Не шипите на меня, адептка!

Скажу честно, выходить из личных апартаментов Богини мне очень, очень понравилось. Нас то ли не ждали увидеть живыми, то ли такими довольными, но вслед смотрели абсолютно круглыми глазами. Из-за этого проблем с поставленными Адамом задачами (а именно — узнать, что с посольством, найти место, где можно переночевать, и способ возвращения домой) не было. Нас шустро провели в кабинет к делегации, побывавшей всем составом в плену, а теперь спешно восстановленной в должностях. Тут Адам явно был знаком, если не со всеми, то близко к этому, да и вообще чувствовал себя как рыба в воде. Мне же, напротив, было неуютно. Каждый в огромном кабинете, а было здесь мужчин и женщин числом под пару дюжин, являлся профессионалом. Каждый был взрослой сформировавшейся и ответственной личностью. Я же, просто студентка, настолько не вписывалась в местную «воду», что казалась самой себе инопланетянином. Мне не было дискомфортно, слава Творцу, у меня достаточно самомнения, чтобы не чувствовать себя угнетенной из-за таких мелочей. В конце концов, я вижу этих людей в первый и, скорее всего, последний раз в жизни, так чего переживать? Но еще здесь был Адам, которому жизненно необходимо было все выяснить и сделать кучу дел. Где-то в его крови или воспитании — не знаю уж, где именно, — но сидела ответственность за этих людей. Чтобы не мешать своему мужу, я коротко шепнула ему, что устала и попросила меня отпустить. Адам встревожено, но все-таки, кивнул и, легонько поцеловав меня на прощание, выпустил на свободу. После произошедших событий он бы, наверное, предпочел видеть меня не дальше пары метров от себя, но ему действительно требовалось переговорить с присутствующими здесь людьми. Взгляды окружающих, знающих, кто такой Адам, но понятия не имеющих, кто же такая я, стали шокированными. Шепотки сопровождали меня до выхода из комнаты-зала. Двадцать восемь шагов и каждый сопровождался парой-тройкой фраз шепотом у меня за спиной. За это короткое и одновременно такое длинное расстояние я успела разозлиться как черт. Спешите видеть! Адам Росс, герцог Ланарийский, прилюдно целуется! И с кем?! С неизвестной высшему свету девкой! Ужас! Что же творится?! Я уверена, если бы в зале было соотношение мужчин и женщин не восемь к одному, а наоборот, воздух бы загудел. А так все было в несколько преуменьшенной, ознакомительной, так сказать, форме. Нежелание выходить замуж за герцога все росло, как и нежелание знакомиться с высшим светом. Уже в дверях я будто невзначай обернулась в сторону Адама и выхватила занимательную картину. Стоящий рядом с мужем мужчина, видимо, что-то спросил — об этом говорил его заинтересованный наклон головы. Адам же улыбается мне, потом переводит взгляд на собеседника и четко, так, что я могу прочитать по его губам слово лучше, чем услышать, отвечает: — Невеста. Про меня спросили, понимаю я. И тут мужчина оборачивается. По вскинутым бровям и пренебрежительно изогнутым губам читается : «очередная?». Но я мгновенно успокаиваюсь. Вот же оно — решение! Я успею спокойно АМИ закончить, пока эти снобы поверят, что я и вправду стану его женой. За это время мне можно будет вспомнить правила этикета, чтобы не опозорить мужа на каком-нибудь обязательном рауте. А на остальные мероприятия можно будет наплевать. Я уверена, что Адам меня поймет. И я пошла на поиски какого-нибудь змеелюда, чтобы мне указали, где можно разместиться на одну ночь или даже несколько. В конце концов, их Богиня мне немного должна… Адам. После того как фигура Миры скрылась за дверями, я недовольно оглядел скептически-презрительную физиономию Шарона. — Побольше уважения. Она — будущая герцогиня. — Вот как женишься, тогда и выражу ей свое восхищение. А до тех пор будем считать, что ты просто пообещал на ней жениться, а она согласилась согревать твою холодную холостяцкую постель. Он криво усмехнулся уголком губ. Я недовольно сдвинул брови, но потом махнул на спор рукой. Сейчас хватало дел и помимо вразумления упрямого министра, тем более, что этой его черте мог позавидовать любой осел. Поэтому я перевел тему на более насущные вопросы. — Чего вы успели достигнуть за прошедшее время? И расскажи, что происходило в Трисии в мое отсутствие. Шарон поморщился, и с явной неохотой начал: — Добились… хорошо пошутил. Нас всем посольством посадили под арест еще на границе гор. Потом под конвоем сопроводили куда-то в катакомбы и там держали до сегодняшнего дня. Условия были вполне приличные, но, сам понимаешь… ни телепортироваться, ни сообщить новости — от артефактов нас освободили еще на границе, когда арестовывали, а магию парочки наших спецов глушили чем-то. Райс, — министр кивает на смутно знакомого мне парня, стоящего в отдалении, — утверждает, что какой-то местной специфической магией, хотя как он это определил — понятия не имею. Я некоторое время вглядываюсь в показанного мне мага, но узнавание так и не снисходит на меня, поддразнивая своей доступностью где-то рядом. Отложив вопрос на «потом», я продолжаю слушать Шарона. — А вот в Трисии, пока мы оттуда не уехали, было весело. В твоем исчезновении обвинили меня. Сам понимаешь, король не мог допустить, чтобы дипломатическая миссия сорвалась, но и твоя пропажа... Он собрал Королевский совет и вытворил… Я, если честно и не знал, что у Их Величеств есть какая-то магия. В общем, он задал один вопрос. Потом выслушал наши ответы. Выделил из толпы двоих и задал еще вопрос. А потом этих двоих отправили в Серую Башню, где вытащили из них все. — Пытали лиц, входящих в состав Совета?! Так, стоп, почему двоих? — Двоих не пытали, пытали только министра внутренних дел. Наш Главмаг сам во всем сознался. — Не может быть, Рикард Найн?! — Да. Шарон усмехается, но глядит грустно. — Наш министр магии оказался с гнильцой. Казалось бы, крепкий дедок — просиди еще пару десятков лет у трона, заработай себе на старость. У него ведь было и влияние, и уважение. Но нет, он выбрал другой путь. Вышел как-то на связь с Маарилом и стал их поставщиком. Он им местонахождение малых магических групп, они ему золото и запрещенные амулеты. Вот такая интересная хрень. Не ожидал никто, если честно, от Рикарда настолько большой свиньи, но… Шарон делает паузу и пару шагов в сторону. Я вижу там небольшой столик со съестным и напитками, собственно, к нему мы и направились. После того, как министр промочил горло, он продолжил рассказ. — Кстати, наш Главмаг очень переживал, что ты через пару лет займешь в Совете его должность, поэтому и поспособствовал переправке амулетов из Серпии и Маарила к нам, в Трисию. Собственно, из-за этого его и выявили. Если бы не это, то он так и не привлек бы к себе внимание короля. Он во время воздействия Его Величества пытался сопротивляться, дар свой сжег. Понял, что жить ему осталось всего ничего: на пыточном столе, когда его только туда пристегивали, поведал несколько предложений на тему: «Я сделал то-то и то-то, и был прав». А потом принял какой-то яд. Рикард же по молодости разведчиком побегал, вот и похватал оттуда разных штучек, типа капсулки с чем-то смертоносным во рту. Шарон сделал еще одну паузу, чтобы глотнуть воды. В это время я прислушался к разговору группы справа от нас. В споре участвовали шестнадцать человек, и постепенно все повышали тон. Теперь мне не составило труда расслышать их спор, и он мне категорически не нравился. — …ты же можешь! Ну, так давай! Подорвем тут полхребта, ну или хотя бы местного королька. Или ты предлагаешь и дальше терпеть перепады их настроений?! — Это не настроения. Пока вы сидели в плену, у них сменилось правительство. Богиня покарала нарушителей ее заветов, в которые входит пункт о не причинении людям вреда. — Мой голос заставил замолчать всех разом, но лишь по причине обладания королевской кровью. Родовая магия — если надо, чтобы нас услышали, нас услышат. — И мы будем договариваться о мире. Один выпад в сторону нарушения дипломатической миссии, и вы теряете гражданство Трисии. Король дал четкие распоряжения. Мир любой ценой. Ваш плен вошел в прейскурант, вы можете лишь оценить его стоимость. После вашего плена мы можем требовать мир на наших условиях или хотя бы заставить их уступить в некоторых вопросах. Лучше подумайте над этим и выдайте мне результат как можно быстрее. Змеелюды скоро оклемаются, власть возьмет в руки новый король и придет к нам. К этому моменту нужно уже быть готовыми. Спорщики затихли, начали думать. Ведь, как ни крути, а королевский приказ действительно не изменился. Удивленно приподняв брови, ко мне подошел Шарон. — Да уж… ни разу не видел применения «голоса королевской крови». И, к слову, разве не я глава миссии? — Ты. — Я киваю, но смотрю на толпу. Там вроде снова зашел спор, но на этот раз он вполне соответствовал нашей задаче, так что я отвернулся. — Но ты же не думаешь, что меня должны были отправить с вами за красивые глазки? Шарон, я будущий герцог, и это определенная ответственность перед государством, и я должен был подстраховывать интересы короны в случае твоего устранения или неадеквата. Или ты думаешь, Его Величество безгранично глуп и поставит все на одного человека, далеко не бессмертного? Уверен, в этой группе есть еще минимум три специалиста, готовых взять на себя ответственность в случае чего. Горут Второй — параноик, каких поискать, и ты это знаешь лучше меня. — Да, знаю. — Шарон устало протер лицо. Плен, видимо, вымотал его гораздо сильнее, чем он хотел показать. — И еще… извини. Я думаю, ты все равно узнаешь, когда попадешь обратно в АМИ... Твою адептку, Полински, отправила вместе с тобой в другой мир Кассия, моя племянница. Ты только зла на нее не держи, она… она дура просто, в мать свою. После того, как мой младший брат умер, это я присматривал за девочкой и ее мамашей, но, видимо, недостаточно… Ее уже осудили, вместе с Аниром Симборном, нашим бывшим министром внутренних дел. Я чуть пальцами в воздухе не щелкнул от облегчения. Вот как его зовут! А я все пытался вспомнить. — И какой у них приговор? Как они вообще друг с другом познакомились? — Во время одного из приемов, куда ходят с семьей. Я девчонку с мамой пригласил, чтоб развеялись они, а там Анир увидел Кассию, начал за ней втайне от всех ухаживать. В итоге они уже несколько лет любовники, много планировали, в отношении дальнейшей жизни. Ты там, кстати, фигурировал, знаешь? Кассия планировала стать твоей женой, потом вдовой, а затем сделать герцогом и Симборна. А сослали их в шахты, на пожизненную каторгу. Преступления против короны, как ты знаешь, обжалованию не подлежат. — А почему не казнили? — Обычно за такие преступления именно это и делали. — Королева родила принцессу. Помиловали. По глазам Шарона я понял, где видал он такое помилование, особенно, учитывая, что вытащить племянницу с шахт он не может. Но я не собирался его утешать. Кассия уже была взрослой и должна была думать, прежде чем делать. Судьба ее теперь совсем незавидна, но она вряд ли продлится долго. В шахты очень редко посылают женщин, так что, кроме тяжелого труда, ее ожидает еще и другое испытание в виде оголодавших по женской ласке мужиков. Нерадостные размышления прервал стук дверей, а потом под сводами зала раздался громкий шелест от передвижения делегации змеелюдов. Они расположились клином, широким концом строя оккупировав выход. Вперед из центра клина выдвинулся ярко-желтого окраса серпентер. Он был одет в официальный наряд Полоза, но мне был незнаком. Во время моего предыдущего посещения местных пещер я не сталкивался с королем, но и Шарон, который по идее должен был его знать, признаков узнавания не проявлял. Похоже, у змеелюдов при смене власти появился новый Великий Полоз. — Здравствуйте. Шарон, принимая приветствие, склонился в соответствии с правилами змеелюдов. Наверное, Мира посмеялась бы, глядя на то, как мужик с самым серьезным видом крутит туловищем по кругу, а потом застывает на несколько секунд, склонив голову, но я к обычаям змеелюдов привык, так что не дал скользнуть по лицу даже тени улыбки. Местные почему-то очень нервно относятся к церемониалу. Вот, наконец, после обмена приветствиями (у змеелюдов, кстати, церемониальные движения выходили куда более естественно и менее смешно), обе стороны перешли к делам насущным, то бишь к мирному договору. Глядя на витиеватые хождения вокруг да около, я понял, что с «переходом к делу» погорячился. Еще порадовался, что я учитель, а не политик. Переговоры уже зашли на третий круг: «Ах! Нам так жаль, что вы попали к нам как раз во время переворота, но мы так хотим оставить наш мирный договор как есть!» с одной стороны и «А уж нам-то как жаль! Но что же вы не досмотрели-то так! У себя под носом проворонили заговор, еще и соседей подставили. Хорошо бы пересмотреть условия мира в нашу пользу, а то мы так от вас пострадали! Ужас просто!» с другой. Думаю, нетрудно догадаться, что вещали змеелюды, а что послы Трисии. Конечно, было произнесено куда больше витиеватых слов. Сложные конструкции так и летали от представителя одной расы к другой. Спустя пару часов стороны все же сумели договориться на том, что мы немного пострадали, и хорошо бы это компенсировать. Но едва они затронули краем разговора эту тему, как я вмешался. — Раз вы так чудесно договорились, давайте сделаем небольшой перерыв. У вас случился переворот, мы понимаем. А вот наши люди только что из плена, пусть и комфортабельного. Всем нам надо отдышаться и обдумать ситуацию. Шарон, который так и не успел узнать, до какой компенсации додумались специалисты, живо подхватил эту идею, хотя его вмешательство уже не требовалось. По окружению Великого Полоза прошелся тихий посвист, который не переводился артефактом, зато прекрасно расшифровался остаткам божественных даров для меня лично. Кто-то узнал во мне сопровождающего Богини, во время ее «судебного процесса». — Конечно, как пожелают гости. Проводите их. Полоз изобразил вежливую улыбку, хотя их мимика и отличалась от нашей. Знает чужие обычаи новый король. Между змеелюдами пронеслась еще одна трель-посвист, которая зацепила мое внимание. Странно было воспринимать змеиное общение человеческим слухом — что-то неизбежно искажалось. В этот раз все слышалось мне такой несуразицей, что я даже пожалел о невозможности снова обратиться в змеелюда. Впрочем, великий Полоз расшифровал смысл их переговоров, обратившись уже на понятном мне языке. — Вас сопроводят по комнатам, но мы были бы очень благодарны, если бы Вы успокоили Вашу спутницу. С нашим тонким слухом и эмпатией очень сложно терпеть перепады ее настроения. — С ней что-то случилось?! — К сожалению, мы так и не поняли, что именно произошло, разузнать точнее мешает ее неадекватная реакция на любого представителя нашей расы. Прошу, следуйте за Криином, он Вас проводит. Из свиты выплывает названный змеелюд, приветственно кивает и тихонько проползает через середину клина. Я спешу за ним, кидая через плечо взгляд на Шарона. Он снова обрел уверенность в своем положении, так что за него можно не переживать.