Будешь сниться

      Александра вновь внимательно смотрит на свою клиентку и непонимающе хмурит брови. Она привыкла быть не только кондитером и дизайнером, но и психологом — нередко влюбленные пары, которые приходят за тортом для своего торжества, не имеют ни малейшего представления, что им нужно. Она считает, что разбирается в людях, но Шелби Рабара не поддается объяснениям.       Во-первых, она приходит без жениха (что бывает довольно редко).       Во-вторых, она не задает стандартных вопросов, и, кажется, ее вообще не интересует ни вкус десерта, ни его вид.       В-третьих, она не похожа на счастливую невесту.       В четвертых, Алекс не может оторвать взгляда от тонких изящных рук и завораживающих черт лица.       Так, а вот это уже лишнее.       Ей кое-как удается уговорить Шелби прийти еще раз хотя бы для того, чтобы выбрать начинку.

***

      Шелби пробует красный бархат ровно с таким же выражением лица, как пробовала три шоколада или орео. Алекс видит, что ей нравится, но она не выказывает предпочтение ни одному из них.       — Я полагаюсь на ваш вкус, — под конец говорит она и сразу же встает, подхватывает свою маленькую сумочку и направляется к выходу.       Алекс не знает, что останавливает Шелби, но она оборачивается около самых дверей с какой-то грустной улыбкой:       — Мне правда все равно.       Солнечный свет, беспрепятственно проникающий сквозь стеклянную дверь, окружает хрупкую фигурку, путается в волосах, скользит по шелку платья. Даддарио на мгновение теряет дар речи, но он возвращается вместе с осознанием:       — Так вы не хотите?       Шелби пожимает плечами:       — Это не по любви.       Алекс берет со стола две тарелки с оставшимися после дегустации кусочками тортов и кивает в сторону своего кабинета.       — Не хотите поговорить?

***

      Заварник распространяет аромат свежей малины и вишни, который оттеняется тонким запахом лепестков роз. Алекс очень любит этот чай.       — Семейное предприятие, — поясняет Шелби, делая глоток. — Мы обязаны пожениться, чтобы оно досталось нашим детям.       — Я не думала, что браки по расчету все еще существуют. Неужели это предприятие так важно для вас?       — Вы плохо знаете мой мир, Александра. Все, что мы имеем — это благодаря нашему делу. Моя семья останется без дома и всех земель.       — А вы плохо знаете мой, — Алекс прищуривается. — Но я могу показать вам, что и за забором большого особняка есть жизнь.

***

      Алекс обнаруживает, что если вытряхнуть Шелби Рабару из строгих платьев-футляр и заменить высокую прическу на легкий хвост, она становится очень милой.       Алекс обнаруживает, что Шелби может искренне улыбаться, когда они кормят уток в Центральном парке.       Алекс обнаруживает, что Шелби может громко смеяться, когда они смотрят какую-то глупую комедию в кинотеатре.       Алекс обнаруживает, что Шелби удивительно идет быть промокшей под дождем. Капли воды пробираются под футболку и превращают волосы в мокрые сосульки, но им все равно — они радуются, как дети.       Алекс обнаруживает, что попала, когда не может удержать себя и тянется к влажным от дождевых капель губам.       Губы Шелби встречают ее на полпути.       Целоваться под дождем может и банально, но безумно приятно.

***

      Они больше не видятся.

***

      Алекс делает лучший торт в своей жизни, но не везет его сама — отправляет с грузчиками Мэтта.       Он возвращается и говорит, что все хорошо. А еще долго описывает дизайн и цветовое решение банкетного зала.

***

      Начинает играть музыка. Жених ждет свою невесту.

***

      По кофейне пробегается тихий звон колокольчика, висящего над дверью.       — Шелби? У тебя же сегодня свадьба.       — Нет. У меня сегодня начинается новая жизнь.       И на этот раз их поцелуй — первый из целой бесконечности.