Слезы и воздержание

- Айрон, я закончил! – крикнул Дин из-под джипа. Возился с этим корытом с утра, а толку – чуть. - Неделя, говоришь? – старик подал руку охотнику, помогая выбраться из смотровой ямы. Мастерская Гаргада была не настолько богатой, чтобы позволить себе покупку подъемника, поэтому техобслуживание проводили по старинке – в квадратной, похожей на могилу, выемке в бетонном полу, по периметру которой Айрон установил что-то типа рождественской гирлянды для освещения. Мужики, работающие в мастерской, в яму лазить не любили – темно, душно и действительно похоже на последнее пристанище. Все, кроме Дина. Ему было наплевать. Когда-то он вернулся из ада и выкапывался из настоящей могилы, а вся его жизнь проходила в раскапывании чужих могил, иногда совсем свежих. Винчестер не боялся лика смерти, тем паче, что Смерть выглядит вовсе не отталкивающе. - Да. Я собираюсь кое-куда уехать, - подтвердил охотник, стирая масло с рук. - Чудной ты, парень. Каждый месяц куда-нибудь, да пропадаешь, - покачал головой старик. Ему нравился этот малый. Серьезный, трудолюбивый, а уж как с тачками управляется – словно колдует. Порой складывается ощущение, что стоит ему просто поговорить с машиной, и она уже перестает ерундить. Чувствуется в нем некая твердость и несгибаемая воля. Опасный малый. В разведку идти можно. А еще он умеет говорить «здравствуйте» по-русски и как русский – чисто. Говор у него сочинский, акает сильно. Откуда у него, американца в четвертом поколении, такой выговор – не рассказывает. Живет в отдалении от города в хороших хоромах – местные там подрабатывали на стройке – с каким-то парнем, братом вроде. Честный, но лжет много. Нонсенс, правда? А, тем не менее, в отношении Дина – реальность. Он вроде как прошлое скрывает, но по виду не скажешь, что темное. Хороший малый. - Я работаю на отдел секретных материалов ФБР и в каждой поездке убиваю монстров. И у меня есть напарница – агент Скалли, - ответил Дин и присосался к бутылке с водой. - Ладно, Малдер, - расхохотался Гаргад, - найдешь зеленых человечков, не забудь поделиться травой с другом! – старик развернулся и пошел к кассе. Он не заметил, что глаза его лучшего механика совершенно не смеются. Дин только с каким-то сожалением посмотрел в спину Айрону. Ну, конечно. Откуда ему знать, что монстры, которых показывают в телевизоре – настоящие. - Обязательно, только если потом согласишься проводить меня на Пандору, - решился-таки рассмеяться охотник. Старик повернулся и, шутливо погрозив ему пальцем, скрылся за дверями конторы. Дин нырнул в раздевалку и услышал, как за рядом шкафчиков переговариваются двое его коллег. - Она задолбала меня – «познакомь!» да «познакомь!». Красотка – пальчики оближешь! Подкатила ко мне такая и лепит: «Ты у Айрона работаешь?» Ну, я ей, да мол, у него. Думаю – подфартило мне! И тут она мне и говорит: «А ты знаешь парня на черной импале, такой блаандин? Пааазнакомь меня с ним!» - Это она про Дина что ль? – Эрик, молодой парнишка, двадцать четыре года. Только с горячей точки. - Да! – Майкл, двадцать восемь лет. Балбес, просто балбес. - Вот дура, блин, - хмыкнул Эрик. - Чего это она дура-то? – возмутился Майкл. Запал, видать, на эту фифу. Дин чувствовал себя странно, надо бы выйти, да показаться, а не подслушивать, но больно уж интересно, почему Эрик бабенку дурой назвал. - Да он же гей, - спокойно ответил Эрик. – Он с парнем живет за поворотом на Фладхед, прямо на берегу. Так что, передай этой телке, что она в пролете, - Дину показалось, что у него каждый волосок на коже дыбом встал, а кулаки нервно сжались так, что костяшки побелели. Если сейчас… хоть слово… - Пиздишь! – Майкл редко ругался. Очень редко. – Ты про черноволосого парня, он тут с ребенком в городе пару раз был? Это же брат его! - Дурень ты, - голос Эрика оставался таким же спокойным и рассудительным. - Это его любовник. А брат – тот, что ребенок, как раз. - Не может этого быть! – спорил Майкл. – Да ты обрати внимание, как он на баб смотрит!... - А ты обрати внимание, как он смотрит на него, - возразил Эрик. – Дин залип, очень сильно залип. Думаю, даже не просто залип. Там любовь, Мак. Так, что передай все-таки ей, что она в пролете. - С чего ты взял, что Дин так на него смотрит?! – Майкл спорил потому, что Дин был для него кем-то, типа кумира. Не раз давал советы по обольщению девушек, и они не раз срабатывали. – Чушь! - Послушай, тебе не кажется, что сплетничать о нем это как-то некрасиво? Мы с тобой, как две бабки тут языками трещим, а ведь это не наше дело с кем мужик спит, тебе не кажется? – вдруг сказал Эрик, а Дин мысленно возблагодарил его за такие мудрые мысли. – Да и вообще… я понимаю, ты бы про телку сплетничал. Ты сам-то не оголубел еще? – тут охотник не выдержал и прыснул. Парни затихли, потом в его сторону пошлепали шаги и из-за шкафчика выглянул Эрик. - Здорово, мужики, - поднял одну бровь Дин. – Чё трем? - Эээ, Дин!... – растерялся Майкл. – Ты… эээ… давно тут? - Если ты, - он спокойно прошел к своему шкафчику и открыл его, - интересуешься, сколько вашего нелепого мычания, - охотник скинул робу, лямки комбинезона и остался с голым торсом, - я слышал, то могу ответить, - Дин размял затекшую шею, - абсолютно все. - Дин, прости, - Эрик опустил голову. – Мы не имели права обсуждать твою личную жизнь. - Да ради Бога, - охотник усмехнулся, сел на скамью и стянул форму совсем. Потом встал и, поигрывая при ходьбе мышцами, подошел к раковине и вымыл руки. Парни только ошарашено смотрели. – Мне, - он снова сел, начал надевать джинсы с рваными коленями, - похуй, парни. Что вы обо мне думаете, что вы друг другу рассказываете… - Дин… - попытался перебить его Майкл, но охотник посмотрел на него уничижающим взглядом, от которого тот заткнулся и чуть не попятился назад. - Я что, по-твоему, закончил? Так вот, - он встал, натянул джинсы на талию, - мальчики. Предупредить вас хочу, - он натянул футболку и рубаху. – Я трахаю все, что шевелится. И если узнаю, что в городе – это к тебе относится Мак – хоть одна собака покажет пальцем на моего Каса – трахну, а потом живьем закопаю. А ты, - он повернулся к Эрику и потрепал его по голове, - башковитый пацан. Только запомни – не все, что видишь, надо озвучивать. Ферштейн? – прикрикнул он на них. - Прости, - твердо сказал Эрик. Майкл только головой покивал. Он как-то вдруг очень живо себе представил, что этот бугай его поимеет и ему поплохело. - Простил. Адьос, парни, - он махнул им рукой, словно и не угрожал им только что. Да и угрозами это сложно назвать – спокойно, так тихо, что едва слышно, мягко и вкрадчиво – как умеет только Дин Винчестер. Он и «солнышком» может назвать так, что ноги к полу прирастут. В зале охотника поймал Айрон и выдал ему зарплату за прошедшие три недели – тот сам попросил. Охотник сел в импалу, завелся. Посидел немного, прогревая двигатель, задумался о подслушанном разговоре. После выволочки, которую он устроил этим двоим, Эрик, Дин был уверен, больше болтать не станет. Он понятливый парень. А вот насчет Майкла сомнения росли с каждой минутой. Эрик не будет чесать языком по причинам моральных убеждений. Майкл на страхе – пока. «Вот дерьмо!» - раздраженно подумал охотник, дергая рычаг передачи. Пока он ехал домой, постоянно крутил в голове одну и ту же мысль – они прожили здесь почти год. Касу нравится Монтана, он просто не захочет переезжать. Однако, стоило поднять эту тему. Позже. - Кас, я дома! – крикнул он, разуваясь. В ответ тишина, ангел опять или у Сэма или в библиотеке. Дин повесил куртку в шкаф, прошел в холл, оттуда в кухню – пусто. Заглянул в библиотеку – пусто. Значит, у Сэма, блин… - Кас? – охотник сунул голову в детскую и увидел ангела, читающего книгу и Сэмми, который заснул, уткнувшись головой ему в бедро – наползался, наверное. Дин сделал два шага на цыпочках, потрепал ангела по кончику уха пальцем. – Эй, я дома, - очень тихо сказал он. - О, - Кас закрыл книгу и заложил ее закладкой, - я не слышал, как ты вернулся.. - Ты ничего не слышишь, когда читаешь, - Дин улыбнулся. – Давай-ка, крепыш, - он осторожно поднял Сэмми, так, чтобы он не проснулся, - положим тебя в кроватку. Когда ребенок, немного поворочавшись, мирно продолжил спать, мужчины вышли из детской, притворив дверь. Кас приподнялся и поцеловал охотника в уголок губ. - Выглядишь уставшим, - с беспокойством сказал ангел, утягивая любовника на кухню. Дин тяжело опустился на стул и прислонился спиной к стене, потер лоб, не зная, с чего начать. - Весь день с ровером возился, а толку чуть. Не хочет нормально работать, паскудник, - пожаловался он на работу. Джип его, и правда, вымотал. Охотник не привык, чтобы машина так рьяно сопротивлялась ремонту. – Ты с Бобби договорился? - Да, - не оборачиваясь, ответил ангел. – Только ты мне так и не сказал, куда мы едем. - Давай завтра? – попросил Дин. Его вымотала работа, и все это дерьмо с Майком навалилось. Жить им спокойно не дадут, как пить дать. Если по городу пойдут слухи, очень скоро отношения с жителями города у них сильно осложнятся. В Монтане не любят геев, как и в большинстве штатов. Это только на словах толерантность и равные права, реально к однополым парам относятся чуть лучше, чем Ку Клус Клан к черным. Хоть Дин и сказал весной, что при необходимости они могут уехать в Канаду, на деле он, само собой, туда не рвался. Другая страна, другая культура. Охота, опять же. Гражданство, в конце концов. Дину, который никогда не задумывался о таких вещах, казалось, что у него вот-вот лопнет голова. И, конечно, можно было бы свалить всю эту возню на бойфренда, но он чувствовал свою ответственность. Легко говорить: «В этой семье вставляю только я», нужно и действовать соответственно. Раз уж взялся быть главой семейства – тяни, хрена. - Выпьешь? – отвлек его Кас. На столе перед охотником уже стояла тарелка и приборы, он даже не заметил, что ангел накрывал на стол. Сколько он так просидел, уставившись в одну точку? Порой вся его возня, все попытки защитить дорогих людей были похожи на попытки дрочить, обожравшись предварительно виагры – бессмысленно и болезненно. И этим сравнением охотника пригибало к земле от ощущения беспомощности и бессилия. - Да, - Дин нехотя пододвинул к себе тарелку. Запах восхитительный, Кас снова чего-то кудесничал в свободное от Сэмми время. Откуда у него силы? Благодать? Чушь. Он помнил, как ангела размазало новостью от Иешуа о том, что Бог не намерен им помогать. Тогда ему хорошо досталось – Дин сам не раз на себе испытывал странности отцовской любви и привык за тридцать лет. Ангела же тогда едва ли не впервые предал единственный, кому он безоговорочно верил. Кассиэль тоже болел душой, но не сейчас. После блудницы – вообще никогда настолько сильно. - Вот, - изящная рука поставила стакан с виски. Дин поймал ее в свою мозолистую ладонь и притянул возлюбленного к себе, посадил на колени лицом к лицу. Несколько мгновений просто смотрел в глаза, а потом ткнулся лицом в грудь. – Дин, - заволновался ангел, - все в порядке? - Пока не знаю, Кас, - честно ответил Дин. – Муторно мне. - Я могу помочь? – спросил ангел, обхватывая его голову руками и слегка поглаживая, как маленького ребенка. Прижался губами к светлой макушке, торчащей ежиком. Волосы Дина пахли мастерской и машинным маслом. А Дин просто сидел, чувствуя на шее прикосновения прохладной кожи, пытался привести мысли в какой-то стройный ряд, но они разбегались в разные стороны, как муравьи. - Нет, ангел мой, - глубоко вздохнул охотник, поднимая взгляд. – Не переживай, просто расклеился от усталости слегка. Поем, выпью и пройдет. - Тогда ешь. И пей. Когда тебе плохо, мне тоже нехорошо, - Кас поднялся и слегка подтолкнул его за плечо к столу. Дин только вымученно улыбнулся и взялся за стакан с виски. Выпил, перекатывая на языке маслянистую терпкую жидкость, уронил ее в желудок, где она и вспыхнула пожаром. Обычно после этого у него почти сразу появлялся аппетит, но в этот раз стакан опустел, а голод так и не проснулся. - Принеси мне еще, - попросил он, протягивая стакан ангелу. Кас послушно ушел в библиотеку, а охотник вяло рассматривал лежащую в тарелке еду. Паста. Итальянская, приготовленная по всем правилам, с соусами, специями, белым мясом и прочей чепухней. Очень аппетитно. Но не сейчас. Ангел подал ему в руку стакан, на два пальца наполненный алкоголем, Дин почти залпом его выпил. Посидел, рассматривая тарелку. Если он сейчас не поест, ангел переполошится. Он не будет приставать с расспросами, пичкать его лекарствами – ха-ха, Дин уже и забыл, как они выглядят – и мыть мозги с порошком. Он будет ходить и крутить педали самому себе, размышляя, что же произошло с его любовником. А охотник не хотел, чтобы Кас волновался, поэтому взял в руки вилку и начал запихивать в себя спагетти, практически не чувствуя вкуса. – Спасибо, - сказал Дин, радуясь, что еда, наконец-то, закончилась. – Я в душ. Вещи собрал? - Да, на неделю, как ты и просил. - Документы собери – свои, мои, - охотник поднялся из-за стола и пошел наверх, по пути расстегивая манжеты и пуговицы рубахи. - Зачем? – удивился Кассиэль, но Дин ему не ответил, скрываясь за дверями спальни. Дин долго стоял под душем, сменяя холодную воду на горячую и обратно, но легче не становилось. Касси говорил, что вода универсальный растворитель. Она чувствует энергетику и впитывает ее в себя, и именно поэтому после душа лучше себя чувствуешь, бодрее, во всяком случае. Сейчас охотнику не помогала ни вода, ни алкоголь. На душе все равно было мерзопакостно, и не понять, что именно вызвало в нем эти эмоции. Хотя, это даже эмоциями не назовешь, просто постылая пустота и все, ничего не радует. Он вышел из ванны, долго тер себя полотенцем, задумавшись. Завтра Кас утром отнесет Сэмми к Бобби, а потом, когда вернется, они сядут в импалу и поедут по скоростной трассе в Мэн. Дин вдруг очнулся, вспомнив о кое-чем важном, вышел в комнату, встряхнул джинсы. Нашел. Слабо улыбнулся. «Хрен с ними со всеми!» - мелькнуло в голове, и мысль эта показалась чужой. Не своей. А ведь всего каких-то два года назад это был его извечный девиз на все времена. Хрен с ними, хоть потоп после меня. Дин накинул футболку и завалился в кровать ничком, пытаясь расслабить мышцы. Весь торс буквально заклинило, он никак не мог расправить плечи. Еще бы, блин. Весь день стоять вверх головой в яме. На бедра опустился вес, на шею легли прохладные ладони, вминаясь в них с силой, мускул отозвался болью. Ладони спустились к плечевым суставам, снова поднялись к шее, уже нежнее. Потом снова по трапеции вниз, с усилием, растягивая застоявшиеся жгуты. Дин прикрыл глаза и блаженно застонал. Кас это просто чудо. Всегда знает, что сделать, что сказать. Вот сейчас – откуда он знает, что не надо никаких слов? Сильная рука чуть приподняла его за челюсть, отодвигая подбородок вверх и освобождая доступ, пальцы прошлись от затылка по шейным позвонкам, словно разгоняя боль и усталость. Ладони сложились в замок и чуть придавили его к жесткому ортопедическому матрасу, вправляя позвоночник с негромким хрустом, потом спустились к пояснице, разминая косые и широчайшие. Охотник уже откровенно мурлыкал от удовольствия. - Лучше? – спросил его голос прямо над ухом. - Значительно, - еле слышно ответил охотник, не открывая глаз. - Так… - ладонь сложилась в кулак и проехалась костяшками вниз, - куда мы завтра едем? - В Мэн… - проболтался Дин, млея под сильными руками любовника. - А, - Кас обеими руками начал разминать массивный бицепс, - зачем? - Я тебе там покажу, - промямлил охотник. Ангел досадливо поморщился – слишком рано. Нужно было дождаться, пока Дин расслабится до состояния пластилина. – Тсс… больно… - Вот тут? – ангел провел по трицепсу пальцем, чуть прикасаясь. - Ага, - ладонь сразу же легла туда, неся в себе благодать. Боль моментально прошла под ее исцеляющими свойствами. - Ты связки потянул, довольно сильно, - Кас наклонился и поцеловал его в шею сзади, потом между лопаток и возле плеча. Из Винчестера вырвалось довольное мычание – спина, вся, была сплошной эрогенной зоной. Где не прикоснись, шея или талия – сразу начинал извиваться дугой. Особенно, если кожу прикусить. Но сейчас ангел добивался совсем не такого эффекта. Он играл на теле своего любовника, как пианист на рояле. Нажать сюда – застонет. Нажать здесь – закричит. Поцеловать тут – будет закусывать губы. Разные прикосновения играли разные мелодии. Сейчас же Кас хотел исполнить произведение «Расскажи мне все», но инструмент пока сопротивлялся. - Кас, - слабо вытолкнул из себя охотник, - не допрашивай меня, - ангел, надо сказать, удивился. Он словно все его намерения прочел. – Я знаю… - он снова застонал от приятных ощущений, - чего ты добиваешься. - И чего же? – хитро прошептал ему в шею ангел, скользнув руками по бокам, отчего глаза Дина чуть закатились в неге. - Сейчас ты меня доведешь до состояния тушенки и начнешь вытягивать все, что тебя интересует, - он шумно втянул воздух в грудь. – А я не хочу тебе ничего рассказывать. - Хорошо, - сдался Кас. – Я просто сделаю тебе массаж. Ты не против? – лукаво спросил он. - Не-а, - промычал охотник. Под уверенными руками бойфренда он очень быстро обмяк и уснул. Наутро, пока Кассиэль мотался к Сингеру, Дин закинул на заднее сиденье сумки, проверил боезапас, ловушки-талисманы-сигелы в доме – на всякий случай – запер дверь массивной связкой ключей и сел за руль. Чувствовал он себя не намного лучше, чем вчера, но сейчас готовился в путь и знал, что вот-вот сможет раствориться в дороге и тщательно все обдумать. Казалось бы, за рулем нужно следить за дорогой, однако у Дина мыслительный процесс всегда лучше шел именно во время вождения. Кас материализовался рядом, и охотник дернул рычаг коробки, выезжая на скоростной хайвэй. Мимо пролетали города и штаты. Штаты… интересная страна – родина Дина. То, что в одном штате считается противозаконным, и даже более - противоконституционым, в другом в порядке вещей. Эвтаназия, например, законна в Орегоне и Вашингтоне, а в Джорджии – запрещена под страхом смертной казни. Смертная казнь, опять же легализована в тридцати семи штатах из пятидесяти. То, что местные власти признают законным, по протестам недовольных, запрещается федеральными судами. Тот же Сан-Франциско, как оказалось… Дин скрипнул зубами. Почему нельзя дать людям жить так, как они хотят? Да потому – тут же ответил он сам себе – что всегда найдется тот, кому этот образ жизни будет не по нраву. Именно поэтому Дин сейчас так разбит. Именно поэтому они и едут в Мэн. - Смени меня, - попросил он Кассиэля на границе Мэна и Вермонта. Ехать оставалось всего ничего, но он устал, и плохо спал, отказываясь ночевать в мотеле. Приедут на место – выспится. - Куда мы едем? – только и поинтересовался ангел. - Белфаст, - коротко бросил Дин с заднего сиденья. Белфаст – типичный городок на побережье. Холодный, как и все в Мэне. Утонченный. Немного суровый, опять же, как и все города Мэна. Люди заняты своими делами. Им некогда лезть в чужую жизнь, а уж если залезли, имеют совесть не топтать грязными сапогами. Кас все еще не понимал, зачем Дину понадобилось сюда ехать, да еще и посреди зимы. Ветер с океана – промозглейший, выдувает всю душу до костей. Охотник сладко спал, когда импала въехала в город. Немного покрутившись, ангел понял, что без Дина не обойтись и разбудил его. Тот только буркнул из-под локтя, что ехать им нужно на Пёрл-Стрит, мотель Джуллет. Там, торопливо сообщив, что у них бронь, Дин утащил любовника в номер, раскидал на все поверхности одежду, пять минут поплескался в душе и завалился спать, велев ангелу никуда не выходить. Надо сказать, ангел был изумлен. Нет. Пользуясь сленгом охотника – он был очешуевлен. Мотель был очень комфортным, и номер явно подбирался недешевый. Дин, который на бытовой комфорт плевал с высокой колокольни, не стал бы просто так заморачиваться с местом жительства, если бы приехал сюда на охоту – а других причин Кас найти не мог. Поняв, что толку от Винчестера сейчас никакого – шутка ли, двое суток в дороге – ангел решил проигнорировать требование сидеть «на жопе ровно», если быть дословным, и ушел на побережье. Там он стоял часа четыре, наверное, терпеливо снося порывы сырого зимнего ветра Атлантики. Полы его черного тренча отчаянно трепало, и издалека он был похож на большую красивую птицу, раскинувшую крылья. Когда-то охотник спрашивал, какого цвета крылья у ангела, но Кассиэль не смог ему ответить. Крылья – ментальная проекция благодати. Они не материальны – почти. Их можно срезать, как ангел и предлагал Дину, когда его начали мучить адские кошмары. В принципе, Дин довольно точно описал процесс, только костей в них нет – скорее, что-то типа кристаллической сетки, тонкой, но очень прочной. Размер крыльев согласовывается с размером занимаемого весселя, поэтому, когда он раскрывает их в оболочке, они лишь в три раза превосходят рост. Истинный же размах крыла Кассиэля может накрыть Белфаст так, что ни один луч света не сможет дойти до земли. Налюбовавшись на зимний океан – Дин говорит, что его глаза такие, как море зимой – ангел переместился на кладбище Гров и полночи ходил там, среди старинных надгробий и склепов. Это унылое место, которого так боятся по ночам люди, отражало серое настроение Каса. Дин странно себя вел, не впервые, но в этот раз все было по-другому. Он словно принял какое-то решение и боится сказать об этом партнеру. Сердится, но в этот раз на что-то всеобъемлющее. Это не эгоистичный гнев обиженного ребенка. Это гнев человека, который понимает, что ему никогда не видать покоя. Утром, когда солнце лениво осветило могильные камни, Каса, который стоял напротив скульптуры ангела, увлеченно рассматривая работу мастера, окликнул смотритель. От неожиданности Кассиэль поступил как обычно – испарился с глаз, незримо наблюдая, как пожилой мужчина протирает глаза и ругает себя за лишнюю пинту. - Пошли, - Дин встает из-за стола, не доев завтрака. Ангел избаловал любовника своим мастерством на кухне, и, если на плохую еду тот еще был согласен – ну, чего не едали они с Сэмом в прежние времена – то от кофе, сваренного чужими руками, охотник презрительно отказывался. - Куда мы идем? – растерянно спросил Кас, но в ответ Дин только схватил его за руку и повел за собой. Шли они недолго, минут семь, не больше. Перед глазами Кассиэля выросло красное двухэтажное здание ратуши. Дин, ни на кого не обращая внимания, прошел в холл, что-то поискал глазами, кивнул каким-то своим мыслям и направился к лестнице на второй этаж. Он шел, не отпуская руки ангела, пока не остановился перед невзрачной дверью. - Ты любишь меня? – попер он в лоб. - Конечно… - ангел смутился – вокруг стояли люди, а говорил Дин, не скрывая слов. - Это твой последний шанс соскочить, Кассиэль, - Кас непонимающе смотрел на него. Полным именем Дин его называл, когда волновался, нервничал, а сейчас охотник просто трясся от напряжения. - Дин, успокойся… с чего такие вопросы? - Значит, решено, - ответил охотник и толкнул дверь, заходя в помещения и утягивая ангела за собой. В кабинете их встретила женщина лет сорока приятной внешности. Посмотрела на них с теплом. - Вы хотите лицензию? – улыбаясь, спросила женщина. - Да, - твердо ответил Дин. – Можно без «болезней и здравия», и прочей лабуды. Просто зарегистрируйте нас, и мы пойдем, - ангел вдруг дернул его за рукав. – Чего? Документы давай. - Винчестер, мы что сейчас, женимся что ли? – Кас смотрел на него глазами, размером с блюдце. - Да. И ты берешь мою фамилию, - он достал из кармана какой-то маленький предмет, вытащил из рук ошарашенного бойфренда файл с документами, передал его женщине. Она постучала по клавиатуре, вывела данные на экран. - Простите, вы собираетесь и дальше проживать в Монтане? – вдруг огорчилась она. - Я знаю, что там наш брак незаконен. - Мне жаль, - с сожалением посмотрела она на парней. - Да, мэм. Мне тоже, – рублеными фразами отвечал Дин. Кас просто оторопело переводил глаза с нее на любовника. - Ваш партнер, как я поняла, регистрируется под вашей фамилией? - Да. Я знаю о смене документов, - снова опередил он. Дин знал все это дерьмо, знал не хуже нее. Потому, что перерыл туеву хучу документов и законодательных данных. Браки признаются в шести – шести! – штатах из пятидесяти. Только Мэн и Вермонт позволяет гей-парам усыновление и смену фамилии. В остальных предлагается этакий урезанный обрубок брака – без фамилии. Без детей. Без прав наследования. И называется это партнерский союз. Ха-ха два раза! - Ну, что ж, брачующиеся… - она увидела глаза Дина и осеклась. – Я составила лицензию о регистрации, мистер Винчестер и мистер Винчестер. Можете обменяться кольцами. Дин раскрыл кулак, в котором держал маленький футляр и достал из него два кольца. Одно более массивное – его он напялил на свой левый безымянный палец, потом снял с руки ангела свой подарок и надел другое – тоже платина, но шире. На внутреннем ободке была выгравирована дата – 4 декабря и его инициалы. Потом смущенно уставился на свои ботинки. - Спасибо, - буркнул он женщине, забрал у нее документы, схватил безмолвного бойфренда – теперь уже мужа – за руку и увел его из кабинета. За все пребывание Кас вымолвил только короткое «да». На улице, прямо на крыльце администрации, охотник привлек к себе возлюбленного и припал к его губам долгим поцелуем. Несколько человек – пятеро или шестеро – шумно зааплодировали им. Кас чувствовал себя не очень уютно. Дин никогда не выражал своих чувств настолько открыто, всегда предпочитал уединение – ну, исключая те случаи, когда не хотел продемонстрировать их отношения кому-то третьему. - Я люблю тебя, - сказал он, когда они отошли. Кас только улыбнулся и спрятал глаза. – Но у меня есть еще кое-что. Думаю, тебе не понравится эта новость. - Что-то еще более неожиданное, чем свадьба? – поднял бровь ангел. - Нам придется уехать из Монтаны, Кас, - твердо сказал он. Новость действительно не обрадовала Каса. Он любил тот дом. Он сам его построил, черт возьми! - Что? Почему? – нахмурился он. - Потому, что я так сказал? – слегка раздраженно бросил Дин. Потом подумал, скривился, как от боли. – В Монтане не просто не легализированы однополые браки. Этот штат конституционно признал незаконными любые однополые союзы, чем бы они ни являлись. У нас могут отобрать Сэма, Кас, - добил его охотник. От этих слов лицо ангела несколько раз сменило выражение и цвет, от бледного до смертельно бледного. - Сколько времени у нас есть? – тихо спросил ангел. - До лета. Возможно меньше. О нас уже знают в городе, - так же тихо, виноватым голосом ответил Дин. - Откуда? Мы были так осторожны! - Я спалился, Кас. Прости меня. Ребята из гаража – Эрик, конкретно – заметил, что я к тебе отношусь не по-братски. - Понял… я займусь поиском нового дома, как только мы вернемся. Правда, придется достраивать его уже после переезда, - задумался ангел. - Мы можем пока арендовать жилье. Я предупрежу Бобби, что на время завязываю с охотой и найду работу. Выберемся. - Нет нужды. Я вполне обеспечен, Дин. Тех средств, что остались от продажи «Книги Дагона», хватит, чтобы приобрести половину Монтаны со всеми ее политиками и их потрохами! – разозлился ангел. Люди… как они любят усложнять жизнь тем, кто счастлив!!! И одновременно Кас ругал себя за недальновидность. У него ведь была мысль поселиться в Мэне, и даже было предложение о покупке двух гектаров на берегу озера Лонг. Но он отказался из-за тех событий в Преск Айл… тогда он даже представить не мог, что Дин, бродяга, не имеющий дома и не думающий о семье, решит оформить их отношения во что-то официальное. – Не переживай, Дин, - ангел прижался к нему. – Ты не виноват, что не мог скрывать своих чувств ко мне. Тем более, сколько бы мы еще так прожили? Рано или поздно все равно начались бы вопросы, почему мы не женимся, почему не встречаемся с женщинами. Лучше рано, чем поздно. Сэмми не успел еще толком и узнать того места. - Спасибо, Кас, - он сокрушенно покачал головой. – Я постоянно влезаю в какое-нибудь дерьмо. - Покой нам только снится, - рассмеялся Кассиэль. – И чем мы теперь будем заниматься оставшиеся четыре дня? - Трахаться, - ответил Дин со своей детской непосредственностью. – Как кролики. Меня уже основательно подзадолбал рев Сэма по поводу и без повода. Я, блин, тебя даже разложить нормально не могу. - Да ты Казанова, Дин, - саркастично воздел очи ангел. - Нуачо, молодожены мы или нет? – и ангел согласился, что да. Имеет право. - Унеси нас домой, - шепнул охотник на ухо Касу. Насчет машины и вещей он говорил уже у них в спальне в Монтане. Они четверо суток практически не отрывались друг от друга, прерывая свою любовь только на прием пищи и душ. Неплохо было вспомнить, как это, когда в доме нет ребенка. Ангел не выговаривал любовнику за то, что тот любит ходить голым по дому, а под сексуальные игрища пошли все места, что до появления Сэма опробоваться не успели. В город не ездили – там им нечего делать. Старались привлекать как можно меньше внимания. Просто любили друг друга, сидя рядом за каким-нибудь фильмом, который не успели посмотреть. Гуляли на берег Фладхед. Прощались с этим местом. Кассиэль как-то сразу заставил себя отказаться от этих стен. Дин сказал, что им придется уехать, и Кас согласился бы независимо от причин. Пока охотник спал, вымотанный секс-марафоном, ангел выискивал в электронной почте адрес риэлтерского агентства, которое предлагало ему землю прошлой осенью. Нашел. Иногда, подумал он в ту минуту, когда узнал, что земля еще на продаже, неплохо жить в стране с экономическим кризисом. Кассиэль решил не заморачиваться, и использовать для строительства чертежи первого дома, с некоторыми дополнениям. Рубильник генератора, например, установить не только в спальне, нанести на стены антиангельскую защиту «Аль Азиф». Когда ангел вернулся из Чертогов, Бальтазар сделал ему щедрый подарок – кость прямого потомка Авраама, которая могла защитить от взора престола, даже самого Кассиэля. К концу недели и проект, и чертеж были готовы, и Кас вместе с Дином перенеслись в Белфаст. Дин погнал машину домой, а ангел отправился в Синклер, договариваться со строительной бригадой. - Береги себя, - ангел поцеловал Дина в уголок губ, прощаясь. - Ты тоже, - улыбнулся охотник. - Бобби там какое-то дело нашел, но ты же, вроде, Айрону обещал вернуться к десятому числу? - К черту Айрона, - Дин опустил голову, - боюсь, если услышу там шушуканье за спиной, сломаю кому-нибудь несколько костей. - Не нужно так, - свел неодобрительно брови Кас. – Ты ведь еще не знаешь, как эти двое себя поведут. - Я знаю людей, ангел мой. Этого достаточно, - Дин помолчал немного. – Ладно, я поехал. Через пару мгновений ангел исчез с легким трепетом крыльев, а охотник сел за руль импалы и поехал в Монтану. Туда, где всем интересно с кем ты спишь, и все считают, что это их гребаное дело.