Наверное, я просто мазохист

Утром перед занятиями я пытался дозвониться до Порше, чтобы заручиться у нее советами по поводу макияжа. Конечно можно было обойтись и всякими туториалами, которых на ютубе как звезд на небе, но мне будет намного спокойней, если в этом деле мне поможет какая-нибудь девочка, да и сомневаюсь, что за пару дней я освою навык, который девчонки оттачивают годами. Но Порше не брала трубку, поэтому пришлось отложить наш разговор. После ее переезда мы с ней регулярно списывались в Фейсбуке, а также изредка созванивались, я старался не надоедать, потому что понимал - она девушка красивая, а значит пишут ей постоянно. Интересно, как она отреагирует на мою немного странную просьбу? Она вообще всегда подозревала, что я гей, потому что «не может обычный гетеросексуальный парень быть таким милым, Баттерс». Не считаю, что сексуальная ориентация и тот факт, что я по мнению некоторых очень милый как-то связаны между собой, однако моя проницательная подруга все же была права. Даже то, что в далеком детстве я когда-то был в нее влюблен не смогло развеять ее подозрений относительно моей "голубизны". День пролетел практически незаметно, а еще меня никто не доставал, даже Эрик, правда не знаю, что лучше, когда он называет меня «отстоем и педиком», что по сути хоть какое-то внимание или же игнорирует. Вообще мне даже кажется странным то, как часто он обвиняет меня в нетрадиционной ориентации, словно в курсе моих к нему чувств. Но это так, просто предположение, потому что если бы Эрик Картман действительно знал про эту мою влюбленность, то обязательно использовал бы ее против меня, превратив все мои школьные годы в сущий ад. После занятий я как обычно завернул в туалет, тот куда обычно почти никто не ходит, так как кто-то пустил слух, будто там водятся призраки. Это напомнило мне такой персонаж как плакса Миртл, которая слишком милашка, для того, чтобы кого-то напугать, ну и еще я не поверил в эти сплетни. Да и если бы они и правда там обитали, то уж лучше парочка привидений, чем почти гестаповский допрос от моей матери в духе «дорогой, мне кажется, что в последнее время ты странно себя ведешь, стал таким скрытным». Поэтому я так любил задерживаться где угодно, лишь бы не идти домой. Если бы я не был таким чудиком, то зависал бы у кого-то из друзей, играя в приставку и обсуждая девчонок, но, будучи одиночкой, приходилось искать себе какие-то другие пристанища. Например, прятаться в туалете, да. Ну, тут было даже уютно, насколько вообще может быть применимо это понятие к школьному туалету. Но, видимо, не может весь день быть спокойным, что-то обязательно должно все испортить. Я услышал смех и сразу же узнал Эрика, Кайла, Стэна и Кенни – вся четверка в сборе. Конечно, я мог сразу же уйти, не вызывая никаких подозрений, однако я все медлил, тянул время, а потом мое неожиданное появление не стало бы уже таким естественным, так что пришлось остаться сидеть в своей кабинке и подслушивать чужие разговоры. - У вас уже что-то было? - Нет. Точнее пока нет. Кажется, это был голос Кенни Маккормика, по крайней мере это он любит хвастаться своими сексуальными похождениями. Что, в принципе, неудивительно, потому что он достаточно красивый для того, чтобы девушки сходили по нему с ума, чем он крайне успешно пользовался. Если бы я был обычным нормальным геем, то обязательно влюбился бы именно в Кенни, в его светлые растрепанные волосы, в его порочную улыбку и ту свободу, которая сквозила в каждом движении. Но, к сожалению, я идиот, помешанный на парне, который его ненавидит и издевается над ним еще с начальной школы. Я, наверное, еще хуже, чем мистер Мазохист – экс-бойфренд мистера Гаррисона, который любит боль и откровенные кожаные вещи. Особенно если вспомнить случай, как по вине Картмана я чуть не лишился глаза, сразу не остается никаких сомнений в том, что перед вами явно неадекватный тип. - Эй, жиртрест, а у тебя кто-нибудь есть? – я сразу же насторожился. - Нет у него никого, - это Кайл не упустил шанса подколоть своего врага. Я бы не назвал Картмана действительно жирным, да, он был заметно больше чем остальные ребята, но если сравнивать с далекими временами нашего детства, то Эрик сильно изменился. Он скорее просто крупный, но ему это очень идет. А еще два года назад он начал носить очки, потому что у него испортилось зрение, его тут же заклеймили четырехглазым, но мне показалось, что они придают Эрику особый шарм. Допускаю вероятность, что все связанное с этим человеком будет для меня особенным, потому что я на нем помешался. Но его очки не такие ужасные, как носят типичные отличники, они скорее стильные и смотрятся как часть имиджа. - Иди в жопу, сраный жид. Ты сам все время тусуешься со Стэном как ревнивая сучка. Вы даже спите в одной кровати, когда ночуете вместе. - Че, правда? – засмеялся Кенни. - Ну да, - ответил Стэн, - где мне еще спать, на полу что ли? - Я же говорил, педики, - убежденно констатировал Картман. - А сам-то до 12 лет постоянно тусил у Баттерса и фотографировал беднягу в разных позах как маньяк, - как всегда Кайл в долгу не остался, правда упоминание моего имени в контексте тех самых событий, когда Эрик оставался у меня, вызвало кучу воспоминаний, большую часть которых мне хотелось бы забыть. А еще надеюсь, что Картман не помнит про тот случай, когда я возомнил себя вампиром, прокрался посреди ночи к нему в комнату и поставил смачный засос не шее. Мне до сих пор так стыдно, особенно от того, что сам процесс мне даже понравился, и это несмотря на то, что я тогда был еще совсем мелким. Видимо, я с детства еще какой-то ненормальный и озабоченный. Мне было интересно, как Эрик отреагирует на все это, но он подозрительно молчал. Жаль, что я не мог увидеть выражение его лица. - Просто ты еврей и поэтому тебе не понять мое оригинальное чувство юмора, Кайл. - Ну да, взять член другого парня в рот – это охренеть как смешно, жиртрест. - Да блин, я был еще мелким и не знал всех тонкостей. Да и если бы я даже был геем, то Баттерс был бы последний, в кого бы я влюбился. Хотя нет… Последним был бы ты, Кайл. Ну, я конечно понимал, что совсем не интересую Эрика, но вот так чтобы он это так откровенно сказал – это было в первый раз. - А по-моему, Баттерс ничего, - раздался вдруг голос Кенни, - он такой милый, похож на девчонку. - Наверное фантазируешь, представляя его в платье? Кенни в ответ только рассмеялся, а я, наверное, мысленно уже миллион раз пожалел о том, что вообще слушаю это все, запершись в кабинке будто какой-то шпион. Но с другой стороны мне даже понравилось, что обо мне вспомнили. Господи, до чего я докатился, подслушиваю чужие разговоры в туалете и радуюсь тому, что Кенни считает меня милым. Знали бы они, что не далее, как вчера я стоял перед зеркалом в своей комнате в парике и платье. - Только у тебя, нищеброд, могли возникнуть такие убогие фантазии, - это был снова комментарий от Эрика. - Мне тоже нравится Баттерс, - подал голос Кайл, - ну не в том смысле, что я о нем фантазирую. Но он намного более приятный человек, чем ты жиртрест. Дальше началась самая обычная перепалка, и спустя пару минут фантастическая четверка, наконец, двинулась к выходу, к моему невероятному облечению, так как мне уже хотелось выбраться из кабинки туалета. Правда оказалось, что я рано обрадовался, потому что, судя по звуку, кто-то нервно ходил из угла в угол, и что-то, возможно интуиция, подсказывало мне – этим «кто-то» был Эрик. Он стал напевать какую-то песенку, у него оказался на удивление очень приятный низкий голос, но что было самое странное – это выбор самой композиции. Потому что это был Трой Сиван. Нет, мне тоже очень нравится этот исполнитель, но это было то же самое, как если бы Эрик вдруг стал расхаживать в розовом боа. То есть очень по-гейски. Иисус наш спаситель, если бы он случайно узнал о том, что я все это слышу и какие выводы делаю, то убил бы меня на месте, прямо в этой маленькой кабинке, а затем смыл в унитаз. И тут у меня внезапно зазвонил телефон, очень громко. Только глухой мог не услышать этот пронзительный звук, и как назло мой мобильный был где-то на дне сумки, куда я его закинул в спешке выбегая из класса. Уверен, что это мама, которой вдруг приспичило удостовериться, что я уже иду домой и не забрел случайно в какие-нибудь злачные места по дороге, где мне могут предложить алкоголь, наркотики или незащищенный секс. У меня чуть сердце не остановилось от ужаса. Не было никакого смысла сейчас пытаться быстро отклонить вызов, потому что телефон трещал как ненормальный, я, наверное, случайно поставил его на самую высокую громкость. Милое пение Картмана резко оборвалось, и раздались тяжелые шаги, которые были все ближе, пока внезапно не затихли. Я замер, пытаясь сообразить, то ли мой милый мучитель ушел и решил пощадить меня, то ли он настолько близко, что лучше об этом даже и не думать. - Какого черта? – голос Картмана звучал так, словно он стоял, прислонившись к двери кабинки, за которой я пытался притвориться невидимкой и сидел, обуреваемый ужасом. У меня внутри все заледенело от страха, серьезно. Интересно, что он со мной сделает, когда доберется до меня? Надеяться на то, что препятствие в виде этой хлипкой перегородки его остановит, было слишком наивно даже для такого как я. Правда мысль об Эрике, который выламывает дверь, заходит в кабинку и с силой прижимает меня к стене, чуть ли не на метр оторвав от пола, вызвала не только страх, но даже некоторое возбуждение. - Баттерс, я узнал тебя по идиотскому рингтону. Надо же, Эрик Картман запомнил мелодию, которая стоит у меня на звонке. На моем лице расползлась дурацкая улыбка, если бы в этот момент мой мучитель выломал дверь, то очень удивился бы, увидев мою счастливую физиономию. А если у меня сейчас встанет ото всех этих фантазий, то ситуация будет просто хуже некуда. - Тебе не говорили, что нехорошо подслушивать чужие разговоры? - Я не подслушивал, - пришлось подать голос, сойти за призрака уже не получится. - Ага. - Просто вы разговаривали, не мог же я заткнуть уши. - Лучше бы ты себя в толчок смыл, придурок. Иногда я не могу понять, почему Эрик так груб со мной, ведь, по сути, я единственный из его друзей (несмотря на то, что он всегда подчеркивает, что не считает меня своим другом), кто действительно хорошо к нему относится. Что-то подобное я наблюдал в сериале «Офис», там Майкл Скотт постоянно третировал и ненавидел одного сотрудника, заведующего кадрами, который его понимал и относился к нему доброжелательно. Я никогда не считал Эрика ублюдком и жиртрестом, скорее изобретательным и очень харизматичным, потому что при желании он мог запросто добиться всего, что пожелает, действуя при этом на людей буквально гипнотически. Чего стоит только его успех с христианской рок-группой, например. Да, он бывает очень груб и эгоистичен, но это от недостатка любви, если бы этот по сути очень одинокий мальчик смог найти поддержку и понимание в лице человека, которому он небезразличен, то все могло бы измениться. Либо же я просто совсем идиот, возомнивший себя доморощенным психологом вроде мистера Маки. В детстве по наивности своей я пытался выяснить, почему Картман так жесток, мне правда было интересно, что именно я делаю не так. Надо ли говорить, что после этого он обозвал меня сопливым педиком и едва не дал мне в глаз? Больше ни о чем таком я с ним не заговаривал, а чем старше мы становились, тем реже был контакт между нами. Исчезли те беззаботные ночевки у меня дома, а также его внезапные звонки, фразы вроде «Баттерс, ты же мой лучший друг», которые он произносил фальшиво-любезным тоном, а я ему верил, потому что действительно хотел, чтобы это было правдой. - Эй, Баттерс, ты что и правда уплыл в канализационные воды? – видимо, я крепко задумался и пропустил какой-то вопрос от Эрика. - Нет. - Занятия кончились, поэтому я могу хоть до ночи тут стоять, рано или поздно тебе придется выйти, - он снова стал дергать ручку двери, мне в этот момент очень захотелось воспользоваться его советом и действительно смыть себя в унитаз. - Я выйду, если ты обещаешь, что не сделаешь со мной ничего плохого. Мне показалось, что я даже, не видя Картмана чувствую эту его типичную ухмылку: - Тебе понравится то, что я сделаю, Баттерс, обещаю. Если бы он знал, что именно мне могло бы понравиться, то опасался бы оставаться со мной в туалете наедине и первым бы убежал отсюда в глубоком шоке. Но озвучивать свои желания я не стал, конечно. Внезапно раздался недовольный голос Стэна: - Жиртрест, какого хрена ты все еще тут торчишь? Если ты прямо сейчас не выйдешь, то мы уйдем без тебя. - Да блин, иду, в туалет уже сходить не дают. К моему глубокому облегчению Эрик, кажется, передумал меня убивать прямо сейчас. - Баттерс, и не надейся, что я забуду, как ты шпионил за мной, - сказал он перед тем, как ушел. Не знаю почему Картман решил, будто он является объектом моего пристального внимания (он, конечно, был прав, но все же), вероятно это его огромное самомнение всему виной. Опомнившись от шока, вызванного таким внезапным разоблачением, я, наконец, достал свой злосчастный телефон и посмотрел, кто мне звонил – это была Порше. - Привет, солнышко! – ее звонкий голос сразу же словно газ, который заполняет весь предоставленный ему объем, окутал собой все помещение, - ты мне утром звонил целых три раза, что-то случилось? - Привет, Порше. Да, ты права, я случился. - О, это и правда серьезно, - весело согласилась моя подруга. - Скажи, мы можем с тобой встретиться? У меня к тебе очень важное дело. - Малыш, я зашиваюсь на работе, ни минуты свободной… Для того, чтобы убедить ее, я решил использовать последний шанс, то есть сказать все как есть: - Мне нужна помощь… эм, ну в общем я нуждаюсь в консультации, как бы сказать… - Говори уже. - Я… мне нужно, чтобы ты научила меня делать макияж, - выдохнул я. Надеюсь, что Эрик и правда ушел, иначе, услышав это, он бы точно превратил мою жизнь в ад и единственным выходом из него был бы суицид. И вот третий раз за последние два дня я думаю о суициде. Куда же подевался тот жизнерадостный Баттерс? Молчание. Оно длилось секунд 10, наверное, но мне показалось, что это было не меньше вечности. - Да, я отложу свои дела и с радостью с тобой увижусь, пупсик мой! Давай завтра, я заеду за тобой после занятий. Она всегда такая милая, что я иногда себя чувствую немного странно, типа того, когда меня в детстве похитила Пэрис Хилтон и хотела сделать своим милым питомцем. С одной стороны, такое внимание приятно, а с другой – это жутко. Внезапно мне пришла смс от Эрика: «Баттерс, если ты хоть кому-нибудь расскажешь про то, что я пел, то я из тебя всю душу вытрясу.»