if i

Может быть, это всё, что мне нужно.

— Чеён, вставай, — Джису уже пятнадцать минут пытается разбудить соседку, но все её попытки тщетны: Пак ни в какую не хотела просыпаться, — Блин, Чеён, пора вставать, скоро семь утра, — Ким тормошит Розэ за руку, но та лишь мычит и пытается спрятаться под одеяло, — Так, либо ты сейчас встаёшь, идёшь умываться и мы идём на завтрак, либо ты продолжаешь спать и получаешь наказание от госпожи Ким, а она безжалостна в этом плане! — даже это не действует на спящую Чеён и Джису идёт на крайние меры, а именно берёт и просто стягивает с Пак одеяло, под которым ей было так тепло, хорошо. — Эй, Джису, ты что творишь? — сонным голоском спрашивает Пак, поднимаясь с кровати и протирая глаза, — Сколько времени? — Почти семь часов утра, я же говорила тебе! — Почти семь? — Чеён вскакивает с кровати и направляется к тумбочке, чтобы взять необходимые принадлежности для умывания, — А что же ты меня раньше не разбудила?! — ворчит Пак и, не дожидаясь ответа Ким, покидает комнату. — Вообще-то я будила тебя, соня! — в пустоту отвечает Джису и закатывает глаза. Вот же глупая Чеён!

***

      Надоедливый звук будильника разносится по мужской комнате. Сухо прячет голову под подушку, в надежде на то, что это хоть как-то спасёт его от понедельника, но увы и ах. Он мычит, сильнее прижимая подушку в голове, и мечтает ещё о нескольких минутках столь желаемого сна. — А я всегда говорил, что нам пора раздолбать к чертям собачьим этот будильник, — Пак подходит к устройству, выключает его и возвращается обратно к зеркалу. — Если мы его раздолбаем, то потом раздолбают нас, — Сухо выбирается из своего укрытия и подтягивается, — А ты чего так рано встал? — Курить хочу, — отвечает Чанёль, внося последние штрихи в свою причёску, — Красавчик, — говорит своему отражению, а после разворачивается к Киму, — Ты пойдёшь? — Нет, не хочу, может быть позже. — Ну, как знаешь, — Пак пожимает плечами и выходит из комнаты.       Чунмён провожает взглядом друга, а после вновь откидывается на кровать. Как же он жутко хочет спать, а всему виной чёртов детский комикс, который парень читал вплоть до четырёх часов утра. Ким смотрит в белый потолок и просто молится, чтобы завтрак закончился, как можно скорее, ведь тогда он вернётся в комнату и завалится спать. Желательно, до обеда. А ещё лучше, до вечера.

***

      Чеён шаркает ногами по бетонному полу. Сон как рукой сняло и всё, что сейчас волновало Пак — не опоздать на свой первый завтрак в «Magic». Розэ пытается не проглядеть уборную, и, когда ей на глаза всё же бросается дверь с крохотным рисунком лилии, о которой ей рассказывала Джису, она срывается на бег, лишь бы расправиться с утренними процедурами, как можно скорее.       Открыв дверь, Пак застаёт около десятка обнажённых девушек: некоторые из них наспех принимали душ, некоторые наспех умывались. Тоже поспать любят, потому и делают всё наспех. Чеён становится неловко, ибо увидеть такое количество девушек без нижнего белья с утра в её планы уж точно не входило. Опомнившись, Пак проходит вглубь ванной комнаты, закрывая за собой дверь, и направляется прямиком к раковине, пытаясь скрыть неудобство. — Новенькая? — к Розэ, которая только начала выдавливать мятную пасту на зубную щётку, подходит девушка в одних лишь трусах. — Ага, — отвечает Пак и старается не смотреть на собеседницу. Неловко. Ужасно. — Ха, видно, — фыркает шатенка и отходит от Розэ, попутно натягивая на себя футболку, а Чеён так и продолжает стоять с зубной щёткой во рту, ещё не до конца переварив столь короткий разговор. И к чему он был вообще заведён?

***

      Покинув уборную, Чеён берёт на заметку одну вещь: никогда больше не просыпаться так поздно. Мало того, что сейчас её сердечко колотится из-за страха опоздать в столовую, так ещё ванная комната, в которой она находилась с незнакомыми девушками, не оставила хорошего впечатления. Может быть, если она будет вставать на час раньше, то сможет делать необходимые утренние процедуры в более узком круге сироток? Всё возможно.       Проходя мимо соседней двери, на которой был нарисован листок, Пак почувствовала запах дыма. Она не на шутку насторожилась и попыталась понять, откуда же исходит эта вонь. Принюхавшись, девушка поняла, что источник неприятного запаха скрыт по ту сторону двери. Она хватается за ручку и, не задумываясь, влетает в помещение, громко хлопая дверью.       Парень, мирно стоявший и куривший рядом с форточкой, резко поворачивается на шум и видит перед собой девушку, которая тут же пожалела о том, что вообще сунула свой нос не в своё дело. Он криво ухмыляется, а после, выбросив сигарету, облокачивает свою пятую точку на батарею, складывает руки на груди и в упор смотрит на опешившую Чеён. — Ну и что ты здесь забыла? — Я… Просто… Я… Шла… А потом запах… И я… — речь Розэ была бессвязной, невнятной, никакой, как и её обладательница. — Ты же в курсе, что я тебя не понимаю? — незнакомец хмыкает и продолжает сверлить девушку взглядом, подмечая у себя в голове, что та красивая. Очень. — Я… Я пойду, извини, — Розэ кланяется и собирается уйти, но нет, не тут-то было. — Э, нет, стоп! — парень подрывается с места и в одночасье сокращает расстояние между ним и перепуганной Розэ, — Что ты видела? — Ни… Ничего, — Пак врёт. Нагло. Но ведь солгать проще, чем сказать правду. Она же знает. — Не ври, — он произносит это почти шёпотом, без доли какой-либо злости. Ему просто правда хочется узнать, что видела эта незнакомка, и предупредить её о том, что ему, Пак Чанёлю, переступать дорогу нельзя. Себе же хуже сделает. — Ты курил, — тоже шёпотом отвечает Чеён и замечает, как парень закрывает глаза. Злится, — На территории детского дома курение же запрещено. — Курение запрещено в стенах детского дома, а не на территории, милая. Это — две разные вещи, не путай. — Тогда почему ты не пошёл курить на улицу, а делал это здесь, в уборной? — Розэ не понимает логику этого паренька: если он знает, что курить можно снаружи, то почему дымит внутри? — Мне было лень выходить на этот дубак, — Чанёль замечает, что девушка осуждающе смотрит на него, но ему плевать. Она не первая, кто так смотрит на него. И явно не последняя. Он привык. Он справится, — Послушай, давай договоримся: ты никому не говоришь, что видела меня с сигаретой, а я никому не говорю, что ты шастала по мужским душевым? — Но я не… — только Пак хотела что-то сказать, как её перебивает этот незнакомый тип. Вот же невоспитанный! — У нас это, знаешь ли, не очень правильно воспримется. Так что давай, соглашайся на мою просьбу. — Ладно, — Чеён закатывает глаза, а после смотрит на улыбающегося парня, — Но только запомни, что это — первый и последний раз, когда я прикрываю тебя, понял?! — У-у, а ты типа хочешь сказать, что мы можем ещё пересечься? Хотя знаешь, я буду только рад. — Чего? — Пак изогнула бровь и попыталась понять, на что этот придурок намекает. Поняла, к сожалению, — Эй, ты что, вообще с ума сошёл?! — она бьёт парня в плечо, надеясь, что он отойдёт от неё хотя бы на парочку сантиметров. Но он не отходит, а просто опускает голову и смеётся. Такой странный. — Да я же пошутил, малышка, — Чанёль поднимает голову, но улыбаться не перестает. Дурачок. — Не называй меня так, — Чеён складывает руки на груди и дуется. Такой ребёнок. — Ладно, а как мне тебя называть? — Чеён. — Отлично, а меня зовут Чанёль. Будем знакомы, — он продолжает улыбаться и протягивает девушке руку для рукопожатия. Она, недолго думая, пожимает её и тоже начинает улыбаться, — Ты на завтрак идёшь? — Конечно, а ты? — Я тоже, потому нам надо поторопиться, если мы не хотим стать причиной гнева великой госпожи Ким, — Чанёль берёт Чеён за руку и выводит из помещения, даже не подозревая о том, что Розэ сверлит его спину взглядом и думает о том, что теперь её жизнь в детском доме не будет столь ужасной, ведь с этого дня у неё, кажется, появился друг. Первый друг мужского пола за все её сознательные семнадцать лет.

Странный дурачок и ребёнок, которые познакомились в мужской уборной. Ну и чем вам не история?