Над пропастью во лжи

      OST: Nirvana — «Smells like teen spirit».       ________       Фарфоровое дно кружки звякнуло о блюдце.       — Малфой?       Он видел Нотта, будто окаменевшего у витражного окна.       Исключительно. Только его.       Шёл на пролом — мир вокруг превратился в сумбурный водоворот размытых пятен. Даже глухой стук об пол одного из учебных котлов — пролетел мимо ушей.       Гул крови, бурлившей в венах, заглушал всё. И даже:       — Малфой!       Последний шаг…       Взгляд впился в неподвижные глаза.       Бывшего друга.       — Знаешь… Я слышал, что любой маньяк втайне хочет, чтобы его раскрыли.       Шёпот. На грани слышимости.       Поттер молчал. Слава Мерлину.       А Тео… Ни один мускул не дрогнул на его бесстрастном лице.       Циничный ублюдок!       — Так вот. Я пришёл за тобой. Приятель.       — О чём ты? — его тёмные брови едва приподнялись.       Господи. Нотт!       Играл в удивление. Весьма талантливо. Словно не подозревал даже, о чём речь!       Будто его вообще не трогает ситуация.       Будто… Они никогда не были друзьями. Не спали в одной общей спальне мальчиков. Не ели за одним слизеринским столом.       И не любили одну и ту же девушку…       — Можешь спросить у начальника, — Тео качнул головой в сторону нервно сопевшего Поттера. — Я чист. Как слеза младенца.       Урод.       — Да неужели? — протянул Драко.       Ради всех святых… Он не расколется.       Малфой до дрожи под кожей ощущал безумный бег времени. Псу под хвост!       Запах гари тянул со стороны книжных стеллажей прямо за грифельной доской, исписанной пояснениями к домашнему заданию для студентов шестого курса…       До боли знакомым — каллиграфическим почерком Нотта.       Тем же самым, каким были выведены на листке пергамента три долбаных слова…       Ну. Привет. Дружище.       Тварь!..       Поттер замер, всё ещё сжимая бока своей адовой кружки. С видом, будто всерьёз не понимал, какой сегодня год!       Лёгкий парок поднимался от поверхности горячего чая.       Словно ничего. Ровным счётом. Не происходит…       — Разумеется, — кивнул Нотт.       Глубоко в груди завибрировал утробный низкий рык. Он отчаянно рвался, уже бежал по горлу…       Малфой готов был растерзать бывшего друга. Как раненый дикий зверь.       У которого украли самое дорогое.       Прямо здесь. Сейчас. На мелкие кусочки!       Рвать. Зубами его чёртову шею. Бесконечно.       Упиваясь кровью. Криками. Страданиями…       До тех пор, пока паршивец не признается.       Или не сдохнет…       Слава всем богам. Был способ проще.       Пальцы нащупали мятый тонкий пергамент во внутреннем кармане пиджака.       Миг — и Драко едва не впечатал в лицо Нотту злосчастную записку.       Краем глаза, он заметил, как Гарри, видимо, понемногу врубаясь в суть, подозрительно косится в сторону Тео.       Ещё бы…       — Что за…— начал было Гарри.       — Где ты прячешь Грейнджер? — рык.       Сорвался на автомате. Руки самостоятельно схватили мерзавца за грудки мантии. С силой встряхнули.       — Всё ещё не понимаю… О чём разговор?       Так… Спокойно и холодно.       Дьявол.       Ты уже в углу! Уже загнанный.       Тебе некуда бежать, Нотт.       Малфой сжал пальцы вокруг палочки сильнее.       Подонок не признается без… Методов дознания.       Под рёбрами разлилась холодная пустота.       Всё схлопнулось.       И палочка взлетела, устремившись в переносицу Тео.       — Кру...       — Перестань! — гаркнул Поттер.       И его пальцы жёстко сомкнулись на левом запястье, вынуждая опустить вибрировавшую чёрной яростью руку.       — Теодор ни причём, — продолжил, едва не задыхаясь, Гарри, и Драко почувствовал, как тот сжал его плечо, удерживая от непоправимого. — Я только что расспросил его… Он и правда не имеет отношения к пропаже Гермионы. Да и это же Хогварс! Малфой, остановись. И подумай, каким образом…       Он заткнулся.       После брошенного в его сторону взгляда — вероятнее всего, вполне исчерпывающего…       — Ни причём?.. — процедил Драко.       Сапфир стукнул по ребру из кармана.       Не причём. Разумеется.       Веки опустились сами собой. Гарь беспощадно жгла глаза.       Всего на мгновение…       Тео знает. Прекрасно знает!       Блядь! И наслаждается своей дрянной властью над бывшим приятелем.       Зрачки мазнули по деланно-невинному лицу Нотта. Его губы едва-едва тронула улыбка.       Взвод. Лязг. Курок.       Выстрел!       — Я вытрясу это из тебя…       Удар! Ещё.       И ещё.       Лицо Тео залило кровью из ноздрей переломанного в двух местах носа.       Так жёстко. Грязно. По-маггловски!..       Заслужил.       Он согнулся, хрипя и отплёвывая кровь.       Руки Поттера обхватили сзади. И с силой потащили назад.       — Совсем охерел!.. Малфой?!       Из горла вырвался рык.       «Я люблю тебя».       «Жду вечера».       Гермиона.       Сердце замерло.       На миг.       А потом забилось так бешено, что потемнело в глазах.       — Говори, мерзавец!       Нотт засмеялся. Мелко. Тихо.       Размазывая кровь по бледной коже.       — Драко всегда решает проблемы кулаками.       Ублюдок.       — Отвали, Поттер! — прорычал Малфой, брыкаясь изо всех сил.       Руки Гарри неловко соскользнули.       Драко рванул вперёд.       Вдруг пальцы Нотта впились Малфою в затылок, притягивая ближе.       И вновь.       Взгляд. Насмешливый.       Глаза в глаза.       — Она звала тебя, — шёпот прямо на ухо.       Его короткие ногти больно врезались в кожу.       — Плакала. И звала… Драко. Драко.       Звала.       Чёрт.       Она звала.       Удар!       Колено с хрустом врезалось Тео в живот.       Доля секунды — Нотт отлетел в угол между колонной и окном. Немало приложившись затылком о каменную стену.       — Какого… Хрена?! — всполошился Поттер, бросаясь к Тео. — Малфой!.. Дьявол… Эпискей!       Вспышка.       Послышался новый влажный хруст.       И нос Нотта встал на место.       Херов святоша!       Гарри вздохнул, вытирая изморось пота со лба и вздыбливая чёлку так, что теперь стал похож на гигантского мрачного какаду в дурацких очках.       — Господи… Он жив, — пробормотал гражданин начальник, ощупывая безвольное бледное запястье. — Ты… Ты чуть его не убил!       — Если бы я хотел его убить — он был бы мёртв.       Драко поднял усталый взгляд в сводчатый потолок, поджимая губы.       — Ты запах-то совсем не чувствуешь, Поттер? — прошипел он.       — Нотт объяснил, что готовит зелье для мадам Помфри…       Малфой лишь брезгливо поморщился.       Поттеровская тупость в мелочах — иногда шедевральна.       Правда не в этом случае.       Времени не осталось.       Ни на обсуждение идиотизма, ни на рассуждения о моральном облике бравого оперативника Аврората.       Ни для расспросов Нотта, который скорее умер бы, чем помог.       Зато мешаться под ногами — всегда пожалуйста.       Поэтому и должен был быть обезврежен.       Желательно, навсегда.       Взгляд побежал по книжным полкам.       Прямо за ними — как помнил Драко, зная этот кабинет как свои пять пальцев, — должен быть проход в кладовую комнату.       Во времена профессора Снейпа, там хранились различные ингредиенты и прочий инвентарь для Зельеварения.       Скорее всего, Тео удерживал Грейнджер именно там.       Господи! Лишь бы…       Пожалуйста. Пусть всё останется, как было.       Потому что…       Это была единственная его версия.       Хоть и несколько безумная.       — Это жалкое враньё, Поттер, прокатило бы только для тебя. Человека со стабильным «нулём» по Зельям в табеле успеваемости, — прошипел Драко, когда пальцы уже нервно ощупывали корешки книг.       Какая-то из них с вероятностью в сто процентов должна быть рычагом для открытия прохода!       Проблема только в том, что и книг — сотни…       А время уходит.       — К сведению, — язвительно продолжил он. — Зелье пахнет гарью только в одном случае. Если ты взорвал котел к чёртовой матери.       — Вообще-то, я получил «Выше ожидаемого» на СОВ, — обиженно буркнул Гарри, присоединяясь к поискам.       Интересно, он вообще подозревал, что они ищут?       — Поттер… — фыркнув, Малфой мрачно покосился в его сторону. — Возможно, от тебя просто ничего и не ждали?       Взгляд зацепился о старинную, но крайне неброскую и пыльную книгу в дальнем от них стеллаже. На обложке явственно читался недавний след от пальцев.       — Акцио, — шепнул Драко.       Книга не двинулась с места.       Вот оно!       Взмах палочкой.       — И даже сейчас, — цыкнув, продолжил ворчать Поттер, вполне буднично наблюдая, как школьный стул трансфигурировался в лестницу-стремянку и с грохотом двигался в сторону одного из стеллажей. — Ты нашёл время, чтобы меня уколоть.       Он вновь с немалым упорством принялся искать то, о чём, скорее всего, понятия не имел.       А Малфой лишь печально усмехнулся, забираясь по лестнице на самый верх.       — Разумеется, — не сдержался он, протягивая руку к той самой обложке. — Я же не животное.       — Авада Кедавра!       Сердце ухнуло вниз.       Миг.       Он инстинктивно пригнулся. Лишь в отражении стеклянной дверцы заметив изумрудную вспышку проклятия, прокатившуюся по всему кабинету.       Оглушительный. Тяжёлый рёв смерти настиг его ещё через долю секунды.       — Нет!.. Малфой! — утонул в нём крик Гарри.       Резкий треск и грохот. Звон стекла.       И часть стеллажа от пола до потолка взлетела на воздух. Мелкие обрывки страниц и осколки зависли в воздухе, в окружении зелёных искр, будто перья из вспоротой подушки.       Это казалось даже красивым.       Едва не чиркнув по плечу… Смертельный луч промазал.       Мерлин…       Долбанная удача! Единственный друг и соратник любого бравого аврора.       — Авада…       — Экспеллиармус! — взревел Поттер, его топот гулом отдался от сырых каменных стен. — Петрификус Тоталус!       Глухой стук.       Нотт вновь рухнул на пол. На этот раз — надолго.       Поттеровский Петрификус — оружие массового поражения. Тео обезврежен на сутки, а то и на двое.       Драко обернулся: Гарри с видом, будто ничего критически важного не произошло, уже прятал волшебную палочку Нотта во внутренний карман пиджака.       Пришлось признать — не зря Кингсли повысил его до шефа Аврората.       — Поттер, — шепнул Малфой, обращаясь больше к плотным рядам книг. — Впервые в жизни… Мне показалось, что Авада и впрямь не своевременна.       Драко подвинул пыльный фолиант, едва не стоивший ему жизни.       Молясь про себя всем богам, каких только смог вспомнить, чтобы… Его безумная теория оказалась верной.       Иначе…       Он даже представлять не хотел, что будет, в случае ошибки.       — Придурок! — возмущённо фыркнув, принялся заново ворчать Гарри. — Я ненавижу эти твои приколы. Ты в курсе? В каждой заварухе одно и то же…       Лишь одно напряжённое мгновение.       И стеллажи пришли в движение, оборвав ворчание Поттера на вполне высокой ноте, неторопливо, как в замедленной съёмке, открывая широкий потайной проход.       В классную комнату тотчас же рванули зловеще чёрные клубы густого дыма.       Будто в кладовой с упорством клинического психа кто-то жёг кучу маггловских покрышек.       Не успев даже отшатнуться от прохода Гарри мигом зашёлся в приступе адова кашля. Он держался на ногах только за счёт стены, за выступ в которой успел ухватиться.       — Анапнео! — спрыгивая с лестницы, бросил Драко.       И Поттеру, кажется, стало полегче.       Очертания проёма едва виднелись сквозь дым.       Запах палёного дерева с примесью чего-то ядовитого, испарился почти сразу. На смену пришёл запах горелых волос, кожи…       — Чёрт!.. — прохрипел Гарри, возвращая сползшие очки обратно на взмокшую переносицу. — Что это там так горит?       Малфой наградил его всего одним коротким взглядом.       Но и этого хватило, чтобы Поттер понял. Почти наверняка. Что.       Кто. Там горит.       Он вернул взгляд. Полный ужаса.       Нервно сглотнул.       И первым ринулся в потайную комнату, скрывшись в клубах дыма.

***

      OST: Nirvana — «Heart-shaped box».       ________       Видимость в кладовой оказалась нулевой.       Как и возможность хоть как-то дышать…       Оба, и Малфой, и Поттер шатались от стены к стене, как конченные болваны, бесконечное множество раз роняя какую-то дрянь на пол.       За считанные секунды, проведённые в этой комнате, Драко три раза подскользнулся на склизком содержимом собственноручно поваленной и разбившейся в дребезги банки. С какой-то дребеденью, типа жабьей икры, замоченной в желчи муравьеда.       Поттер же не один, и не два раза натыкался на угол рабочего стола Нотта, с громким шелестом роняя бесчисленные бумажки, перья, чернильницы, со звоном сталкивающиеся с каменным полом. Каждый раз он материл этот стол на чём свет стоит.       Проклинал Мерлина. Его мать и бабушку.       И всех предков Тео до седьмого колена заодно.       — Как ты понял, что Нотт похитил Гермиону? — спросил Гарри внезапно.       Как будто… Принял?       Нет.       Согласился.       — Он прислал записку с совой, — вновь, едва не упав на очередном препятствии, занесённом дымом, отозвался Драко. — Тео и его почерк… Словом, я знаю и того и другого почти с пелёнок. Кроме этого, зелье Поиска указало в Хогвартс.       Поттер лишь присвистнул.       Очень некомфортно вести беседу, не видя лица оппонента. А когда этот оппонент ещё и кашляет так, будто задохнется в любую секунду — ещё хуже.       Гарри, к слову, дохал не переставая.       — Анапнео, — шепнул Малфой.       Наверное, уже в десятый раз. И каждый раз промахивался.       Раздался грохот. Звон какой-то очередной разбитой склянки…       — О!.. — начал Гарри.       — Попал?       — Нет, — хрипло буркнул он. — Тут… Иди сюда.       Драко пошагал на голос, вновь спотыкаясь и едва не падая — слишком много разной хрени они посбивали в этом дыму за последние пять бесполезных минут.       Так и не найдя ни Грейнджер, ни очага возгорания.       — Какой-то ящик, — задумчиво протянул Поттер.       И в этот миг.       Малфой слепо наткнулся на что-то крупное и твёрдое. Деревянное.       Ледяное. Парадоксально холодное.       И впрямь… Ящик.       — Сундук, — изумлённо прошептал Гарри, внимательно осматривая его. — Ого! Да здесь не меньше десятка крышек. На лекции о защитных артефактах нам показывали один такой. Помнишь, сундук Грозного глаза?       Восхищённый тон совсем не прибавлял оптимизма.       Внимательно перебегая взглядом с одного замка на другой, Малфой пришёл к тяжёлому… И одновременно однозначному выводу.       Если Гермиона внутри, то найти её они смогут не раньше, чем через полчаса.       Целых полчаса.       В течение которых она попросту задохнётся.       Как, впрочем, и они с Поттером.       — Была не была!.. Алохомора, — взмахнул Гарри палочкой, направляя заклинание на самый верхний замок.       Крышка откинулась.       И в воздух мгновенно ворвался столб огня.       — Коллопортус! — тот час же крикнул Малфой, инстинктивно попятившись назад.       Что-то снова звякнуло.       И крышка мигом захлопнулась.       — Офигеть! — с неменьшим восхищением, чем раньше, воскликнул Поттер. — Как можно запихать Адское пламя в ящик?       Идиот.       — Поинтересуйся у Тео, — огрызнулся Драко, кивнув в сторону классной комнаты. — Всё равно без дела валяется… Алохомора, — шепнул он.       Второй замок щёлкнул. Крышка откинулась.       И изнутри повалили густые клубы чёрного дыма.       Один в один с тем, что заполнял кладовую.       «Мне снилось, что я в каком-то ящике, наподобие гроба. Я жива, но не могу вымолвить и слова… Как будто похоронена заживо» — пронеслось в голове мгновенно голосом Гермионы. — «Гроб будто бы подожгли снаружи, а на меня словно Силенцио наложили! А потом… Я услышала твой голос. Ты звал меня по имени, и я знала, что ты пришёл спасти меня, но не могла и пискнуть».       Мерлина ради!       Она. Предвидела?       Губы дрогнули.       Грейнджер!..       Только бы успеть!       Только бы… Она была ещё жива.       Пожалуйста.       Решение пришло молниеносно.       Малфой поспешно сбросил с себя форменный пиджак, и оторвал лоскут снизу своей рубашки.       — Агуаменти, — шепнул он.       И ткань тотчас же промокла насквозь.       Завязал узел на затылке, прикрывая нос и рот, наподобие маггловской марлевой маски.       Этого хватит ненадолго. Скорее всего, на десять минут — максимум…       — Ты туда не полезешь! — внезапно рыкнул Поттер, прорвавшись сквозь новые и новые клубы дыма из сундука.       Он крепко схватил Драко под локоть.       — Даже не думай!       Малфой молча выкрутил свою руку из стальной хватки начальника.       И заглянул внутрь ящика.       Снизу дохнуло жаром. Плотно, как из камина.       Железная лестница вела вниз, в помещение, больше напоминавшее подвал или… Склеп?       Из глубины доносился едва слышный, но отчаянный стук.       — Гермиона! — крикнул он в пустоту.       Тишина.       Миг. Второй.       — Гермиона!.. — повторил Драко, с силой сжимая края чёртова сундука.       Казалось, ещё секунда — и древесина треснет.       Тяжёлый вздох Гарри…       Малфой зажмурился.       Ради всего святого.       Господи!..       И. Стук едва усилился.       Жива.       Он с готовностью перекинул ногу через деревянный борт сундука, становясь на первую ступеньку.       Жар. Рванулся к подошвам туфель тотчас же.       — Ты же… Идёшь на верную гибель! Остановись! — взревел Гарри, вновь пытаясь схватить его за руку. — Это приказ!       — Уймись, — прошипел Драко, спускаясь на ступеньку вниз.       Ладони мерзко липли к металлической перекладине.       Ни боли, ни страха.       Всё это… Лишнее.       — Вызови целителей. И поскорее.

***

      OST: Soner Akalin — «Yasli (Mournful)».       ________       Подошвы туфель коснулись раскалённого, как сковорода пола, когда Малфой спрыгнул далеко не с последней ступеньки едва не плавившейся лестницы.       Если в соседнем отделении долбаного сундука горит Адское пламя, то Поттер, вероятнее всего… Прав, как ни странно.       Никогда больше он не выберется наверх.       Тем более, с Гермионой.       К чёрту!.. Над этим он подумает позже.       Единственная цель на сегодня — найти её.       Всё.       Тьма. Едкий дым.       Треск, будто совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки в жерле камина огонь вгрызался в свежие поленья.       Наверное, этот звук казался бы уютным.       Если бы Драко не знал, какого рода заклятье бушевало по соседству… То, что сожрёт их без следа, если ворвётся сюда.       Не оставив даже кучки пепла.       Жути добавлял единственный источник света — прорывавшиеся сквозь стыки неровных каменных плит языки пламени.       Времени оставалось не много.       Очень скоро стены обрушатся под натиском мощной тёмной магии. А с ними и их с Грейнджер…       Её. Её жизнь.       Всё выглядело так, словно одним глупым, абсолютно импульсивным решением, Драко… Собственноручно загнал себя в ловушку.       В Ад. Собственный.       В место, где самое страшное наказание — то, как ты сам готов себя наказать.       Правда, профессор Снейп?       Короткий вздох.       Повязка и впрямь спасала.       Плевать. Решительно.       На дурацкие ассоциации. Опасения.       Вообще на всё!       Потому что стук продолжался.       Такой тихий. Едва уловимый, сквозь треск.       Слабый. Как трепет крыльев умирающей птицы.       — Люмос, — прошептал Малфой.       На кончике палочки засветился тусклый огонёк.       Он торопливо двинулся на звук, уворачиваясь от вспыхивающих то и дело огненных всполохов.       И когда зрачки выхватили из тьмы пальцы босых стоп…       Сердце сделало натужный удар. И остановилось.       Ноги, одна из которых страшно распухла в районе щиколотки.       Опаленные лохмотья синего платья. Руки, плечи…       Обуглены.       Лицо в багровых пузырях ожогов.       Любой… Здравомыслящий человек, подумал бы, что Гермиона мертва. Только вот пальцы её отчаянно стучали почерневшими костяшками по каменным плитам.       Она не сдавалась.       Даже сейчас.       Кружок света от Люмоса мелко задрожал… А Драко еле удержал палочку в руке. Только чудовищным усилием воли.       Раскалённый пол покачнулся.       — Грейнджер…— выдохнул Малфой, падая на колени рядом с ней.       Давясь своим кошмаром.       Локоны длинных кудрей, запах которых ещё утром уносил в третье измерение… Превратились в пепел.       Сгорели почти до ушей.       Она вздрогнула. То ли услышав его, то ли заметив огонёк Люмоса сквозь сомкнутые веки… Неважно.       И открыла глаза.       Взгляд. Из-под опаленных ресниц… Господи.       Замутнённый. Ускользающий.       Ещё немного — и…       Нет.       Драко запретил себе думать.       Он не способен был произнести, что может случиться потом. Даже мысленным шёпотом.       Из её горла вырвался хриплый, страшно надсадный вздох.       — Анапнео, — почти не надеясь на облегчение, взмахнул Малфой палочкой в её сторону.       И вдруг. Рука Грейнджер дотянулась до его груди. Пальцы отчаянно сгребли ткань рубашки.       — Что?.. — свистяще сорвалось с губ в тот же миг. — Гермиона, что?..       Она болезненно зажмурилась. И прикоснулась дрожащей ладонью к своей шее.       Секунда. Вторая.       Он моргнул, не понимая.       Дьявол. То, что видели глаза… Не помещалось в голове!..       Мерлина ради. Силенцио!       Ну, конечно!       Нотт… Чёртов псих!       Оставил её медленно умирать… Тлеть здесь. Без возможности даже пискнуть.       — Фините, — взмахнул Драко палочкой.       И сразу же. Прозвучал пугающе долгий лающий кашель.       Грейнджер буквально задыхалась… В этом дьявольском каменном мешке по соседству с Адским пламенем.       Времени не осталось.       Господи. Только бы удалось выбраться отсюда!       — Всё кончилось… Я здесь, — прошептал он, подхватывая её под колени и поддерживая спину.       Ткани на её теле почти не осталось — платье истлело от контакта с раскалёнными камнями пола. И она зашипела от боли.       Челюсти сжались автоматически. Он почти слышал треск зубов.       И почти физически чувствовал, насколько адской была боль Гермионы.       — Тш-ш-ш… Я заберу тебя домой.       Мысли метались, сшибая одна другую.       Путались, размазывая стеклянный песок по глазам.       И слабое:       — Ты пришёл, — хриплым едва различимым шепотом.       Два таких наивных слова.       Оборвали что-то внутри.       Безжалостно. Что-то, что так долго оставалось натянутым последние сутки…       Лопнуло.       Он почти слышал пронзительный звон металла.       И по щеке заскользила маленькая солёная дорожка.       Ноги сами понесли к раскалённой лестнице.       Казавшееся невесомым тело Грейнджер обмякло в его руках. И в голову ударила мысль, от которой мгновенно похолодело внутри.       Страшнее огня.       Страшнее всего, что вообще приключалось с ним в жизни.       Такая лёгкая и неподвижная… А если она умерла у него на руках?       Драко закусил щёку изнутри.       Только не сейчас!       Не думай. Не думай.       Не…       Перекинув Гермиону к себе на плечо, он полез наверх. Не чувствуя ни жара, ни боли.       Ступенька. Ещё.       Ладони вновь мерзко липли к раскалённому металлу.       — Слава всем богам! — послышался сверху выдох Поттера.       Звучало так, будто всё это время он и сам не дышал.       Его руки мигом подхватили Грейнджер, и легко выволокли её из ящика.       В каморке Нотта стало гораздо легче дышать.       За окном так же, как и пятнадцать лет назад спокойно рябила зелёная толща Чёрного озера. Мимо вальяжно проплывали рыбы.       — Ликвидаторы уже здесь, — констатировал Гарри, прижимая к себе Грейнджер.       И зрачки его глаз остановились сначала на обгоревших волосах. Затем — ожогах на лице, обугленном теле.       Распухшей ноге.       Безвольно качающейся над бардаком, устроенным ими всего около получаса назад, тонкой руке.       За очками в круглой оправе показался странный блеск.       Но Малфой предпочёл просто оставить это.       Мелкая дрожь всё ещё пробирала до костей. И в голове закралась одна до ужаса простая мысль…       Скорее всего, Поттер думал сейчас о том же.       Что, если они опоздали?       — Целители ещё не явились, — недовольно пробубнил он, шмыгая носом. — Нужно отнести Гермиону в больничное крыло… Мадам Помфри сумеет оказать первую помощь.       Драко потянулся, чтобы забрать Грейнджер.       Он сам. Должен был отнести её.       Для Поттера здесь и так достаточно работы.       — Твои руки?.. — прошелестел Гарри, остановив взгляд на обожжённых до черноты ладонях.       — Не стоят внимания, — отмахнулся Малфой, прижав Грейнджер к груди.       Живи.       Просто… Живи.