ВСЕМ ОСТАВАТЬСЯ НА МЕСТАХ! (Monsta X)

Каждое утро я надеваю яркое платье, ветровку, удобные ботинки и бегу на учёбу. Весеннее солнце встречает меня теплыми открытыми лучами, которые сразу же настраивают на рабочий лад. Ноги сами несут к троллейбусной остановке, ведь всё, чем я живу — это моя любимая театральная академия. Теперь день ото дня, прохожу по одному и тому же пути к знаниям, который закаляет, совершенствует и делает сильнее. Но так было не всегда… Меня зовут Кан Дуна. Я студентка и актриса современного театра драмы, хотя ещё ТРИ МЕСЯЦА назад была лидером подтанцовки «Monsta X». Когда увольнялась из агентства и сменила все номера телефонов, у меня уже были планы на дальнейшую жизнь. На свои кровно заработанные деньги танцами, я купила небольшую квартирку на окраине Сеула. Жильё подыскивала очень тщательно, чтобы обязательно было тихо и уютно. В итоге, мой выбор пал на старенькое двухэтажное здание. Оно было немного странным, но светлые комнаты и замечательный вид из окна — всё решили. На каждом этаже здесь всего по две квартиры. И это настоящая удача, потому что я вообще никогда не вижу своих соседей. Внизу живут пенсионеры, а квартира напротив моей вообще ещё не выкуплена. Так что я оказалась в раю! Небольшая загвоздка только в железном пороге у входа в подъезд этого дома. Я вечно скольжу по нему или перецепляюсь, но постепенно утренний синяк при выходе на улицу превратился в ритуал. Вышла и не убилась? Значит, день пройдет зря! Как только обустроилась и перевезла вещи на новое место, позвонила своему старому знакомому — статисту Дэбалю, отец которого директор по кастингам в Starship Entertainment. Помните того парня, что всегда раздавал воду на входе в съёмочные павильоны? Еще он мог ксерить сценарий или продавать билеты на фестивалях… Так вот у Дэбаля также круто изменилась жизнь. Папаша устроил того учиться в театральную академию. Актер из парня совершенно никакой, но запоминать текст он умеет, а это уже половина успеха, по его мнению, так что театр драмы приобрел еще одного человека, который МОЖЕТ ВСЁ. Ну как всё? Пол там помыть после спектакля, летать призраком над сценой или играть дерево тоже кто-то должен, правда? Хочу отдать должное своему другу, потому что благодаря его связям меня приняли в академию фантастически быстро. Конечно, сыграло роль то, что я год протанцевала на подтанцовке у Monsta, но и папа Дэбаля очень хорошо подсобил. Спасибо ему за это! Теперь с самого утра и до обеда я сижу на занятиях, а по вечерам выступаю в театре, где играю главную роль, танцую балетные партии и даже немного пою. Мне досталась роль Эсмеральды в спектакле по В.Гюго «Собор Парижской богоматери». Со своей короткой прической я совершенно не похожа на эту героиню, но у нас же современный, прогрессивный театр, поэтому красная роза в волосах мгновенно превращает меня в цыганку. Как же мне подходит этот образ страстной, восторженной и наивной девушки, которая так любила жизнь и в итоге не досталась никому. По началу, было сложно играть Эсмеральду и умирать в конце каждого спектакля, наверное, потому что в душе я тоже медленно погибала, оставляя свое прошлое позади. Точнее постоянно боролась с собой и прогоняла любые мысли о «Monsta X». Первый месяц прошел в агонии. Порой, я закрывала глаза, и мне казалось, что вижу Кихёна, острый, проницательный взгляд этого парня, чувствую влекущий сладкий запах его волос, особенно, если принюхаться за ушком. Иногда вздрагивала и оборачивалась, думала, сзади стоит Чжухон, сверкает манящими ямочками, подходит и крепко прижимает к себе, скользит руками по телу так, что начинают бежать мурашки. Я ПРОСТО СХОДИЛА С УМА. Как только возвращалась домой в свою уютную, но пустую квартиру, могла часами смотреть в потолок. Нет, я не вспоминала прошлую жизнь, а просто пялилась в одну точку, чтобы отключить мысли. Бывало, эта точка начинала двигаться, приближаться или отдаляться, хорошо только не говорила со мной. Как же я скучала по Гаыль! По нашим вечерним посиделкам и задушевным разговорам. Ещё очень не хватало трезвого взгляда Киёми и поддержки Вонхо. Да я по всем ребятам скучала! Знаете, как сложно жить без скрипучего голоса Минхёка, который бесконечно кряхтит и шебуршится у тебя над ухом? Сейчас я бы выбрала скорее его, чем утренний кофе, потому что оба пробуждают одинаково. Ужасно тяжело думать о том, как воспринял мой уход Кихён. Сложно даже представить, как повел себя Чжухон, осознав, что меня больше не будет рядом. Ребята, простите за то, что делаю вам больно, но это было в последний раз! Первое время я настолько бредила этими парнями, что однажды не выдержала и сходила на концерт. У «Monsta X» как раз недавно был камбэк, поэтому они сверкали как никогда. Новые образы, песни и танцы — за всем этим можно было следить бесконечно. Ещё я поняла, что контракт продлили только Гаыли с Киёми, и то неизвестно на каких условиях. Остальные девочки все были новыми. Попасть на мероприятие опять же помог Дэбаль. Он провел меня в зал бесплатно. Я стояла прямо под сценой, до тех пор, пока слезы не залили мне лицо. Хорошо, что капюшон и маска полностью скрывали мою личность. Когда-то Кан Дуна плясала там же, вместе с ребятами. Было всё — ссоры с обидами, а так же много улыбок и моментов, когда хочется кричать от счастья. Как же я смертельно устала жить и работать с этой группой, но и привыкла настолько, что они стали частью меня. Сейчас же я разворачиваюсь, не досмотрев концерт, и иду прочь. Парни так восхищают, что невозможно оторвать глаз, но мне нужно это сделать, потому что новая жизнь не включает в себя «Monsta X». Теперь я студентка, актриса, танцовщица и певица театра драмы. «Эсмеральда», у которой свое будущее. Надеюсь, не такое, как в романе Гюго, а более светлое. По крайней мере, прошло уже три месяца. Весь декабрь я задыхалась и боролась с собой, в январе немного ожила. Февраль же позволил расправить крылья и дал ощущение того, что я танцую в правильном направлении. Тоска и бессонные ночи в прошлом. Есть лишь легкая грусть, которая остается в моей квартире, когда я вскакиваю в свои ботинки и выбегаю навстречу новому творческому дню…

***

Решил ВЕСТИ ДНЕВНИК. А ЧТО? Поэт имеет право! Ведь должен кто-то выслушать меня?! ~ ~ ~ ~ Запись первая: Привет, дневник! Теперь ты — мой. ТЕРПИ. ~ ~ ~ ~ Запись вторая: Купил штаны. Короткие, бля, снова! Опять подкатывать теперь! ~ ~ ~ ~ Запись третья: Вчера играл в дораме. Ну, феерично, как всегда! Дорама, правда, стыд, позор и срамота. Да лучше выколоть глаза, ЧЕМ ВИДЕТЬ ЭТИ «СОПЛИ» НА ЭКРАНЕ! Наверное, пора играть в рекламе. Пора, Хёнвон, пора… ~ ~ ~ ~ Запись четвертая: Люблю Гаыль. По вторникам и четвергам. В другие дни у девушки плохое настроение. Скажи, мой друг, быть может, намекнуть ей как-то, что в понедельник, среду, пятницу и выходные мой член грустит и плачет крокодильими слезами? Да, я дрочу. Прости, дневник, вот даже руки не помыл… ~ ~ ~ ~ Запись пятая: Покушал. Вкусно. Да-да, вот так меня просили написать, иначе буду голодать. Ух, стану я когда-то кулинаром и накормлю Кихёна, блять, своей едой, чтоб знал, как весело сидеть на унитазе ТРИ ЧАСА. ~ ~ ~ ~ Запись шестая: Поспал. Вот это, сука, СЧАСТЬЕ! ~ ~ ~ ~ Запись седьмая: Вчера померил член линейкой. Ну так… забавы ради. Ты знаешь, друг, владелец твой ХУЯСТАЯ ОСОБА. Гордись, дневник, ГОРДИСЬ! Не каждый раз линейки не хватает… ~ ~ ~ ~ Запись восьмая: Вот только что фанатка подарила мне подарок. Рога оленьи! Типо я — олень Рудольф. Сказал «спасибо» девушке, а сам подумал, чтоб та всю жизнь ходила НА РОГАХ!!! ~ ~ ~ ~ Запись девятая: НОСОК МЕНЯ ПОЗОРИТ! На пальце дырка вылезла опять. Скажи, дневник, как тонко пальцу с дыркой намекнуть, что айдол должен быть по жизни идеален? ~ ~ ~ ~ Запись десятая: ГАЫЛЬ МНЕ ТОЛЬКО ЧТО ТАКОЕ, БЛЯТЬ, СКАЗАЛА! Я — ПАПА! Плачу, сука, плачу … … … … А, нет… Спасибо боженьке за невидимый презерватив! ~ ~ ~ ~ Запись одиннадцатая: Хожу-хожу…. Всё время чешется рука. Наверно, это знак! Пора Гаыль поэму написать, чтоб Бестия моя забилась подо мной в экстазе. Дрожала, истекала и закончила уже на третьей фразе! ~ ~ ~ ~ Запись двенадцатая: КАМБЭК ПРОШЕЛ УСПЕШНО! Хёнвон, ты был неотразим! Конечно, сутками не спать, не жрать и бесконечно танцевать. Любой, в итоге, будет в зеркале не отражаться! ~ ~ ~ ~ Запись тринадцатая: Ну вот, блять, видит Бог, я говорить об этом не хотел! Мы третий месяц ВСЕ грустим. От нас ушла Дуна. Собрала чемодан и даже ручкой не махнула. Моя Гаыль — та плачет постоянно, но это полбеды. Кихён, Чжухон — они зависли, умерли и растворились в своей тоске по женщине, которая была им так нужна. В тот день, когда Дуна исчезла, был хаос беспощадный. Чжухон молчал, замкнулся сам в себе, а вот Кихён бушует до сих пор. Тогда Хомяк кидался стульями, пока Шону не вырубил его и не отнес в постельку, потом откармливали бедного чаями с валерьянкой. Ну, что же было между ними, что этот парень так сжигает свою душу? Недавно подошел ко мне, обнял и тихо вымолвил: — Хёнвон, скажи, что делать? Я знал, Я ЧУВСТВОВАЛ, что она счастлива со мной! Стоит. Глаза на мокром месте. — Смирись, пацан. Она же женщина! Сегодня счастлива, а завтра плачет, — обнял его в ответ. САМ В ШОКЕ! Редко так бывает, когда мы с Хомяком друг друга зажимаем. Чжухон тогда страдал не меньше. Он просто делал вид, что быстро влюбится в другую. НО НЕТ. Не выдержал и побежал к Кихёну. Обнялись те несчастные, РЫДАЛИ, а я им ненароком намекнул, что их осталось только двое, теперь они начать встречаться могут с горя. За те слова, я получил немало от обоих. А что такого? Логика же есть! Ведь оба любят и в постели с ней бывали. Ну как? Хотя бы трахали чуть-чуть. И что же им мешает ближе стать, найти друг в друге утешенье? Короче, вот, смотрите, синяк мой на руке — Кихён отреагировал мгновенно и впился мне клешней в предплечье. На жопе стыдно показать… Да-да, Чжухон совсем не понял шутки. Ну ладно. Я — прощаю. Особенно, после того, когда Кихён сказал холодным тоном: — Не верю больше я в любовь. Наверное, её не существует, если тебя бросает та, ради которой ты готов на всё. ВОТ ТАК. Пиздец у нас творится! Прощай, дневник, пойду, залью тоску свою на баре… ~ ~ ~ ~ Запись четырнадцатая: ЗАЛИЛ ТОСКУ. Скажи, дневник, какие варианты есть, чтоб протрезветь до завтра? Холодный душ? Рассол? Поспать немного? Побегать на морозе? Гимнастика, какая может есть? Ушу? Фалунь дафа? Отжаться пару раз от пола? Ой, всё! Идет Гаыль. Ща быстро протрезвею… ~ ~ ~ ~ Запись пятнадцатая: Прости, МОЙ ДРУГ! Вдруг понял неожиданно — страдаю я хернёй, когда пишу в тебе свои проблемы. Пошел ты на хер! В мусорку тебя! Нет дневника и нет проблемы! Точка.

***

СЕРЕДИНА МАРТА. ЕЩЁ НЕ ЖАРКО, НО УЖЕ И НЕ ХОЛОДНО. Сегодня выдался отличный день. Я утром так споткнулась на пороге дома, что чуть не прочесала носом по асфальту, а это значит, будет мне сопутствовать удача. Занятия все пролетели очень быстро, а потом спектакль отменили, поэтому с Дэбалем мы решили устроить небольшую вечеринку. Вообще он часто у меня бывает. Сидим, пьем чай, грызем закуски и смотрим сериалы. Всегда это уютно так проходит. Частенько мы под утро засыпаем, а потом стремглав бежим на пары. Надеюсь, что мой друг не имеет видов на меня. Я так устала от амурных отношений! Да и вообще вы видели Дэбаля? Высокий, тощий парень под два метра, сутулый, с крючковатым носом и кривой ухмылкой. Пусть он простит, но я до сих пор в шоке, что ему не дали сыграть Квазимодо. Так вот иду домой с учебы. Купила по пути нам тортик, колбасу и целый килограмм апельсинов. Надеюсь, фрукты не кислые, и мы не будем весь вечер кривиться. Троллейбусная остановка не далеко от моего дома, но тяжелый пакет все равно неудобно тащить. Осторожно семеню по железному порогу, чтобы не споткнуться и не размазать тортик по стене. О, чудо! Препятствие пройдено успешно! Глядя в пол, бегу по ступенькам, перебирая в голове сериалы, которые ещё не смотрела. И вот между первым этажом и вторым резко притормаживаю, потому что кто-то идет мне навстречу. Отрешенно вскидываю голову и замираю на месте. Тупо моргаю глазами, пропуская удары своего сердца. «Скубиду, кажется, ты совсем рехнулась! Нет, правда, пора заканчивать с депрессией, потому что ты уже видишь миражи… Или НЕТ…?» Прямо передо мной, на пару ступенек выше замер в удивлении Чжухон. Допустим, я помню, чтобы он так широко открывал рот, но вот глаза его ещё никогда не были такими большими. Хони будто увидел призрака! Стоим и пялимся друг на друга, на время, выпав из реальности. Потом я неуверенно подаю голос: — Эм… что ты здесь делаешь? — смеряю парня взглядом. Он весь в черном, только кепка белая и наушники на плечах поблескивают серебром. — Вышел из СВОЕЙ КВАРТИРЫ, — ошарашено дергает головой в сторону моего этажа. Тогда до меня резко доходит, что Чжухон абсолютно реален. Реален, сука, СЛЫШИТЕ? Реален! Реален! РЕАЛЕН! В моей голове так оглушительно звенит тревога, что я быстро срываюсь с места и, пока Хони тормозит, пулей пролетаю мимо него и ломлюсь к своей квартире. Слава богу, замок открывается магнитной картой! Быстро прижимаю ее к датчику и распахиваю дверь, которая тут же за мной захлопывается. Ввалившись в прихожую, я все-таки спотыкаюсь, выпустив пакет из рук. Апельсины дружным хороводом выкатываются на пол. Пытаюсь их собрать, хватаюсь за стены, но только неуклюже зафутболиваю торт ногой. Пластиковая крышка открывается, размазывая розовый крем по паркету. Судорожно всхлипываю и обессилено падаю на колени под громогласные стуки Чжухона в мою входную дверь. До парня, наконец, дошло, что это действительно была я, а не его галлюцинация. «Твою мать, что это за шутки?! Какого черта, Скубиду, ИЗ ВСЕХ КВАРТИР В СЕУЛЕ ты купила именно ту, которая соседствует с жильем Чжухона? С каких это пор та квартира вообще его? Почему не видела здесь Хони раньше?! Ну что за наказание?! Ты даже сбежать от «монстров» нормально не можешь! А может, это сон и нужно хорошенько себя встряхнуть?» Растягиваюсь на полу и бьюсь затылком об пол. Размахиваюсь и шарахаюсь так, чтобы встряхнуть мозг. Не помогает. Только набила себе шишку. Чжухон продолжает кричать, материться и бить в дверь, только теперь уже ногами…

***

С тех пор, как я встретила Хони в своем подъезде, мне кажется, что кто-то там сверху, Бог или Дьявол, надо мной издевается. Черт возьми, как же я старалась оставить «Monsta X» в прошлом, но оказалось, что один из них — МОЙ СОСЕД! Это Ли Чжухон, мать его за ногу!!! КАК? ПОЧЕМУ? ЗА КАКИЕ ГРЕХИ? Теперь каждый раз, когда я захожу в подъезд, боюсь увидеть там всю группу, ВСЕХ СЕМЕРЫХ «всадников апокалипсиса»! Их вообще четверо, но лично у меня — семь. Вот бы в доме был лифт, но НЕТ! Приходится скользить вдоль стены как ниндзя, а то не дай бог выскочит этот черт и затискает до смерти! Сначала меня провожал Дэбаль, но потом я поняла, что Чжухона никто не остановит, если он чего-то захочет, и просто смирилась. А что делать? Нужно же как-то жить дальше. К примеру, сегодня великолепный закат. На небе смешались синие, бирюзовые, розовые и багровые краски. Вечер чарует, опускаясь на город, заставляя жмуриться от лучей, которые тут и там проскальзывают в комнату и играют на стене. Я так устала. Почему это мое обычное состояние? Решаю немного расслабиться и выхожу на лоджию. Оглядываю город и небольшой парк неподалеку. Так странно… В доме всего два этажа, но вид открывается великолепный. Поворачиваю голову влево, и по моей спине пробегает холодок. Лоджия здесь смежная, то есть одна на весь этаж, и от соседней квартиры меня отделяет всего лишь стеклянная перегородка. Как я могла об этом забыть? Теперь стою и смотрю прямо в глаза Чжухону. Он тоже вышел подышать воздухом. Или искал встречи со мной? … — Как дела? — задает Хони самый тупиковый вопрос на свете. — Живу… — чмокаю губами в ответ. — Чем занимаешься? — продолжает прожигать взглядом. — Играю в театре. Эсмеральду, — пожимаю плечами. — Кого? — морщит лицо в недоумении. — Это собака? — Не важно, — отмахиваюсь. — Давно эта квартира твоя? — задаю теперь вопрос, не дающий покоя. — Да, она досталась мне от родственников. Прихожу сюда, когда нужно в одиночестве написать песню или музыку, — отворачивается и смотрит на закат. — Ясно, — округляю глаза, глядя в одну точку. Молчим какое-то время. Потом Чжухон быстро разворачивается и уходит. И это все? РАЗГОВОР ЗАКОНЧЕН? Остаюсь на лоджии, находясь в какой-то прострации. Пытаюсь определиться с тем, как жить дальше и тут отдаленно слышу, что в мою квартиру звонят. Медленно иду в комнату — борюсь с собой. Конечно же, нет смысла спрашивать: «Кто там?» Кладу руку на лицо, замечаю, что мои пальцы дрожат. «Долго ты будешь убегать, Скубиду?» — задаю себе этот вопрос, а потом мгновенно срываюсь с места и мчусь к двери. Распахиваю её, сделав глубокий вдох, и вижу перед собой Чжухона. Он делает шаг вперед, и я тут же оказываюсь в его объятиях. Трясусь всем телом и прикрываю глаза, чтобы не расплакаться. Хони чувствует мое состояние и сильнее прижимает к себе, легонько поглаживает по спине, ощупывает тело, хватается за футболку, будто боится, что я наваждение. Потом отстраняется, хочет поцеловать в губы, но сомневается, поэтому прижимается к моей щеке. Только сейчас обхватываю его за талию и расслабляюсь. — Я не отпущу тебя, слышишь? Никуда не отпущу… — сердито шепчет на ухо. — Так и будем стоять здесь на пороге? — грустно посмеиваюсь в ответ. — Смеёшься?! — фыркает мне в лицо, соприкасаясь со мной носом. — Я не об этом, ты знаешь! Дуна, ты поступила жестоко! — Я знаю… — пытаюсь отвернуться, но он не позволяет. — И что теперь? Убьешь меня? — прикрываю глаза, потому что больше некуда деться. Молчит, обдумывает, а потом говорит уже совсем другим тоном: — Я заказал пиццу и заварил чай, пойдём ко мне, — это прозвучало не категорично, а как приглашение. — Пойдем, — сдаюсь, поглядывая исподлобья. Тогда Хони, как обычно, подхватывает меня на руки и идет к своей квартире, а дверь моей захлопывается сама по себе. — Вообще-то я не взяла с собой карту-ключ. Хорошо, что есть кодовый замок, иначе не попала бы к себе домой, — насуплено говорю Чжухону, когда он ставит меня на пол в своем коридоре. — Жила бы здесь, — произносит, как ни в чем не бывало. — Надевай вот эти тапки с пингвинами. У зайцев почему-то сразу отвалилась подошва, — кивает в сторону обуви и направляется в комнату. Топаю следом за ним, стараясь не терять тапки, потому что моя нога 35 размера, а у Хони, скорее всего, на 10 размеров больше. Иду и осматриваюсь. Эта квартира тоже однокомнатная. Мебели практически нет. Только небольшой диван у стены и широкая кровать около окна. Обычное мальчуковое жилище, если бы не мягкие игрушки, растыканные по углам. И еще запах! Черт возьми! Тут везде пахнет туалетной водой Чжухона. Как же я не унюхала этого раньше?! Аккуратно умащиваюсь на диван рядом с коробкой пиццы. Хони захлопывает ноутбук, который оставил на подоконнике и идет ко мне. Вижу, что парень до сих пор злится. Заложил пальцы за ремень джинсов и корчит нарочито серьезную физиономию. — Почему ты сбежала? — снова начинает пытать взглядом, усевшись напротив и подогнув под себя одну ногу. — Ты же послал меня, вот я и… — пытаюсь отшутиться. — Я на хуй тебя послал, а не уволиться из агентства! — надувает свои пухлые губы. — Там я тоже бывала, — широко улыбаюсь ему, а он раздраженно цокает языком и морщит нос. Разве, что только не рычит. Ха-ха! — Ладно, пойду, принесу чай, — не выдерживает и уходит на кухню. Обстановка была такой натянутой, что я даже не знала о чем разговаривать, но всё оказалось не так страшно. Наверное, мятный чай успокоил Чжухона, и он начал рассказывать про камбэк и последние события, которые произошли с группой. Я с грустью слушала парня, постоянно поглядывая на настенные часы. Солнце уже село, поэтому мы болтали практически в темноте. Видели только очертания друг друга, улавливали в полумраке жесты и намеки. Всё это плавно вело к тому, что еще немного, и мы переместимся на кровать. Хорошо понимая это, я взяла свою пустую чашку и понесла ее на кухню. «Скубиду, если ты не уйдёшь сейчас, останешься здесь на ночь…» Конечно, я не успеваю дойти даже до умывальника. Хони догоняет меня и легонько обхватывает со спины. — Опять хочешь убежать? Даже не отрицай, я же вижу. — Пытаюсь, потому что уже поздно. — Останься со мной, — вздыхает и утыкается лицом мне в затылок. — А иначе, что? Достанешь свою саблю? — поворачиваюсь к парню лицом. — Можно и так сказать, — сверкает ямочками, а потом отрывисто целует меня в уголок губ. Чёрт возьми, почему Чжухон сейчас такой милый, уютный и одновременно дико соблазнительный? «Скубиду, тебе пора домой…» — Дуна, у нас же так ничего и не было… нормального, — опять тянется к моим губам. — Давай я сначала чашку поставлю, хорошо? — уворачиваюсь от поцелуя, поэтому Хони обжигает дыханием мою скулу. Пячусь назад, а он топает след в след, продолжая обхватывать за талию. Наконец, кладу чашку в умывальник, потом снова заглядываю парню в глаза. — Я хочу почувствовать тебя, — скользит рукой по моей ягодице. — Кихён рассказал мне… О своих ощущениях… Эти слова Чжухона заставляют меня поморщиться. «Твою мать, они теперь делятся ощущениями! Пиздец просто!» — Ну, вы даёте, мальчики! — произношу с нажимом, отворачиваюсь и качаю головой. — Чему ты удивляешься? Когда ты ушла, мы не могли говорить ни о чем другом, кроме, как о работе… И ТЕБЕ, — сердито шепчет, покрывая мою шею мокрыми поцелуями. «Скубиду, быстро взяла ноги в руки и убежала отсюда! Брысь-брысь!» — Это какой-то абсурд… — чувствую, как мое тело немеет и перестает слушаться, не выдерживаю и встречаюсь с Чжухоном губами, углубляю поцелуй. — Хорошо, останусь… — говорю, практически от него не отрываясь. — Эээ… Что-что? — порывисто отстраняется и моргает. — Тебя не нужно больше уговаривать? — Ты же все равно меня уговоришь? — посмеиваюсь, глядя на его удивленную мордаху. — Серьёзно?! У нас будет секс?! — сводит брови к переносице, тоже начиная прикалываться. — А ты хочешь? — игриво кладу пальчик в ямочку на его щечке. — Шутишь? Да я хочу затрахать тебя до смерти! — отвечает, гримасничая, и шумно дышит. — Это звучит как угроза. Теперь мне страшно, — делаю испуганное лицо. — Тебе будет только приятно. Я постараюсь, — неотрывно смотрит в мои глаза, легонько подталкивая к кухонному столу. — Просто не верится, что ты так быстро согласилась! Да я прямо сейчас кончу! — не перестает эмоционально причитать. — Тебя это так завело? — начинаю расстегивать на нём рубашку. — Жутко! Я же уже приготовился терпеть до утра, Покемон! — прижимается ко мне бедрами. — Ещё раз назовешь меня покемоном… — раздраженно закатываю глаза. — Да-да! Ты выкрутишь мне яйца, я помню! Так давай, начинай, детка! Сколько можно грозиться?! Не стоит говорить то, что боишься сделать! — повышает голос, хватает меня за руки и разворачивает лицом к столу. — Ты сама наклонишься или мне тебя НАГНУТЬ?! Покорно склоняюсь над столом, потому что не хочу, чтобы Чжухон сильно разыгрался. Я отлично помню размеры его достоинства. — Какая послушная девочка, — язвительно шепчет мне на ухо. — По-моему, твои ножки дрожат, страшшшно? — скользит рукой по моей пояснице, запуская руку под футболку. — Если честно, Хони, да… — тихо отвечаю ему, нервно покусывая губы. Моё сердце сейчас колотится так сильно, что становится сложно дышать. — Расслабься, я не сделаю тебе больно, — перестает играть, оглаживая мои бедра. Потом плавно приспускает мне шорты и трусики. Чувствую его горячие и влажные руки на своих ягодицах. Мнёт, нежно поглаживает кожу, скользит пальцами в промежность. Массирует, трет, вводит один, потом два, а затем три пальца. С каждым микро-движением или поглаживанием я больше возбуждаюсь, но все равно еще чувствую себя как на приеме у врача в ожидании укола. Тогда Хони присаживается на корточки и выдает самую фееричную фразу за этот вечер: — Говорят, от моего рэпа все девочки начинают течь, ПРОВЕРИМ? — Что? — недоумеваю, пытаясь развернуться, но он игриво шлепает меня по заднице, чтобы я не дергалась. Сержусь, но подчиняюсь. Тогда Чжухон прочищает горло и НАЧИНАЕТ ЧИТАТЬ РЭП: — I am your fighter, fighter! Higher, higher, higher! Inside of you fire, fire! Champion, champion! I`m a champion! Цыка-цыка! Пиу-пиу! Ррррряяя! — Аааааа-ха-ха! Что ты делаешь? А-ха-ха! Ой, дурак! А-ха-ха! — заливаюсь от смеха, просто ржу, аки конь. Мне так смешно, что я начинаю биться головой о столешницу. Вдруг суровый рэпер резко замолкает, и я тут же задерживаю дыхание, потому что чувствую его губы, дразнящие мой клитор, и язык, проникающий непозволительно глубоко. Вижу цветные круги перед глазами и перестаю соображать. Ложусь всем телом на стол, потому что ноги подводят меня и подкашиваются. — По-моему, люди не врут. Действительно девочка потекла, — приходит к выводу, прекращая свои изощренные ласки, и выпрямляется. Сейчас мне уже все равно, что Чжухон будет делать дальше, просто лежу и могу издавать только непонятные звуки: — Эээ… Бээ… Мээ… Слышу, как он расстегивает ремень, ширинку, а потом пододвигается ближе и прикладывает головку своего члена к моему влагалищу. — Кажется, ты готова, да, Покемон? — произносит низким, бархатным тоном, слегка подавая бедра вперед. — Вильни хотя бы попкой, чтобы я убедился, что ты жива. — Угу… я тебе ещё отомщу, — издаю слабый стон, когда парень начинает делать короткие ритмичные движения, плавно и не глубоко проникая в меня, покачивая бедрами и совершая круговые движения. — Ха-ха! Пока мой ствол у твоей кобуры, не говори о мести, — глухо отзывается, ускоряясь и вгоняя свой член немного глубже, как говорят, «на пол шишечки». Теперь я резко ощущаю дискомфорт и начинаю шипеть, сжимая руки в кулачки. Чжухон ещё какое-то время продолжает делать все поэтапно, но потом кладет мне руку на живот и слега притягивает к себе. Морщусь и разгибаюсь, чтобы понять, чего он хочет. Тогда парень одной рукой резко прикрывает мне рот, а второй плотно прижимает к себе и начинает двигаться так быстро, что у меня буквально сыпятся искры из глаз. Истерически мычу и кусаю его за палец, но Хони не останавливается, а только пыхтит мне прямо в ухо: — Тише-тише, потерпи, ты скоро привыкнешь. Иначе я так до утра буду тыкаться. Чувствую, как сильно дрожат мои ноги, когда его пенис с каждым разом буквально подталкивает меня вверх. Жмурюсь и опускаю голову к груди, пытаюсь отвлечься. Тогда Чжухон останавливается, давая мне передышку. Быстро снимает с меня футболку, целует спину, шепчет с придыханием, но я в такой прострации, что не разбираю его слов и просто трясу головой. — Дуна, прости, детка, я больше так не буду, — разворачивает к себе лицом и обнимает. — Тебе было очень больно? — Да я охренела просто! — не могу смотреть ему в глаза, поэтому отворачиваюсь. — Прости-прости, иди сюда… — подхватывает меня и усаживает на стол, снимает с себя рубашку. Потом подходит вплотную и целует в губы, глубоко, с чувством, извиняясь. Снова скользит рукой к моей промежности. Смазки достаточно много, поэтому Хони, просто массирует пальцами мои половые губы. Я успокаиваюсь и обхватываю парня руками. Чжухон воспринял это как знак, взял в руку свой член, плавно вошел в меня и немного подвигался. Мне немного больно, но эта боль уже на грани удовольствия. Сообщаю об этом парню лёгкой улыбкой. — Слушай, пойдем в кровать, а? Какого чёрта мы на кухне, когда можем расслабиться? — бурчит, прижимаясь носом к моей щеке. — Ты меня спрашиваешь? — хмыкаю, ероша ему волосы. Тогда Хони освобождается от своих джинсов, подхватывает на руки мое податливое тело и несет в комнату. Мы не сразу валимся на кровать, а сначала закрываем жалюзи на окнах. Пока Чжухон дергает за веревочки и копошится у окна, подхожу и оглаживаю парню бедра, скольжу пальцами по его ноге, слегка щипаю за ягодицу… — Слушай, ты постоянно тянешь ручонки к моим ляхам, притормози, а? — морщится так, что его глаза превращаются в две тонкие полоски. — Знаешь же, что из-за этого могу кончить! У меня так давно не было секса, что я вообще не знаю, как держусь до сих пор, а она ещё дразнит… Уф… — сердито надувает губы. — Ладно, вообще не буду тебя трогать, — поднимаю руки выше головы и отступаю назад. — Можешь хоть до завтра ТЕРПЕТЬ. — Эу! Ну, ни то, чтобы совсем… — подходит и притягивает к себе. — Трогай, только не исподтишка. — Ты уж определись, чего хочешь, — фыркаю, поджимая губы. — Мне так нравятся твои ляшечки… — обиженно бормочу себе под нос. — Пойдем в кровать, я хочу кончить в тебя, — увлекает за собой, падая на смятое одеяло. — В этот момент, считай, мои ляшечки принадлежат только тебе… Кровать оказалась такой мягкой! Мы бы просто заснули, если бы не сильное возбуждение. Чжухон постоянно умудрялся изворачиваться так, что мне уже совсем не было больно, а любое его движение или прикосновение просто сводили с ума. В процессе я начала задумываться, что именно его предки изобрели «Камасутру», ну хотя бы рисовали картинки! В этом парне столько страсти и животной силы, что даже после утомительного рабочего дня, он может кувыркаться, словно заяц на супермощных батарейках, правда, потом очень резко вырубается. Я еле заставила Хони поменять простыни, измазанные спермой, и с силой отпинала в душ, где он держался за кафель и, постанывая, глотал струи воды. — Хони, не пей воду из-под крана! — сердито шлёпаю его по попе. — Да пофиг! — прижимает к себе, и вода тоже начинает литься мне на голову. ВОТ ТАК ВСЁ И БЫЛО. Я ужасно устала, но всё равно спала тревожно. Чжухон постоянно обхватывал меня сзади как любимую подушку, ерзал, зарывался в мои волосы, а потом ещё начал храпеть. Так что проснулась я рано. Приоткрыла глаза и тут же зарылась лицом в одеяло, потому что Хони тоже уже не спал. Сидел по-турецки напротив в одном свитере и плавках, и неотрывно на меня смотрел. — Что такое? Почему ты так рано вскочил? Сколько времени? — зевая, засыпаю его вопросами. — Пять утра. Мне нужно быть в общаге к восьми. Сижу, караулю тебя, — шмыгает носом, подпирая рукой подбородок. — Зачем караулишь? — удивленно вскидываю брови. — Боялся проснуться и увидеть кровать пустой, думал, ты сбежишь, — произносит с грустью в голосе. — Ха-ха, это парни обычно сбегают, — сладко потягиваюсь в постельке. — Ага, и ты в том числе! — закусив щёки, ткнул в меня пальцем. — Вчера я поняла, что не смогу убежать, Хони, так что ты заполучил меня целиком и полностью, — говорю ему с нежностью в голосе, приподнявшись на локтях. — Да, Кихён тоже так думал, — бросает на меня взгляд исподлобья. «Твою мать, он теперь всегда будет вспоминать Хомяка?» — закрываю глаза, снова распластавшись на кровати. — Я хочу ещё полежать, — нарушает тишину глухой голос Чжухона. — Так иди сюда, — вытягиваю руки в его сторону. Тогда парень медленно снимает с себя кофту и залазит под одеяло. Поворачиваюсь к нему лицом и начинаю гладить по волосам, чешу за ушком как кота, а Хони пододвигается ближе, но всё равно ещё недоверчиво сжимает губы. — Как ты себя чувствуешь? — сдается и целует меня в нос. — Ничего не болит, после того, что было ночью? — Все хорошо, но я ещё не вставала, — хмыкаю, натянуто улыбаясь. — Я старался, — вытягивает губы трубочкой и щурится. — Да, я знаю, спасибо, — вздыхаю, опускаюсь ниже и утыкаюсь ему лицом в грудь. — Дуна, у меня столько всего запланировано на ближайшее время, что я даже не знаю, когда мне удастся вырваться сюда снова, — говорит с болью в голосе. — Я знаю… — тянусь и целую его в ключицу. — Мне хочется побыть с тобой подольше, — трется подбородком о мои волосы. — Ты и так со мной… — Неа, ещё ближе, — издает короткий смешок. — Опять будешь читать мне рэп? — отстраняюсь и подкалываю Чжухона, заглянув ему в лицо. — Можно и так сказать, — быстро привлекает меня к себе, а потом заваливает на спину. — Я хочу просыпаться твоим, Покемон. А ты будешь моей? — накрывает мои губы настойчивым поцелуем, и мы снова сплетаемся телами. Только спустя час пылкой «игры» под одеялом, я сползла с кровати и поплелась в душ. Чжухон еще долго ленился, перекатываясь с бока на бок и сминая простыни, но потом тоже поднялся и пошел приводить себя в порядок. Пока я готовила нам завтрак, Хони с улыбкой следил за каждым моим движением, принюхивался и бормотал комплименты, восхваляя кулинарные способности Великого Покемона. Хотя я всего-то пожарила яичницу и запекла блинчики с малиной и медом, но всё равно было приятно. Пока кушали, Чжухон не преставал болтать о всякой чепухе, а я беспечно хохотала, периодически уходя в свои мысли: «Как хорошо, Скубиду, что ты всё-таки не сбежала, а осталась здесь на ночь. Может быть, секс — это предлог, чтобы поглубже заглянуть в чужие глаза? Кажется, я хочу нырнуть в них до дна и почувствовать невесомость…»

***

МЕСЯЦ АПРЕЛЬ. С появлением «соседа», моя жизнь пошла в гору. Стало легче дышать и появилось вдохновение. Даже в театре заметили, что я играю Эсмеральду ещё лучше. Чжухон искал любую возможность, чтобы вырваться ко мне, но чаще одного раза в две недели не получалось. Я сразу поняла, что он никому не рассказал о наших отношениях. Во-первых, тогда Минхёк уже побывал бы здесь, во-вторых, Кихён тоже не заставил бы себя ждать. Ох, Хомяк — это вообще больная тема! Любая мысль об этом парне делает мне больно. Если когда-нибудь встречусь с Кихёном лицом к лицу, не знаю, как буду смотреть ему в глаза. Я ведь, правда, не лгала ему, когда говорила, что люблю. И как вообще чувствует себя Чжухон, который живет с ним в одной комнате? Чёрт возьми, всё это так сложно! В любом случае, лучше, чтобы о нас с Хони никто не знал. Я даже Гаыль пока не сказала. Да-да, недавно нашла её в соц. сети, и теперь мы снова переписываемся. Моя подруга долго ворчала о том, что я заставила всех волноваться, но потом всё-таки сменила гнев на милость. Теперь мы частенько на связи, хотя стараемся вести себя осторожно, опять же, чтобы никто не узнал. Дэбаль, кстати, понял, что у меня кто-то появился, но тактично ушёл в тень и не о чём не спрашивал. … Этот вечер понедельника был тихим и безоблачным. Когда на небе уже вовсю сияли звёзды, ко мне в гости пришёл Хони. Прямо в тапках-пингвинах притопал в мою квартиру, не забыв прихватить с собой длинную подушку в виде тюленя. Теперь сидит на диване, обнимает её и насуплено наблюдает за тем, как я готовлю нам ужин. Из телефона тихо доносится кубинская музыка. Наверное, сегодня Чжухон хочет почувствовать себя гангстером. Я сразу поняла, что у него плохое настроение, но решила расспросить обо всем хотя бы после того, когда он поест. Слушаю бубнёж Хони о тяжелой жизни айдола и пританцовываю у плиты, периодически подбегая к парню, чтобы чмокнуть того в сладкие губки. Чжухон то и дело хочет втянуть меня в поцелуй, привлекая к себе, но я постоянно уворачиваюсь и слежу за тем, чтобы не подгорела моя лазанья. — Знаешь, сегодня меня разбудил Минхёк со словами: «Мне только что приснился охеренный эротический сон! Лежим мы такие втроём… Я, конечно, сверху!» — насмешливо цокает языком Хони. — Прерываю бредни этого придурка и пытаюсь перевернуться на другой бок, а он мне выдает: «Ты можешь не слушать, но я тебе всё равно расскажу!». Иногда хочется убить его, честное слово! Я же мог ещё полчаса поспать! — фыркает и утыкается лицом в подушку. Подхожу к Чжухону и глажу его по мягким волосам. Сегодня он без укладки и мейка, наверное, в этот понедельник не было никаких выездов или съёмок. Вскидывает голову и смотрит грустным взглядом, потом прижимается щекой к моему бедру и вздыхает. Что же с ним такое? Неужели просто не выспался? Когда лазанья приготовилась, наконец, сели за стол и поужинали. Хони ел очень эмоционально, постоянно тыкая ложкой в разные стороны как профессиональный регулировщик. Тогда я поняла, что с этим нужно что-то делать. Когда мы вместе с кофе и фруктами переместились на кровать, всё-таки решилась у него спросить: — Пчёлка, мне кажется или у тебя что-то случилось? — аккуратно шепчу Чжухону, склонив голову ему на плечо. На парне такой пушистый свитер, что хочется тереться об него вечно. — Почему ты так решила? Всё нормально, — шмыгает носом и отводит взгляд в сторону. — Просто ты сегодня грустный. Не злой и не обиженный… Что случилось, а? — тихонько глажу его по запястью. Шумно втягивает носом воздух и нехотя отвечает: — Я волнуюсь. У нас завтра съёмки одного шоу… — переплетает свои пальцы с моими. — Менеджер сказал, что там нужно будет разбиться на пары и пройти по лабиринту. Только кому-то одному завяжут глаза, а второй участник будет вести его по микрофону своим голосом. Ты же знаешь, как я боюсь неизвестности. Да я с места там не сдвинусь, если зрения лишат именно меня. Уже второй день мысль об этом шоу не дает мне покоя! — Аааа, трусишка, — щекочу ему бочок. — Я не трусишка! — надувает губы Чжухон. — Просто волнуюсь… — А кто же еще? С тобой в команде будет кто-то из парней. Доверься ему, — тянусь и легонько касаюсь губами его подбородка. — В том-то и дело, они все такие раздолбаи, что я, скорее, убьюсь в том лабиринте, чем дойду до конца! — реагирует, очень эмоционально гримасничая. В этот момент мне на ум приходит одна интересная идея. Теперь только осталось уломать Хони кое-что сделать… — Хм, Пчёлка, кажется, я знаю, что поможет тебе перебороть этот страх, — бросаю на парня хитренький взгляд. — Нужно, чтобы такая неизвестность вызывала в твоей голове приятные воспоминая. Давай я сейчас завяжу тебе глаза… — Нет-нет-нет и ещё раз нет! — заерзал на месте он, активно качая головой. — Потом ты можешь сделать то же самое со мной, — невинно моргаю глазами, закусив нижнюю губу. Вот эти слова очень заинтересовали Чжухона. Сначала он замер, обдумывая информацию, затем, коварно щурясь, приблизил свое лицо к моему. — Покемон, и ты не боишься того, что я с тобой сделаю? — Я доверяю тебе, ты же хороший мальчик, — отвечаю ему затравленным голоском, а сама ликую потому, что мне удалось уломать трусишку на взрослую игру. — Угу, — хмыкает мне прямо в рот и глубоко целует, сделав хороший вдох. — Тогда я должна подготовиться, — вырываюсь из объятий парня и спрыгиваю с кровати на пол. — О чем ты? — озадаченно морщит лоб. — Мне же нужно связать тебя, чтобы ты случайно не убил меня в порыве страсти, — хихикаю, подбегая к вещевому шкафу. — Чегооо? — возмущенно разинул рот Хони.  — Не волнуйся, просто доверься мне, — отзываюсь, не оборачиваясь. — Раздевайся пока. — Я же замерзну! — Ха-ха, поверь, не успеешь! — наконец, нахожу нужные для игры ленты и шарфики и снова подхожу к кровати. — В любом случае, знай, что я отомщу тебе потом, — тыкает в меня пальцем Чжухон и стаскивает через голову свитер. — Конечно, — натянуто улыбаюсь в ответ. Когда парень разделся до одних трусов и улегся на спину, я быстренько, пока он не передумал, привязала его за руки и за ноги к ножкам кровати. Шарфы здорово натягивались, но я старалась сделать как можно больше узлов, чтобы подопытный не смог вырваться. Хони всё это время тяжко вздыхал, но храбрился. — Может, не будешь завязывать мне глаза? — протянул жалобно Хони и часто заморгал, когда я подползла к нему, чтобы проделать именно эту манипуляцию. — Тогда в чем смысл? — шутливо касаюсь пальцем его носика. — Покемон, я же умру здесь! — продолжает преувеличивать, клацая зубами. — Только от удовольствия, — всё же натягиваю ему повязку на глаза, пока он хнычет и пыхтит как трехлетний мальчик. — Мне уже страшно! Поверить не могу, что позволил с собой сделать такое! Ты околдовала меня, Покемон, быстро развязывай, давай… ааа… ааа… буль-буль-буль… — шебуршится Чжухон на кровати, пока я хожу по комнате в поиске предметов, которыми можно дразнить парня. В итоге взяла с собой перышко, кусочек меха и крем. Решила начать мучить пациента сверху. Чжухон уже еле всхлипывал, когда я уселась на него верхом и поцеловала в грудь. Ничего, сейчас снова заверещит во всю глотку. Может, нужно было и рот ему заткнуть? Хорошо, что у нас ПОЧТИ ГЛУХИЕ соседи! Всё время, пока я водила пером по телу Хони, наблюдала его в холодной дрожи. Даже мои поцелуи и дразнящие прикосновения не возбуждали парня, а заставляли усиленно напрягать мышцы. Как ни старалась подключать язык, огибая его ключицы, никакого результата это не давало. — Теперь, милый, я спускаюсь вниз, — сдалась и ласково вымолвила, отползая назад. — Хочешь совсем меня добить? У меня скорее отвалится всё там, а не встанет! — отозвался хриплым голосом Чжухон. Видимо, уже сорвал голос. — Это потому, что ты не доверяешь мне. Просто расслабься… — произнесла сексуальным тоном и лизнула его в пупок. Затем стянула с него нижнее бельё и с нажимом провела рукой по лобку, огладила бедра и их внутреннюю часть. НИЧЕГО. Эти движения тоже не возбудили Хони. Ладно… Наблюдая, как часто вздымается его живот, я приняла спонтанное решение. Сползла с кровати и пошла на кухню. — Куда ты? Что опять надумала? — приподнимает голову и выгибается как червяк. Не отвечаю ему. Нахожу банку со свежим, ещё жидким мёдом и макаю в него палец. Потом возвращаюсь к кровати и ласковым тоном пытаюсь успокоить совершенно напуганного Чжухона. — Пчёлка, расслабься, пожалуйста, ПРИЛОЖИ ХОТЯ БЫ УСИЛИЕ. Ты только и делаешь, что нагоняешь страха, — глажу Хони по бедру. — Тебе легко сказать, у меня будто мозг отключается, когда я ничего не вижу, — глубоко дышит, пытаясь успокоиться. — Ну не знаю… Начни читать рэп… — пытаюсь отвлечь парня разговором, а сама медленно раздвигаю ему ягодицы и прикладываю палец к анальному отверстию. — Что? … ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? — подскакивает на кровати так, что мои шарфики вот-вот порвутся. — Эээ… Собираюсь сделать тебе приятно, — подбираю каждое слово, чтобы «Халк» не начал крушить и ломать все вокруг. — Так, стоп! Я на такое не подписывался, ясно?! — говорит звенящим голосом и дышит так, словно в комнате заканчивается воздух. — Нечего там тыкаться, я не гей! — напрягается всем телом Хони. — Но я же не дилдо тебе в зад засовываю? Это просто мой пальчик, будь спокоен, — бурчу ему сдавленным голосом. — ЧТО?! Вот дерьмо! У тебя ещё и дилдо там есть, чокнутая баба?! А ну, развязывай меня! — теперь начинает злиться не на шутку. Понимаю, что без разговора по душам ничего не выйдет. Ползу вперед, приближаюсь к его лицу и целую в упрямые губы. Чжухон сопит и сопротивляется. — Пчёлка, послушай, я не хочу травмировать твою психику, а наоборот, знаю, что тебе точно должно понравиться, — кладу руку ему на живот. Парень мгновенно вздрагивает. — Если будет неприятно, тут же прекращу это делать, хорошо? Мне ведь тоже было больно и страшно, когда мы в первый раз занимались здесь любовью, но я доверилась тебе, — ласково и доходчиво шепчу ему на ухо. — Это разные вещи! — качает головой, переставая ерзать на кровати. — Нет, это ВОПРОС ДОВЕРИЯ. Мне не стыдно сделать для тебя такое. Молчит, размышляет, тяжело дыша. — Ладно, но помни, что потом ты будешь лежать на моем месте, — быстро изрекает Чжухон. Вижу насколько залились румянцем его щёки и покраснели уши, торчащие из-под повязки. Коротко чмокаю парня в губки и выразительно произношу: — Я — помню. Снова отползаю назад и устраиваюсь у Хони между ног. Он замирает, будто перед операцией на мозге, только изредка проглатывая слюну. Оглаживаю его ноги, внутреннюю сторону бедра, мошонку, легонько сжимаю яички. Когда по телу Чжухона начинают бежать мурашки, раздвигаю ягодицы и потихонечку вставляю ему пальчик в попу. К своему удивлению, очень быстро упираюсь в простату и легонько, начинаю её массировать, делая круговые движения. И тут, аллилуйя! Член начинает расти. Моментально. Эрекция такая сильная, что пенис становится ещё больше и длиннее, чем обычно. Смотрю и радуюсь тому, что Хони хорошенько привязан к кровати, потому что я бы не хотела быть наказанной таким «агрегатом». Честное слово, проходит буквально минуты две или три, за которые Чжухон полностью расслабляется и теряется в ощущениях. Руки, недавно сжатые в кулаки, теперь страстно впиваются в одеяло, а рот приоткрывается в немом стоне. Подает бедра вперед и начинает бурно кончать. Сперма бьет фонтаном и летит мне в лицо. Ошарашено посмеиваюсь, но продолжаю свой массаж, боясь сделать парню больно. Хони трясется всем телом, окончательно перестает себя сдерживать и стонет во весь голос. Дать бы микрофон ему в руки, и можно было бы записать отличный трек. Сингл разлетелся бы в два счета! Слежу за безудержной реакцией Чжухона, а сама продолжаю. Когда судороги его члена прекращаются, но тот продолжает стоять, не падает, аккуратно насаживаюсь на него ртом. Головка такая большая, что я еле обхватила ее губами. Посасываю и щекочу уздечку языком, когда наступает второй оргазм. Спермы опять так много, что я не успеваю ее глотать, она вытекает сквозь губы и струится вниз по подбородку. Охренеть можно, парень буквально писает мне в рот от сумасшедшего наслаждения. «Скубиду, да ты просто проктолог высшего класса!» Чжухон вздрагивает еще пару раз и замирает на кровати, полностью расслабившись. Наконец, оставляю его в покое и иду в ванную, чтобы умыться. В итоге залажу под душ полностью, потому что обнаруживаю семя своего парня в самых неожиданных местах. После бросаю одежду в корзину для стирки и возвращаюсь в комнату в одном белье. Меня не было около пяти минут. Этого времени как раз хватило Хони, чтобы переварить всё то, что он только что пережил. Подхожу и снимаю с его глаз повязку. Моргает, а потом, устремив взгляд в потолок, глубокомысленно изрекает: — Кажется, теперь я пройду лабиринт… Хохочу, аккуратно развязывая парню руки, затем ноги. Узлы так затянулись, что некоторые шарфики теперь совершенно испорчены. Ну и чёрт с ними! Чжухон медленно поднимается и сидит теперь как тряпичная кукла, потирая затекшие запястья. — Не знаю, что ты со мной сделала, но это было НЕЧТО, — произносит глухим голосом, прочищает горло и добавляет: — Я схожу в душ, а ты приготовься к моей мести, Покемон. — Ладно, — хмыкаю, а затем наклоняюсь и целую его в плечико, перед тем, как он встает с кровати, загребая вместе с собой измазанное покрывало. Чжухон отсутствовал двадцать минут. Не припомню, чтобы он когда-то так долго принимал душ, но в этот раз ему простительно. Выходит из ванной всё еще обнаженный, но с белым полотенцем на голове. — Пчёлка почистила перышки? — окидываю его взглядом, раскинувшись на кровати. — Да, Покемон, теперь я готов играть дальше, — хмыкает и валится рядом со мной. Подползаю к парню ближе, обнимаю, заглядываю ему в глаза и спрашиваю: — Ты хочешь, чтобы я делала тебе так иногда? Чжухон отводит взгляд и тихонько улыбается, снова заливаясь краской. Очевидно, подобная реакция была знаком согласия. Покусывает губы и переходит на другую тему из-за смущения. — Теперь твоя очередь краснеть, Покемон. Не жди от меня пощады, — быстро показывает мне язык и вскакивает с кровати. Потом педантично и с серьёзной физиономией привязывает мои руки и ноги, а перед тем, как одеть повязку на глаза, с интригой в голосе произносит: — Может быть, девочка тоже скоро начнет бояться темноты… Только смеюсь ему в ответ, вскидывая голову. Так ближайшие двадцать минут меня ожидали методичные ласки Чжухона. Сначала он расстегнул лифчик и стал покрывать мое тело то ли поцелуями, то ли просто щекотал пальцами. Я, в самом деле, не могла разобрать, чем он меня ласкает, а только догадывалась. Выгибаясь, сладко постанывала, когда парень долго слюнявил мой сосок и поглаживал живот. Подставляла шею, чтобы почувствовать его жаркое дыхание, ощутить горячий язык на своей коже. Потом неожиданно Хони сорвал с моего лица повязку, и я уставилась на эрегированный член прямо в нескольких сантиметрах от своих глаз. Скалится и говорит повелительным тоном: — ДУНЕШЬ В МОЙ МИКРОФОН? Ах, вот оно что! Как же до меня не дошло, что Чжухон не станет дразнить перышком, а сразу использует свой Главный Инструмент, т.е. с ходу будет водить по мне членом. — Неа, — непокорно сжимаю губы и качаю головой. — Ух, ты какая! — возмущенно взвизгивает и отодвигается. Затем тоже устраивается у меня между ног и произносит с насмешкой: — Я же говорил, что отомщу тебе?! — отодвигает мне стринги и утыкается своим членом в мой анус. Замираю, глядя на него испуганными глазами. Это уже совсем не смешно! — Хони, ты не поступишь ТАК со мной, — облизываю пересохшие губы и чувствую, как сильно забилось мое сердце. — Правда? Ты так думаешь? — слегка толкается вперед, и я тут же морщусь из-за неприятных ощущений. — Хороший мальчик не трахнет тебя в попочку, да? Молчу, ощущая, как тело покрывается мурашками и леденеет от холода. — Если ты сделаешь это Чжухон, я не прощу тебя, — говорю ему с металлом в голосе. — Серьезно? А сама-то легко можешь насиловать хороших мальчиков, — продолжает рассуждать насмешливым тоном, наклоняется и целует меня в живот. Теперь ласки парня совсем не приносят мне удовольствия, поэтому вжимаюсь в кровать как от удара током. Чжухон видит, что я окончательно напугана и сознательно быстро входит в меня. Только в вагину, как обычно. Я всё равно вскрикиваю от боли, потому что каждый раз чувствую себя девственницей с этим парнем. Сейчас ему нравится моя робость и уязвимость, поэтому Чжухон с каждым разом только ускоряется, вгоняя свое достоинство мне по самую матку. Ах так, дорогой?! Сейчас ты у меня получишь! Сначала кривлюсь какое-то время, а потом резко начинаю так стонать, будто сейчас рожу. Не зря же я учусь в театральной академии, правда? Хони сначала двигается в своем сумасшедшем ритме, а потом резко останавливается и обеспокоенно спрашивает: — Тебе так больно, Дуна?! Покемон?! Ой, прости, я не хотел настолько… — отскакивает в сторону, испуганно вертит головой, потом снова подползает ближе и начинает ловить руками мое лицо, целует щеки и лоб. Я не откликаюсь, а продолжаю охать и делать вид, что мне сильно сводит живот. Тогда Чжухон бросается развязывать мне руки и ноги, извиняется, причитает, буквально МОЛИТ О ПРОЩЕНИИ. Значит, он действительно поверил моему спектаклю. Ха-ха! Как только последний узел был развязан, я тут же вскакиваю с кровати и, бросив на Хони презрительный взгляд, собираюсь уйти. В этот же момент парень понимает, что был одурачен и резко приходит в бешенство. Не успеваю ничего сделать, когда Чжухон, подбегает, делает мне подножку, и мы вместе валимся на пол. Тут же парень заламывает мои руки над головой, порывисто срывает стринги и снова жестко в меня входит. Теперь вижу только, как его серебряная цепочка покачивается перед глазами. Из-за адреналина в крови я не чувствую боли. Сдаюсь и обвиваю парня руками, впиваюсь ногтями в сочные ягодицы, кусаю алеющие губы. Вот так вот незатейливая игра превратилась в жесткий секс на грани насилия. Чжухон делает еще пару мощных толчков, из-за чего по всей комнате раздаются хлёсткие, вульгарные шлепки, а потом напрягается всем телом и стремительно в меня кончает. В этом порыве звериной страсти он был безудержно красив. Прижимаюсь носом к его шее, чтобы вдохнуть дразнящий мужской запах, полный ярости и страсти, но Хони всё портит, прохрипев в последний момент: — Ты бы хотела, чтобы Кихён тебя тоже трахал, да?! Эти слова просто вспарывают мне мозг. Задыхаясь, распахиваю глаза и возмущенно шиплю: — Что ты несешь, Чжухон?! Да как ты можешь вообще?! Быстро отстраняется и падает рядом со мной на спину. Выдерживает паузу, а я бешусь, глядя перед собой сверкающим взглядом. — Просто теперь Кихён всегда стоит между нами… — говорит безучастным голосом, все еще тяжело дыша. — Вы оба говорите одно и то же! — произношу с нажимом, качая головой. — Правда? — издает смешок, а потом, не скрывая любопытства, спрашивает: — Скажи, ты делала ему пальцем то, что и мне сегодня? Ну, ты поняла, о чем я… — поворачивается на бок и, приподнявшись на локте, прожигает меня взглядом. — Нет, но думаю, Кихён не отказался бы, — продолжаю раздражаться, закатив глаза. — Вы были с ним очень близки, да? — сопит, глядя в одну точку. Тут я не выдерживаю и взрываюсь: — Да, ты прав, мы очень близки! БЫЛИ! А сейчас я лежу рядом с тобой, разве не видишь?! Хватит постоянно вспоминать Кихёна! Особенно в такой момент! Разве ты не понимаешь, что САМ регулярно напоминаешь о нём?! Это взрывает мне мозг, не ясно, что ли?!!! Чжухон совершенно спокойно слушает мои крики, не злясь как обычно. Потом пододвигается ближе и говорит мне на ухо, будто делясь чем-то сокровенным: — Дуна, я всё понимаю. Только… Это смешно звучит, но каждый раз, кончая в тебя, я не знаю моя ли ты до конца… Ты никогда не отвечаешь мне взаимностью… — ЧТО? То есть, как это? — захлебнувшись от возмущения, резко разворачиваюсь к нему лицом. Теперь наши глаза так близко, что можно прочитать друг друга без слов. — Разве ты забыл, что я переспала с тобой в первый же день нашей встречи? В твоей квартире, не помнишь? Это не взаимность, по-твоему? — Я не об этом, — его глаза теперь начинают влажно поблескивать. — Каждый раз, когда говорю тебе, что люблю… А я люблю тебя, Дуна. Ты ничего не говоришь мне в ответ… — И все? Ты только это хочешь услышать? Просто слова? — Это не пустяк, когда встречаешься с тобой, — грустно опускает взгляд Чжухон. — Я не знаю, что у тебя на уме. Расплываюсь в теплой улыбке, а потом нежно прижимаюсь к его губам. — Я люблю тебя, Хони, — произношу со всей искренностью и обнимаю за шею, словно по-матерински. Знаю, теперь он точно прочувствовал и поверил. «Скубиду, что ты будешь делать, любя двух мужчин одновременно? Чем все это закончится, а?» Чжухону пришлось уехать на такси ночью, потому что «Monsta X» спонтанно объявили об утренней съемке в телевизионной программе. Не представляю, как Хони сейчас будет работать. Бедная моя Пчёлка… Снова легла в холодную кровать и заснула только под утро. Тогда мне приснился Кихён. Он сидел на полу рядом со мной, грустно склонив голову на моё плечо, и безмолвно плакал. Слёзы струились такими потоками, что заливали мне руку. В итоге мы прозябали в огромной соленой луже, и уже совсем не было понятно, где его слезы, а где мои…

***

МЕСЯЦ МАЙ. Мои слова о любви очень окрылили Чжухона. Его счастливый взгляд было видно даже на фотографиях или в любых шоу с участием «Monsta X». Да, я снова начала их посматривать. Ради него. Ради моей Пчёлки, которая так лучезарно сверкала ямочками, что слишком впечатлительные люди могли ослепнуть. Кихён? Не будем о нём сейчас. Я сама блистала на сцене так, что меня в короткие сроки объявили Примой театра. Наши отношения с Хони действительно придавали сил, были милыми до глубины души, порой дружескими, а иногда я вовсе становилась матерью для своего парня. Только все эти нежности всегда были приправлены горячим сексом. А как иначе, когда твой мужчина видит тебя всего пару раз за месяц? Чжухон, в основном, вился пушистым котиком у моих ног, но временами превращался в сурового демона. Именно это всегда очень интриговало. … Сегодня пятница, поэтому студенты и преподаватели поспешили разойтись по домам. Впереди выходные, а это означает целых два вечерних спектакля. К ним нужно подготовиться, в первую очередь, отдохнув. Я же привыкла работать совсем по-другому — не зная отдыха. Да и теперь мой статус Примы театра обязывает. Решила остаться после учебы и отрепетировать несколько раз свою роль на сцене. К тому же ближе к ночи ко мне должен прийти Чжухон. Мы договорились, что он позвонит, когда освободится, тогда я тоже пойду домой. Нужно успеть приготовить Пчёлке что-нибудь вкусненькое, потому что он вечно приходит голодным. Сцена в нашем театре средних размеров. Не слишком впечатляет, но разгуляться можно. Я так вошла во вкус, что танцевала свою партию Эсмеральды уже второй час подряд, но Чжухон всё не звонил. Свет горел только в будке осветителя, и мне его хватало, поэтому все лампы в зале я потушила. На часах было десять вечера, когда стало понятно, что я устала, и пора идти домой. Напоследок закрыла занавес и, подхватив свои вещи, через весь зрительный зал направилась к выходу. Тут дверь в конце прохода открылась, и мне навстречу зашагал темный высокий силуэт. Я остановилась как вкопанная, пытаясь разглядеть ночного посетителя, но свет рампы так неудачно светил в глаза, что ничего невозможно было разобрать. Тогда одно только слово заставило меня улыбнуться. — Покемон?! — послышался голос Чжухона. — Что ты здесь делаешь? — теперь парень подошел ко мне ближе, и я могу рассмотреть на нем куртку защитного цвета и кепку, надвинутую так низко, чтобы скрывать лицо. — Мой телефон по пути разрядился, поэтому я решил прийти за тобой лично, — наконец, крепко обнимает меня, здороваясь. — Ты рискуешь, — вздыхаю, похлопывая его по спине. — Плевать… — Дурак! — А ты сомневалась? — отстраняется, бросая на меня лукавый взгляд из-под козырька, и озирается по сторонам. — Это и есть ваш театр? — Как видишь, — пожимаю плечами. — Ну-ка, проверим! — бросает мне Чжухон, спонтанно срывается с места и бежит по проходу вдоль сидений. — Куда ты?! Я всё выключила! Даже занавес уже закрыла! — кричу ему вдогонку, но он меня не слышит, а с разбега запрыгивает прямо на сцену. От края до занавеса всего несколько метров и этого места вполне хватает Хони, чтобы начать танцевать. Причем так откровенно, что у заурядного зрителя, выпал бы глазик и покатился по полу. Короче, парень приподнимает куртку вместе с футболкой и активно начинает двигать бедрами. — Ну что ты делаешь, Пчёлка? Это же не стриптиз-бар! — хохочу, ненадолго присаживаясь в первом ряду. — Мне нравится сводить тебя с ума, Покемон! — медленно снимает с себя куртку Чжухон и начинает вертеть ею над головой, не прекращая при этом танцевать. — А вдруг кто-то сюда придет? Охранник, к примеру? Что будешь делать? — Чем больше запретов, тем ярче желание их нарушать, правда? Тем более у меня есть ты — Прима этого театра, поэтому мы как-нибудь выкрутимся! Так что давай, иди сюда! — бросает куртку в зал, а потом вытягивает руки в мою сторону и манит к себе. — Нет уж! Танцуй себе в гордом одиночестве! — громко хмыкаю ему в ответ, и мой голос разносится эхом по залу. — Иди, кому сказал?! Иначе разденусь прямо на сцене! — начинает угрожать Чжухон, хватаясь за ремень на своих джинсах. — Совсем с ума сошел?! — сердито вскакиваю на ноги и недовольно плетусь на сцену, потому что Хони легко может выполнить то, чем мне пригрозил. Не успеваю подойти к своему парню и снова бешусь. Чжухон снимает кепку, показывает мне язык и скрывается за занавесом. Вот говнюк! Ныряю следом за Хони, раздвигая плотную ткань, и тут же оказываюсь в его объятиях. Недолго мы играли в «кошки-мышки». — Пчёлка, пойдем домой, там можно расслабиться, — произношу жалобным голоском, упираясь подбородком ему в грудь. — Ты не хочешь повеселиться? Здесь же никого нет, Покемон! С каких пор ты стала более пугливой, чем я? — хихикает и, не переставая обнимать меня, хватается за занавес, укутывая нас в него. Теперь мы словно два червячка в своем коконе — шебуршимся и ни черта не видим, потому что туда совсем не попадает свет. — Лучше скажи, с каких пор ты стал таким безрассудным? — Тебе, правда, нужен ответ? — спрашивает насмешливым тоном. — Надеюсь, этого будет достаточно, — наклоняется и скользит губами по моему лицу, затем втягивает в поцелуй. С каждой секундой все больше ощущаю жар исходящий от его тела, расслабляюсь и перестаю контролировать ситуацию. Тогда Чжухон дергается, чтобы еще плотнее закрутить нас в кокон, но занавес не выдерживает такого сильного натяжения. Железные крюки скрежещут где-то над нашими головами, и тяжелая ткань с большим грохотом валится на сцену, сметая нас с ног. Барахтаемся в куче тряпья и хохочем-то ли от испуга, то ли от глупой ситуации. Потом я начинаю чихать от пыли, а следом за мной и Чжухон. — Теперь мне точно влетит, Пчёлка, — чешусь носом о его плечо и шмыгаю носом. — Разве нас кто-то видел? Если что, ЭТО НЕ МЫ, — фыркает Хони в ответ. — Ах, как у тебя всё просто… — Но ведь так и есть, — шепчет на ухо, зарываясь в мои волосы. Я ничего не отвечаю, и мы просто продолжаем извиваться в этой куче театральной ткани, только теперь сплетаясь телами и обжигая друг друга горячим дыханием. Руки, губы, ноги, языки — всё идет в ход, чтобы доставить друг другу удовольствие. ТЕПЕРЬ ЧЖУХОН НЕ БОИТСЯ ТЕМНОТЫ. «Здесь есть суеверные? Если занавес падает раньше времени? К чему это? ЗНАЕТЕ?»

***

На следующий день занавес снова повесили, и никому не влетело за его падение. Каким-то чудом мне и Чжухону удалось сбежать незамеченными. Я радовалась, что всё обошлось, и со спокойной душой отыграла спектакль. Снова умерла в конце, как Эсмеральда, и ожила Примой театра, когда все артисты выходили на поклон. Зрители долго аплодировали и дарили цветы. Занавес открывался несколько раз, потому что настойчивые поклонники не прекращали рукоплескать. И вот снова играет музыка, и я выхожу на сцену под разгоряченные хлопки зрителей… Только в этот раз практически все люди сидят. Стоят столбами лишь около двадцати человек. Все они с ног до головы одеты в черное. У каждого в руках мигает красный фонарь, словно сигнал SOS, дающий знать о тревоге. Я продвигаюсь вперед и замираю как каменное изваяние, забывая о том, что нужно поклониться. Прямо передо мной, в первом ряду, грозно стоит девушка с маской на лице. Её волосы тоже подстрижены под каре, и она безумно похожа на Главную… Ту самую, которая была зачинщицей теракта на шоу «Гонка». Наши взгляды встречаются, и я понимаю, что все эти «люди в черном» ПРИШЛИ ПРЕДУПРЕДИТЬ МЕНЯ. Фонари мигают, ладоши аплодируют, а Кан Дуна жалеет, что не умерла во время спектакля на самом деле, как Эсмеральда. «Скубиду, сейчас они просто смотрят, а что сделают завтра, если ты их проигнорируешь и всё равно останешься с Чжухоном? Потому что ты с ним ОСТАНЕШСЯ. Ты не будешь больше убегать!»

***

ПРОХЛАДНЫЙ МЕСЯЦ ИЮНЬ. Наверное, я потеряла страх. Возможно, только так и можно добиться того, чего ты хочешь. Какие-то фанатики снова угрожают и давят на меня. Они просто затаились на время, а сейчас снова вступили в игру. Скорее всего, узнали, что я близка с Чжухоном. Казалось бы, нужно хватать ноги в руки и бежать, но мне сейчас настолько всё равно, что я могу противостоять целому миру. «Скубиду, ты так свободна и влюблена, что даже сигнал SOS не пугает тебя!» Так и хочется крикнуть налетчицам в лицо: «Просто отойдите в сторону, чокнутые стервы, вы всё равно проиграли!» … В этот четверг Чжухон забрал меня с театра на такси. На улице уже стояли сумерки, и начался дождь, но мы ехали в машине и тихо радовались обществу друг друга. Хони постоянно норовил взять меня за руку или обнять, но я отбивалась, потому что не хотела флиртовать на глазах у таксиста. — Когда мы уже приедем? У меня есть для тебя сюрприз, — бормочет мне на ухо, ерзая на сидении. — Скоро… Что за сюрприз? — с любопытством заглядываю ему в лицо. — Приедем, тогда расскажу, — важно поджимает губы и начинает смотреть в окно. — Хотя бы намекни, — обращаюсь к парню громким шепотом, ткнув его в бок. Цокает языком и, смерив меня хитреньким взглядом, медленно произносит: — Целые сутки я ВЕСЬ ТВОЙ, Покемон, — быстро проводит рукой по моему бедру. — В СМЫСЛЕ? У тебя выходной? — спрашиваю, вздрогнув от его прикосновения. В знак согласия Чжухон на время прикрыл глаза, улыбнувшись одними уголками губ. Такая фантастическая новость очень воодушевила! Я даже помахала на себя ладошкой, потому что у меня резко поднялась температура тела. Целые сутки! Ого-ого! Это же просто вечность! Наблюдая за моей реакцией, Хони не выдержал, схватил мою руку и положил её себе на бедро. Тогда я четко ощутила твердую и горячую плоть сквозь ткань его брюк. Сомкнула пальцы и слегка помассировала. Парень шумно втянул носом воздух и запрокинул голову. Мы еле доехали до дома, честное слово! Выскочили из такси так, будто забыли выключить утюг. Я бежала по подъезду, постоянно выставляя руку назад и приговаривая: — Давай зайдем в квартиру, Пчёлка, ПОТЕРПИ! Чжухон только пыхтел в ответ, подталкивая меня в спину. Ввалившись в прихожую, я быстро сбросила обувь и думала добраться до кровати, но Хони притянул меня к себе и нагнул, как только захлопнулась входная дверь. Тут же расстегнул брюки и отымел прямо в коридоре, держась за стену. После виновато целовал мои плечи и глухо оправдывался: — Прости, Покемон, я больше не мог себя сдерживать… Прости, я плохой мальчик… Разворачиваюсь и целую Хони в ответ, пока он моргает и восстанавливает дыхание. Самое смешное, что потом мы приняли душ, перекусили и завалились спать. Просто хотели встать как можно раньше и погулять по городу. Лежа в кровати у меня на груди, Чжухон ещё пытался рассказывать новости о Monsta, но, в итоге, отключился на полуслове и захрапел. Я так умилилась этому, что еще долго хихикала, поглаживая парня по волосам, пока не задремала сама. Проснулись в пять утра, позавтракали и отправились в центр. В такое время по улицам ещё бродило мало прохожих. Конечно, на Хони была маска и капюшон, но лишний раз рисковать не стоило. Решили побаловать себя пирожными, но пекарня работала, начиная с семи часов. Дожидаясь её открытия, сидели на берегу декоративного пруда и пугали камешками двух наглых чаек, которые решили поохотиться на местных золотых рыбок. Ровно в срок кондитер сам позвал нас в свой магазин и вручил коробочку с прелестными кексами. Чтобы спокойно съесть вкусности, нашли тихий, уютный дворик и устроились там на лавочке. Чжухон так быстро слопал свои пироженки, что весь измазался в крем как маленький ребенок. Хорошо, что я всегда беру влажные салфетки! — Слушай, пойдем в Парк Аттракционов? — лопочет мне, пока я оттираю ему нос и щеки от сладкой патоки. — Он же еще закрыт! — хмыкаю, вскинув брови. — Правильно, — облизывает пальцы Хони. — Нам это как раз подходит. — Даже не знаю, что там делать, когда ярмарка закрыта и не работают качели, — всучиваю парню еще одну салфетку, чтобы он не лизал свои руки, а нормально их вытер. — Так мы их раскачаем, — бросает на меня заискивающий взгляд и морщит нос. — Ладно, — пожимаю плечами, — главное, чтобы потом не было стыдно. — Если что, это не мы, — пододвигается ближе и обнимает меня за плечо. — Я так устаю, будучи айдолом, что рядом с тобой, хочется забыть обо всем, даже о правилах, — смеется и довольно прикрывает глаза, сверкая ямочками. На часах только восемь утра. Тогда мы просто вызываем такси и едем к местному Парку Аттракционов. Прямо у входа виднелась эмблема красноволосого клоуна, который встретил нас своей шальной улыбкой. Ни одна качеля в такое время, разумеется, не работала. Подойдя к ограждению, мы заглянули на территорию и увидели охранника, который пил в своем домике чай и разговаривал по телефону. — Так, пока этот чувак отвлекается, нам нужно открыть ворота и спрятаться вон за той стрёмной качелей в виде паука, — заговорчески шепчет мне Чжухон. — Хорошо, — задумчиво надуваю щеки. — Черт возьми, Хони, я еще никогда такого не делала! — Я тоже! — хмыкает и, схватив меня за руку, тянет к главному входу. Быстро-быстро, когда охранник повернулся спиной, мы отворили одну из створок ворот и проскользнули внутрь. Сначала немного суетились, но потом я взяла себя в руки и сама потянула Чжухона за собой в безопасное место. Только забравшись поглубже в парк, смогли почувствовать себя спокойно и стали свободно бродить среди пустых магазинчиков и застывших качель. Мне всегда нравилась карусель с лошадками, поэтому мы долго ползали там и фотографировались. Также нашли один работающий автомат и пытались вытянуть игрушку, но безуспешно. Короче, максимально чудили и резвились как дети. После ночного дождя на улице было немного свежо и сыро, поэтому нам вскоре захотелось выпить чего-нибудь горячего. Я уже думала предложить Чжухону пойти выпить кофе в кафе, но он неожиданно загорелся какой-то идеей. — Видишь вон тот аттракцион в виде розы? — спрашивает, привлекая меня к себе. — Пойдем туда! — Давай, только недолго, — соглашаюсь, потирая замерзшие руки. Бежим в сторону огромного цветка высотой с одноэтажное здание. По всей видимости, когда эта качеля работает, розовый бутон то опускается на землю, то резко взлетает вверх как скоростной лифт. В общем, развлечение не для слабонервных. Первой подбегаю к стеблю, который вблизи оказывается обычной лестницей и озираюсь — хочу узнать, зачем мы здесь, но Чжухон просто подталкивает меня вперед, командуя, чтобы я лезла вверх. Ползу по лестнице и сержусь сама на себя, потому что пошла на поводу у этого мальчишки. Хони карабкается следом, периодически шлепая меня по попе. Сучу ногой и с облегчением вваливаюсь внутрь бутона. Пол тут немного мокрый. По кругу размещены сидения со свисающими ремнями. Вскидываю голову вверх и гляжу в серое небо, которое в нескольких местах прорезают солнечные лучи. Погода явно улучшается. Пока я зазевалась, Чжухон тоже забрался в бутон, подошел и нежно обхватил меня сзади. — Здесь красиво, правда? — вздыхаю и расслабляюсь в его объятиях. — Дааа… Особенно, если учесть, что мы находимся в цветке. Сейчас ты похожа на фею, — наклоняется и целует меня в щеку, потом плавно скользит губами по шее, сопит и принюхивается. — Что ты делаешь? — спрашиваю парня с подозрением. — Хочу ОСКВЕРНИТЬ фею, — отвечает совершенно спокойным голосом, продолжая присасываться как вампир. — ЗДЕСЬ? — произношу с нажимом. — По-моему, отличное место, чтобы опылить цветок, — кладет руку мне на живот и начинает массировать. — А-ха-ха, Пчёлка, это гениально! С тобой не соскучишься! — хохочу, покачивая головой. — Я сразу воспылал, когда увидел эту розу, — медленно начинает расстегивать мне джинсы. — Здесь неудобно… и холодно, — бормочу на тон ниже, потому что моё сердцебиение учащается. — У меня есть идея, — также тяжело дышит, расстегивает себе ширинку и немного стягивает с меня джинсы. — Сожми, пожалуйста, бедра как можно плотнее. Озадаченно делаю то, что просит Чжухон, а потом неожиданно морщусь, когда он проталкивает свой пенис между моих ног. Проделав так один раз, парень сильнее стискивает меня в своих объятиях и начинает ритмично двигаться. Горячее дыхание Чжухона на моей щеке и сумасшедшее трение между ног — все это дико возбуждает. Каждый раз, пропуская его член между своими сжатыми бедрами, вижу, как он вырастает впереди моего тела и это сводит с ума, вызывает дикие, животные чувства, сложно представить, но заставляет почувствовать себя мужчиной. Лицезрея скользкую, всю в смазке, раскрасневшуюся головку, тянусь к ней и подставляю ладошку. Делаю рукой круговые движения, двигаю в разные стороны, щекочу… Хони ощущает это слишком остро, стискивает зубы, хрипит и постанывает. В итоге не выдерживает и резко отстраняется. Переводит дыхание, а потом снова тянет меня за собой, но в этот раз назад, к ряду сидений. Быстро снимает с себя кофту, и бросает её на одно из кресел. — Пчёлка, ты замерзнешь в одной рубашке, — озабоченно дотрагиваюсь до его мокрой спины. — Нет, если поможешь мне согреться, — дрожащими руками скользит по моим плечам и шепчет на ухо: — Иди ко мне на ручки… — падает в кресло, сильнее приспускает штаны и похлопывает себя по ногам. — На ручки? — язвительно подергиваю бровями. — А что ты хочешь услышать более пошлый вариант? — вопросительно щурится. — Фея захотела пожоще? — Нет уж, спасибо, — наконец, подхожу и аккуратно насаживаюсь на его член. Как обычно, немного морщусь от боли. Чжухон фыркает, помогая мне удобнее усесться, затем снова обхватывает руками мое тело и, вымолвив: — Не за что! — начинает ритмично толкаться бедрами вверх. Сейчас мы уже настолько возбуждены, что каждое движение словно бьет током, пропуская по телу горячие волны. Расслабляюсь в сильных руках своего мужчины и вскидываю голову вверх. Моргаю, потому что перед глазами пляшут цветные круги, и пытаюсь вглядеться в туманное небо. Не выходит. Теряюсь в пространстве, прикрываю глаза и, кажется, чувствую космос… Тут откуда-то снизу раздается противный скрежет. Он резко выводит меня из небытия. Оборачиваюсь и встречаюсь с Хони взглядом, а потом наши сердца резко замирают от испуга, потому что роза, в которой мы находимся, плавно начинает двигаться вниз. АТРАКЦИОН ЗАРАБОТАЛ!!! Это охранник «разогревает» и проверяет карусели перед открытием парка. Чжухон судорожно вцепляется в ручки кресел, кусает меня за плечо и мычит от страха, а я, в свою очередь, наваливаюсь на него всем телом и ору как резаная курица. Качеля ещё не двигается быстро, но сама мысль, что это может случиться, приводит в ужас. Бутон касается асфальта, а потом снова поднимается вверх. Подскакиваю на Чжухоне так, что на мгновение перед глазами всплывает созвездие северного оленя. Хватаюсь за горло от подступающей тошноты и прикусываю язык. Хони, по всей видимости, тоже откусил кусок моего плеча, потому что оно ужасно ноет от боли. ЩЁЛК! И снова едем вниз как на прогулочном лифте. Вжимаюсь в Чжухона и распахиваю рот от сильного жара между ног. То ли от испуга, то ли от удовольствия Чжухон начал бурно финишировать. Такой расклад событий окончательно взрывает мне мозг, поэтому я тоже сгибаюсь пополам и судорожно кончаю. Наконец, мы снова поднимаемся вверх, и аттракцион замирает на месте. Задыхаясь, оборачиваюсь к Чжухону. Его нос и щёки такие красные, будто кто-то надавал ему с десяток пощечин. Смотрит на меня стеклянными глазами и сдавленно произносит: — Кажется, я родил только что, а не кончил… — Серьёзно??? Да я вообще не знаю, смогу ли сейчас встать! — брызжу слюной ему в лицо. — О, господи! Прости! Тебе больно?! — трясется и судорожно гладит меня по бедрам. — Чёрт его знает, я не пойму… — медленно поднимаюсь на дрожащие ноги. — Вроде бы всё нормально, но ощущения непередаваемые, — говорю срывающимся голосом. — Хорошо, что качеля двигалась медленно, иначе нам бы не поздоровилось, — облизывает пересохшие губы. — Айгу! У меня ноги дрожат! — Да что ты говоришь?! — фыркаю в его сторону, вытираясь салфетками и натягивая джинсы. — Чего ты на меня кричишь?! Это же не я её включил! — обиженно хнычет в ответ, выхватывая у меня из рук салфетки. Ерошит себе волосы и часто дышит. — Прости-прости, Хони, я просто до сих пор в шоке, — глажу его по спине и помогаю одеться. В общем, мы кое-как приводим себя в порядок, а потом обнимаемся, радуясь тому, что живы и здоровы. Затем слазим с треклятого цветка и на ватных ногах уебываем из Парка Аттракционов, что есть мочи.

***

После экстремального секса в Парке Аттракционов мы так смертельно устали, что вернулись домой на такси и проспали полдня. Ближе к вечеру я сползла с кровати и еле приготовила нам поесть. Самое смешное, что у меня ничего не болело. Кроме мозга, конечно. Ха-ха! Хони спал так обездвижено, что мне иногда хотелось подойти и потыкать в него пальцем. Может, он сдох там от лучшего в мире оргазма? Серьезно, веселее трахаются только космонавты! Чжухон проснулся, как только унюхал запах грибного супа, который я быстро сварганила. Потом сидели, ковырялись в тарелках и смотрели что-то непонятное на ноутбуке. ЭМОЦИЙ НЕ БЫЛО ВООБЩЕ. Тогда вдруг Чжухон вспомнил про свой сюрприз, который окончательно меня ДОБИЛ. Оказывается, этот сумасшедший парень купил нам билеты на «Фестиваль воздушных шаров». Ещё раз: НА ФЕСТИВАЛЬ, МАТЬ ЕГО, ВОЗДУШНЫХ ШАРОВ, СЛЫШАЛИ?!!! Вы когда-нибудь летали на воздушном шаре? На самом деле это очень круто, но, боюсь, после сегодняшнего цветка-аттракциона, он уже не покажется мне таким впечатляющим. Фух, ДЕЛАТЬ НЕЧЕГО. Пришлось собираться, снова вызывать такси и ехать навстречу новым приключениям…

***

Моя жизнь очень часто похожа на сон. Ведь только во сне можно спокойно летать по небу и видеть роскошный вид на город, считая верхушки деревьев. А вот и нет! Спустя пару часов, я парила над землёй, как птица. Рядом со мной в обнимку стояла моя любимая Пчёлка, а наш капитан, добавляя газа в огромный резиновый шар, мчался навстречу заходящему солнцу. Вокруг кружили такие же яркие пятна: розовые, зеленые, синие… На Фестивале было столько участников, что весь Сеул сегодня смотрел в небо. Для маскировки на Хони были кепка, капюшон и маска. Короче, полное обмундирование. Рэпера из «MONSTA X» никто не должен был узнать. Главное — Чжухон был со мной. НЕВЕСОМОСТЬ… Я чувствовала её, неотрывно глядя в его счастливые глаза. Сегодня я нырнула в них ДО ДНА!

***

В полдесятого вечера пришлось разъехаться по домам. Чжухон вернулся в общагу, а я к себе — в уютную квартирку. Прежде чем каждый сел в своё такси, мы еще долго обнимались и не могли отпустить друг друга. Я хорошо понимала, что увижу своего парня нескоро. Последний вдох у его уха, горячий поцелуй и Пчёлка улетела … … Иду теперь в подъезде и понимаю, что это был волшебный день. Как будто целая неделя пролетела за одни всего-то сутки! Достаю свой ключ, зеваю…. И вижу на двери квартиры странную записку. Она гласит: «ТЕПЕРЬ ЗАЛЬЁШЬСЯ КРОВЬЮ ТЫ! НЕ СОМНЕВАЙСЯ, ЭСМЕРАЛЬДА!» Стою и каменею. Шутки кончились, Дуна! От страха быстро дверь я открываю и залетаю в коридор. И тут меня вдруг что-то окатило с головы до ног. Такое мерзкое и липкое наощупь… Включаю свет и вижу отражение в зеркале своё. Я ВСЯ ЗАЛИТА КРОВЬЮ. Террористки не шутили. Размазываю кровь по телу и по стенам, И КРИЧУ! Да так, что слышат пенсионеры на первом этаже. НЕТ, Я НЕ СПЛЮ. Всё, в самом деле, происходит. И пусть сейчас мне очень страшно, я все равно не отступлю. Сжимаю кулаки и снова в зеркало смотрю. Похожа я на мертвеца! НО ЗНАЙТЕ ВСЕ, ТЕПЕРЬ ДУНА ИГРАЕТ ДО КОНЦА! …