Shine of dead lights

Тихо пой, я — страх твой, Глаза закрой, глаза закрой, Ты иди и тихо пой, Я с тобой, за тобой, Я — страх твой, только твой, Накорми, накорми, Я с тобой, я с тобой, За тобой, за спиной. Я — маньяк. 1, 2, 3, 4, 5, Я — маньяк, иду гулять. 5, 6, 7, 8, Чувство жалости отбросив, Жертву в сумерках ищу, Никого не отпущу. (1)

***

      — Иди за мной, малыш, я покажу тебе то, чего ты так хочешь! — звонкий веселый голос Пеннивайза все сильнее располагал к себе.       Оно всегда могло контролировать не только разум своей жертвы, но и внушать доверие даже с лицом маньяка-убийцы. Мальчик лет шести, наивно шел за руку с дядей-клоуном, который полностью уверял его, что коробка с котятами находится недалеко.       Дома у веселого клоуна Пеннивайза!       — Ты же веришь мне, дружок? Твои маленькие друзья ждут тебя у меня дома! А знаешь где лучше всего проводить время таким озорникам, как ты? — рыжий клоун продолжал нести свою лепту, с каждым шагом все крепче и крепче сжимая ладонь ребенка.       — Где? — мальчик доверчиво смотрел на «добродушного» клоуна.       Ох уж эта детская наивность.       С того момента, как он встретил этого мужчину, мальчишка был вне себя от радости. Ведь этот озорной незнакомец обещал ему показать целую коробку с котятами. Мальчик очень любил животных, просто обожал их, но также он и боялся их. Дикие кошки — начиная от крохи манула и заканчивая огромным тигром. И демонический клоун знал об этом. Он все знал.       — Канализация, дорогой мой друг! Я живу именно там, а ты в курсе, что там весь мой цирк живет? У меня есть еще много-много собачек и кошечек, каких ты еще никогда и не видел. Ты же веришь мне, малыш?       — Да! А я мог бы взял одного котенка себе? — глаза ребенка сияли. Он был полностью ослеплен дружелюбностью доброго клоуна.       — Конечно, мой малыш, конечно! — задорно пропел Пеннивайз, — Но тебе не придется их даже брать с собой…       Мальчик игриво подскакивал на ходу, когда Пеннивайз вел его туда, откуда больше не будет выхода. Ни о чем не подозревая, малец весело пел себе под нос считалочку:

Раз, два, три, четыре, пять С клоуном я иду играть! Он покажет мне котят, Будет весело опять! Раз, два, три, четыре, пять…

      Они миновали зеленые чащи, за которыми и скрывалось логово Оно. Все дальше и дальше от дома мальчика. Все дальше и дальше от возможности спастись и увидеть родителей, которые будут ждать его с прогулки. Глаза чудовища постепенно меняли цвет от холодного серебра до жгучего янтаря. Оно было готово. Когда мальчишка зашел в сырой одинокий тоннель, по его телу пробежал холодок. Страх тихонько начинал приливать к голове.       — Где же коробка с котятами? — дрожащим голоском произнес ребенок. Ведь клоун обещал ему.       — Оу, так мы только зашли, нужно пройти дальше! — как ни в чем не бывало заявил Пеннивайз. Его безумная улыбка сдавала с потрохами все его омерзительные намерения.       Мальчик в ответ только тихо кивнул. Появилось легкое чувство тревоги. Ребенок шел впереди, а чудище пристроилось позади, чтобы в случае чего поймать неугомонную жертву. Дойдя уже до большой сточной трубы, из которой рекой лилась черная вонючая вода, парнишка испуганно забегал глазами. Он не понимал, что происходит и куда его привел дядя-клоун.       — Где котята?! — уже срываясь на крик, спросил малыш. На глазах стали выступать слезы от безысходности и ужасного разочарования, что его обманули.       Правильно ему мама говорила — не разговаривай с незнакомцами, а уж тем более не иди за ними!       — Они здесь. И будь уверен, теперь ты навсегда сможешь играть с ними, в любое время. Днями напролет. Хочешь этого? — Пеннивайз тенью навис над мальчишкой, пронизывая своим пристальным голодным взглядом крохотное дрожащее тельце.       — Нет! Я не хочу! Вы обещали мне, что покажете котят, но их тут нет! Вы обманули меня! — мальчик начал захлебываться слезами.       Это как раз и нужно было клоуну.       Страх.       — Я не обманул тебя. Теперь ты дома, мой милый мальчик. Мой… — клоун начал делать медленные настойчивые шаги, направляясь прямо на ребенка, — мой милый, вкусный, прекрасный мальчик, сейчас я покажу тебе кошечку…       После этих слов лицо рыжего клоуна начало стремительно деформироваться: красный нос начал меняться, пасть расширяться, то сужаться, обнажая белые острые, как у акулы, зубы, на белоснежной коже стал появляться рыжий волосяной покров, а спустя доли секунды красные полосы грима начали искажаться и становиться черными. Из глотки чудовища вырывался дикий рев, какие издают львы или тигры. Голодные и разъяренные хищники. Лишь за пару секунд загримированное лицо клоуна превратилось в огромную пушистую тигриную морду. Довольно внушительного размера, клыки хищника, были готовы вонзиться в детскую плоть.       — Ах! — ребенок моментально бросился бежать, стоило ему только увидеть это чудовищное превращение, — Спасите! Помогите! — кричал он, надрывая голосовые связки.       Оно бросилось за мальчиком, издавая яростное рычание. Догнав его, клоун-убийца повалил жертву на землю, сжимая руки и ноги малыша железной хваткой.       — Боишься меня? Но ведь ты любишь кошек! Мр-р-р… — тигриная морда наклонилась к лицу ребенка, тягучая слюна каплями приземлялась на детскую кожу. — Погладь меня! Поиграй со мной! Мр-р.       Ребенок был не просто в ужасе, а в невыносимой панике. Он не мог пошевелиться, чудовище этого не позволяло. Оно дразнило его, заставляло биться в истерике еще сильней.       — Отпусти меня, я хочу домой! — слезы градом посыпались из глаз жертвы.       Мальчик отвернулся от вонючей и слюнявой морды чудовища. Ему было очень страшно и очень противно. Он уже сто раз успел пожалеть, что ослушался мамочку.       — Нет, аппетитный мой, ты навсегда останешься здесь. Навсегда. — грубо отрезал клоун, еще сильнее наклоняя морду к пылающим щечкам малыша. — Какой же вкусный у тебя страх…       Длинный шершавый язык монстра аккуратно прошелся по крохотной шейке ребенка, оставляя за собой мокрые дорожки. Оно пробовало его на вкус.       Чудище не прогадало. Этот малыш был лакомым кусочком.       — Раз, два, три, четыре, пять — дядя будет пировать! — тягуче пропело чудище, и уже после чего впилось клыками прямо в карие глаза мальчика, с корнем вырывая их из глазниц.       Море крови и море удовольствия для такого монстра, как Оно.       Самым вкусным, что было в человеческой плоти для Оно — это сердце и желудок. Именно эти органы чудище оставляло себе на десерт. И этот мальчик не стал исключением. Как жаль, что он домой так и не вернется. Перед тем как уйти на долгий заслуженный покой, древнее зло вдоволь насытилось новоиспеченной детской плотью и сладким наивным страхом.       Его маленькая девочка — Элизабет подалась в бега, ибо Оно уже давно не ощущало ее присутствия в Дерри. Она уехала.       Как досадно.       Оно грустило. Несправедливо, что в благодарность за спасение, его игрушка бросила своего хозяина. От мысли, что любимого развлечения теперь нет рядом — Пеннивайз яростно рвал свои рыжие волосы на голове. Он не мог найти себе места, что для него было странно. Отправив последний подарок, в виде шарика, маленькой Лиззи, Пеннивайз на 27 лет залег у себя в логове. Надеясь, что может быть спустя 27 лет он увидит ее, и на этот раз уже никогда не отпустит. Интересно, каким человеком вырастит его игрушка? Да, он дал ей уйти из-за простого любопытства — а что будет дальше? Это ведь лишь только начало, не так ли? Или может его скуку развеет кто-то еще? Как же ему интересно было с ней играть и как печально, что теперь игрушка убежала. Ну, а пока… Скукота. Грусть. Еще раз скукота. Очень досадно.

Оно внутри нас Оно принимает любой окрас Мы зовем это — Оно В знак того, что солнце ушло В знак того, что холод настал И мрак, что чернее ночи встал. Земля погасла, но Оно Проснулось и алой кровью по углям прошло, По несчастному праху человечности Оно собирает человечьи конечности Оно не желает марать свои руки. Но иначе никак, ведь не любит оно этой скуки. (2)