Бездна

Чувство зародилось в той ладони, на какой была метка. Постепенно легкое неприятное покалывание переросло в жар, с каждой секундой становившийся все сильнее, и уже через полминуты руку будто опустили в кипяток, и ее обожгло будто холодом. Корво не сдержал крика. К тому моменту, как Корво добрался до коридора к комнате Эмили, его грудь будто пронзило мечом. На повороте он, задыхаясь, плечом врезался в стену, едва перебирая ослабевшими ногами. Эмили сидела в дверях, часто-часто с хрипами дыша и испуганно смотря на руку. Ее метка светилась ярко, так, что больно было смотреть. Через три широких заплетающихся шага Корво упал рядом. Эмили не посмотрела на него, все глядела на трясущуюся руку, пока не уронила ее. Корво понял, что шевелиться получается с трудом. Он услышал гул и звон в ушах, заныли зубы, как будто рядом находился нетронутый костяной амулет, но теперь этот звук лился отовсюду. Его издавал весь стонущий агонизирующий мир, и дворец задрожал, заскрипел, и потолок наверху будто пошел трещиной. Или ему показалось?.. Где-то в другом коридоре кто-то закричал, но Корво уже не слышал. Эмили смотрела теперь на него, глаза были огромными, мокрыми и испуганными, а с уголка ее губ стекала кровь. Корво затрясся, с хрипом втягивая воздух в легкие. Их тут же пронзило новой болью, и из его горла тоже хлынула кровь, заливая дыхательные пути. Глаза слезились. У Эмили на поясе в прах рассыпались амулеты. Руку с меткой Корво уже не чувствовал. С трудом пошевелившись, он притянул дочь к себе, из последних сил крепко прижал к груди ее, задыхающуюся, испуганную, доживающую последние секунды жизни. — Я здесь, — просипел он с трудом, не уверенный даже в том, получилось ли сказать вслух. Его кровь испачкала Эмили волосы. Он ощутил, как она попыталась схватиться за него в ответ, но руки соскальзывали, поднять их выше не получалось. — Я держу тебя. Голова шла кругом, кровь заливала рот, стекала по губам неровными ручейками. Мир загудел громче, невыносимо громко, закричал, как кричит океан во время страшной бури. Корво все повторял о том, что он рядом, держал Эмили так крепко, как мог, а боль выедала его изнутри и не давала вдохнуть. Эмили хрипела все тише, было уже не разобрать. Ее кровь лилась Корво на одежду, пропитывала плотную ткань. Корво с трудом заставил себя моргнуть и увидел, как мир трещит по швам. Пылающая Бездна смотрела на них из окон, из дверного проема, из каждого угла, и пол вскоре пошел трещинами. Через два последних вдоха камень под ними провалился, и сверху сомкнулся черный океан.