Глава 1
16 сентября 2017 г., 14:08
В силу своей деятельности, Арсений Полтавцев мог засидеться за компьютером едва не до утра, если предстоял выходной. И сейчас сладко спал до полудня, совершенно ни о чем не заботясь. Но его приятному времяпровождению не суждено было продлиться долго — в дверь настойчиво позвонили.
Кое-как выбравшись из уютной кровати, молодой двадцатичетырехлетний парень натянул домашние шорты и поплелся открывать, потирая заспанные глаза.
Даже не глянув в глазок (охраняемый дом, видеонаблюдение, абы кого не пропустят), он отпер замок и распахнул тяжелую створку, уставившись на неожиданного гостя сонным взором. И очень удивился.
На пороге, с большой вместительной сумкой, стоял его давний друг детства, Димка Ерошихин, улыбаясь во все зубы.
— Привет! — радостно поздоровался парень и шагнул в квартиру, не особенно бережно плюхая баул на пол. Куда более аккуратно он пристроил на пуфике кофр с ноутбуком, после чего протянул ладонь для рукопожатия.
— Привет, — огорошено ответил Полтавцев, пожимая конечность. — Эээ… — больше он не смог ничего сказать, обозревая вещи и самого Ерошихина.
— У меня тут форс-мажор, — охотно объяснил Димка, начав разуваться. — Помнишь мою Лену? — Арсений кивнул. — Так вот, разошлись мы. А оплата за квартиру, за следующий месяц, аккурат сегодня. Она хочет снимать и дальше, а я свалил.
— Оу, то есть, ты… — Полтавцев сделал неопределенный жест рукой.
— Ну, да, прошусь пожить у тебя немного, пока не подберу другой вариант, — счастливо закивал Ерошихин и хлопнул друга по плечу. — К родителям не охота, мать всю плешь проест, ей Ленка уж очень нравилась.
— Все равно проест, когда узнает, — хмыкнул Арс и подцепил баул. — Не вопрос, вторая комната пустая, я в ней ничего не менял с твоего последнего визита. А чего разбежались-то? — он, кряхтя, потащил тяжеленную ношу в упомянутую комнату.
— Прошла любовь, завяли помидоры, — философски отозвался Димка, транспортируя ноутбук. — Мы столько ругались за последние два месяца, что уже дальше некуда. И решили, что все, пора в разные стороны. Точнее, она предложила, а я согласился.
— Может, она специально так сказала, дабы ты задумался о своем плохом поведении и начал исправляться, — мудро заметил Полтавцев, устанавливая баул на пол, возле шкафа. — Женщины, они такие, порой загадками изъясняются, как хочешь, так и догадывайся.
— Это верно, — не стал спорить Ерошихин, оглядывая свои временные пенаты. — О, новая картина! Красиво.
— На Аллейке купил, очень понравилась, — улыбнулся Арсений. — Ну, что, я умоюсь, поедим, потом вещи разберем?
— Ага, давай, — потер ладоши осчастливленный гость. — Жрать хочу, как бобик!
Отлучившись на несколько минут в ванную, Арсений вернулся к своему гостю.
Вместительная кухня, выраженная в вишнево-серебристых тонах, мгновенно оживилась двумя голодными товарищами, один из которых развил бурную деятельность по разогреванию готовых блюд и необременительной готовке свежих, а другой пристроился за кухонным столом, на уютном диванчике.
Арс запихнул в микроволновку вчерашние котлеты с картофельным пюре и принялся нарезать овощи и зелень на салат.
***
Ерошихина он знал с самого детства. Они жили в одном доме, ходили в один детский садик, затем школу и даже секцию айкидо. Сколько Арс себя помнил, с Димкой они дружили крепко. Еще в первом классе, когда учительница рассаживала малышню по какой-то своей схеме, Ерошихин капитально заупрямился и заявил, что его соседом будет Арсений, и точка. Никаких девчонок или других мальчишек он там не потерпит. Учительница пришла в негодование, устроила скандал и тут же наябедничала завучу и родителям Димки. И проиграла бой с треском. Завуч поджала губы и махнула рукой, предоставив детям и родителям самим решать этот вопрос, а Ерошихины живо объяснили молодой преподавательнице, что «…нечего ребенка ограничивать с первого дня, ребятки дружат, а вы мешаете! И что, что не с девочкой? Успеет еще с девочками!». На последней фразе отец Димки многозначительно усмехнулся, заставив училку поморщиться. Но протестовать та перестала. До самого выпускного они так и сидели вместе, хотя Ерошихин мог бы давно поменять место дислокации. Несмотря на неброскую внешность, парень умел обращать на себя внимание женской половины искрометным юмором и харизмой. Арсений, признанный красавчик всего класса, не торопился заводить себе личную жизнь. Он постоянно витал в облаках, что-то высчитывал, прикидывал, обдумывал, и оживлялся на нормальную беседу лишь в присутствии Димки, который таскал его за собой и не желал расставаться надолго. В смысле, больше чем на несколько часов, необходимых поспать или съездить к родственникам. Они даже уроки делали вместе. Полтавцев уверенно шел на золотую медаль. Учителя едва не молились на гениального мальчишку, получавшего высшие баллы на всех олимпиадах по физике и математике. Ничуть не менее любимыми предметами, для Арса, были химия и история, биология, а затем анатомия. Однако хоть он и остался равнодушным к географии, русскому и литературе, но неизменно учил материал, уже по выработанной привычке. Физкультура, пожалуй, могла основательно просесть в оценках, если бы шустрый Димка не втащил Арса в секцию айкидо. Благодаря тренировкам, на школьных занятиях физической культуры Полтавцев показывал весьма сносные результаты. Сам Ерошихин учился довольно средне. Особой усидчивостью не отличался, отвлекался на миллион других интересных дел, но в девятом классе Арсений взялся за него всерьез, чтобы тот не провалил переходной экзамен. Благодаря его же усилиям, Димка неплохо сдал ЕГЭ и набрал приличный балл для поступления в ВУЗ. На университетской стезе их дорожки разбежались. Полтавцев стремился в МГУ, его душа жаждала освоения тончайших компьютерных технологий. Димка поступил на лингвистический, но в тот же ВУЗ не попал, не хватило баллов. Пришлось выбрать другой. Из-за сильной учебной занятости, они стали видеться значительно реже, точнее, Арсений почти отгородился от окружающих своими учебниками, под недовольное бурчание друга, который вел совершенно обычную студенческую жизнь, раздолбайничая на парах и собирая мозги в кучку перед сессиями. Была у Полтавцева и еще одна причина, по которой он потихоньку старался свести общение к минимуму. Лет в шестнадцать он поймал себя на том, что жадно и с волнением разглядывает обнаженные мужские тела в секционной душевой. А дома, смакуя увиденные подробности, неожиданно возбудился. Испугаться юноша не успел. Его практичный, приспособленный к детальному анализу, ум тут же начал обрабатывать полученные сведения. Облазив определенные форумы и прочитав множество статей нужного содержания, Арсений пришел к выводу, что никак не является гетеро. Девушки его не привлекали, совершенно. Пожав плечами, Полтавцев поплелся к родителям и честно заявил о возникшей проблеме. Матери и отцу он доверял безгранично. Предки, узнав не особенно приятную новость, постарались успокоить и попросили не волноваться. Либо, мол, пройдет, какие твои годы, либо что-нибудь придумаешь с личной жизнью, ты же умный мальчик. Умный мальчик кивнул и с чистой совестью закинул перипетии своей ориентации на дальнюю полку, поскольку, пока тело не бунтовало в поисках партнера, можно было спокойно думать об учебе. Но уже через год пришлось расстаться с этой иллюзией. То, что Ерошихин волнует Арса, совершенно не как друг, стало ясно с первого же прикосновения. Димка просто приобнял Полтацева за талию, беседуя с кем-то из ребят-айкидошников, ладонь соскользнула на бедро…и Арсений пропал. Всю ночь ему снились мокрые сны с участием Димки, где Полтавцев горячо отдавался лучшему другу, шепча «люблю…». И испачканные трусы ранним утром, щеки, залитые румянцем стыда, отведенные глаза при встрече с объектом чувств… Секцию айкидо Полтавцев бросил, мотивируя подготовкой к выпускным экзаменам. Димка не протестовал, ему и самому приходилось пропускать тренировки из-за возросшей учебной нагрузки. Пожалуй, только поглощаемый тоннами гранит науки удержал Полтавцева от непоправимого шага — признания Димке. Они по-прежнему занимались вместе, учили, зубрили, разбирали, но физический контакт Арсений свел к нулю. Димка попросту ничего не заметил. За время студенческих лет юношеская влюбленность несколько поутихла. Ерошихин, отчаявшись вытащить друга куда-нибудь погулять, оставил его в покое и всецело погрузился в свою личную жизнь. Поменял несколько девушек, познакомился с Леной Никитиной и на последнем курсе начал делить с ней арендованное на двоих жилье. Полтавцев, курсе на третьем, неожиданно получил, по дарственной, квартиру от бабушки, которая, на восьмидесятом году жизни, решила переехать к одинокой двоюродной сестре в Минск, на свою историческую родину. И заявила, что ждет всех в гости, поскольку сама она в «…эту душную Москву ни ногой, ну ее до лясýна!» (к лешему — белор.). Последний раз Димка забегал в гости полгода назад, и Арсений осознал, что очень прочно держит себя в руках, в его присутствии. У него уже случались любовники, и на лучшего друга он реагировал с олимпийским спокойствием. Если бы не это обстоятельство, Полтавцев ни за какие коврижки не согласился бы сейчас на проживание источника гормонального буйства под боком. На данный момент у Арса имелся непостоянный любовник в виде Гоши Жунеева, работающего в соседнем, рекламном отделе. Гуляка и ловелас, тот менял парней, как галстуки, но когда Полтавцеву экстренно требовалась разрядка, всегда приходил на помощь и увозил к себе, где ночь напролет втрахивал в кровать, помогая избавиться от скопившегося напряжения.***
Арсений заправил салат и поставил на стол; выудил из микроволновки пюре с котлетами, нарезал хлеб и сыр. Димка следил за ним блестящими от удовольствия глазами. — Ты такой хозяйственный, аж завидно! — заявил он, втыкая вилку в толстенький бочок котлеты. — А меня Ленка избаловала, я только яичницу пожарить могу и пельмени отварить. — Так чего ж ты ушел тогда, неумеха? — фыркнул Арс, подцепляя немного салата из миски. — Думаешь, она намекала, чтоб остался? — задумчиво вопросил Ерошихин. — А вдруг да? — Не знаю, — честно ответил Димка. — Но больно легко отпустила, в таком случае. Еще и вещи помогла собрать и мирно пожелала всего хорошего. — Хмм… — Арсений поскреб щетину на подбородке. — Тогда, и впрямь, прошла любовь. Дима, усмехнувшись, взглянул на друга, который так спокойно отнесся к неожиданному визиту того, с кем не виделся полгода, и кто буквально с порога заявил, что будет у него кантоваться неопределенное время. За что Ерошихину и нравился Арс — тот всегда готов протянуть руку помощи в самый дурацкий момент жизни, когда все катится к черту в жо… под хвост. Собственно, именно так Димка мысленно и описывал возникшую ситуацию, состоящую из вечной ругани с Ленкой, отсутствия секса последние несколько недель, и неожиданный свой уход из квартиры, к которой, за столько времени житья с девушкой, уже привык. Но парень, в силу своей юморной натуры, старался на все смотреть оптимистично. К примеру, теперь он снова начнет больше времени проводить с Арсом-задротом, который дальше своего любимого компа порой в упор не видит. Вместе, возможно, будут ходить в качалку… Куда-то же Полтавцев бегает, мышечная масса даже на взгляд в полном порядке. Если честно, то Димка скучал по другу детства, с коим раньше, фактически, горшок делил. Арс, пусть и являлся катастрофическим зубрилой, обладал чутким характером и давал дельные советы в жизни, не единожды спасавшие. — И секс прошел, и готовка у нее свернулась до «сваргань сам себе что-нибудь», — передразнил голос бывшей пассии Димка, скривившись и зажевав очередной кусок сочной котлеты. — Боюсь, останься я с ней подольше, все бы закончилось ночевкой на коврике под дверью. Так что, — Ерошихин вскинул голову, внимательно уставившись на Арсения, — да, чувства угасли. Слышь, а ведь говорят, что любовь живет три года всего! Мы не дотянули до критического срока совсем немного. — Да ты и сам, я смотрю, не больно-то страдаешь, — улыбнулся Арсений. Он встал, чтобы налить чай и выложить в вазочку свежее печенье. — Ты работаешь там же? — уточнил он, выставляя на стол кружки и вазочку, взамен грязной посуды. — А то, — насытившийся Димка с довольным выдохом откинулся на спинку стула. — Меня вполне устраивает наша фирма. Ну, та, которая занимается разработками лингвистических софтов. Работка не пыльная, и знания языков не пропадают. Зря я, что ли, горбатился в ВУЗе, — довольно осклабился Ерошихин. — А ты? — Тоже ничего не менял, — пожал плечами Полтавцев. — Да и не поменяю. Айтишники не настолько нужны всем и каждому, чтобы разбрасываться обжитыми рабочими местами. Зарплата вполне, плюс я леваки делаю, мне хватает. Крутого начальства не вижу, мой непосредственный — нормальный мужик, мозги не сношает. Рай! — Как твой мозг еще не лопнул от сидения за компом? — усмехнулся Димка, задорно сверкнув темно-серыми глазами. — Никогда не понимал закидоны с прогами и кодами, — поморщился Ерошихин. — Ты хоть на улицу выходишь? Бледня бледнёй, — фыркнул парень. — Выхожу, — покладисто кивнул Полтавцев, обеими руками придерживая дымчато-прозрачную полулитровую кружку с чаем. — Когда надо до работы добраться, то есть, до метро доскакать, а потом из метро — еще пять минут, непосредственно до офиса. А помимо этого… На лоджию — считается? — он напустил на себя серьезный вид, но уголки губ подрагивали в улыбке. — О, да, великолепное проветривание! — закивал Дима, сложив губы уточкой. — Витамин «Д» так и шпарит по твоему тельцу. А как насчет девушки? Ты не сказал, ходишь ли на свидания. Я не буду мешать? — Какие девушки у такого задрота, как я? — заржал Арсений. — Они меня еще в школе забраковали! Это было совершеннейшей правдой. До того, как Полтавцев понял, по какую сторону радужных баррикад находится, он, как и все юноши, пытался встречаться с девушками. Имея привлекательную внешность, хороший рост и телосложение, закаленное секцией айкидо (а позже — тренажерным залом, с полпинка Ерошихина, естественно), он не волновался по поводу отсутствия женского внимания. Оно присутствовало и еще как!.. До поры, до времени. Арсений оказался настолько застенчивым и замкнутым, что понятия не имел, как подкатить и что сказать. Девушкам самим приходилось делать первый шаг. А за ним и второй, в виде приглашения на свидание — Полтавцев и тут нещадно тупил, ничего такого не предлагая. На свидании он не отличался разговорчивостью и предприимчивостью, полностью предоставляя своей пассии руководить и верховодить. Так что, прекрасный пол вынужден был самостоятельно решать, как данное свидание станет проистекать, более того — заполнять эфир общением так же приходилось им самим. А уж чтобы затащить красавицу в постель, даже речи не шло, Полтавцев отчаянно стеснялся. Это лишь спустя время он осознал, что банально не испытывал желания. — О, то есть мне не стоит беспокоиться, что я в неожиданный момент могу зайти к тебе в комнату и застать… эмм… в весьма пикантной ситуации? — подергал бровями Ерошихин. — Ты ж знаешь, я вваливаюсь без стука, когда меня подопрет что-нибудь спросить. — Разве что, застукаешь за дрочкой, — отмахнулся Арс. — Разрешаю пристроиться рядом, но не вздумай ломать кайф! — Вот уж, не переживай! — заржал Димка. — Я всеми руками «за», и готов поддержать коллективизацию данного процесса! — подмигнул он Арсу. Полтавцев немного странно покосился на него, но ничего не ответил.
