Копьем, искрами и страстью

Ночь была тихая и даже подозрительно спокойная. Умолкли сверчки, стих ветер, из ревущих порывов превратившись в легкий, едва слышимый свист в ушах. На небе были ярко горящие из-за светлой луны облака, и они, закрывая ночное светило, погружали долину Великанов в непроглядную тьму. Видно было лишь тусклый масляной фонарь, стоящий между ног правящего повозкой старика в большой соломенной шляпе, мерцающие где-то вдали огни Паксиса и редкие огоньки мелких деревень, то и дело появляющихся недалеко от дороги, казалось бы, из ниоткуда, подобно водяным каплям на запотевшем стекле. Люди ехали в тишине. Ника почти сразу уснула, и Клио не стала ее будить, так как это было абсолютно лишним, да и отдохнуть волшебнице хоть немного стоило. Сама же рыжеволосая за прошедший день хорошо выспалась, и сейчас раз за разом повторяла одно и то же почти механическое действие — проводила точильным камнем по острию копья. Звон и скрежет металла ощутимо врезались в ночную тишину, и кучер несколько раз делал замечание Клио, но та, казалось, его не слушала и продолжала заниматься своим делом. — Я не ручаюсь, что так они не нападут, — вздыхал старик. — Вот и замечательно. Меньше бандитов — меньше мерзавцев на земле. В ответ на это хозяин повозки мог лишь измученно вздыхать. Эта затея изначально была опасна, и все это прекрасно понимали, как понимали и то, что для скрытности стоило бы также погасить и фонарь, однако ехать без него в такой темноте было невозможно. — Вот мы же здесь, как светлячок посреди океана, — пробубнила Клио, жалуясь сама себе. — Хищный светлячок, у которого жрала звенят от голода, — язвительно сказал старик, кивнув на копье, которое точила рыжеволосая. — Так даже интереснее, — ухмыльнулась девушка. — А толку, если все равно жук? Вздыхая, старик лишь постоянно пожимал плечами. — Ничего-то ты не знаешь, старый. А говорят что вы, старики, все мудрые, — ехидно подметила Клио, наклонившись к кучеру. Тот в ответ лишь вновь пожал плечами. — Ну, и черт с тобой. Она вновь уселась в повозке, то глядя на мирно спящих рядом Оригена и Нику, то вглядываясь в тьму вокруг. Ничего, однако, не было видно, и постепенно от такой монотонной, скучной темноты вокруг девушка начала медленно закрывать глаза. Она боролась поначалу, но веки ее буквально гудели, так и желая закрыться, и постепенно Клио начинала сдаваться. Она уже почти закрыла глаза, когда уловила в темноте позади повозки слабо забрезживший огонек где-то вдалеке. Клио мгновенно встрепенулась, схватив рукой копье и вглядываясь в темноту, но никак не могла разглядеть, что именно за огонек это был. Казалось, будто это скачет всадник с фонарем, однако огонек не скакал и почти не дрожал, лишь постепенно приближаясь к едущей по ночной дороге повозке. — За нами хвост, дергай лошадь! — взволнованно прикрикнула Клио и стала трясти сонную Нику за плечо, отчего та медленно, но верно просыпалась. Старик обернулся, прищурив глаза и пытаясь рассмотреть огонек. — Сядь, девка. Это не человек, — махнул рукой он и совершенно спокойно стал и дальше глядеть вперед, управляя лошадью. — В смысле? — Рыжеволосая опешила. Ника в этот момент, уже проснувшись, держалась пальцами за ее рукав и смотрела то на напарницу, то на старика. — В коромысле. Это душа великана, сиди спокойно. Заблудилась, видать. Клио не поняла, что имел в виду старик, но послушно села на место, все еще не отпуская копье и пристально глядя на приближающийся огонек. Ника, сперва встревоженная, услышав, что все нормально, снова начинала клевать носом, не отпуская рукав напарницы. Огонек становился все больше и ярче, приближаясь к движущейся повозке, пока, наконец, не стали различимы контуры массивной, под два с половиной метра роста фигуры человека. Все его прозрачное тело слабо светилось, а в груди его пылал огонь, из-за чего издалека и не было понятно, что это такое. Человек, если можно его так назвать, был бородатым, а длинные волосы, украшающие узкий лоб, были сплетены в множество косичек, собранных большими бусинами. Фантом был мягко-оранжевым, но почему-то Клио, глядя на него, понимала, что у этого великана были темные волосы, а бусины в волосах были разноцветными, словно из цветного стекла. Большими, с виду тяжелыми, но невесомыми на самом деле шагами великан прошагал мимо повозки в сторону города и, обогнав ее на добрых полкилометра, испарился в воздухе, будто его и не было. Клио проводила его взглядом, затаив дыхание, а когда вновь повернула голову в сторону, откуда он пришел, то замерла от шока. Десятки и сотни разноцветных огоньков, обрамленных тусклыми фигурами гигантских людей, шагали за своим призрачным командиром, которого поначалу испугалась Клио. Все великаны были разными: бородатыми и нет, выше и ниже, тощие и полные. Все их души были разных цветов, от зеленого до фиолетового, от могильно-синего до жгуче-красного. Когда они один за другим начали проходить мимо повозки, обгоняя ее, земля вокруг, деревья и высокая трава стали видны так же хорошо, как днем. Свет давно умерших, но так и не нашедших покоя великанов ярко освещал дорогу одинокой повозке, и, если где-то в рощах и прятались бандиты, слепил их, загоняя обратно в темноту и мрак. Из-за яркого света вновь проснулась Ника, и, часто моргая глазами, прижалась всем телом к рыцарю, немного испуганно глядя на великанов вокруг. Клио же смотрела завороженно, с восхищением, и улыбкой ее в этот момент можно было бы кого-нибудь ослепить, как и всем видом девушки. Такое она точно видела впервые. — От-то черт их знает, чего они… — прокряхтел старик, держа поводья. — Обычно там одного увидишь, двоих, а тут прям целая орава, да… — Такое редко бывает? — тихо спросила Ника из-за спины напарницы. — Я сколько живу — ни разу столько не видал сразу. Одного-два, да, но так вот… Внимание волшебницы привлекло странное голубоватое свечение в повозке. Опустив взгляд, она увидела Оригена, чьи глаза засветились загробным голубым светом, как тогда в мельнице. Ахнув, Ника положила руку на крышу башенки, легонько пошлепывая: — Нельзя, плохая башня! — А? — Клио странно посмотрела на подругу, а та в ответ лишь неловко улыбнулась, ничего не ответив. Последние великаны, замыкающие процессию, шли с огромными гарпунами в руках, и светились все поголовно красноватым светом. Но вот наконец прошли и они, и постепенно свет, заливавший дорогу и слепящий глаза, вновь погас, оставляя одинокую повозку наедине с тьмой. Вдруг снова стало слишком тихо. Ника от пережитых впечатлений не могла уснуть пару минут, а затем вновь начала клевать носом, уткнувшись в плечо Клио. Для рыжеволосой она была, словно котенок, и ей было жаль прогонять ее, поэтому рыцарь и не сопротивлялась этому, особенно учитывая все то, что юная волшебница сегодня пережила. Откинувшись назад, Клио облокотилась о борт повозки, постепенно закрывая тяжелые веки. Где-то на востоке начинала светлеть тонкая полоса горизонта, и небо из черного превращалось в темно-синее, окружившее маленький красный кусочек солнца. *** Он не совсем понимал, как до сих пор остался жив. Евгений воочию увидел тот ужас, который творится в этом странном, непонятном ему мире, и решил, что это действительно огромная удача для него - прожить здесь так долго. Размышлял он об этом, правда, лежа в мокрой траве, которой поросла неглубокая канава посреди поля. Парень пустым взглядом уставился в светлеющее небо, пытаясь переварить ту информацию, которую усвоил для себя за прошедшие дни. Что произошло? Он умер. Теперь он точно мог вспомнить тот факт, что он умер. И умер глупо — упал с лестницы и ударился виском об перила. От этих мыслей рука у него невольно потянулась к голове, но пальцы не нащупали ничего — парень был жив, цел и не совсем орел. С его характером скорее голубь. Медленно поднявшись в полный рост, он огляделся вокруг. Его окружали поля, высокая трава, колышущаяся от легкого ветра. Вдалеке виднелась роща на холме, в которой он прятался. Парень прикрыл глаза, глубоко вдыхая носом прохладный утренний воздух, а затем с ужасом открыл их. Монстры ведь, как показала практика, могут быть где угодно. Тем не менее, все выглядело более чем спокойно. Выдох. Плана у него не было изначально. Да и о каком плане могла идти речь в случае случайного нахождения в другом мире? Опираясь на книги, ему стоило найти какой-то сверкающий меч и всех спасти, но, честно говоря, люди из башни с этим справляются лучше него. План мог быть только один — цепляться за жизнь, пока не отсохнут пальцы, а когда отсохнут — зубами держаться. Посмотрев в сторону восходящего солнца, Евгений попытался припомнить, откуда он пришел и где была “большая” дорога. Туда он и пошел. Задумка была проста: средневековый авто… повозкостоп. *** — Пом-доби дом, пурум-пум-пум, пр-р-рум пудум пум пум… Старик, казалось, нисколько не устал за ночь и в бодром расположении духа бубнил в свои седые усы незамысловатую мелодию. Солнце светило ему в один глаз, и от этого он щурился, но все же пел этот легкий, радостный гимн утреннего солнца. Первой проснулась Ника, причем непонятно, отчего именно — от песни или высоко стоявшего солнца. Яркие лучи светили ей прямо в глаза, а вот голова спящей Клио оставалась пока в тени какого-то толстого мешка. — Разбудите же… — шикнула Ника напевающему старику, но тот и внимания на нее не обратил. — Пожалуйста!.. Нике, видимо, было невдомек, что несмотря на то, что рыцарь спала весьма чутко, научившись быть готовой к опасности в любой момент, тем не менее сейчас дрыхла, как убитая. Разбудить ее мог разве что кирпич, упавший на голову, но вокруг были только мешки, ящики да низенькие деревянные домики, рассыпанные у дороги. — Ох-хо, да и чего ее бы не будить? Паксис уже совсем близко, скоро приедем, — наконец, спустя добрые пару минут, вздохнул усатый старик. — Ну, вроде обошлось, да и слава богам, тьфу-тьфу. Ника, прикрыв рот ладошкой, с удовольствием зевнула и потерла пальцами заспанные глаза. За ночь в неудобной повозке ее кудрявые темные волосы спутались и местами торчали даже сильнее, чем у Клио. Впрочем, посмотрев на то, что у напарницы произошло с волосами за ночь, Ника поняла, что это не так. Волшебница натянула шляпу, благодаря чему ей не пришлось больше щуриться от солнца, и, сев поудобнее, оглянулась. Паксис и правда был совсем близко, уже можно было детально разглядеть среди прочих домов высокие живые башни, коими город был просто усеян. Чем ближе путники подбирались к городу, тем больше вокруг было домов, фруктовых садов. Больше было и людей вокруг — сразу было понятно, что несмотря на активность неуловимых разбойников, жизнь в городе шла своим чередом, и страхом перед опасностью были охвачены в основном отдаленные деревни. Немного поодаль виднелась широкая река. Она не была такой широкой всегда — ее берега искусственно увеличили, а дно углубили, чтобы по ней могли пройти корабли. Один такой, небольшой торговый кеч с косыми красными парусами, медленно шел против течения — на обоих берегах его толстыми веревками тянули вперед быки. — А что это было ночью? — Ника подсела поближе к облучку. — Мхм-хм… То были души великанов, которые когда-то тут жили, — задумчиво протянул в ответ старик, поглаживая подбородок пальцем. — Здесь жили великаны?! В смысле, настоящие?! — воскликнула Ника, буквально подскочив на месте, но тут же зажала рот обеими руками и оглянулась на Клио. Та спала. — Расскажете? Мужчина, всю ночь просидевший на облучке с поводьями в руках, усмехнулся, заметив, как загорелись глаза Ники в предвкушении интересной истории. Точно так же они когда-то горели всякий раз, когда ее дядя возвращался из далеких земель. — Ну… там и рассказывать особо нечего, но… — Старик закашлял и сплюнул на дорогу. — Значит, слушай... Когда-то давным-давно, еще когда не было людей ни в Эстории, ни где-либо еще… в далекие-далекие времена, когда мир по ночам не горел от лампад, а днем не курились сотни и тысячи печных труб… в те времена в этой долине жили могучие великаны. То был славный народ: крепкие телом и духом, они пили маковое молоко и вместе любовались на звезды по ночам, а те сияли им в ответ холодным, далеким светом. Никогда великаны и не воевали — еды было вдоволь, земли хватило бы каждому из них на целое царство, а женщины их никому не принадлежали. В общем, то был славный народ. Они жили в мире и спокойствии долгие-долгие века. Огня и магии они сторонились, боялись, как самого жуткого зла, и по заветам предков жили без тепла пламени, согреваясь под солнцем, и без колдовства, дабы не навлечь на себя беду по незнанию. Но однажды… однажды родилась девочка, непохожая на других. Она была хилой, слабой и маленькой, но мать ее унесла ее в горы, защитив от всего мира. И девочка выжила. Она росла, крепла, и хоть и была в два раза ниже любого из самых низких великанов, была дьявольски красива и умна. Черные, кудрявые волосы, словно крона загробного древа, украшали ее маленькую голову, а бледная кожа была сияющей корой этого древа. Девочка эта, первая из людей, была наречена Авророй. От нее, родившейся в этой самой долине, начался род человеческий. Она стала первой богиней Эсторийского пантеона. Она же подарила своим детям — Эстории, Вазантию, Кравию и Санон — свое самое большое сокровище — силу пламени, подчиняющегося ей, словно змея укротителю. От них, от двух братьев и двух сестер, появились самые древние цивилизации — Эсторийцы, Вазанты, Красны и Сарёнцы. Люди, завладевшие пламенем, пугали великанов. Их число, их сила, доблесть и отвага поставили первых владетелей Атеи на колени. Шли годы, опадали и вырастали листья, рождались дети… а великаны вскоре остались лишь легендой долины Паксис. Ника выглядела разочарованной. Она услышала явно не то, что ожидала услышать про великанов. — Но… зачем люди убили их? Старик пожал плечами, вздохнув. — Как и всегда — убили и убили. Друг-враг, смерть-мрак. Просто-напросто великаны оказались слабее. Они боялись пламени и волшебства, а люди подчинили и то, и другое. Эт ты и сама знаешь, девочка. — Я все равно не понимаю… Это же… неправда, верно? Это ведь легенда, сказка, вы же сами сказали, — с надеждой спросила волшебница. — Кто знает, — снова протянул старик задумчиво. — А души их и по сей день тут. Вот уж думай, как хочешь. — Да, да… — раздался позади голос Клио. Она громко зевнула, потянувшись. — Люди опять плохие, опять все сломали люди. И что бы стало с великанами без магии, без огня? Вы серьезно думаете, что все так радужно было, не было ни гоблинов, ни орков каких-нибудь, ни нечисти? Везде бабочки да цветочки были, так? — Я этого не говорил, — прокряхтел старик. — Вот и не говори, о чем не знаешь, старый, — буркнула Клио и уселась, положив голову на борт повозки и со скучающим видом глядя на все плотнее собирающиеся вокруг дома, между которых иногда взмывались к небу каменные башни. — Клио, невежливо! — шикнула Ника, дернув рыцаря за рукав, но та в ответ лишь утомленно вздохнула. — Проявила бы уважение, они нас спасли… — Это мы их спасли, — буркнула напоследок Клио, перед тем, как телега вдруг резко остановилась. Они стояли перед двумя низкими толстыми башнями, больше походивших на сторожевые будки. Из одной из будок вышел человек в кирасе и коринфском шлеме с зеленым гребнем. На поясе у него красовался изогнутый меч фальката без ножен. За спиной до самой земли опускался зеленый плащ на двух железных креплениях и цепочке между ними. — Стой! Досмотр груза, приказ архонта. — Солдат выставил вперед ладонь, приказывая остановиться, но это вышло довольно неловко, учитывая, что телега и так стояла на месте. — Кхм… что в телеге? — Глина, благовония и два служащих Департамента, — улыбнулся старичок на облучке. Солдат, сняв шлем с головы, заглянул в повозку. Увидев Нику и Клио, а также их галстуки и Оригена, он отошел обратно. — Они пусть идут куда им надо, но телегу мы проверим, — заключил он. Ника вопросительно взглянула на старика, а тот, будто почувствовав на себе взгляд юной волшебницы, взглянул на нее и лишь коротко кивнул, прищурившись. — Ну, пойде-е-ем… — прокряхтела Клио, вытаскивая Оригена из повозки. По сути, она просто вывалила его, но ему, казалось, все было нипочем. После она спрыгнула сама и подала руку Нике. — Так, фуф… куда нам именно надо явиться-то? — Посмотрим… — Ника достала уже порядком помятое, с пятнышком крови на конверте официальное письмо. К счастью, печать не была нарушена, а адрес все так же легко читался. — Ну, тут где-то должна быть канцелярия, вообще-то… ну, в смысле в городе. Тут где-то. Ну ты поняла. Клио кивнула. Ника прочла адрес вслух, и они втроем с Оригеном, семенящим лапками за ними, двинулись вглубь города. Здесь уже чувствовался дух Паксиса — здания становились все выше, улочки все уже, и казалось, что серые стены нависают над тобой, словно голодный медведь, вот-вот готовясь сожрать тебя и не оставить и косточки. С восточной улицы чувствовался прохладный, влажный ветер, гуляющий по узким улицам и переулкам, бесконечным переходам, кривым лесенкам на другие ярусы расположенного на склоне горы города. Ветер был слабым, но порой завывал подобно шторму, и все из-за запутанной планировки города. Девушки шли, пытаясь держаться как можно ближе друг к другу, пока Ника наконец обеими руками не обхватила левую руку Клио, прижимаясь к ней грудью. Найти нужную улицу среди бесконечного лабиринта переулков и тупиков было весьма непросто. Мешали и непонятно откуда взявшиеся на улицах люди, порой накатывающие целыми толпами. И идти не туда было опасно — в переулках то и дело виднелись ромалы в цветных одеждах, скалящиеся золотыми зубами, странные люди в рваных балахонах, загулявшие и пьяные. Один раз Ника даже увидела человека, в беспамятстве от макового молока до крови прокусывающего свою руку. Он был в грязном балахоне, без обуви, и, видимо, дни его были сочтены. Поток людей, не успели девушки этого заметить, уже нес их по оживленным улицам, мимо косых домиков, уличных торговцев, попрошаек и ромалов. — Позолоти ручку, волшебница! Все расскажу о твоем будущем, красивая! — Внезапно, откуда ни возьмись, прямо перед Никой выскочила женщина из ромалов, улыбаясь во все тридцать два зуба. Они казались особенно белыми на фоне ее темной кожи и вьющихся черных волос. — А-а, я… — Ника не смогла ничего ответить, испуганным взглядом глядя на гадалку. Клио, на секунду отвлекшись на что-то, вовремя дернула ее за руку. — Идем! — сказала она уверенно и потащила волшебницу через толпу на восток, к реке. Ника успевала лишь придерживать рукой свою шляпу. Довольно быстро они вышли из тесной, заполненной людьми улицы на широкую, просторную набережную. Ника вздохнула с облегчением. Вдруг Клио резко отпустила ее руку: — Ориген, — прошипела она. — Стой здесь, жди меня. Ника не успела ничего ей ответить, хотя и хотела возразить, но в конечном итоге все, что ей оставалось, это смотреть, как ее напарница вновь ныряет в разношерстную толпу людей, растворяясь в ней. — Ну, зараза, дрянь… — процедила Клио через зубы. Идя по улице, она заглядывала в каждый переулок, высматривая маленькую башню. Наконец ее взгляд зацепился за разноцветный подол широкого ромальского платья, и Клио ловко юркнула за ним, попадая в один из кривых переулков Паксиса. Тут же она схватилась за копье, и не зря: ромалы, двое молодых мальчуганов, тащили упирающегося Оригена вглубь переулка. — Э! — воскликнула Клио, злобно посмотрев на них и на взрослую гадалку, ими заправляющую. Не успела Клио и пригрозить им, как они, бросив все, побежали вверх по лестнице, исчезая за развешанным на веревке между домами бельем. — Ну тьфу ты… Спасенный Ориген сразу же подбежал к хозяйке, споткнувшись прямо у ее ног и неуклюже упав перед ней. Клио, удовлетворенно улыбнувшись, помогла башне подняться. — Идем, мама ждет. Только… — Рыжеволосая быстро скинула с плеч на сырую землю переулка свой рюкзак и достала оттуда моток веревки. Быстрыми движениями она обмотала его вокруг башенки и завязала, а второй конец взяла в руку, как поводок. — Прости, малыш, но так лучше будет. Ориген, казалось, погрустнел, но сопротивляться хозяйке не стал, и они вместе снова пошли через бурный поток людей на набережную. Идти было недалеко, и вскоре они выбрались на свет, сразу же заметив одиноко сидящую на большом рюкзаке Нику. Она их тоже заметила и помахала рукой, поднимаясь. — Все нормально, ромалы обнаглели немного, пришлось шугнуть, — вздохнула Клио, держа в руке поводок. — Лучше уж пока так. Куда нам? Ника не стала спорить насчет решения Клио привязать Оригена. — Ну… вообще-то туда. Я сейчас видела пару из Департамента, они шли в ту сторону. — Волшебница показала пальцем на север, выше по улице. — Ну и идем, значит, — кивнула Клио и сама подала локоть Нике. Та, конечно же, взялась за него, из-за чего рыжеволосая невольно ухмыльнулась. По набережной идти было куда приятнее, чем по центральным улицам. Эта улица была гораздо шире, да и с нее открывался красивый вид на канал и перекинутые через реку мосты. Порт остался далеко позади, поэтому кораблей в этом месте реки не было. Так они шли примерно полчаса, пока канал не сузился до такой степени, что и вовсе ушел куда-то в подземную систему за решеткой. Там, вероятно, с помощью сложных систем подавалась вода для канала, прямо из горных источников. Набережная же в этом месте превращалась в небольшую площадь, нависающую над городом ниже, на сложенной из камня площадке. У самого края был сделан кованый стальной заборчик с узорами, а вокруг площади стояли лавочки и в одном месте даже мраморная беседка, увитая виноградом — отголосок культуры южной Эстории, насаждающейся местным людям. От площади отходило несколько относительно широких улиц, на которых, как и на самой площади, было не очень людно. Большая часть прохожих здесь была в рубашках и с галстуками, что говорило о том, что Департамент близко. Причем даже ближе, чем думали девушки — одна из дорог вела прямиком к серому зданию с мощной колоннадой и треугольной крышей — местной канцелярии. — Мне уже плохо от размаха этого города. Почему Академию не поставили здесь, а в какой-то глуши? — сказала Клио, стоя перед канцелярией и во все глаза разглядывая массивные колонны и статуи, установленные у больших двойных дверей с огромными бронзовыми ручками. — Ну… вторая Академия запада, та, что на севере, в Альбионе, находится рядом с большим городом, и из-за тренировок в магии он часто сильно страдает, — тихо объяснила Ника, но ее напарница, казалось, не слушала. Это, разумеется, было не так, просто Клио была увлечена местной архитектурой. Наконец, девушки, собравшись с духом, вошли внутрь. И внутри все было не менее помпезно. Здание было двухэтажным, и второй этаж нависал над первым широкими галереями, удерживаемыми все теми же колоннами. Две широких мраморных лестницы шли наверх, и на ступеньках были длинные ковровые дорожки. Под потолком сверкала хрустальная люстра с множеством подсвечников, но сейчас она не горела, и весь свет поступал через тусклый стеклянный потолок треугольной формы. Со второго этажа на первый ниспадали длинные красные шторы и знамена. Посередине зала располагался большой стол в форме полукруга, за которым сидели три девушки в очках и галстуках, что-то увлеченно записывающих на бумаге пушистыми перьями. Клио и Ника подошли ближе, когда закончили любоваться красотой зала. Клио вежливо покашляла, но была проигнорирована. Это ее раздражало. — Здрасьте. — настойчиво сказала она. Одна из молодых девушек посмотрела на нее из-под очков. — Вот. Рыцарь протянула ей заляпанный кровью конверт, но девушка словно не обратила на это внимания и лишь ловко вскрыла его и пробежалась глазами по письму. Не говоря ни слова, она положила на стол два листа, все покрытые мелким текстом. Листы были одинаковые, и на них пустовали по две строчки. — Распишитесь, — попросила девушка в очках, и перед Клио и Никой из воздуха возникли легкие перья. — Это ваш первый контракт, проверочный. Дальше сможете выбирать работу сами. — Крутяк! — улыбнулась, оскалившись, Клио, и принялась вчитываться в текст договора. — Что?.. Ее лицо мрачнело с каждой строкой. Нике было страшно глядеть на подругу, она не понимала, что такого там может быть написано. — В каком, мать вашу, смысле произвести инвентаризацию камней?