Пробуждение магии

— Возникают привидения! Утки! У-у-у! В скалах прячутся злодеи! Утки! У-у-у! И кто так сочинять умеет? Утки! У-у-у!              — Давай Гарри!       — Быстрее!       — У тебя получится! Давай! Гарри ловко обогнал мальчика из команды соперника и первым пересёк линию финиша. Не успел он отдышаться, как на него со всех сторон напрыгнули дети мисс Фишер и принялись наперебой нахваливать и дружески (хоть и довольно чувствительно) хлопать по спине. Он предчувствовал, что после такого бурного одобрения, на спине точно останутся синяки, но это ничуть не омрачало тёплой радости на душе. Прошло три недели с того невероятного и страшного случая в лесу и плачевная ситуация с лагерем для Гарри в корне поменялась.       Началось с того, что как только зажила его лодыжка — выяснилось, что он может очень быстро бегать. И так как, благодаря очкам, его зрение больше не отличалось от зрения других детей, соревнования больше не были для него ночным кошмаром. Напротив, теперь его охотно брали в команду и всегда радостно поддерживали. Сказалась и спасительная поддержка Дженнифер. Если его вдруг начинали задирать из-за внешности или пытались уколоть прошлыми неудачами, её острый язык тут же вводил обидчиков в смущение.       — Эй, Гарри, не боишься врезаться в какой-нибудь столб? А то ведь их много в лагере, — насмешливо крикнула веснушчатая девочка, когда Гарри вместе с Дженнифер и остальными ребятами из их компании направлялся в столовую.       — Уж молчала бы, Эмма, — скептично отозвалась Дженнифер, бросив на неё предупреждающий взгляд. — Тебе, с твоим лунатизмом, это грозит гораздо сильнее.       — Что?!.. Подло говорить об этом, Дженни! — упрекнула Эмма. На её щеках и шее появились красные пятна, а веснушки побледнели. — У меня уже давно нет никакого лунатизма!       — Ага-ага, — лениво произнесла Дженнифер, пожав плечами — мол, да кому какое дело. — Только вожатые шептались, что ты прошлой ночью чуть не вылезла в окно. Девочка покраснела как свёкла и, ничего не ответив, прошествовала прочь, с видом гордого оскорблённого достоинства.       — Хм, а ты прежде никогда так не делала, — задумчиво произнесла Алиса, бросив косой взгляд на Дженнифер.       — Как «так»?       — Никогда не тыкала остальных в их недостатки.       — Да… Но если подумать, они ведь позволяют себе бить другим в слабые места. Так с чего вдруг нельзя отплатить им тем же? — тихо отозвалась Дженнифер. Алиса лишь пожала плечами.       Несколько подобных стычек, и к Гарри больше никто не лез. Никому не хотелось, чтобы его «били по слабым местам», а приютские дети знали друг о друге почти всё. Сам Гарри с каждым днём становился всё крепче, разговорчивее, и менее восприимчивым к чужим колкостям, что однозначно шло ему на пользу. Изучив лагерь вдоль и поперёк, а так же познакомившись со всеми детьми, он стал намного увереннее, и уже не шарахался от любого заговорившего с ним, как от прокажённого. Да и возвращаться на Тисовую улицу уже совсем не хотелось. Ведь там у него было всего два варианта времяпровождения: тихо слоняться по дому, избегая окон (не дай Бог, соседи увидят лишний раз), или тихо сидеть в чулане под лестницей.       Здесь же каждый день происходило что-то новое. Игры, после того как Дженнифер более подробно объяснила ему правила и на своём примере показала, что поражение в них — далеко не конец света, теперь действительно стали для него интересными и весёлыми. А соревнования — азартными.       Единственная игра, которая, по его мнению, была всё равно опасна — это вышибалы. Часто вышибающими становились два крепких паренька с весьма тяжёлой рукой. Они вкладывали в бросок мяча всю свою немалую силу, и если им удавалось попасть в цель — то огромный синяк был лучшим исходом для «незадачливой жертвы».       — Ой, да ладно тебе, Гарри, — закатила глаза Дженнифер, когда Гарри поделился с ней опасениями. Он сидел рядом с ней на скамейке (его выбили сразу после неё), и потирал ушибленное плечо. — Это весёлая игра. Может, конечно, Роб и Джозеф чересчур увлекаются, когда кидают мяч…       — Нечего себе, «чересчур увлекаются», — округлил глаза Гарри. — Да у меня вся жизнь пронеслась перед глазами, когда Джозеф в меня попал!       — И, тем не менее, как говорит мисс Фишер, эта игра развивает реакцию и ловкость, — закончила Дженнифер, на манер Алисы подняв указательный палец.       — Ага, если выживешь, — усмехнулся Гарри.        Когда погода стала совсем жаркой, вожатые стали водить детей к морю. Для Дженнифер это были самые долгожданные дни.       — Море-е! — побежала она за всеми к желанной морской воде, как её тут же перехватили руки мисс Фишер:       — Стоять! Я ещё не намазала тебя солнцезащитным кремом…       — Как? Час назад меня намазали, — Дженнифер постаралась мягко высвободиться из захвата, но её перехватили покрепче.       — Это было перед дорогой сюда. А теперь тебя надо намазать специальным несмываемым кремом, — пояснила мисс Фишер, достав из сумки жёлтый тюбик с изображением пальмы и солнца.       — О, нет! Он такой жирный и противный…       — Зато твоя кожа не обгорит. Уже забыла, как в прошлом году спина покрылась волдырями?       — Всё будет со мной в порядке, не надо меня ничем мазать! — упиралась Дженнифер, с досадой смотря на море, в котором уже плескались и визжали дети. Гарри, находясь по шею в воде, закусил губу, чтобы не рассмеяться, когда мисс Фишер начала тереть щёки и лоб недовольной Дженнифер. Он как-то видел по телевизору, как купали кота, и у Дженни теперь был точно такой же негодующий и сердитый вид. Но мисс Фишер это не волновало, она отпустила воспитанницу только тогда, когда полностью покрыла её лицо, шею, спину и руки блестящим кремом.       — Вот, другое дело, — довольно произнесла она, закручивая тюбик. — Теперь ты не обгоришь.       — Но теперь я чувствую себя склизкой лягушкой, к которой всё прилипает, — пробурчала Дженнифер, шлёпая по воде к Гарри. Оказавшись по пояс в воде, она почувствовала неуверенность, ведь давно не плавала, всего-то в прошлом году пару раз. Но оттолкнувшись от дна, она быстро-быстро, по-собачьи, засеменила руками и ногами. И, поднимая блестящие на солнце брызги, поплыла вперёд. Вода приятно остужала тело и была такой прозрачной, что на небольшой глубине были видны разноцветные камушки и ракушки. Тед, Оливер и Алиса уже вовсю брызгались, шутливо грозясь друг на друга, а Гарри, плавая вокруг них, пробовал нырять под воду.       — Давайте, кто быстрее доплывёт до того поплавка? — предложил Оливер, показывая пальцем на дальний оранжевый поплавок, мерно покачивающийся на волнах.       — Только не заплывайте дальше него, — предупредила мисс Фишер. Она находилась на берегу и намазывала солнцезащитным кремом детей, обладающих, как и Дженнифер, чувствительной бледной кожей.       Сделав пару заплывов, в которых победили Гарри и Оливер, дети стали соревноваться в погружениях под воду на время. Дженнифер удалось продержаться дольше всех, отчего она самодовольно стала под водой щекотать друзей за пятки, но к её собственной стопе прикоснулось что-то холодное и гладкое.       — Ой! — взвизгнула она, подтянув ноги к животу.       — Что такое? — вопросили Оливер и Тед, осматривая море вокруг.       — Меня кто-то тронул за ногу, — испугано сказала Дженнифер, не решаясь опускать ноги.       — Может это рыбка? — предположил Гарри и нырнул под воду, где открыл глаза. Но это ничего не дало. Вода на глубине была мутная, да и без очков его зрение сильно ухудшилось.       — Вроде ничего… — сообщил он, вынырнув и тряхнув головой.       — А, может, это русалочка? — с придыханием спросила Алиса и глаза её восторженно заблестели.       — Русалочка? — с сомнением повторила Дженнифер. Если честно, русалочки не вызывали у неё доверия. В некоторых историях они топили моряков...       — Или акула, — с кривой усмешкой предположил Терри. Секунду дети неподвижно плавали на месте, хлопая друг на друга глазами, а в следующее мгновение что есть мочи погребли к берегу, будто за ними гнался целый косяк акул.              — Что за глупости, какая ещё акула? — посмеялась мисс Фишер, когда они выскочили из воды. — Это наверно была небольшая рыбка. Или водоросли. Зона плаванья огорожена сетью, и если вы не будете заплывать за буйки, ничего с вами не случится. Самая большая рыбка, которая может сюда пробраться, вот. Она показала им пластмассовое ведёрко, в котором плавала маленькая, тонкая, серая рыбка.       — Это я поймала, — гордо сказала им Марри. Она не участвовала в их играх и всё время плавала на небольшой глубине, стараясь сачком вылавливать рыбок и вытаскивать ракушки.       — Хм, а эта рыбка, кажется, ранена, — склонил голову на бок Тед. — У неё царапины по бокам.       — Это жабры, болван, — насмешливо посмотрел на него Терри.       — Это, действительно, жабры, — кивнула мисс Фишер. — Благодаря им, рыбы могут дышать под водой.        Скоро вожатые стали водить их и в походы. Мисс Фишер добросовестно рассказывала им про лесных птиц, растения и животных, встречающихся им на пути. Особенно старательно она делала акцент на растения и ягоды, которые были ядовитыми или, напротив, которые можно есть.       — Мисс Фишер, а как называются эти цветы? — спросил Гарри, указывая на соцветия небольших белых цветов. Именно такие росли, где он похоронил белку.       — Это седмичник, целебное растение. Примочки на его основе можно использовать для заживления ран.       — А это что за ягода? — раздался голос Дженнифер. Она уже потянулась рукой к блестящей, как бусина, чёрной ягоде, возвышающейся на тонком стебельке и словно коварно выглядывающей из тени дерева.       — Не трогай! — тут же отдёрнула её мисс Фишер. — Это вороний глаз. Очень ядовитое растение! Если его съешь, то отравишься. Дети, опасливо косясь на глянцевую ягоду, широкой дугой обошли растение и мисс Фишер уже спокойней продолжила:       — Это растение предпочитает сырые, затенённые места. Заросли кустарников, тенистые овраги. Растёт также в лесостепи.       — Также в лесостепи… — тихо повторила Алиса, с высунутым кончиком языка, записывая всё, что говорила мисс Фишер в блокнотик. Она единственная из всей группы умела уже не только хорошо читать, но и быстро писать, и она одна записывала каждое растение в блокнот.       — Зачем ты это делаешь? — поинтересовалась у неё Дженнифер, переглянувшись с Марри.       — Да просто так, — просто ответила Алиса, коротко пожав плечами.        Постепенно походы становились всё длиннее. Если первый закончился всего через час, как они отошли от лагеря (Терри ткнул палкой скунса, за что поплатился весь отряд), то теперь они в сопровождении других взрослых и с другими отрядами уходили в лес с ночёвкой, что было и страшно интересно, и просто страшно. Ночью лес становился особенно тёмным, загадочным и полным всяких разных шорохов и звуков. Дети испуганно ахали, когда мимо пролетали совы, блестя в темноте огромными круглыми глазами. А Дженнифер в свою очередь рассуждала, отдыхают ли так почтовые совы волшебников или это просто дикие птицы.              — Гарри, ты уверен, что с тобой не происходит ничего странного? — тихо спросила Дженнифер, когда дети собирали ветки для костра и ненадолго разбрелись в разные стороны.       — Уверен. Сколько раз говорить об этом? — нахмурился Гарри, подозрительно отведя взгляд. Дженнифер и правда задавала ему этот вопрос слишком часто по меркам воспитанного человека, но её не покидало твёрдое ощущение, что он не такой, как другие дети. Хотя сам он с завидным упорством всё отрицал и словно вовсе боялся говорить о волшебстве или проявлении чего-то необычного. К слову, его немало удивило, когда он узнал, что вся группа мисс Фишер уже давно знает о даре Дженнифер. И что детей, это, в общем-то, не пугает. Даже напротив, он стал свидетелем, как они приносили ей конфеты (а она стала брать плату за чудеса!) и просили «оживить» рисунки или заставить летать бумажных птиц. Его и самого это восхищало но, то ли из-за воспитания Дурслей, то ли из-за природной скромности и робости, признавать за собой нечто подобное он наотрез отказывался.       Однако, Дженнифер не раз замечала за ним странности, самая явная из которых произошла неделю назад. Как-то после очередного похода, у Гарри стала сильно чесаться шея, и он невольно расчёсывал её до крови. Простой тест, а именно расчёсывание волос над белым листом бумаги, показал шокирующий его до глубины души факт — у него педикулёз.       — Это… это… что… такое?!.. — заикаясь спросил Гарри. Он побелел как полотно, и неотрывно смотрел на ползающих на бумаге, среди выпавших волосков, мелких паразитов.       — Вши, — безапелляционно ответила Дженнифер, предусмотрительно сделав от него шаг в сторону. — Это не так уж и страшно, но теперь… Она проводила взглядом мисс Фишер, выходящую из комнаты с абсолютно непроницаемым лицом, и осторожно договорила:       — …тебя коротко подстригут. Взвыв, Гарри закрыл лицо руками. Дженнифер не врала. Его и правда коротко подстригли, практически на лысо, и вымыли специальным, очень неприятно пахнущим, средством. Несмотря на все заверения Дженнифер, что ему и так очень идёт, и что под кепкой всё равно ничего не видно, Гарри уходил спать в очень мрачном настроении. А утром он поразил весь отряд своими смоляными волосами, отросшими за ночь до прежней длины.       — Как такое может быть? — пролепетала Дженнифер, осматривая его со всех сторон, словно диковинное растение.       — Ну, просто у меня быстро растут волосы, — пожал плечами Гарри, и надвинул на глаза козырёк кепки.       — У меня быстро растут волосы, — тихо произнёс Терри, — Но никогда они не отрастали так за одну ночь! Гарри снова пожал плечами и под предлогом, что захотел пить, ушёл от них в сторону столовой. Однако от Дженнифер так легко было не отделаться.       — Гарри, но ведь ты точно волшебник, — стала горячо уверять она, идя за ним по пятам.       — Да никакой я не волшебник! Просто у меня быстро растут волосы, вот и всё, — отмахнулся Гарри, прибавляя шаг.       — Слушай, но ведь быть волшебником не плохо, — так же ускорила шаг Дженнифер. — Вон, сможешь, как и я зарабатывать конфеты, — добавила она, посмеявшись.       — Я и не говорю, что быть волшебником плохо, Дженни. Просто я никакой не волшебник. А он ещё упрямей, чем я, подумала Дженнифер, покачав головой и закатив глаза.              

***

                    — Ну что, есть у кого интересные истории? — хитро спросил Оливер, когда после сытного ужина весь отряд расположился вокруг костра. У каждого на палку был наколот белый зефир.       — У меня есть, — улыбнулась Алиса. — Про одну русалочку, спасшую моряков от…       — От акул. Да-да, мы уже все наизусть знаем эту историю, — с как можно более скучающим видом отрезал Оливер, отчего Алиса сразу обидчиво надулась. — Давайте я расскажу свою историю.       — И бьюсь об заклад, это сказочка про призрак мальчика, которого задавил поезд, — усмехнулась Алиса.       — А вот и не про него! — отчего-то смутился Оливер. — И это вовсе не сказочка, в отличие от твоих полу-людей, полу-сардин!       — Русалок!       — Стоп, а что за история про призрак мальчика? — с интересом спросил Гарри, переворачивая над костром зефир, подрумянившийся с одного бока. Уже совсем стемнело и вожатые, устав за целый день от чрезмерной детской энергии, разговаривали о взрослых вещах в стороне. Костёр, треща поленьями, образовывал круг света, в котором сидели дети.       — Рассказать? Да без проблем! — сразу оживился Оливер, и с деловитым видом повернулся к Теду. — Передайте мне фонарик, пожалуйста. Тед без колебаний отдал ему фонарик, и Оливер направил его свет снизу вверх на своё лицо, отчего у него жутко выделились резкими тенями скулы, веки и надбровные дуги. Прокашлявшись, он начал:       — Как-то давно в лагерь приехал мальчик. Он ходил всё время в чёрной одежде и с ним никто не дружил. И вот как-то раз к нему подходит компания друзей и говорит: «Выполнишь наше задание, и мы с тобой будем дружить». Мальчик согласился. Ночью они вышли за территорию лагеря. Ему говорят: «Тебе нужно отпрыгнуть от поезда, когда он будет совсем близко». И вот едет первый поезд, мальчик испугался и отпрыгнул, когда поезд был ещё очень далеко. Ему говорят: «Так не пойдёт».       — Арри... — позвал Гарри приглушённый голос Дженнифер. Повернувшись к ней он увидел, что она вонзила зубы в зефир и, судя по всему, сильно приклеилась к нему. Зефир, когда подтаивал от огня, становился невероятно нежным и вкусным лакомством, но и сильно липким. Дженнифер никак не могла научиться аккуратно его есть, и постоянно приклеивалась к палке то руками, то губами. Или зубами, как в этот раз.       — Повоги! Пока Гарри помогал ей освободиться от коварного зефира, Оливер продолжил свой рассказ театральным голосом:       — Едет второй поезд, мальчик отпрянул чуть ближе к поезду. Ему говорят: «Так тоже не пойдёт, давай ещё раз!» Вот едет третий поезд, а у мальчика застряла нога в рельсах, и его задавил состав. Теперь призрак мальчика приходит каждый день после дождя в полночь. Он гуляет по всему лагерю. С каждым словом Оливера, Марри всё теснее жалась к Алисе, а у той всё скептичнее выгибались дугой брови.       — Затем он проходит по центральной дороге, исчезает и потом появляется за воротами, — закончил Оливер, довольно осмотрев притихших одногруппников.       — Ну и чушь, — закатила глаза Алиса.       — Да? Расскажи-ка свою историю, раз такая умная! — всунул ей в руки фонарик Оливер, и она гордо, как певица микрофон, поднесла его к лицу.       — Легко, смотри не наделай в штанишки от страха.       — Пф! — фыркнул Оливер, взглядом ища поддержки у Теда, но тот только добродушно пожал плечами, помогая Тиффани отковырять от палки подтаявший зефир.       — Когда-то в лагерь приехали мальчик и девочка, — спокойно начала Алиса. — Мальчику очень полюбилась эта девочка. Всю смену он за ней ухаживал. А девочка унижала его и командовала им. Она говорит: «Прыгай!» — он прыгает. Говорит: «Танцуй» — он танцует. И вот настал конец смены. Мальчик думал, что девочка хоть сейчас скажет ему пару добрых слов, но она при всех дала ему пощёчину. Мальчику было очень стыдно: и от печали и даже злости он прожёг на земле след. Этот след до сих пор есть на центральной дороге, хотя её несколько раз засыпали песком и камнями. И теперь призрак этого мальчика иногда появляется, он идёт по центральной дороге, доходит до следа и появляется за забором.        — Вау! Вау! Вау! Вот это страшная история! И как же я теперь спать-то буду!  — издевательски произнёс Оливер. Смеясь, он еле успел увернуться от палки с зефиром.       — Честное слово, Оливер, я пожалуюсь мисс Фишер! Ты уже достал! — рассвирепела Алиса и попыталась ткнуть его палкой ещё раз, но долговязый мальчишка оказался быстрее. Дети рассказали ещё несколько страшилок, некоторые из которых были ужасно нелепыми и скорее смешными, чем пугающими. У Гарри под уютный треск костра, да стрёкот светлячков начали слипаться глаза, как Дженнифер вдруг попросила:       — Алиса, а расскажи ту историю про «Восток».       — «Восток»? — хитро посмотрела на неё Алиса и, мельком бросив взгляд на вожатых, ближе подвинулась к костру. Остальные дети поступили также.       — «Восток» — это заброшенный лагерь, находящийся рядом с нашим лагерем, — тихо начала Алиса, с Гарри весь сон как рукой сняло. Именно в этот лагерь хотела выбраться Дженнифер с остальными. Планировали они эту вылазку уже давно, но всё не осуществляли, отчего у Гарри появилась надежда, что они и вовсе бросили эту затею. Ему самому хоть было и интересно увидеть приведений, но теперь страх быть исключённым из лагеря преобладал над любопытством.       — Раньше этот лагерь процветал, и много детей приезжало в него каждое лето. Но потом стали происходить жуткие вещи. Пропадали дети, и даже один вожатый исчез. Сколько их не искали, никого так и не нашли. Только детские следы на земле возле следов странных копыт. Они были раздвоенные, как у оленя, только огромные, как у коровы или лошади! И их было не четыре, а только два. Словно дети натыкались на неизвестное чудище, оно хватало их и утаскивало в озеро, потому, что следы возле него резко обрывались. Дженнифер неотрывно смотрела на подсвеченное фонариком лицо Алисы. У неё, как и у остальных детей, глаза казались чёрными и бездонными. А чуть шипящий голос Алисы продолжал:       — В лагере стали появляться слухи, что возле лунного озера бродит оборотень и заманивает людей, после чего их пожирает, оставляя на берегу только печень. Директор лагеря не верил этим слухам и не хотел закрывать лагерь, но однажды ночью у него пропал сын. После долгих и тщетных поисков возле озера нашли маленький окровавленный кусочек плоти. Это была печень мальчика. Марри испуганно пискнула и прижалась к Терри. Тот задумчиво её приобнял.       — От горя директор лагеря повесился у себя в кабинете, а сам лагерь закрыли. Самое интересное то, что директор любил играть на пианино и те, кто ходил в этот лагерь… Уже после его закрытия, слышали музыку в здании, крики, шёпот и смех детей. Так же говорят, что оборотень, пожирающий людей и оставляющий печень, всё ещё выбирается из озера и бродит по лагерю в поисках жертвы. Многие слышат перед бурей как он воет. Она замолчала, в воздухе ощущалось напряжение. Гарри очнувшись, понял, что просидел в одной позе, не двигаясь, весь рассказ.       — Оборотень, это?.. — произнёс он, потягиваясь и с удовольствием разминая мышцы.       — Это существо, меняющее свой облик, — быстро пояснил Оливер.       — Днём человек, а в полнолуние волк, — добавил Тед. — У меня где-то лежал комикс про него. Если хочешь, потом дам почитать.       — А почему он оставляет печень? — спросила Дженнифер.       — Ну, не любит он печень, — пожала плечами Алиса. — Может вкус не нравится. Кто его знает? Дети ещё успели немного пошептаться перед тем как вернулись вожатые и погнали их спать, сославшись на очень позднее время.              — Отбой! Всем спать! Спокойной ночи! Дети зевая, заходили в домики. Гарри уже схватился за ручку двери, как его самого схватила маленькая цепкая рука.       — Гарри, сегодня, — шепнула ему Дженнифер и хотела уйти, но теперь её удержал Гарри.       — Что «сегодня»? — нахмурившись, спросил он.       — В «Восток» мы идём сегодня, — так же нахмурилась Дженнифер, словно удивляясь, как он может не понимать элементарных вещей.       — Серьёзно? В заброшенный лагерь? Сегодня?!       — Давай ещё раз и погромче, а то не все знают, — напряжённо произнесла Дженнифер, раздувая ноздри.       — Но Дженни, это безумие! Нас же выгонят из лагеря! — яростно зашептал Гарри, искоса смотря на провожающую остальных детей мисс Фишер.       — Если поймают, — дёрнула плечами Дженнифер.       — Но почему именно сегодня.       — Потому, что сегодня полнолу-у-уние! — страшно ответила она, хитро улыбнувшись.       — Тем более безумие…       — Короче, я тебя уговаривать не буду! Если надумаешь, приходи в три часа ночи к тотему, стоящему рядом с разветвлённой дорогой возле лазарета. Мы собираемся там. Сказав это, она быстро развернулась и умчалась прочь. Гарри ещё обескураженно половил ртом воздух и зашёл в домик. Он видел, что Оливер, Тед и Терри легли спать в одежде. Покачав головой, он разделся и быстро забрался в постель. Когда погас свет, он отвернулся от них на бок и сделал вид, что не слышит, как Тед шепнул Оливеру:       — Чёрт, он всё-таки не пойдёт. Ты выиграл. И короткий фырк Терри с уже набившей оскомину фразой:       — Что вы хотите, он всего лишь домашний ребёнок.              

***

              Стояла глубокая ночь, тихо слышался плеск озера и размеренное скрежетание светлячков, а Гарри всё никак не мог уснуть. Он ворочался с бока на бок, переворачивался то на спину, то на живот, но Морфей упорно не желал забирать его в своё царство снов. Повернувшись, наверно, уже в сотый раз к окну, он отметил, что нынешней ночью луна и правда полная, раз за окном всё так залито бледным светом. Сердце тревожно сжалось, и он ещё раз отвернулся от окна, укрывшись одеялом с головой.       Он твёрдо решил не впутываться в неприятности и остаться в постели, но тревога противной кошкой скребла когтями по его душе. Гарри не мог понять, чего он так переживает? Дженнифер точно не станет его дразнить за отказ выбираться в лес и не позволит этого делать другим. Хотя и Оливер с Тедом не такие плохие... Да и Терри, не смотря на первое впечатление, оказался нормальным мальчиком. Марри сама, скорее всего, откажется от этой затеи, как и разумная (порой не в меру) Алиса. Но всё же что-то не давало ему покоя, что-то…       Сердце бешено подпрыгнуло, когда он услышал скрип кроватей и тихие шорохи шагов. Немного возни, скрип двери и вновь давящая тишина, прерываемая нескончаемой песней светлячков и плеском волн. Гарри зажмурился и стал считать до десяти. Потом до двадцати. Потом до тридцати. До сорока… В какой-то момент ему стало казаться, что одеяло уютнее обволакивает его, а сам он словно проваливается в мягкий матрас. Шум волн стал сильнее, а в лицо подул лёгкий ветер, непонятно откуда взявшийся в домике.       Открыв глаза, Гарри обнаружил себя не в кровати, а стоящим посреди бескрайнего моря, казавшегося тёмным зеркалом с отражающимися в нём звёздами. Босые стопы явственно ощущали прохладную гладь воды, но Гарри без удивления отметил, что не проваливается вниз, как должно было бы быть. Посмотрев вверх он увидел только миллиарды звёзд и созвездий, невероятно ярких и красивых. Даже в походах они не были такими близкими и яркими.       Но звёзды в данный момент волновали его в последнею очередь, ведь на горизонте появилась уже знакомая огромная огненная птица. Он много раз видел её. И каждый раз, он отчего-то безумно желал, чтобы она близко подлетела к нему и одновременно ужасно боялся этого. Эта двойственность разрывала его. Птица как и прежде, приближалась всё ближе и ближе. Её отражение уже появилось в воде и теперь казалось, что к нему летят две птицы, одна над другой. Опустив взгляд, он с подпрыгнувшим сердцем увидел под водой лицо дяди Вернона. Дядя смотрел на него с яростью, его лицо покраснело и словно раздулось, губы безмолвно открывались, но Гарри хоть и не слышал, но знал, чувствовал, что они кричат: «Не вздумай, паршивец!» Дёрнувшись, как от удара, Гарри побежал прочь от отражения дяди и огненной птицы в противоположную сторону. Не пробежал он и половину пути, как море резко перестало держать его и мальчик, ухнув, резко провалился под толщу воды. Пижама моментально намокла до нитки и облепила тело. Голос дяди его просто оглушил, словно он орал ему прямо в уши: «Какого чёрта ты вытворяешь, парень?! Мы дали тебе еду, одежду и крышу над головой! Всё что ты должен делать — это вести себя тихо, СЛОВНО ТЕБЯ И ВОВСЕ НЕТ!» Последние слова зазвенели в голове. Со всех сторон стало повторяться ехидное «И вовсе нет!». Гарри грёб изо всех сил, пытаясь всплыть на поверхность, но его точно подводным течением утягивало всё ниже и ниже, на самое дно. На дно, в котором, он не сомневался, его поджидали подводные монстры, чтобы схватить и разорвать на части. И тогда его точно не станет.       Он выбился из сил и уже начал сдаваться, как его протянутую ладонь мягко, но твёрдо взяла тёплая рука и потянула вверх. Голос дяди Вернона остался позади. Плеск воды и вот Гарри промокший и продрогший, снова стоит на поверхности моря. Оглянувшись по сторонам в поисках спасителя, он заметил женскую фигуру, удаляющуюся от него в сторону огненной птицы. Из-за ослепляющего света птицы было трудно разобрать, но ему показалось, что у неё густые тёмно-рыжие волосы. Он хотел крикнуть ей предостережение, но яркое пламя уже поглотило её и теперь приближалось к нему.        «Будь готов» — только донёсся до него женский голос, как обжигающий свет опалил лицо.        Он проснулся, подскочил и отбросил одеяло. Пижама прилипла к спине, а сердце бешено колотилось, но по лунному свету, льющемуся в окно, Гарри понял, что всё ещё ночь. Сбросив окончательно с ног одеяло, он встал с кровати. Ему всё равно не уснуть, а если он и уснёт, то всю ночь будут сниться кошмары. Из-за чересчур плотного ужина, сладкого перед сном, множества страшилок, рассказанных у костра. И тревоги за друзей.       Ругнувшись на них, он быстро оделся и выбежал из домика. Оказавшегося впервые ночью на улице Гарри охватил страх, но он переборол порыв вернуться в дом, и со всех ног побежал по дороге к лазарету. Ему казалось, что страх со здравым смыслом хоть и гонятся за ним по пятам, но всё же остались за спиной. Добравшись до тотема с развилкой, о которой говорила Дженнифер, он никого не обнаружил. «Наверно уже ушли» — подумал он, оглядываясь по сторонам. Все спали, во всех окнах был выключен свет. Взглянув в сторону чёрного леса с кромешной темнотой меж деревьев, Гарри поёжился и невольно сделал шаг назад. «А вдруг они вовсе никуда не пошли, — похоже догнал его здравый смысл. — Ты сейчас, как дурак, попрёшься в лес, а они спокойненько похрапывают в кроватях!» Но Гарри покачал головой.       — Нет, они пошли, — тихо пробормотал он. Уже успев изучить характер Дженнифер, он знал, что своей упёртостью она превышает все допустимые нормы не то, что для девочки, а для человека в целом. И поэтому, если уж ей взбрело в голову пойти в заброшенный лагерь, чтоб пощекотать себе нервы — она пойдёт. Оливер, Тед и Терри тоже кротостью не отличаются.       — И к тому же, их не было в кроватях, — добавил он, на что внутренний голос ничего не ответил. Заметив медленно, но верно, приближающийся свет от фонариков ночных дежурных, Гарри быстро побежал по дороге к лесу. Чем выше и ближе вырисовывались деревья на горизонте, тем громче стучало сердце и назойливее советовал внутренний голос развернуться в сторону уютного деревянного домика, оставленного позади.       Забежав в тень деревьев, Гарри оказался почти в кромешной темноте. Свет луны еле пробивался сквозь густую листву деревьев. Только благодаря множественным походам Гарри не растерялся и уверенно пошёл по дороге в сторону заброшенного лагеря. Он знал в какой стороне тот находится, ведь почти каждый поход они шли мимо колючего забора, ограждающего дорогу от территории «Востока». И каждый раз вожатые строго настрого наказывали даже не думать совать туда нос.       Так же благодаря неустанным объяснением мисс Фишер он знал, что ночью лес не спит, и пока он пробирается всё дальше, над ним летают охотящиеся на мышей, змей и прочую мелкую дичь совы. Где-то вверху поёт соловей. И где-то бродит оборотень из рассказа Алисы. Тряхнув головой, Гарри прибавил шаг. «Это просто выдумки. Страшилки. Никакого оборотня нет. Как, впрочем, никаких оборотней не существует». «Но, вообще-то, твоя новая подруга является живым доказательством существования ведьм, — здраво заметил внутренний голос. — И как бы логично предположить, что если существуют ведьмы, то вполне могут существовать и оборотни. А также вампиры, зомби и прочая…»       — Допустим, — тихо сказал Гарри, отведя в сторону опасную острую ветку, норовящую ткнуть его в очки. — Но история про этого оборотня — просто сказка-страшилка для малых деток. Чтобы они боялись и не сбегали в заброшенный лагерь. Потому, что там опасно… Не из-за оборотня, а из-за старых досок, покрывающих пол, стены… И прочего старья, которое может обрушиться. «А эти рассказы о пропавших детях?»       — Просто выдумки… Или те дети точно так же выбирались, как Дженнифер, куда-нибудь в запретное место и проваливались в яму… Или в то же лунное озеро… Когда он дошёл до колючего забора с перекошенной старой табличкой «Осторожно, частная территория! Вход строго воспрещён!», его нервы были на пределе. Проволока уже местами порвалась, да и некоторые столбы, к которым она была привязана, покосились от времени, поэтому Гарри без особого труда отыскал лаз и пролез на другую сторону. Сглотнув ком в горле, он стал спускаться по склону. Спустившись и дойдя до порядком заросшей дороги, пошёл по ней к просвету меж деревьев.       Дойдя до очередного склона, его взор упал на озеро, блестевшее в свете луны. Оно было не таким большим, как озеро возле его лагеря, но казалось более вязким и заросшим тиной. Плакучие ивы склонились над ним у одного берега, толстые корни деревьев вились у другого. Безмятежно медленно покачивались камыши и квакали лягушки. «Обычное болото!» — фыркнул про себя Гарри и спустился с холма. Дойдя до берега, он смело заглянул в воду. Его бледное лицо практически светилось в свете луны, а огромные зелёные глаза испуганно смотрели прямо перед собой. Когда Гарри выдохнул и стал отходить от воды, послышался тихий плеск. Рывком обернувшись, он успел заметить какое-то движение в тени плакучих ив. И тут кто-то сильно схватило его за плечо. Крутанувшись, он едва не свалился в озеро, но Терри потянул его на себя.       — Куда ты?! Плавать, что ли захотел? — недоумённо вопросил он, и Гарри облегчённо выругался.       — Воу, полегче! Что за слова? — насмешливо прозвучал мальчишеский голос, и к ним подошёл Оливер. Гарри только удивлялся, почему не завопил, когда Терри схватил его за плечо. Вероятно потому, что от неожиданности воздух просто застрял у него в горле.        — Терри, на кой чёрт ты так хватаешь? У меня бы самой случился инфаркт, если бы я смотрела в воду, а меня бы так сцапали. Подошедшая к ним Дженнифер настойчиво оттеснила их от берега озера, со словами «нечего у края стоять». Немало удивившись Гарри заметил бледных Алису и Марри.       — Ну что, он всё-таки решился, так что я победил, — довольно произнёс Тед.       — Мы договаривались, если он сразу решится. А он пришёл сюда уже после нас — не считается, — покачал головой Оливер. Гарри подошёл к Дженнифер. Сейчас, на фоне остальных детей она уже не казалась такой бледной, как обычно.       — Ну и где этот самый лагерь? — как можно непринуждённее спросил он, засунув руки в карманы.       — Там, — указала она головой в сторону, и Гарри посмотрев туда, заметил виднеющуюся деревянную крышу среди деревьев. — Не боишься? — повернулась она к нему, лукаво улыбнувшись.       — Я пришёл сюда ночью. Один, — ухмыльнулся Гарри и пошёл вперёд. — Я уже по определению круче тебя. Дженнифер лишь криво усмехнулась и с остальными последовала за ним. Ей показалось что в озере произошло какое-то движение, но оглянувшись, она не увидела ничего подозрительного. «Моя цель — приведения. И я их найду!» — твердила она себе, осматривая окрестности. «Главное, самой не оказаться среди них» — насмешливо добавил внутренний голос.        Дети все ближе приближались к заброшенному зданию, а над водой, в тени ив, сверкнули два серебристых круглых глаза. На миг в свете луны мелькнула изогнутая чёрная шея, и существо скрылось в воде. Лишь пузырьки и подёрнувшаяся рябью поверхность озера говорили о том, что оно плавно проплыло под водой к берегу, на котором пару минут назад стоял Гарри.