Янанебебыл

      Солнце отдавало все силы, чтобы раскалить асфальт, но его тут не было, лишь засыпанный щебнем проезд. Соседние дома и гаражи плавились под лучами, металлические листы нагревались так, что срывающиеся капли пота с шипением испарялись, падая на них. Но там, куда пришёл Андрей, стоял старый добротный дом из ракушечника, а потому внутри даже без кондиционера было очень прохладно и комфортно.       Вышедший из кухни парень, едва завидев Андрея, кинулся к нему и прижал к двери, яростным взглядом просверливая дыру в его голове. — Юра! Тут эта мразь…       На грохот вышел хозяин дома. Молодой мужчина лет двадцати пяти ехидно ухмыльнулся, окинув Андрея взглядом. Но уже в следующий миг подошёл к его прижатому телу и с размаху впечатал кулак в солнечное сплетение.       Из лёгких словно кувалдой выбили весь воздух, Андрей попытался закрыть такой беззащитное место над животом, но руки были крепко прижаты к двери, и он чувствовал себя распятым. Лёгким немедленно нужен был глоток воздуха, но нервы не слушались, мышцы сжались, и хотелось вовсе сжаться в комок, точку, чтобы переждать ощущение разрывающихся органов, но сверху добавили ещё. Удар пришёлся ровно туда же, и Андрею казалось, он свалится не из-за драки, а от нехватки воздуха, которого невозможно было вдохнуть. — Жду в зале. Ты же не думал, что легко отделаешься?       Парень, державший Андрея, скептически посмотрел на Юру, но отпустил.       Тот свалился на мгновенно подкосившихся ногах, обнял живот и наконец смог отдышаться, когда мышцы отпустил спазм. Голова вовсю кружилась от нехватки кислорода. Осталось щё свалиться в обморок, но Андрей вновь поднялся и, сделав глубокий вдох, шагнул вглубь дома.       Юра сидел за большим деревянным столом и сгребал из трёх кучек белого порошка по частям в одну. Андрей оглянулся и убедился — незнакомый парень стоял позади него, словно цербер, сторожащий добычу. Значит, пришёл мастер, и Андрей оказался тут предельно невовремя. Что бы ни взбрело в голову Юре, факт того, что сейчас здесь находился незнакомец, сильно напрягал. — Ну так и что, где деньги? Насосал?       Андрей не шевельнулся, чтобы подойти ближе, но смотрел перед собой уверенно. Юра вновь ухмыльнулся. — У меня нет денег. Я не принёс. Готов отработать любыми способами, которые поручишь.       Мужчина замер над созданной горочкой, словно осматривая её идеальность, поднял нехороший взгляд на Андрея. — Что-то как-то не вяжется. Когда я дал тебе возможность заработать, ты меня кинул. Вот это…       Юра отодвинулся и раскрыл выдвижной ящик старого письменного стола, доставая паспорт без обложки. — Это просто бесполезный мусор. Я думал, такая залётная птичка у меня долго бегать будет, а нет, ты оставил паспорт и свалил с товаром. Если я сожгу его, — мужчина затряс паспортом, брезгливо отшвыривая его на край стола. — ничего не изменится. Потому что ты никчёмный, и нечего с тебя взять. Как ты собираешься возвращать долг? — Юра. Я хочу заработать. Но не на себя. Мне надо кое-кого вытащить из обезьянника. Сделаю всё, что будет необходимо. Пойду с повинной вместо кого-то из ваших, если надобно.       Мужчина хмыкнул, окунул палец в одну из горок и завёл его за щеку, втирая порошок. Задумчиво причмокнул и вновь стал сверлить прищуренными глазами стоящего перед ним парня, у которого и без того коленки подкашивались после недавних ударов, а в голове до сих пор болталась неприятная муть. — Мои парни не такие конченые мудаки, как ты. Не кидают и не попадаются. Что ты можешь мне предложить?       Андрей понимал, что шансы мизерные. Но делать надо было хоть что-то. Не получается у того, кто не пробует. — Я уже сказал. Всё, что угодно.       Юра как-то по-странному окинул его взглядом и, внезапно, остановил взгляд на парне, который стоял за спиной у Андрея. Тот оставался позади, словно решив отрезать любые пути отхода. На мгновение в глазах мужчины за столом промелькнуло отчаяние и толика боли, но он быстро взял себя в руки и привычно ухмыльнулся. Быть может, это была лишь показуха, чтобы нагнать страху на оппонента. Но у Андрея было хорошее зрение и понимание людей. — Ну, Бейонсе. Жопу подставляй.       Андрей скривился, и глаза его забегали. Он не обманывался мыслями о том, что удастся такого избежать, но понимал — злой обманутый Юра церемониться с ним не станет. — Не ломайся, давно не целка, — продолжил тот. — Типа ты думаешь, я не знаю, как ты без копейки денег приехал в Крым с севера страны? В первом же трипе рассказал, как давал во все дыры, чтобы расплатиться за дорогу, после того как тебя выебал отчим. И это в четырнадцать-то лет.       Андрей закатил глаза и расслабился, плечи его опустились несмотря на то, что позади в затылок всё так же дышал не самым доброжелательным образом настроенный мастер-закладчик. Значит, переговоры прошли успешно, несмотря ни на что. Беседы о прошлом уже давным-давно не цепляли и не задевали его. Душевная буря всегда ранит лишь в первый раз. Потом же сознание, из себялюбивых расчётов или чтобы сохранить здравый рассудок, перестаёт придавать ей такое же значение, что и раньше. Вспышки боли затухают и в итоге становятся совершенно незаметными, и вскоре это можно назвать отношением к жизни, жизненной правдой. Такая правда была и у Андрея. Он знал, что секс ничего не значит, это лишь физиологическая потребность. И относиться он к нему стал так же, как к желанию поесть. Захотелось — значит, так надо организму. Ты же не станешь выбивать жареную курицу из рук голодающего? А собственное тело для парня давно перестало быть всецело его, это был лишь инструмент.       А ещё он знал, что его смуглое поджарое тело воспринимается другими так же, как кусок сочного золотистого мяса. И пользовался такой рекламой на полную катушку. — Без проблем. Вдвоём?       Юра поднялся из-за стола и подошёл к шкафу, вытаскивая махровое полотенце. Повернувшись, вновь странно-пристально посмотрел на парня у Андрея за спиной. — Естественно. Ты вроде бы собирался не только отработать.       Андрей пожал плечами, ловя полотенце, которое бросил мужчина. — Ванная рядом с кухней. Я грязным тебя ебать не буду.       Когда он протиснулся мимо парня за спиной, тот подошёл к Юре и скептично оглянулся. Для него явно был неожиданным исход беседы с Андреем. — Ты действительно собираешься его трахнуть?       На последних словах голос парня немного сорвался, в его голове не укладывались на одной полке такие понятия, как «секс с парнем» и «мой друг». Слишком неправильным было первое, слишком привычным и стабильным — второе. — Собираюсь. Что-то не так, Макс?       Тот стоял и до сих пор не мог поверить в то, что сейчас произойдёт. — Я не буду. Я не педик.       Юра подтянул с края стола недопитый стакан и бросил туда пару кристаллов из небольшой коробочки рядом. — Правильно, ты не педик. Просто не думай об этом. Пей.       Он отдал стакан заметно посеревшему лицом Максу и уверенно поднёс его же руку к плотно сжатым от нервов губам. Парень колебался, глядя на Юру. Потому что совершенно не понимал, зачем он нужен тут. Если тому так хочется, пусть разбирается со своей проституткой сам. Но скрыться от пристального, буквально пригвоздившего к полу взгляда мужчины было невозможно, и Макс, будто загипнотизированный, большими глотками влил в себя дико горькую мутную воду. — Что было в трипе, остаётся там же, — уверяющий тихий голос Юры не терпел возражений, и дороги назад не оставалось.       «Со своим поставщиком лучше не спорить», — рассудил парень и обессиленно рухнул на стул рядом с письменным столом. Потому что на самом деле даже такое мизерное общение с Юрой вытягивало из него все силы. Мужчина словно хотел растворить в себе ничего не подозревающего Макса, давил и подчинял, а парень не знал, куда и как от этого деться. По давней дружбе предавать Юру не было желания, к тому же их дело не кружок пения, в котором можно перейти в соседнюю группу с другим преподавателем, если тебе внезапно что-то не понравилось. Не того уровня он звено в цепи, чтобы одной фразой «я выхожу из игры» можно было безболезненно оборвать все связи.       Пока Макс пытался настроиться на нужный лад, Андрей вошёл в комнату абсолютно голый и, не обращая внимания на бледного парня за столом, прошествовал мимо прямиком к дивану, на котором сидел ухмыляющийся Юра.       Андрей не стеснялся никого и ничего. Для него не было ничего необычного в том, что приходилось расплачиваться телом. Единственное, о чём он задумался, пока мылся, что секса не было давно, и если с ним решат поиграть в двойное проникновение, то однозначно порвут. Хоть он и постарался тщательно подготовить себя. Но когда, войдя в комнату, где его ждали, увидел бледного мастера, пришпиленного какими-то своими мыслями, принципами и серьёзными сомнениями к деревянному табурету, понял, что сегодня они точно обойдутся без подобных игрищ.       И от его внимания не ускользнуло то, как Юра постоянно бросал беглые взгляды в сторону парня. Как внезапно сжимал пальцы на коже, заметив, что Макс не смотрит на них. Не приближается и сторонится того, что происходит рядом с ним. И только когда Юра закрывал глаза, отдаваясь потоку ощущений, в которые Андрей старательно погружал его, Макс боязно поворачивал голову и смотрел на них. Судорожно сглатывал, незаметно проводил ладонью по напрягшемуся прессу и глубоко дышал, не в силах сопротивляться тем настроениям, что навевал на него наркотический приход.       Андрей слишком долго варился в подобных котлах, в которых приличные мужчины строили из себя примерных семьянинов и бизнесменов, при этом с оттяжкой и упоительным удовольствием трахали продажных мальчиков с крепкими задницами. Это нормально, считал он. Это естественно, просто кто-то может признаться себе в болезненных пристрастиях, а другие бегут, но попадаются каждый раз на одну и ту же приманку. Прямо как Юра. Однако, судя по всему, он нечасто баловался подобными услугами. Причина сидела рядом и с украдкой поглядывала на двоих, которые решили не лгать себе хотя бы сейчас. Но и упускать возможность, когда добыча сама прыгнула в руки, мужчина не собирался. Не будь у него такой дилеммы в понятиях о любви, Андрей уверен, ему не удалось бы уговорить Юру на сотрудничество. Но раз всё вышло так, как ему надо было, он постарается на все сто, чтобы главный заказчик шоу остался доволен.       Андрей ласкал член мужчины как всегда самозабвенно и с мастерством. Повернув голову, он стал облизывать ствол сбоку, глядя прямо в глаза ошалевшего Макса. Подмигнул ему, и тот очнулся и залился краской, будто девственный юнец. Но и наблюдать за подобной откровенностью ему точно не приходилось.       Андрей прогнулся в пояснице и отклонился, выставляя напоказ всё то, что происходило между ним и Юрой. Но как только он закрывал глаза, перед глазами стояла картинка первой ночи на незнакомой квартире. Сознание вовсю сравнивало те мгновения и то, что было сейчас. Стоны мальчишки и тяжёлое дыхание Юры. То, как по-разному их члены ощущались во рту, ведь достоинство мальчишки хотелось ласкать долго и со вкусом, словно леденец, и именно это воспоминание придавало чувственности всем действиям Андрея над Юрой.       Он ощутил, как мужчина наклоняется вперёд и скользит массивной ладонью по ягодицам, ныряя в подготовленный вход. Большой палец надавил вниз, туда, где хотелось больше всего, и Андрей простонал, едва не поперхнувшись упёршимся в глотку членом, пока Юра прижимался пахом к его лицу всё теснее.       Макс поднялся со своего места и неуверенно подошёл к ним, встал прямо позади и начал наблюдать за двоими, так демонстративно выставляя своё желание.       Юра положил ладонь на горло Андрея и отнял от своего паха, поднимая. Парень вытянулся, и тогда его хлопнули по бедру, призывая развернуться. Андрей даже был благодарен такой перспективе — видеть результат своей работы и отвлекаться на это, а не на собственные воспоминания.       Он поставил колени по бокам от бёдер Юры, вновь призывно прогнулся в пояснице, и в анус скользнуло два пальца, смоченных в слюне. Они растягивали его, хотя Андрей знал, что в ванной уже растянул себя достаточно, потому решил сосредоточиться на том, чтобы затянуть Макса в их игру. Потому что для него уже было очевидно — это не секс Юры с Андреем, это секс Юры с Максом. Через Андрея. Чтобы не травмировать ни своё самосознание, ни этого засмущавшегося паренька. Ведь многие рассуждали похоже — с проституткой ничто не зазорно.       Андрей пошло простонал и разомкнул красные натёртые минетом губы, скользя пьяным взглядом по Максу, закидывая голову. Глаза блаженно прикрылись, а язык заскользил по губам, и они призывно лоснились лишь для одного человека сейчас.       Тем временем к его дырке прижался горячий гладкий член. Тёр и дразнил, но точно не спешил войти. Юра ждал, когда Макс предпримет хоть что-нибудь, и чтобы не пропустить этот момент, он решил не торопиться. Ему спешить некуда. Андрею — тем более. А Макс от них всё равно не сбежит. Не осмелится.       Парень, сглотнув, стал медленно расстёгивать ширинку, словно всё ещё сомневаясь в том, что ему стоит это делать. Но сопротивляться не было сил. Перед ним сейчас такой прекрасный парень, весь вид его дышит таким желанием, что собственное ощущение любить всех и вся, желание обнять целый мир, надиктовывало ему свои правила. Хотелось притянуть Андрея к себе, сжать крепко-крепко и не отпускать. Затем, надавив на его плечи, направить вниз и чувствовать то, как он любит Макса. Сознание наконец заволокло туманом всеобщей любви. Он подошёл ближе к разгорячённому парню, и тот обхватил губами его каменную плоть через ткань трусов, обдавая её неистовым жаром горячего дыхания. Сквозь губы нехотя прорвался короткий, но чувственный стон, и Юра, пристально наблюдавший за ним, не выдержал: толкнулся бёдрами и потянул Андрея вниз, на себя. Жаркая теснота тела, давно не занимавшегося таким сексом, не давала Юре возможность не представлять на его месте другое нутро, девственное, что с трудом принимает в себя член мужчины.       Такие простые движения, а как много зависит от того, с кем ты их исполняешь. Юра без промедления нашёл нужный ему ритм, приподнимаясь, чтобы втиснуться глубже. Казалось, в голове и без наркотиков сейчас витает туманная дымка, когда он пристально смотрит из-под прикрытых ресниц на спокойное расслабленное лицо Макса, как тот наблюдает за Юрой, потому что знает, кто здесь хозяин и кому на самом деле принадлежит их удовольствие.       Андрей стянул с парня трусы, и тот, перешагнув, отбросил одежду куда-то в сторону. Макса уже не волновало, кто, с кем и почему. Парни мерещились ему земными купидонами, и только они сейчас смогут подарить ему любовь. Он подошёл ближе, на его бока легли пальцы, разряд от которых прошил всё тело, отдаваясь внизу позвоночника. Внутри всё скрутило от такого чувства, а когда собственный член оказался в плену горячего рта, он совершенно забылся, потерялся. Макс громко стонал, не в силах сдерживаться из-за ощущений, что усилены в десятки раз из-за химии в крови.       Андрей не ожидал, что парень будет так голосить. Он сначала казался замкнутым, из тех, кто никогда не позволяет себе лишнего, дабы не прослыть тем, кто в их обществе не котируется. Серьёзному парню не к лицу громко стонать в сексе, да? Однако, по-видимому, тот не слишком часто баловался кристаллами, доверяя вопрос о качестве товара своему поставщику. И поэтому синтетический яд ворвался в его сознание быстро, а держал крепко непривыкший организм.       Представляя перед собой щуплое гладкое тело незаматеревшего подростка, Андрей решил получить ещё больше пользы для себя и позволить чуть больше вольностей. Он скользнул ладонями по крепким бёдрам Макса и погладил с внутренней стороны, переместился на ягодицы, едва заметно проводя пальцами по чувствительной ложбинке. Парень под его руками крупно задрожал и схватился за плечи Андрея, чтобы устоять на ногах, пока кровь бьёт в ушах так громко и ритмично, что в пору бы оглохнуть. Уверенные ладони сжались на двух половинках и развели их, вкладывая палец между ними, чтобы ненавязчиво массировать вход в тело, даря ещё больше ощущений. Максу понравилось. Он дёрнул бёдрами вперёд, чтобы Андрей заглотил глубже плоть, и больше не стоял истуканом, над которым проводили обряд. Макс сжимал светлые волосы на затылке и толкался в горячий рот, а перед глазами вспышками умирали и рассыпались звёзды в такт пульсации крови в ушах. Хотелось продлить навечно это состояние и никогда не покидать это место, наполненное любовью.       Они напрочь забылись вдвоём. Макс утонул где-то между наркотиком и новыми ощущениями, Андрей потерялся в собственном воображении. Он скользнул дальше, глубже пальцами, втискивая один палец в тесную девственную дырку, но на горле сжалась грубая рука, сдавливая так, что ни вдохнуть, ни выдохнуть. Юра прижался к спине и злобно прошипел на ухо Андрею скрипящее "не трогай его, сука".       Андрей отнял руки от Макса и поднял их, сдаваясь. — Встань.       Юра не мог позволить самоуправства на собственном поле. Он спихнул Андрея на пол с себя, поставив его на четвереньки, и резко потянул на колени Макса. Они стояли почти так же, как и до этого, но теперь Юре не мешала спина Андрея разглядывать расслабленное лицо Максима, дрожащие губы, растянутые в блаженной улыбке. Он толкался быстро и ритмично в смуглое тело, и Андрей то и дело кашлял, когда его особо сильно толкали вперёд, горлом на член Макса во рту.       Андрей закрыл глаза и полностью выпал из реальности, витая в совершенно сюрреалистичных картинах, в которых Влад разделился на двоих человек, его стало больше, в два раза больше этого несносного мальчишки, что теперь насаживал Андрея и ртом, и задницей на себя. Если бы он не был занят, то запищал от такой фантазии, столь откровенной и явной, что из члена странным образом медленно полилось. Андрей словно обнял солнце, ему было нестерпимо горячо, он таял и плавился, и смог лишь прижать рукой бёдра Макса к себе, обхватывая его губами плотнее. Парень, покачнувшись от таких манипуляций, завалился вперёд и был тут же захвачен в ловушку цепких пальцев, которые притягивали его к себе.       Одной рукой Юра подхватил ногу Андрея, вбиваясь как можно глубже, чувствуя, как упирается во внутренний сфинктер, как натягиваются кожа и мышцы, как парень скулит от такого и сжимается лишь сильнее. В этот момент, ощущая приближающийся оргазм, мужчина сделал то, что считал единственно верным сейчас. Другая его ладонь легла на шею Макса и притянула его, пошатнувшегося, ближе, и Юра впился в губы жёстким глубоким поцелуем. Он следил раскрытыми глазами, как искажается в предоргазменной судороге его лицо, чувствовал, как дрожат искусанные в изнеможении губы, и мог лишь представлять, как входил бы в его тело, вызывая те же эмоции на лице.       Где-то внизу Андрей сквозь кашель пытался предупредить мужчину, чтобы он не смел кончать в него. Но Юре было глубоко плевать, и он не упустит возможность взять от ситуации всего по максимуму. От обрушившегося на голову оргазма хотелось выть, и сжать зубы на персиковой шее Макса, чтобы только он мог слышать моменты его слабости. Но вместо этого он вылизывал рот парня, а руки жадно блуждали по мокрому скользкому телу, не в силах оторваться и прекратить это безумие.       Первым с члена соскользнул Андрей, тихо матерясь, но за шумом в ушах было ничего не разобрать. Да и зачем ему это?       Хотя, впрочем, Юра сам не ожидал такого результата. Он надеялся загонять Андрея по полной, чтобы тот выползал из дома мужчины, но сам оказался таким опустошённым после первого же оргазма, поделённого на двоих с Максом, что сил на ещё один заход не нашёл бы без допинга. Однако сегодня не хотелось. Он сидел, привалившись к дивану, и рассматривал лицо пьяного Макса, бездумно оглаживающего свой блестящий от слюны член. Андрей куда-то пропал, да и, выходит, свою работу на сегодня он выполнил.       Юра поднялся и вышел в коридор, где столкнулся с парнем на выходе из душа. — Ну так и… что ты хотел от меня там?       Андрей поднял голову. Он посмотрел так доверительно и спокойно, что Юра понял: да, он попал в оборот к этому парню. — Надо вытащить одного пацана из ментовки.       Мужчина ухмыльнулся, вернувшись в своё привычное состояние. — В следующий раз жду тебя в среду вечером.