирургии. Расписание Лизы было составлено согласно детским нуждам, которые состояли из различных летних программ и лагерей; не особо многообещающе, но всё же приятно. Он несколько раз писал Шерлоку, пока заканчивал с картами, но не получил ответа, так что в конце концов позвонил миссис Хадсон. — О, он всё ещё наверху, — сказала миссис Хадсон. — Возможно, он просто не слышал телефон, он всегда так погружён в то, чем занимается. Один из его бездомных приходил несколько часов назад и принёс голубей. Голубей! — Они в клетке? — спросил Джон. — Нет, они в коробке с дырками. Конечно, я сказала, что он не может держать домашних животных в квартире, но он обещал, что их не будет уже завтра. — Уверен, что так и будет, — ответил Джон. Зачем Шерлоку голуби? Тьфу. Он собирался взять еду на вынос, но теперь подумал, что лучше перекусит в пабе. В пабе было достаточно тихо, но он быстро заполнялся, и Джон сел за барную стойку. — Один сегодня? — спросил высокий светловолосый бармен — Ник? — протягивая ему пиво. — Ага. Шерлок занят, — недалеко от истины. — Обычно он готовит? Джон рассмеялся с набитым ртом. — О боже, нет, в смысле, он может готовить, если совсем припрёт, но вообще-то никогда не занимается этим. — Значит, просто не хотел есть в одиночестве, — сказал Ник, кивая. — Я знаю, каково это. Джон стал сожалеть об изначально полуправде. — Вообще-то он работает дома. Я хотел посмотреть матч, но не хотел мешать ему. — А, — Ник отошёл налить ещё пива, а Джон принялся спокойно есть, но Ник вернулся через несколько минут. — Так как давно вы вместе? Джон поперхнулся картошкой. — Всё не так, — сказал он, когда прополоскал горло пивом. — Мы не вместе, мы просто соседи. — Да ты что? — Ник был удивлён, и довольно-таки заинтересован. — То есть вы оба свободны?       Ник заигрывал с ним? Джон присмотрелся к нему. Высокий и стройный, осветлённые волосы уложенные торчком, чёрная серьга в ухе, без татуировок, насколько мог судить Джон, дружелюбное худое лицо… давненько Джон не был с парнем. Он определённо согласен, чтобы Ник ни предлагал. Ник был полностью в его вкусе. — Да, — небрежно бросил он. — Твой сосед… Шерлок? Думаешь, он согласится… Оу. Первоначальная вспышка разочарования Джона быстро сменилась волнением: вот она — превосходная возможность свести Шерлока — буквально на блюдечке! — Да, думаю, да, — сказал он. Наклонившись вперёд, он добавил по секрету: — Строго между нами… он только недавно понял, что он больше по парням. У него не особо много опыта, но он хотел бы это изменить. — Надо не забыть рассказать об этом Шерлоку позже, ведь «впервые с мужчиной» звучит гораздо лучше, чем «впервые в жизни», и объяснит очевидное волнение или оплошности. Ник сочувственно посмотрел. — Понял. Не так-то просто для парней нашего возраста, да? Не то, что сейчас.       Ник как минимум был на пять лет младше Джона, но Джон хорошо понимал, о чём он. Его собственные родители никогда не знали о его бисексуальности — он не был уверен даже, знала ли Гарри — а его отец был убеждён, что плакат Джона с «Последним из Могикан» был просто отличным мужским увлечением американским Диким Западом. Джон годами получал подарки с ковбойской тематикой на Рождество.       Посетителей стало гораздо больше, и Ник предоставил Джона самому себе, чтобы заняться обслуживанием гостей. Джон доел, досмотрел матч и выпил ещё одну пинту. Он чувствовал себя радостно и оптимистично, этот настрой длился до тех пор, пока он не вернулся домой, и не услышал подозрительные звуки: Шерлок копался в маленькой комнатке за кухней, где они хранили принадлежности для стирки. — Шерлок? Что ты делаешь? Шерлок вышел с одновременно виноватым и самодовольным выражением, так что Джон мгновенно насторожился. — Искал чистящие средства. Там небольшой беспорядок. — Какого рода беспорядок? — Джона посмотрел за Шерлока, в кухню, и на первый взгляд показалось, что помещение было обильно забрызгано чем-то вроде перьев, а все стены и поверхности были заляпаны, очевидно, засохшей кровью. — Шерлок, какого чёрта? Ты что, взрывал голубей? — Это был несчастный случай! — Ради всего святого. Джон шагнул в кухню и услышал хруст под пяткой. Он поднял ногу и, вопреки здравому смыслу, посмотрел на подошву. Краем глаза он заметил кровавую нить, тянущуюся из раздавленной птичьей головы. Джон вздохнул, снял ботинок, и сказал: — Чистящие средства лежат под раковиной. Все хранят чистящие средства под раковиной, если у них нет маленьких детей, а я начинаю думать, что они у нас есть. Можешь помыть мою обувь, когда закончишь.       Когда Джон спустился на следующее утро, Шерлок на самом деле проделал поразительную работу по отскребанию птичьих частей тела со стен и поверхностей, и даже приготовил яичницу и тосты с чаем в знак примирения. Справедливости ради, это Джон постоянно забывал закрывать дверцы шкафчиков, так что ему действительно не стоило выходить из себя так сильно, когда он отпил чай, и одинокое кровавое пёрышко всплыло на поверхности. Джон всё ещё кричал, когда звонок телефона прервал его тираду. Это был Лестрейд. — Шерлок с тобой? Он не отвечает на телефон. — Да, у него сдохла батарейка вчера, когда он был занят взрыванием голубей, и он не зарядил её до сих пор. — Ясно. Только вышел на работу, и первое же дело, которое я получил — это кровавое месиво. Он может приехать и посмотреть? — О, конечно, — ответил он, всё ещё глядя на Шерлока. — Шерлок знает всё о кровавом месиве, не так ли. — Ага, я слышал, как ты сказал о взрывающихся голубях, я просто сейчас не в состоянии обдумать это, — сказал Лестрейд. — Так вы приедете? — Приедем, — решительно согласился Джон.       Дело и впрямь оказалось кровавым месивом, что, конечно, было любимым видом Шерлока, и заняло их на несколько дней, а сразу после появилось дело «Общества нищих-любителей», а затем дело об украшениях из Бишопсгейта*, и, в целом, получилось, что они были заняты несколько недель.       Неизбежно всё опять улеглось, и в один прекрасный день в июне Джон обнаружил себя дома вместе с Шерлоком в полдник, совершенно не имея никаких планов на вечер. Он не мог припомнить, когда последний раз ел нормальную еду, так что собирался приготовить приличный ужин. — Думаю, сделаю ризотто, — сказал он Шерлоку, который издал неопредёлённый звук, хмурясь в ноутбук. Шерлок любил ризотто Джона, и Джон знал об этом. Он, насвистывая, отправился на кухню, достал свою большую кастрюлю и обнаружил ком хвостовых перьев, прилипших ко дну, вместе с чем-то, похожим на присохший кишечник. — Какого хера, — воскликнул Джон. Он взял кастрюлю и грохнул её перед Шерлоком, тот с удивлением поднял глаза. — Я пошёл в паб. Можешь пойти со мной, если хочешь, или оставайся дома, мне всё равно. — Что случилось с ризотто? — Ко дну кастрюли прилипла птичья задница. — У голубей есть задницы? — Шерлок заглянул в кастрюлю. — Полагаю, да. Могу отскрести её и продезинфицировать. — Эта хрень была там три недели! Я не буду пользоваться этой кастрюлей. Мы купим новую. — Можем мы хотя бы пойти к Анжело? — Паб. Шерлок хандрил из-за несостоявшегося ризотто всю дорогу до паба, но повеселел, когда они очутились за их привычным столиком. — Архитекторка и дизайнер помирились, они обсуждают совместный отпуск. Компания женщин: та, которая с тёмными глазами, только что объявила о своей беременности, они все рады за неё, но та, которая с бриллиантовыми серьгами, хотела что-то сказать, а сейчас чувствует, что не может. Она позвонит той, что раньше сделала новую причёску, своей лучшей подруге. И, о, парень, который утомил свою избранницу тогда, привёл новую, и на этот раз всё идёт намного лучше.       Джон осторожно оглянулся. Женщина с буйными кудрявыми волосами размахивала своим бокалом с вином и оживлённо болтала, отчего мужчина, сидящий напротив, смеялся. — Выглядит неплохо, — согласился Джон, а затем внезапно вспомнил. — Эй, я же забыл тебе рассказать! Ты помнишь Ника, бармена-блондина? Ты ему нравишься! Шерлок оглянулся. — Что? Погоди, это тот невысокий, который служил морпехом? — Нет, у того парня есть ребёнок, я почти уверен, что он… как ты узнал про морскую пехоту? Шерлок не ответил, он нахмурился, быстро вращая глазами; очевидно, он искал данные о Нике в чертогах разума. — Высокий с серьгой из оникса? Использует много геля для волос? — Да, это он. — У него не светлые волосы, а обесцвеченные, — сказал Шерлок презрительно. — Ну, теперь он блодин. — Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что я ему нравлюсь? — Как ты сам думаешь?       Шерлок снова нахмурился и повернулся в сторону бара. Конечно, именно в эту секунду Ник посмотрел на них и поднял бокал, здороваясь. Джон кивнул ему, а Шерлок сразу же отвернулся и опустил голову, покраснев, и Джон почувствовал, что ему снова пятнадцать, и он вернулся в школьную столовую. — Он моложе меня! — прошипел Шерлок. — И что? — Джон был озадачен. — Один из вас и должен быть моложе. — Да, но он будет ожидать… — Не будет, — понимающе ответил Джон. — Я, вроде как, сказал ему, что ты только совершил каминг-аут. Он не ожидает, что ты опытен. — И что я должен сделать? — с издёвкой спросил Шерлок. — Подойти и сказать: «Хочешь трахнуться?» Джон накрыл лицо ладонями. — Нет. Видишь, вот почему я тебе нужен. В ходе следующего раунда ты спросишь его, когда он заканчивает, спросишь, можешь ли ты угостить его. — Как? Как мне спросить? Джон застонал. — Шерлок, ты флиртуешь. Я знаю, что ты умеешь флиртовать, я сотни раз видел, как ты заигрывал для дела. — Он поднял голову, озарившись внезапной идеей. — Просто притворись, что это дело. Только вместо получения информации, ты хочешь… понять, сколько времени нужно, чтобы познакомиться с ним, или что-то в этом роде. Может обеспечить алиби. Шерлок резко пришёл в ужас. — Но, что если… не знаю, я не… — Тебе не обязательно спать с ним сегодня же, — терпеливо пояснил Джон. — Можешь просто помиловаться с ним, а в следующий раз… — Не будет следующего раза, только не со мной. Я должен сделать это сегодня же. — Нет, ты не должен, особенно, если ты не хочешь, и точно нет, если он не захочет. О господи: Шерлок Холмс, насильник на свидании. — Шерлок, успокойся. Выпей пива.       Джон пододвинул к нему стакан, и Шерлок, который обычно цедил пинту весь вечер и так и не допивал до конца, опрокинул половину зараз. Он выглядел определённо более спокойным, когда допил. — Слушай, — сказал Джон. — Я разжую тебе всё по буквам, так что ты, не знаю, делай мысленные заметки. Ты подождёшь, пока он не освободится, а потом купишь ему выпить. Вы выпьете вместе, и ты будешь максимально очаровательным, как когда хочешь чего-то. Если он пожелает большего, он скажет что-то вроде «Пойдём к тебе?» или «Готов уйти отсюда?». Тебе не обязательно идти с ним куда-нибудь, если ты не хочешь, но выйди с ним на улицу, а затем скажи «какой приятный вечер, почему бы нам не прогуляться». Позволь ему вести. В какой-то момент он скажет что-нибудь милое, что ты давно ему нравился, или какие у тебя красивые глаза. Скажи что-нибудь милое в ответ. — Что, например? — Шерлок был настроен скептически, но он явно запоминал каждое слово Джона. — «У тебя красивая улыбка», — быстро ответил Джон. — Универсальный комплимент, с которым не поспоришь, только если у него не ужасные зубы, а они у него не ужасные. — Ох, — сказал Шерлок почти с восхищением. — Вот тогда он захочет поцеловать тебя. А после… — Джон развёл руками. — Ты можешь посмотреть как тебе. Если тебе станет неуютно, или ты не захочешь продолжать, скажи ему, что тебе рано на работу, но ты будешь рад увидеться с ним опять. — А если я не захочу с ним снова увидеться? — Тогда скажи, что не хочешь всё усложнять, потому что тебе нравится ходить в этот паб. Но, с другой стороны, если тебе понравится целоваться с ним, ты можешь продолжить. Я рано лягу спать, так что можешь привести его домой, если хочешь. Шерлок нахмурился. — Ты не приводишь женщин домой. — В основном потому, что ты, скорее всего, распугаешь их. А ещё потому, что ванная внизу и соединяется с твоей спальней, что не очень удобно для них. Шерлок задумался. — Думаю, что не хочу приводить его к нам домой. Это наш дом. Джон попытался проигнорировать тёплый прилив, который он ощутил. — Что ж, ты всегда можешь отправиться к нему, хотя, может, он живёт слишком далеко, или у него есть соседи. Или ты можешь, ну знаешь. Если вы будете где-то в достаточно закрытом месте, типа переулка, или если вы будете здесь после закрытия, вы сможете неплохо провести время, не снимая одежды. Трение, взаимная маструбация — это всё отличные варианты. Шерлок замер и перестал делать мысленные заметки. — Погоди. Откуда ты знаешь, что приятно мужчинам? — А ты как думаешь? — развеселившись, спросил Джон. — Но у тебя был секс только с женщинами. И ты десятки раз говорил, что ты не гей. — Я не гей, я — би. Я уже говорил тебе! Помнишь тот раз, когда мы спорили с Грегом, существует ли бисексуальность на самом деле, и ты спросил, что думаю я, а я ответил «я знаю, что она существует»? Как ты думаешь, откуда я знал? Да, крайне наблюдательно, гений. Шерлок выглядел сбитым с толку. — Но ты не занимался сексом с мужчинами, с тех пор как живёшь со мной. — Да, не занимался. — Джон на секунду задумался, и добавил: — Погоди, я же был в Дублине? Я не видел тебя день или около того. Думаю, что к тому времени доказательств не осталось. Я в основном встречаюсь с девушками, потому что так проще. В смысле, их больше.       Шерлок был в замешательстве. Он, несомненно, рассматривал каждый кусочек информации, который он собрал о Джоне, чтобы найти упущенные доказательства его бисексуальности. — Возвращайся сюда, — Джон пощёлкал пальцами перед его лицом. — Если вернёмся к делу: да, я определённо занимался раньше трением, — это именно то, о чём ты подумал, от него легко возбудиться, когда ты моложе, плюс ты можешь получить отличное наслаждение — в тёмных подворотнях, как и большое количество дрочки. Это альтернативные варианты, которые я бы посоветовал тебе, если ты действительно хочешь заняться сексом сегодня. Почему-то мысль, что какой-то чужой парень — даже доброжелательный Ник — ставящий Шерлока на колени или имеющий его на кровати — показалась ему слишком раздражающей. «Потому что Шерлок к этому ещё не готов», — сказал он сам себе. — Как я буду знать, что делать? — сосредоточенно спросил Шерлок. — Ээ. Ну, ты же маструбировал, да? Пожалуйста, не говори, что ты даже не пытался. — Конечно маструбировал, — огрызнулся Шерлок, снова заливаясь румянцем. — Что ж, начни делать то же самое, и, ну знаешь, примени дедукцию. Смотри, что заставит его дышать быстрее. Ты должен справиться с этим. — Почему я не могу просто спросить его?       Джон живо представил себе, как Шерлок прожигает Ника своим лазерным взглядом, сжимая его член словно в медицинских целях, и спрашивает: «Тебе больше нравится растирание головки? Быстрее или медленнее?» О, нет. — Ты можешь сказать «Так хорошо?» или «Тебе нравится сильнее?» Но шёпотом на ухо, не устраивай допрос подозреваемого. Целуй его время от времени. — Поцелуи, — пробормотал Шерлок, его взгляд был сосредоточен. Джон посмотрел на длинные изящные пальцы Шерлока, обхватывающие стакан с пивом, и представил, как они обхватывают эрегированный член незнакомца. Внезапно ему стало слишком жарко и тесно в своей одежде. — Верно, — резко сказал Джон, допивая остатки пива. — Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня. Допивай эту пинту и приступай к следующему раунду, любовничек.       Шерлок пробирался домой тихо, надеясь, что Джон уже спит. Он руководствовался не заботливостью — Шерлок не видел смысла в заботливости — а желанием незаметно проскользнуть. Его разум гудел от такого большого количества данных, так что Шерлок чувствовал, что его мозг физически перестраивается, и ему нужен был покой, чтобы всё осознать.       Гостиная была пустынной и тихой: отлично, Джон уже спал. Шерлок растянулся на диване с облегчением и комфортом. Так много всего, чтобы обдумать! «Бисексуальность Джона» звенело громче всего, вероятно, потому, что Шерлок допустил ошибку в ходе своих выводов. Он с ненавистью признал, что, возможно, Джон был прав, и ему нужно было больше практического опыта, чтобы составлять более точные заключения. Что ж, он уже начал разбираться с этим. И потом… Шерлок хранил свои чувства к Джону, своё внимание, своё уважение, свою ладно уже просто скажи это — ЗАБОТУ — в одной коробке, так сказать, а его секс-эксперимент в другой. Они не были даже в одном крыле его чертогов разума. Но сейчас между ними словно открылся потайной коридор. Он не размышлял, пока нет; не пытался представить, на что похож секс с Джоном, но теперь чувствовал, что его разум хочет размышлять. Он задумался. Нет: Джон никогда не давал шанса, при том, что с практической точки зрения, естественно, Джон был лучшей возможностью, чтобы познакомить Шерлока со всеми предполагаемыми радостям похоти. Очевидно, это нарушило бы один из многочисленных неписаных законов поведения соседей, в которых Шерлок так удручающе плохо разбирался.       Итак. Сексуальность Джона, хотя и была увлекательной, не имела никакого отношения к текущей проблеме Шерлока. Шерлок осторожно убрал своё любопытство в потайной коридор, закрыл дверь и заложил кирпичами с обеих сторон. Затем он вернулся в комнату секса, так что мог основательно обдумать вечер. Он окинул своё выступление критически, но посчитал, что оказался неплох: было много разговоров, которые он выдержал с напитками, на которые не рассчитывал. Но Джон был прав: Шерлок мог быть очаровательным, когда хотел (по крайней мере, в очень маленьких дозах). Было сложно понять, не имея возможности напрямую попросить об обратной связи, но он считал, что отлично справился с поцелуями. Он на мгновение запаниковал, когда Ник склонился, и Шерлок отчаянно забеспокоился, почему Джон не объяснил процесс более детально, но оказалось, что принцип «позволь ему вести» превосходно сработал. Получилось… вообще-то, достаточно приятно. Шерлок удивился, что ему понравилось, как руки Ника обхватили его. Он вырос в семье, где прикосновения были не приняты, и не помнил, когда последний раз его обнимали. Он чувствовал себя… хорошо. Чего он не почувствовал, так это возбуждения.       Шерлок расхаживал по комнате секса. Почему нет? Ник не показался ему привлекательным? Объективно, он был довольно приятным. Шерлок не мог видеть свои зрачки, а его сердце билось слишком быстро, скорее всего, из-за нервов. Шерлок попытался представить себя обнажённым в постели с Ником, занимающимися… всяким… и не смог найти эту картину хоть немного захватывающей. Может Ник был не в его вкусе. У него был вкус? Шерлок не пытался заглушить Джона, он, правда, был не уверен. Вдруг Шерлок вспомнил вспышку интереса, которую он почувствовал, когда думал, что Джон говорит о другом бармене. Как его звали? Мартин? Созвучно Мартину, не суть. Пусть-Мартин был невысоким и крепким, с волевым подбородком и карими глазами. Шерлок представил эти сильные руки, обнимающие его, и тут же понял, что он кое с чем разобрался, так или иначе. Мысль о сильном, крепком Пусть-Мартине, ласкающем обнажённого Шерлока в постели, вызвала у него заинтересованность, которую стройный Ник не вызывал. Шерлок сложил обоих — Пусть-Мартина и Ника в кровать и присоединился, впрочем, как иногда случалось в чертогах разума, когда он приводил в них больше чем одного человека, мужчины начали игнорировать его и продолжили друг с другом — в этом случае Пусть-Мартин оседлал Ника и настойчиво целовал его. «О, прекратите», — подумал Шерлок раздражённо, прогоняя и кровать, и её обитателей. Что ж! По всей видимости, та старая пословица о том, что противоположности привлекают друг друга, оказалось правдой, по крайней мере, для него. Нику, должно быть, нравились высокие худые парни, но, кажется, Шерлок предпочитал невысоких и накачанных. Он не мог дождаться, чтобы рассказать всё Джону. Если у них не будет дела, может, Джон нашёл бы ему подходящего кандидата уже этим вечером. Однако, к тому времени как Джон спустился вниз, спустя несколько часов, Шерлок уже обо всём забыл. — Джон, — оживлённо позвал Шерлок, когда Джон, зевая, зашёл в гостиную. — Смотри! Здесь два утренних письма, и они оба восхитительны, ну, одно чуть более интересное, чем второе, но тебе понравится второе, потому что оно про регби, но первое про запертую комнату, и… — Притормози, у нас есть кофе? Выглядишь так, будто ты вскипятил чайник, а мне нужно немного, если мы собираемся отправиться в приключение с закрытой комнатой. А что случилось с… Шерлок нетерпеливо махнул в сторону кухни. — Всё там, поторопись. — Он взял свой ноутбук и последовал за Джоном, не переставая говорить. — Послушай, эта картина, это шедевр Тёрнера, ну предполагаемый шедевр — «Рейхенбахский водопад», она была украдена из музея, и зал был с сигнализацей, и картина была с сигнализацией, но она не сработала, и камеры наблюдения не зарегистрировали, что кто-то заходил или выходил, они показали охранника прямо там, где он и должен был быть всю ночь, и… — у Шерлока кончился воздух. — Ха, — откликнулся Джон, разворачивая ноутбук, так чтобы прочитать письмо. — Комната закрывалась отдельно или были закрыты только двери музея? — Ну, галерея была закрыта, — нетерпеливо сказал Шерлок. — А что в другом? — О, — Шерлок наклонился через плечо Джона, чтобы перейти в свою почту. — Кто-то потерял регбиста. Джон уставился на ноутбук и чуть не пролил кофе на экран. — Срань господня! — воскликнул он. — Это же от Сирила Овертона! У тебя письмо от Сирила Овертона! — Да, он менеджер, я полагаю. — Ты полагаешь? Он управляет Кенсигтоном! Это лучший клуб лиги! О, боже мой. Он пишет тебе о Паоло Фьери? О том, что Фьери пропал? — Не знаю. Он не говорит. Кто такой Паоло Фьери? — Ты невероятен. — Он быстро пил кофе и перечитывал письмо снова и снова с широко раскрытыми глазами. — Паоло Фьери — суперзвезда, он лучший полузащитник, который когда-либо был. Он — «trequarista», трёхчетвертной, и… — Джон заметил, что глаза Шерлока затуманились. — Его не видели в тренировочном лагере последние два дня, но команда не объявляла, что он травмирован или болен, так что возникло множество спекуляций. Спорю, что это про него. — Ну, его достаточно просто найти. Невозможно просто исчезнуть в наши дни, — фыркнул Шерлок. — Если этот Овертон покончил бы со своей паранойей из-за гласности и позвонил бы в полицию, даже они бы нашли его до первого матча в предсезонье. А если и нет, он будет не менее пропавшим после того, как мы найдём картину. — Но, Шерлок, Паоло Фьери огромен. Что если кто-то пытается убрать его с пути? Он мог пострадать! Это будет ужасной потерей для игры! Шерлок не мог понять, как ценность регбиста могла превзойти ценность произведения искусства, пусть произведение искусства и романтизировало довольно распространённое, хоть и живописное географическое явление, но он знал, что такие слова только утвердят Джона в его морализаторстве о настоящих человеческих жизнях. — Но тайна закрытой комнаты, — взмолился он. — Картина будет не менее пропавшей, после того как мы найдём Паоло Фьери, особенно с тех пор как ты сказал, что это займёт полдня, — возразил Джон. Даже просто произнесение «Паоло Фьери» заставляло его глаза блестеть.       Шерлок посмотрел на Джона, который выглядел так, будто Санта Клаус вручил ему чулок со всем, чего бы он ни пожелал, и почувствовал себя, как мультяшный злодей. О, какого чёрта. Джон был прав: на то, чтобы найти пропавшего три-четверти кого-то-там, не уйдёт много времени, а затем он мог бы обратить всё своё внимание на восхитительную тайну картины. Джон был бы счастлив. — Ладно, — сказал он неохотно. — Будь по-твоему. _____________________________________________________________________________________ От Chryse:       Это дело основано на рассказе АКД «Пропавший регбист» («The Adventure of the Missing Three-Quarter»), этот рассказ один из немногих канонных, сюжет которых лучше бы вписался в современность. Я чётко уверена, что оригинальный «трехчетвертной» был регбистом, хотя спортивная терминология девятнадцатого века это нечто непостижимое, и я подумала, что он был бы большой знаменитостью в качестве регбиста. Почему Тревор не появилась в сериале? А вот почему. ПРОПУЩЕННАЯ СЦЕНА ИЗ СОБАКИ БАСКЕРВИЛЛЯ ДЖОН: Рад, что нам не нужно торопиться назад. Жду не дождусь прекрасного завтрака на природе, аромата свежего воздуха… ШЕРЛОК: ( *мысленно* «Эта деревня настолько пасторально скучна, что я лучше выцарапаю себе глаза, чем буду смотреть на неё хоть ещё одну минуту») Эта деревня настолько пасторально скучна, что я лучше выцарапаю себе глаза, чем буду смотреть на неё хоть ещё одну минуту. Поешь в поезде. ДЖОН: (голосом капитана Уотсона) Мы позавтракаем. ШЕРЛОК: (угрюмо) Двадцать минут. Хочу успеть на следующий поезд. ДЖОН: Идёт. ПРОПУЩЕННАЯ СЦЕНА ИЗ ЭТОГО ФАНФИКА ДЖОН: Рад, что нам не нужно торопиться назад. Жду не дождусь прекрасного завтрака на природе, аромата свежего воздуха… ШЕРЛОК: ( *мысленно* «Эта деревня настолько пасторально скучна, что я лучше выцарапаю себе глаза, чем буду смотреть на неё хоть ещё одну минуту») … (Открывает рот. Сомневается). ШЕРЛОК: Тебе правда нравится завтракать здесь? ДЖОН: Ага. ШЕРЛОК: (безропотно) Хорошо. Кофе здесь, вероятно, лучше. Останемся, насколько пожелаешь.       Приношу извинения всем любителям птиц! Шерлок никогда не хотел навредить голубям, он просто хотел сделать их светящимися в темноте, как баскервилльского кролика. (Забавный факт: «светящиеся» животные на самом деле очень распространены в исследованиях. Они являются носителями гена флуоресцентного белка, но их свечение можно увидеть только под чёрным светом, поэтому в Баскервилле использовалось что-то сверхсекретное и ультрасовременное). Так как у Шерлока не хватило терпения на разведение трансгенного голубя, он решил пойти коротким путём, и был страшно потрясён, когда понял, что изобрёл вместо этого луч смерти. Хотя искушение позлорадствовать перед Майкрофтом («У меня есть луч смерти, а у тебя нет»), было велико, он осмотрительно решил, пока отмывал кухню, что миру не нужно ещё одно оружие массового поражения, и тайно торжествовал, пока случайно не сжёг свои лабораторные заметки во время другого эксперимента и полностью забыл о них. Однако он чувствовал себя плохо из-за голубей.