Самые прекрасные моменты в жизни я проживаю с тобой (сборник)

Тэхен думает, что его хен сошёл с ума. Как иначе можно объяснить резкую смену настроения и отношения к окружающим людям? Он готов винить во всем инопланетное вмешательство, сверхъестественные силы или еще что-то безумное, но на разумное и логичное стечение обстоятельств Ким рассчитывать не готов. Иногда младшему кажется, что перед ним совершенно другой человек. Он улыбается слишком часто, он слишком подвижен, слишком разговорчив, слишком забавен, слишком мил. Все настолько слишком, что Тэхен начал серьезно беспокоиться за душевное равновесие хена. Он вообще-то не считает, что перемены сделали из него человека худшего, чем он был. В новом Юнги есть свой особенный шарм, который притягивает к себе. Но, тем не менее, это пугает. Видеть яркий свет в глазах Мин Юнги, за которым прочно закрепился образ сурового безэмоционального рэпера и безоговорочного гения, непривычно. Даже их вечерние посиделки за чашкой чая и пирожными, плохо влияющими на физическую форму, стали какими-то другими, не такими душевными. Из Юнги трудно вытянуть хотя бы пару комментариев по актуальным для сегодняшнего дня проблемам, он лишь отшучивается и переводит разговор в щадящее русло, в котором он чувствует себя как рыба в воде. Тэхена не совсем это устраивает, ведь сердечные разговоры с более опытным хеном помогали пережить кризисные моменты в жизни младшего, справиться с терзающими голову вопросами и прийти к взрослому адекватному решению. Они привели его к взрослению. Тот удивительный вечер на Гавайах, когда Юнги резко хватал Тэхена за руку всякий раз, когда между ними возникали разногласиях, расставили все по полочкам. Мин изменился, это невозможно отрицать. Что-то повлияло на него, заставило жизнь перевернуться с ног на голову. И Тэхен уверен в том, что он непременно разузнает у него абсолютно все при удобном случае. Но стоит ли это волнения? Очередные съёмки для нового развлекательного эпизода почему-то не дали Тэхену раскрыться. Он чувствовал себя скованно и неуверенно, боясь ляпнуть что-то лишнее и стать мемом на ближайшую пару месяцев, постоянно прикрывал улыбку руками и смотрел на сходящих с ума ребят сквозь сомкнутые пальцы. Ещё и от Чонгука пока надо держаться подальше, чтобы шипперы чуть поубавили свой пыл. Все это так сильно давит, что Тэхену едва удается хранить равновесие. Зато Юнги мало волнуют его проблемы. Он скачет по съёмочной площадке в цветастой одежде, с забавной шапочкой на голове и милашничает перед каждым участником, добиваясь чего-то, что известно лишь для него одного. В старшем так много эгъё, что Тэхен не может сдержать улыбку, глядя на хена, который больше похож на ребенка, чем на всем известного дерзкого Мин Юнги с его каменным выражением лица, который без всякого сомнения может бросить микрофон на пол сцены. — Ну что, Тэхен-а, покажем им, где раки зимуют? Они стукаются кулаками, бьются бедрами и Тэхен скромно хихикает, когда Юнги пафосно уходит, покачивая тазом. Он неисправим. На протяжении съёмок Юнги был настояшим ураганом, затычкой в любой бочке, человеком, который серьезно раздражал всех тем, что из-за него приходилось растянуть процесс на ещё один час, хотя все и без того были до жути уставшие и мечтали оказаться в теплой кровати. Это солнце в его глазах ещё совсем неизведанное, немного пугающее, но, тем не менее, окунуться в его тепло хочется до помутнения и дрожи в коленях. Они вдвоем оказались в числе лузеров. Это никого не удивляло, так как с самого начала парни не были настроены серьезно. Тэхену впервые стыдно за поведение старшего, но при этом он не хочет, чтобы Юнги снова замыкался в себе. Вечером, после съёмок, Тэхену удалось вытащить шумного парня из общежития, чтобы просто прогуляться. Запах капучино в кофейне согревает изнутри и заставляет Юнги притихнуть, почувствовав призрачную сонливость. Все это время, пока они делают заказ, он опирается о руку Тэхена, крепко держась за нее, и постоянно зевает, что-то бормоча себе под нос. С выбивающимися из-под шапки локонами голубых волос, с лёгкой усталостью на лице и движениях и улыбкой, которая сопровождается милым прищуром, вырисовывающим созвездия из морщинок у его глаз, Юнги похож на котёнка, ищущего ласки. Сидя за столом, они обсуждают его будущий микстейп, возможность их сотрудничества как самой экстраординарной подгруппы, и у Тэхена на душе становится легче оттого, что трудолюбивый и талантливый Мин Юнги, человек, который все это время вдохновлял и мотивировал, воспринимает его как одного из самых достойнейших людей среди всех мемберов. — Хен, что произошло? — спрашивает младший и тянется за чужой ладонью, чтобы крепко сжать ее. Юнги, сначала опешив, вопросительно смотрит на донсена, а затем уверенностью переплетает их пальцы, словно для них это повседневно. — Что ты имеешь в виду? — Юнги делает большой глоток и кривится от того, как горячий кофе обжигает горло. — Ты немного… немножечко другой, — тихо поясняет Тэхен, внимательно следя за переменами на его лице. Но они незначительные. Он лишь нахмурился ещё сильнее. — Можешь объяснить? Тэхену очень стыдно оттого, что он начал этот разговор, к тому же внутри холодком на поверхность пробирается страх за то, что Юнги может отреагировать очень грубо или вовсе уйти, решив, что Тэхен пытается влезть в его душу. Вдруг он решит, что Тэхен осуждает его? — Хен, я ни в коем случае не хочу тебя обидеть, я обожаю тебя таким, какой ты есть, но ты ведь понимаешь, что твое поведение очень сильно изменилось? Мне просто интересно, почему это произошло, — Тэхен обхватывает чужую ладонь обеими руками. Он не может позволить Юнги избежать этого вопроса. Не сегодня. — Тебя это пугает? Тэхен слышит старые знакомые нотки в его голосе. Так Юнги звучит, когда он предельно серьёзен, когда он настроен на то, чтобы надавить, убедить, разворошить все внутри, проникнуть в самую суть человеческой души. — Нет, вовсе нет, просто иногда я не знаю, как вести себя рядом с тобой, — Тэхен скромно опускает глаза и чувствует, как жжется воздух вокруг от того, насколько крепко Юнги сплетает их руки и как пристально он вглядывается в темные глаза младшего. А ведь вокруг столько людей, которые уделяют им слишком много внимания. — Тэхен-а, разве сложно было догадаться, что я просто счастлив? Тэхен теряет дар речи. Он действительно просто проигнорировал тот факт, что у холодного Юнги тоже есть чувства. — Я счастлив, потому что все вместе мы добились невероятного успеха, мы поднимаемся все выше, наша дружба крепче, чем когда-либо, я наконец-то смогу навестить родителей в праздники, погода такая чудесная для того, чтобы писать тексты, и я влюблен в тебя безоглядно и бесповоротно, даже если ты не чувствуешь ко мне того же. Я счастлив, потому что на Гавайях и сейчас мне выпадает множество возможностей стать к тебе чуть ближе, чем прежде. Я счастлив ощущать твоё доверие и спокойствие рядом со мной. И я сделаю все, чтобы сделать счастливым и тебя. Сердце Тэхена, словно птица, рвущаяся на свободу, готово пробить ребра, лёгкие вообще отказываются работать, как будто нечто лишило их кислорода. Ким видит уверенность в глазах напротив, настолько характерную для Мин Юнги, что сомнений в том, что перед ним тот самый любимый хен, которого он так долго знает, больше не остаётся. Слова пробираются под кожу, растекаются по венам и питают душу. Оттого внутри становится тепло и спокойно. Больше не о чем волноваться. — Я счастлив, когда счастлив ты. Мне больше ничего не нужно, — говорит Тэхен, уже не пытаясь сдержать широкую улыбку. Он оставляет лёгкий крылатый поцелуй на чужих губах, которые для первого раза ожидали чуточку большего. Они своё получили, когда пара оказалась в общежитии, и тогда Тэхен смог позволить себе все то, что держал в голове по дороге домой, все, что сладко будоражило воображение неопытного в отношениях Кима. Юнги не изменился, он просто наконец-то почувствовал себя лучше. Лед внутри растаял, когда весь груз неприятного прошлого сошёл с сердца, предоставив там место для Тэхена. «Я тоже влюблен в тебя» от младшего звучит слаще меда, Юнги хочет распробовать каждое слово, ощутить их кончиком языка, а затем и всем сердцем.