Глава 29. Для тебя есть работёнка
26 августа 2016 г., 17:01
Пробуждение, как всегда, не из приятных. Всё потому, что один наглый маленький чертёнок прыгал на спине и дёргал его за волосы. Итачи вообще не хотел вставать, да ещё в такую рань. Да, вчера они хорошо повеселились и получили много впечатлений, но…
Понедельник. Учихе как никогда не хотелось на работу. Раньше он только ей и жил, но всё изменилось, когда в его жизнь ворвались Сакура и Шисуи и всё перевернули. Парень, наоборот, радовался этим переменам. Благодаря им у него появилась цель.
Итачи неохотно встал, зная, что негодник опять что-нибудь придумает, чтобы папа наконец проснулся. Учиха, ни на что не обращая внимания, на автопилоте пошёл в ванную, чуть ли не засыпая на ходу. С прикрытыми глазами парень чистил зубы, потом вдруг почувствовал, что что-то не так, и посмотрел вниз: на маленькой табуретке стоял Шисуи и чистил зубы, в точности повторяя движения отца. Когда сын узнал, что Итачи его отец, мальчик стал стремиться во всём быть похожим на него. Учиху это приятно удивило.
Закончив гигиенические процедуры, парень и малыш пошли на кухню, где молодая хозяйка накрывала на стол. Сакура с улыбкой поприветствовала их, и они все вместе приступили к завтраку. После одной ночи и прогулки по зоопарку отношения между родителями намного улучшились. Они невольно улыбались при виде друг друга, чувствуя разливающееся тепло в душе.
Семья завтракала, весело болтая. На кухне царила приятная домашняя атмосфера. Это ощущал даже Шисуи — будто стена напряжения между родителями рухнула. Это было в первый раз, когда мальчик сильно капризничал: он не хотел идти в садик, чтобы остаться с мамой и папой — пусть они тоже не идут на работу. Однако рабочий день никто не отменял, и все пошли собираться. Малыш с большой неохотой ушёл в свою комнату.
Когда Итачи оделся, в комнату постучала Сакура и, опустив глаза, вошла. Девушка выглядела смущённой и обеспокоенной. Харуно неуверенно подошла к Учихе и вручила ему белый конверт. Парень взял его и заглянул внутрь, там было 1 200 $. Увидев деньги, Итачи вопросительно посмотрел на Сакуру.
— Здесь с процентами. Ты не мог бы… ну… это… вернуть эти деньги… — девушка занервничала, ей было неловко об этом просить, — парню, который меня тогда нанял.
До Учихи быстро дошло, о чём она просит. Только розовласка не знала, что её услуги были оплачены из его личного кармана. Итачи не стал ей этого говорить, чтобы не поставить её в неудобное положение, зная, что этим ещё больше смутит. И мало ли что она может подумать — меньше знаешь, крепче спишь. Поэтому Учиха принял деньги, зная, как для Харуно это важно. Она не хотела чувствовать себя продажной шлюхой.
— Хорошо. Я передам ему, — согласился парень.
— И ещё… — начала Сакура, но её перебили.
— Я не скажу, что это была ты. — Он догадался, о чём она хотела его попросить. На щеках девушки вспыхнул румянец, на губах заиграла благодарная улыбка. Розовласка была рада, что Итачи отнёсся с пониманием.
— Спасибо, — искренне поблагодарила его Харуно и со спокойной душой покинула комнату, ощутив огромное облегчение.
Учиха повертел конверт в руке: не было никакого желания брать эти деньги, тем более от любимого человека. Но он придумал, что с ними делать, и усмехнулся. В голове созрел план.
*****
Семья ехала на машине. Сначала Сакуру отвезут на работу, потом Шисуи в садик, а Итачи… поедет по своим делам. Автомобиль остановился у больницы. Маленький Харуно встал ногами на сиденье, уцепившись руками за спину переднего. Молодая мама развернулась и чмокнула сына на прощание. — Ну всё, солнышко, веди себя хорошо, — ласково попрощалась розовласка и, закинув сумку на плечо, взялась за ручку, чтобы выйти из машины. — Мама, а ты ничего не забыла? — Сакура застыла: на неё нахлынуло чувство дежавю, где-то она это уже слышала. Девушка с опаской взглянула на сына. Шисуи невинно улыбнулся. — Ты не хочешь папу поцеловать на прощание? — Харуно медленно перевела взгляд на Учиху. Итачи уставился вперёд, боясь посмотреть на Сакуру, — прошлый опыт оставил болезненный отпечаток в памяти. Парень вздохнул и, закрыв глаза, хотел возразить, что это не обязательно, но, не успев произнести ни слова, почувствовал прикосновение нежных губ. Она поцеловала его! Вот только Сакура немного промахнулась: она целилась в щёку, но из-за того, что Учиха немного повернул голову, попала в край его губ. Девушка покраснела и быстро выбежала из машины, чуть ли не бегом направившись к главному входу больницы. Ей-богу, как школьница, которая впервые поцеловала мальчика. Ну подумаешь промахнулась, с кем не бывает! Шисуи улыбался, как настоящий чертёнок, прислонившись к спинке переднего сидения, где сидела мама. Он был невероятно рад за родителей. Итачи сидел с открытым ртом не в силах поверить в происходящее, наблюдая, как спина любимой скрылась в здании больницы. Сакура сама его поцеловала! Учиха почувствовал, как в душе разливалось приятное тепло, а сердце было готово выпрыгнуть из груди от счастья. Кто бы мог подумать, что такой, казалось бы, безобидный поцелуй может принести столько радости в душе и заполнить пустоту в сердце, давая понять, что ты кому-то не безразличен. Итачи так бы и сидел с глупой улыбкой, если бы сын его не окликнул, сказав, что он опоздает на работу. Слова мальчика заставили парня спуститься с небес на землю, и он неохотно поехал. Впервые Учихе так сильно не хотелось ехать на работу.*****
Оказавшись на рабочем месте, Учиха не сразу принялся за дела фирмы, сначала начал искать что-то в интернете. На экране был изображен Сенджу Хаширама в дорогом деловом костюме. Итачи увеличил фото в районе запястья и увидел на рукаве пиджака знакомую запонку. Парень вздохнул и откинулся на спинку кресла, подперев кулаком скулу. «Значит, это и есть тот самурай, который подарил моему сыну талисман удачи», — подумал Учиха, глядя в монитор. Перед тем как отвезти Шисуи в садик, отец попросил сына подробно рассказать о самурае. Малыш рассказал, что встретил его, когда мама ушла получать загранпаспорта и оставила сына ждать в коридоре. Этот мужчина сидел неподалёку и печально смотрел в бумажник, где маленький Харуно увидел чёрно-белую фотографию, на которой была изображена пара: самурай и его мама. Однако мальчик быстро позабыл про фото, так как его очень удивило, что у мужчины длинные волосы. Тогда незнакомец и рассказал про самураев. Шисуи заявил, что ему понравился этот мужчина. Малышу казалось, что незнакомец был чем-то опечален, и мальчик хотел поднять ему настроение, предложив любимые сладости. Тогда самурай и подарил ему талисман. Мальчик ничего не сказал маме, потому что боялся, что она будет ругаться: нельзя разговаривать с незнакомцами и что-то у них брать. Поэтому Сакура ничего не знает — она не видела самурая. Итачи ещё немного посмотрел на фото и перешёл на другую страницу, которую случайно нашёл, введя в поиск: Сенджу Хаширама и Сакура. В конце поиска он наткнулся на старую газетную статью, на фото к которой был изображен молодой Хаширама и юная девушка, очень похожая на Сакуру. К сожалению, статья была на испанском. «Наверное, Шисуи видел похожую фотографию в бумажнике», — сделал вывод Учиха. В кабинет вошёл Кисаме с папками в руках. — Доброе утро, Итачи-сан. Как прошли выходные? — зачем-то спросил заместитель, положив документы на стол. Обычно он такие вопросы не задавал. — Замечательно, — довольно ответил Учиха, вспомнив, как провёл время. Это были выходные, когда он по-настоящему отдыхал и не думал о работе. — Рад за тебя. Я хотел тебе в субботу позвонить и сообщить кое-что важное, но Конан меня опередила. Потребовала, чтобы я тебя вообще не смел беспокоить, — сказал Хошигаки. Итачи усмехнулся, лишний раз убедившись, что двойное свидание было подстроено. — Кисаме, взгляни сюда. — Учиха развернул монитор, чтобы показать ему находку. — Что это? — сначала не понял заместитель и внимательнее пригляделся. Мужчина был ему знаком, но его имени он не помнил; кажется, видел его лицо пару раз в новостях. А вот девушку, что скромно стояла рядом с мужчиной, он знал, правда вживую её ни разу не видел, только на фотографии. Хошигаки нахмурился: статья была на иностранном языке, поэтому то, что там было написано, не понять. Но, когда его глаза спустились ниже, они изумлённо расширились — там был год выпуска статьи. Кисаме выпрямился, подняв взгляд вверх, пальцами стал что-то считать в уме. — Итачи-сан, я что-то не понял — Харуно Сакуре сорок с чем-то лет?! Что-то она слишком молодо выглядит для своего возраста! — не поверил заместитель. — Не надо всё принимать за чистую монету. Но, как ни странно, эту женщину тоже зовут Сакура, только её фамилия Сенджу — она сестра Сенджу Хаширамы, — спокойно сообщил Учиха. Хошигаки недоверчиво приподнял бровь. — И что? Ты хочешь сказать, что эта женщина настоящая мать Харуно Сакуры? — спросил заместитель. — Не исключено. Однако записей об этой женщине больше нет. Эта статья единственная зацепка. Я немного повозился и перевёл эту статью: у Хаширамы брали интервью о том, что подтолкнуло его посвятить жизнь медицине. Он ответил, что сделал это ради сестры — у неё было слабое здоровье. Видимо, он очень любил её. — Эта Сенджу Сакура, кто она вообще такая? — спросил Хошигаки. — Увы, я не знаю, — с сожалением вздохнул Итачи, — о ней больше ничего нет. — Шеф задумался. — Что такого важного ты мне хотел сообщить? — вспомнил парень. — Я нашёл Харуно Кизаши. Знал бы ты, что мне пришлось пережить, — тяжело вздохнув, произнёс Кисаме. — И что же произошло? — немного забеспокоился Учиха. Неужели Хошигаки избил Харуно до полусмерти и теперь возбуждено уголовное дело? — Не волнуйся, Итачи-сан, ничего противозаконного я не совершал, — поспешил успокоить его заместитель, заметив на лице шефа тревогу. — Я нашёл Кизаши возле казино «Золотая рулетка», когда его «вежливо» выгоняли охранники. Я подобрал его и отвёз домой — не стал его допрашивать при посторонних. — Кисаме поморщился, словно почувствовал неприятный запах. — Боже, от него так воняло, что потом пришлось долго машину проветривать. Кизаши был как бомж: немытый, помятый, небритый, — и от него воняло ещё хуже, чем от помоев. Об него даже руки марать не хотелось, поэтому пришлось пинками гнать его к дому, потому что он был в стельку пьян, — пожаловался заместитель. — Давай ближе к делу, — прервал его Учиха. Было неприятно это слушать, и он сочувствовал другу. — Дом был в ужасном состоянии: участок весь оброс — вообще никуда не пройдёшь, только узкая едва заметная тропинка к дому; внутри почти ничего нет, только голые стены; везде пыльно и грязно. На первом этаже темно, как ночью: окна грязные, а за ними густые заросли. Кизаши постоянно жаловался на свою никчёмную жизнь. Сказал, что пытается найти Сакуру… — Зачем?! — не на шутку забеспокоился Учиха, вспоминая, как часто отчим избивал Сакуру, и то, как девочка ходила в синяках. — Оказалось, Мебуки оставила ей в наследство дом, поэтому он не может его продать, — сообщил Хошигаки. — Серьёзно? — не поверил Итачи. Эта женщина никогда не проявляла любовь к девочке и относилась к ней не лучше мужа, а тут — бац! — наследство. — Да, я проверил. Кизаши даже не имеет право претендовать на наследство, так как за неделю до смерти Мебуки он был с ней уже в разводе. Видимо, бывшая жена каким-то обманом заставила его подписать бумаги о разводе. Смею предположить, что он ищет Сакуру, чтобы та переписала имущество на него. Кизаши, видимо, всё вынес, всё проиграл и, заложив дом, надеется отыграться. Да, больной человек, — с иронией произнёс заместитель. Учиха задумался: стоит ли говорить Сакуре о наследстве? Дом был расположен всё-таки в приличном районе. Но вряд ли розовласка захочет там жить, учитывая то, как она провела своё детство — для неё этот дом напоминает минувший ад. Девушка, несомненно, захочет его сразу продать, пусть по дешёвке, или отдать его бывшему отчиму, чтобы не иметь ничего общего ни с домом, ни с деньгами — прошлое пусть остаётся в прошлом! Итачи решил Сакуре ничего пока не говорить, чтобы убедиться, что Кизаши ей ничего не сделает. — Это ещё не всё, — прервал его мысли Кисаме. — Кизаши ещё бранил Сакуру: «Тварь неблагодарная! Мебуки её так опекала. А эта дрянь даже её могилу ни разу не навестила». Учиха с презрением нахмурился: так хотелось дать в морду за эти слова! И это кто кого опекал! Этого отчима убить мало! Хошигаки даже стало немного не по себе, когда он увидел огонёк ярости в глазах своего шефа, но всё же рискнул продолжить: — Оказывается, Мебуки ещё оставила Сакуре предсмертную записку. Видимо, он нашёл её, когда выносил мебель. — Что за записка? Заместитель, не ответив, достал из внутреннего кармана пиджака грязную мятую бумагу в мультифоре и вручил её шефу. Итачи взял в руки записку. Да, письмо было в плохом состоянии, но вполне читаемо. «Сакура, если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых. Знаю, что я не уделяла тебе должного внимания, что была плохой матерью, но на самом деле я ею и не являюсь. Твоя настоящая мать умерла после родов. Под опеку тебя забрал отец. Один очень нехороший человек приказал мне выкрасть тебя. Я устроилась временной няней (постоянная не смогла выйти на работу из-за пищевого отравления). Тебе тогда был год. При удобном случае я похитила тебя. Однако я не выполнила приказ: захотела хоть раз в жизни пожить для себя. Я потребовала за тебя выкуп, и, не раздумывая, твой отец заплатил три миллиона долларов. Я хотела тебя вернуть, но меня выследили отморозки. Я спаслась бегством, забрав тебя с собой, — так ты осталась у меня. Я сменила имя, сделала пластику и приехала сюда. Что было дальше, тебе известно. Тебя назвали в честь матери Сакурой. Я пыталась приучить тебя к другому имени, но ты на него не реагировала, поэтому бросила попытки. Всё-таки ты была упрямой девчонкой. Совсем как твоя мать; упрямство её и погубило. Ей было противопоказано рожать, говорили, что это убьёт её, но она никого не хотела слушать. Я всегда удивлялась тому, как ты падала и всё время вставала, шла дальше, и поняла, что это упорство ты унаследовала от отца… И ещё, не вздумай искать его! Навлечёшь на себя беду! Если тебя найдут, то не оставят в покое, и всю жизнь проведёшь в бегах. Если поймают, ничего хорошего не жди: тебя заставят пройти через ад, что сама будешь умолять о быстрой смерти — я это знаю по себе. Если хочешь тихой и спокойной жизни, не останавливайся надолго на одном месте. Ещё лучше перекрасься и сделай пластическую операцию, так как у тебя лицо матери и они могут легко узнать тебя. Если будешь умной девочкой, то последуешь моему совету. Используй деньги (то есть дом), что я тебе оставила. Я никогда тебя не любила, но у меня были на то причины. Я ненавидела детей из богатых семей. Я выросла в детдоме, и у меня не было будущего. Не держи на меня зла, я неспособна любить, потому что этому меня никто не научил, я сразу попала в ад…Харуно Мебуки»
Итачи охватил шок, по телу пробежали мурашки. Парень ещё раз перечитал письмо, потом отложил его в сторону, сложил руки в замок и помрачнел. Содержимое предсмертной записки его совсем не обрадовало. Он и предположить не мог, что всё так запущено и что Сакура, сама того не замечая, ходит по лезвию ножа. Учиха вновь посмотрел на монитор, где по-прежнему была открыта старая статья. Нет сомнения, что эта женщина, что стояла рядом с Сенджу Хаширамой, является настоящей матерью Сакуры: девушка унаследовала от неё не только внешность, но и имя — так говорилось в письме. Итачи знал, что Сенджу знатная и влиятельная семья и имеет немало конкурентов и врагов. Но каким надо быть подонком, чтобы выкрасть маленькую девочку, только учившуюся ходить и произносить первые слова, и сыграть на отцовских чувствах?! Итачи сам недавно стал отцом, поэтому сейчас его переполняла ярость. Он осознал, что любимая девушка и сын могут оказаться в опасности. Но больше всего его злило то, что неизвестно, откуда ждать беду. Почему Мебуки не написала, кто охотится за Сакурой, и не назвала её настоящего отца, чтобы с ним связаться?! Кисаме наблюдал за шефом и не смел даже пошевелиться. Учиху окружала тёмная аура, впервые Хошигаки видел его настолько озлобленным. Казалось, парень набросится на любого, кто его потревожит. — Что собираешься делать? — спросил заместитель, собрав всю волю в кулак — мужчина он или нет? Итачи не ответил и закрыл глаза, что-то обдумывая. — Пока не знаю, слишком мало информации, — ответил Учиха. В его голосе не слышалось злости, но чувствовалось раздражение. — Но я знаю, с чего начать. — И что ты задумал? — спросил заместитель. Шеф не ответил и посмотрел на наручные часы. — Эй! Вам туда нельзя! — послышался голос секретарши из приёмной. — Детка, мне всё можно, — раздался наглый ответ. — Как по заказу, — тихо усмехнулся Учиха. «То есть он?! Этот чёртов хакер-террорист!» — с ужасом подумал Кисаме. Он знал, кто к ним врывается. В кабинет по-хамски вошёл длинноволосый солнечный блондин с голубыми глазами. — Здорова, народ! Как жизнь холостяцкая? — открыто издевался Дейдара. Итачи тихо усмехнулся: холостяком он себя теперь не считал; пусть и неофициально, но у него есть семья. Вспомнив утренний поцелуй, он почувствовал, как потеплело на сердце. — От кобеля слышу, — проворчал Хошигаки, не любивший, когда ему напоминали, что он холостяк. — А я что, виноват, что умею получать от жизни удовольствие? — жизнерадостно спросил Тсукури. «Как всегда ворчит, как старый хмырь», — мысленно сказал себе блондин. — Слышь, ты, «удовольствие», смотри, чтобы тебе не навалило этого счастья полные штаны, — всё ворчал заместитель. — Не волнуйся, не навалит, я меру знаю, — всё издевался парень. Никакого уважения к старшим! — Да, как же, — засомневался Кисаме. — Чего припёрся? — грубо спросил он. — Ах да! — вспомнил Дейдара. — Ита… — Учиха нахмурился: как же он не любил, когда его имя сокращали. — Мне на счет поступила тысяча двести баксов от твоего имени. — Для тебя есть работёнка. Считай, что это аванс, — быстро сказал брюнет. Итачи не хотел говорить ему правду: что это деньги за то, что он спас Сакуру от педофила, и за то, что привёл её к нему. Учиха знал, что Тсукури потом всю жизнь будет его пилить: «Если бы не я, у тебя бы никогда не было сына». Ему такой радости не надо. — Что за работа?! — Голубые глаза загорелись азартом. Дейдара безумно любил работу, связанную со сбором информации, когда надо пробить человечка, номер или какие-то сведения. Тсукури был в сети как настоящий паук — это его территория. Итачи развернул монитор к блондину. — Я хочу, чтобы ты раздобыл об этих людях всю информацию, которую только сможешь достать. Дейдара подошёл поближе и взглянул на экран. — Я что-то не понял, там что, всё на иностранном языке? И что мне с этим делать? — удивился блондин. — Учить испанский, — серьёзно ответил Кисаме. — Чего?! Я и так три языка знаю! Сдался мне этот испанский! — возмутился Тсукури. — А что? Интеллект же нужно повышать, — спокойно произнёс Хошигаки. — Ещё чего!!! Ты ещё скажи выучить все языки мира! — вспылил Дейдара. Мужчина хотел ответить, но не успел. — Успокоились оба! — негромко потребовал Учиха. Он знал, что они так и будут собачиться, если их не поставить на место. Когда они притихли, Итачи продолжил: — Дей, тебе не обязательно учить испанский, но хотелось бы точную информацию, — успокоил он его. Блондин расслабился, снова посмотрел на монитор и нахально отобрал клавиатуру. — Кто это такие? — спросил Тсукури, глядя на старую фотографию. — Сенджу Хаширама и Сенджу Сакура. Они брат и сестра, — сообщил брюнет. Пальцы Дейдары невероятно быстро прошлись по кнопкам клавиатуры; на мониторе окна сменялись одно за другим. — Информация о Сенджу Хашираме в основном связана с политикой. Какая именно тебе нужна? Хм. — У Дея была привычка: работая перед компьютером, он часто добавлял «хм». — Семейное положение, враги и серьёзные конкуренты. — Всего-то? Хм. — Хакер продолжил рыться в интернете. — Семейное положение: холостяк, ни разу не был женат, детей не имеет, не было даже любовниц… Это странно. Хм, — удивился Тсукури. — Не все ведут разгульный образ жизни, как ты, — проворчал Кисаме. — Некоторые серьёзно относятся к работе, а не шляются по бабам, — с презрением добавил Хошигаки. Он терпеть не мог образ жизни этого блондина и всячески пытался Дейдару воспитывать, но всё тщетно. — Кто бы говорил. Вот скажи мне честно, когда у тебя в последний раз был секс? — тем же тоном спросил Тсукури. Мужчина поднял взгляд, пытаясь вспомнить. — Я так и думал. С таким мировоззрением так и помрёшь старым одиноким пердуном. — Что?! — в шоке воскликнул Кисаме, осознав, что его поставили на место. Итачи приложил руку ко лбу: опять завелась шарманка — ну, никак не могут они поладить между собой. — Дей, не отвлекайся, — устало попросил Учиха. Тсукури потерял к спору интерес и вернулся к компьютеру. — А вот с конкурентами придётся повозиться. Кто там у нас на очереди? Хм. — Сенджу Сакура, сестра Хаширамы, — ответил брюнет. Блондин потратил пять минут на поиск. — Облом. О ней нет никакой информации, будто её не было вовсе, — изумился хакер. — Значит, она не солгала. Эта женщина мертва более двадцати лет, поэтому о ней ничего нет, — сделал вывод Итачи. — Что значит, не солгала? Вы вообще о чём? — не понял Дейдара. Шеф и заместитель переглянулись. — Может, не стоит его впутывать в наше дело? — засомневался Кисаме. — Какое ещё дело? — Голубые глаза загорелись в предвкушении тайны. — Меньше знаешь, крепче спишь, — недовольно буркнул Хошигаки. Он вообще не хотел ему что-то рассказывать. — Ещё чего! А вдруг вы чем-то незаконным занимаетесь и если вас вычислят, то меня посадят за участие?! Нет, спасибо! Или выкладывайте всё начистоту, или я отказываюсь вам помогать! — поставил своё требование хакер. Итачи посмотрел на Кисаме, тот пожал плечами: мол, решай сам. Брюнет обречённо вздохнул: помощь Дейдары им необходима. — Мы подозреваем, что Сенджу Сакура является биологической матерью Харуно Сакуры, — сказал Итачи. — Харуно Сакура? Бывшая девушка Саске? Вы что, серьёзно? — не поверил блондин. Сначала, когда Дейдара увидел на старой фотографии девушку, она показалась ему знакомой, и, услышав имя Харуно Сакуры, вспомнил, где видел это лицо. Ну, мало ли что они похожи. Что теперь, каждого в родственники записывать? — Кисаме, покажи ему предсмертную записку, — попросил Учиха. Хошигаки неохотно вручил письмо блондину. Тот его прочитал и впал в недоумение. — Я что-то не понял, мы что, снимаемся в мексиканском сериале? — изумился Тсукури и огляделся по сторонам в поисках камер, но их не оказалось. — Мы сами были в шоке, — пробормотал заместитель. — Ну что, Дей, подключишься к нашему делу? — спросил брюнет. — Разумеется! — радостно воскликнул блондин. — Можете на меня рассчитывать! Правда, это займёт время, так как достать точную информацию из другой страны очень не просто. Легче туда поехать и всё выяснить. Но возникает другая проблема — язык. — То есть для тебя это невозможно, — с издёвкой произнёс Кисаме. — Я этого не говорил! Сказал же: это займёт время! — возмутился хакер. — Для меня нет ничего невозможного! — Вдруг Дейдара ещё о чём-то вспомнил. — Эта вся информация или есть ещё что-то? — Ещё мы подозреваем, что пять лет назад некто вышел на Сакуру и месяц зачем-то наблюдал за ней, притворившись Хатаке Какаши. Её каким-то образом хотели заманить в Испанию. Но Сакура, сама того не подозревая, перехитрила их: воспользовалась фальшивыми документами и сбежала из страны. Кроме того, мы в курсе, что Саске знал нечто важное и пытался её от кого-то оградить, — рассказал Итачи. — Точно! Саске! — щёлкнув пальцами, вспомнил Дейдара. — Я же ещё зачем пришёл! Твой блудный брат объявился! — Что?! — встав со своего места, удивился Учиха. — Где он сейчас? — Тсукури, не ответив, достал смартфон и принялся что-то искать. — Скорее всего, он у себя в квартире, — сообщил хакер. — Кисаме, замени меня! — почти приказал шеф, убирая со стола важные бумаги, связанные с личным расследованием. — Я бы не советовал ехать к нему, — сказал блондин с кислой миной. — Когда я с ним заговорил, он послал меня матом так, что даже Хидан бы позавидовал. Похоже, он опять взялся за старое. Однако Итачи, никого не слушая, быстро покинул кабинет, оставив Дея и Кисаме в недоумении. И к чему такая спешка?*****
Итачи ехал на машине и обдумывал полученные им сегодня сведения, которые его совсем не радовали. Он перебирал в голове всё, что было связано с Сенджу, и вспомнил день, когда впервые увидел Сенджу Хашираму. Мужчина почему-то расстроился, когда маленький Саске сказал, что ему пять лет. А ведь столько же было Сакуре. Итачи тогда случайно подслушал часть разговора между Хаширамой и Мадарой. Сенджу был чем-то подавлен, он сказал, что нанял пятнадцать лучших детективов, но те ничего не нашли. Неужели он искал Сакуру? Учитывая, что ради сестры Хаширама посвятил жизнь медицине, то он, видимо, очень сильно её любил, раз так отчаянно пытался найти её дочь. Наверное, поэтому Саске пытался связаться с Хаширамой, но почему-то не смог. Конечно, было бы лучше спросить Мадару, он наверняка знает, что тогда произошло и почему Сенджу был в отчаянии. Но проблема в том, что Мадара очень занятой человек, что связаться с ним не просто, да и не сидит он на одном месте. Дедушка часто менял номер мобильника, опасаясь прослушки. Он обычно сам связывался с семьёй и сам приезжал на торжественные мероприятия. Мадара не помогал семье, считая, что они должны справляться со всем сами, оправдывая имя Учиха. Однако это не значит, что он находился в стороне. Если приключится настоящая беда, Мадара обязательно подключится и наведёт порядок. Из-за размышлений Итачи не заметил, как доехал до дома, где жил младший брат. Добравшись до нужного этажа, Учиха подошёл к двери и достал ключи. Щёлкнул замок, и дверь в квартиру открылась; парня встретил табачный туман. Итачи вдохнул и, не выдыхая, вошёл. Он быстро добрался до спальни и полностью распахнул окна. Парень позволил себе вдохнуть только тогда, когда свежий воздух проник в комнату. Учиха обернулся: на кровати на животе спал парень, обняв подушку. Итачи нахмурился: Саске даже не потрудился раздеться перед сном. Старший подошёл к брату и нагнулся к нему. — Саске! Подъём! — крикнул он чуть ли не в ухо и быстро отошёл. Спящий резко проснулся и попытался встать, но запутался ногами в одеяле и рухнул на пол. — Ты чего орёшь? — недовольно пробормотал Саске. Голова кружилась, в ушах звенело, к горлу подступил приступ тошноты. — Как бы я ещё тебя разбудил? Я тебе не мама. Скажи «спасибо», что тебя хоть кто-то может разбудить, а то получится, что сам проснуться в таком состоянии не сможешь и помрёшь от истощения, — «ласково» объяснил Итачи, сложив руки на груди. — Чего опять припёрся? — не обращая внимания на поучительный тон, грубо спросил младший Учиха, пытаясь выпутаться из одеяла. — Ты где был всё это время? — Не твоё дело, — дерзко произнёс Саске, садясь на край кровати, и потянулся за сигаретой. Старший перехватил его руку и, выдвинув рукав, увидел там синяки. — Что? Опять наркотики? — строго спросил Итачи, глядя на уродливые вены брата. — Тебе-то что?! Мой организм, что хочу, то и делаю! — вырвав руку, разозлился младший. Ему не понравилось, что его застали врасплох. Ему было жутко стыдно перед братом, что он так низко пал в его глазах, но виду не подавал. Длинноволосый брюнет вздохнул, понимая, что спорить бесполезно, и решил перейти сразу к делу. — Саске, ты ведь знаешь, кто охотится за Сакурой? Глаза младшего расширились, но к нему быстро вернулась маска невозмутимого подонка. — С чего ты взял, что за ней кто-то охотится? Кому нужна эта потаскуха вместе с отпрыском? — нагло заявил Саске. Это была последняя капля: Итачи резко схватил брата за шиворот, поднял на ноги и силой прижал к стене, отчего тот больно ударился макушкой. — Нии-сан, ты чего? — перепугался Саске. Он впервые видел старшего брата в гневе, обычно того очень трудно вывести из себя. — Ты думаешь, я буду спокойно стоять и слушать, как наговаривают на Сакуру и моего сына? — в голосе Итачи чувствовалась леденящая злоба. В агатовых глазах сверкала устрашающая ярость. По телу младшего Учихи пробежали мурашки — настолько он был обескуражен. — Какой ещё сын? — не понял Саске. — Четырёхлетний мальчик, который приехал сюда с Сакурой, её и мой сын. — Ты что, переспал с Сакурой, когда я с ней встречался? — шокировано спросил младший. — Нет, я не такой подонок, чтобы спать с девушкой брата. Я переспал с ней после того, как ты её чуть не изнасиловал. Она была в неадекватном состоянии, а я пьян. Потом Сакура сбежала в Германию и там родила мальчика, моего сына, — рассказал старший, всё ещё прижимая брата к стене. — Откуда?.. — не понимая, спросил младший. — Сакура мне рассказала всё, что произошло на выпускном, хотя и не хотела об этом говорить. Меня совсем не обрадовал её рассказ о тебе: как ты больно таскал её за волосы, как грубо обрезал их, как ударил её, когда она сопротивлялась, как ты… — жестко перечислял Итачи. — Хватит! Довольно! — крикнув, прервал его Саске и закрыл руками уши. Ему было стыдно вспоминать о том, как он причинил ей боль. Старший отпустил его. Тот медленно осел на пол, прижавшись спиной к стене, всё ещё закрывая уши. Итачи разочарованно вздохнул, осознав, что не сдержался. Он думал, что простил младшего брата за его выходку и что был готов поверить в любую небылицу — родной человек всё-таки. Но в реальности оказалось иначе: старший Учиха не подозревал, что всё это время хранил обиду и злость на брата. Однако Саске сам виноват: нечего всякие гадости наговаривать на дорогих ему людей, тогда Итачи смог бы сдержаться. — Саске, скажи мне всё, что знаешь. Кто охотится за Сакурой и кто её отец? Ты ведь зачем-то пытался связаться с Сенджу Хаширамой, — спокойно попросил старший, стараясь не давить на младшего. «Значит, он не знает», — понял младший Учиха. — Убирайся… — тихо проговорил он. — Саске… — успокаивающе произнёс Итачи. Он хотел узнать правду: не только Сакура и сын, но и сам младший брат может оказаться в опасности. — Пошёл вон!!! — закричал хозяин квартиры. Длинноволосый хотел ещё что-то сказать, как брат резко встал на ноги и начал крушить всё подряд. — Проваливай! Видеть тебя не хочу!!! — взбесился Саске. Глаза горели безумием. Итачи даже не ожидал, что у младшего начнётся нервный срыв. Старший понял, что ему лучше уйти, иначе Саске не успокоится, а его присутствие только подольёт масла в огонь. Длинноволосый не хотел, чтобы брат впоследствии оказался в психушке, поэтому быстро покинул квартиру. Саске продолжал всё крушить, переворачивать мебель. Видя, что брат ушёл, он постепенно начал успокаиваться. Наконец ярость утихла, и он присел, прислонившись спиной к стене, и пустыми глазами оглядел разруху. Все его чувства смешались: он не знал, радоваться ему или горевать. Пять лет Саске переживал за брата, сломавшегося после аварии, с головой ушедшего в работу и позабывшего о мечте иметь семью. С другой стороны, Сакура была его девушкой, которая была ему не безразлична. Несколько минут назад он узнал, что у Итачи и Сакуры есть общий сын. Как это возможно?! У младшего Учихи в голове не укладывалось — у него есть племянник! Саске ломал голову над тем, кто этот мальчик. Он точно знал, что этот малыш никак не может быть его сыном. И парень осознал, что у старшего брата есть шанс иметь свою семью. У Саске жутко заболела голова, думать совершенно не хотелось. Учиха встал и начал что-то искать в квартире. Душа разрывалась на части, и он, как никогда, чувствовал себя паршиво. Ему нужна была доза, чтобы забыться и получить кайф. Сейчас не хотелось решать эти чёртовые проблемы. Но наркотиков нигде не оказалось.*****
Итачи сел в машину и уткнулся лбом в руль. Он был очень огорчён. Старший Учиха надеялся, что брат расскажет всё, что знает, а в итоге психанул, да так, что будь здоров. Видимо, наркотики затуманили его разум, и теперь он не может трезво мыслить и оценивать ситуацию. Как подойти к нему и спокойно с ним поговорить, если он так бурно реагирует при виде брата? Итачи решил оставить эту проблему на потом — пусть Саске остынет, а там посмотрим. Старший Учиха завёл машину и выехал со стоянки на улицу. С другой стороны дороги появилась светло-зелёная иномарка и припарковалась на то место, где совсем недавно стояла машина Итачи. Из автомобиля вышел белобрысый парень в кожаной коричневой куртке и в изношенных темно-синих джинсах. Он направился к дому, добрался до нужного этажа и, оглядевшись по сторонам, достал отмычку, к которой был прикреплён самодельный брелок из розовых волос. Блондин недолго возился с замком — тот быстро поддался умелым рукам и открылся. Взломщик вошёл в квартиру и направился в спальню. — Так-так, что у нас здесь? Генеральная уборка? — разыгрывая изумление, с издевкой произнёс незваный гость, раскинув руки. В комнате царил настоящий погром. Брюнет ползал по полу на четвереньках, ища что-то среди этой разрухи. «Только тебя для полного счастья не хватало!» — с досадой подумал хозяин квартиры. — Что ты здесь забыл?! — грубо спросил Саске и тут же пожалел об этом, забыв, кто перед ним. Учиха глухо застонал. Всё произошло слишком быстро: ему заломили руку за спину, всем весом пригвоздили его тело к полу, голову щекой приложили к холодному паркету, больно держа за волосы. — Ты ещё не дорос, чтобы так со мной разговаривать, щенок! — злобно произнёс блондин, ещё больнее сжимая чёрные волосы. «Да ты всего на два года старше меня!» — мысленно возмутился Учиха, не решаясь сказать это вслух. — Я понял, отпусти, — еле выговорил он. От захвата было очень трудно говорить. Захватчик сначала помедлил, но всё же отпустил парня. Блондин по-хозяйски подошёл к распахнутому окну, сел на подоконник, достал пачку дорогих сигарет и закурил. Учиха с трудом сел и потёр ноющую руку. — Я удивлён, Саске, что ты, чтобы не вызвать подозрений босса, стал принимать наркотики со словами «мне нужны дозы». Ты ведь хотел удостовериться, что мы не в курсе, что Сакура вернулась, и убедить всех, что в этом городе делать нечего. К чему это самопожертвование? — с ухмылкой поинтересовался блондин. — Если ты смог меня раскусить, то почему всё не рассказал боссу, Кимимаро? — терпеливо спросил брюнет, всё сидя на полу и прижимая больную руку. — Из любопытства, — высокомерно ответил собеседник, выдохнув клуб дыма. — К тому же, будет слишком много шума от одной девчонки. Если босс о ней узнает, он обо всём забудет и, как безумный, будет за ней охотиться. Уж больно сильно он ненавидит её отца, до которого не может добраться. Считает его виновником не сложившейся карьеры и в итоге заправляет незаконной контрабандой. — Кажется, будто ты сам недоволен такой жизнью, — рискнул сказать Саске. — Нынешнее положение меня устраивает, — безразлично бросил блондин. По его голосу было непонятно, действительно ли это так. — Я узнал, что Сакура сейчас живёт у твоего брата. Видимо, она не такая святоша, как я думал. Оказалась той ещё продажной сучкой. Ещё меня очень удивил тот факт, что у неё есть четырёхлетний сын. Твой выродок? — с насмешкой спросил Кимимаро, взглянув на сидящего брюнета. Саске злобно стиснул зубы: хотелось набить ему морду за эти слова, но он понимал, что силы неравны. Одно дело самому говорить гадости, — ты к этому морально готов — а вот если кто-то другой плохо говорит о них, то очень трудно сдержаться. Сакуре он никогда не желал зла и всегда хотел её защитить. Шисуи, как он недавно выяснил, его родной племянник. Учиха ничего не ответил, лишь отвёл взгляд. Да и что он мог сказать? Но правду Саске точно не хотел говорить. Пусть лучше остаётся в неведении, а то мало ли что. Кимимаро, видя, что ответа не дождётся, сунул руку во внутренний карман куртки и кинул парню пакетик с белым порошком. — Держи, это твоё, — равнодушно бросил блондин, вдохнув дым в лёгкие и выдохнув. Брюнет недовольно нахмурился: как же он ненавидел этот героин, что вновь сделал его наркоманом. Он неохотно взял пакетик с порошком. Учиха сейчас как никогда хотел забыться и получить кайф. И как он презирал в себе эту черту — стремление сбежать от проблем. Саске встал и пошёл на кухню, не желая делать эту процедуру при посторонних. — И ещё раз напоминаю, чтобы ты помалкивал, если не хочешь, чтобы я всё рассказал боссу о Сакуре. И больше не пытайся связаться с Сенджу Хаширамой, если дорога собственная шкура, — предупредил Кимимаро, когда Учиха переступил порог. Саске едва сдержался, чтобы злобно не фыркнуть, и тихо покинул комнату. — Слабак, — тихо бросил блондин с презрением и, докурив сигарету, кинул окурок в окно. Хотя Кимимаро сам иногда баловался с наркотой, чтобы расслабиться, он никогда не использовал для этого дешёвый героин — не его уровень. Он не позволял себе быть зависимым от наркотиков. Блондин вообще ненавидел слабовольных людей, что легко подсаживались на наркоту, а потом ползали на коленях, выпрашивая очередную дозу. Хотя парень заметил, что у Саске осталась гордость: он не выпрашивал дозу и не ломался на виду. Брюнет хоть и недолюбливал этого блондина, но не ненавидел. Кимимаро — единственный, кто поверил ему тогда… Когда Сакура исчезла пять лет назад, Саске начали пытать, чтобы он рассказал, где она, пребывая в полной уверенности, что он в курсе. Но Учиха заявлял, что не знает, а даже если бы и знал, то не сказал бы. Тогда Саске допустил ошибку: разговаривал с ними слишком грубо и уверенно, думая, что они ничего ему не сделают. Ну, изобьют, и ладно — вытерпит. Как же он об этом потом пожалел, когда узнал, что Итачи сбила машина и что он при смерти. Его тогда снова вызвали на допрос, выпытывая, где Харуно Сакура, и начали угрожать тем, что добьют его старшего брата. Пошлют фальшивую медсестру, чтобы сделать смертельную инъекцию и вызвать сердечный приступ — никто ничего и не заподозрит. Саске не на шутку испугался за брата и позабыл про честь и гордость. Он стал молить, чтобы не трогали его семью, пытался убедить, что он на самом деле не знает, где Сакура. Ему никто не хотел верить, и было решено добить Итачи. Тогда и вмешался Кимимаро, который как раз вернулся в город. Он запретил вообще трогать старшего Учиху. Каково было удивление Саске, когда белобрысый парень стал при всех избивать своего подчинённого, который был в ответе за операцию в отсутствие Кимимаро, за то, что тот проявил самовольство. Этот подчинённый был тем фальшивым Хатаке Какаши, кто столкнул Итачи с обрыва и насмерть сбил Харуно Мебуки. К сожалению или к счастью, Кимимаро не убил его. Саске тогда впервые испытал невообразимую ненависть к человеку, посмевшему покуситься на жизнь одного из его родных. Учиха захотел сам прикончить этого подонка и мысленно благодарил белобрысого парня, что тот его не убил. Вот только за пять лет Саске так и не сумел до него добраться: он оказался скользким типом. Для себя Саске заключил, что Кимимаро, не попади он в плохую компанию, был бы нормальным парнем. Однако блондин пощадил его брата не из-за жалости. Беловолосый был неглуп и знал, какими бы были последствия в случае смерти Итачи. Узнай Учиха Мадара о смерти любимого внука, то он провёл бы личное расследование, использовал бы серьёзные связи и вышел бы на них, и тогда проблем не оберёшься. Кимимаро был наслышан, что семья Учиха не так проста, как кажется: для них ценностью является не богатство, главное сокровище для них — семья, и за неё они будут мстить беспощадно. Кимимаро, по-прежнему сидя на подоконнике, достал из кармана отмычки и, подняв их на уровне лица, свесил самодельный брелок. Его взгляд был устремлён к городу, перед которым на ветру раскачивался локон розовых волос. — Ну что ж, Харуно Сакура, думаю нам пора познакомиться поближе, — усмехнулся блондин, предвкушая новую встречу…
