Чимин любил Чонгука, а тот сходил с ума по Тэхену

Чимин набирается сил, чтобы сознаться Чонгуку, но с каждым днём ему все страшней. А к этому прибавилось ещё и странное поведение Чонгука и Тэхёна, те постоянно где-то пропадают в выходные. Уходят вдвоём, ничего не говоря Чимину, постоянно шепчутся за спиной, а когда Пак спрашивает, говорят, что просто по работе. Чимину страшно, днями он сидит и плачет, всепоглощающая дыра прожигает изнутри. Как сейчас помнит чувство одиночества, чувство ненужности. Когда пытаешься доказать всем: "Я личность! У меня есть мнение! Я существую! Не наступайте на мои чувства!" Но смешивают с почвой под ногами. Он начинает осознавать, что по сути он, как был "никем", так им и остался... за душой ни гроша, за все платят Гук с Тэ, а единственное, что он может сделать, это постирать и погладить. Он не может возмущаться, точнее боится, боится своей выходкой или случайно брошенным словом всколыхнуть волну ссор в этом тихом море спокойствия и братской любви. Он четко осознаёт, что стоит ему перейти грань дозволенного, и его как корабль во время шторма разобьёт о скалы. Чтобы не случилось, он продолжает молчать, храня все обиды в себе. Его загоны никому не нужны, будь он хоть капельку значимым в этом мире, может быть, было бы не так сложно. Его держит лишь то, что он пока не лишний, то, что Гук и Тэ все также относятся к нему как брату и не просят уйти, как нежеланого нахлебника.

***

Сегодня Чимин перекрасился в нежно-розовый, собрал все свои силы в кулак и решился признаться. Чонгук сегодня должен прийти чуть раньше Тэ, и он покорно ждёт его. Но тут раздаётся хлопок двери и до Чимина доходят слова Гука: — Тэхёна, держись, сейчас я положу тебя в кровать и дам таблетки, тебе станет лучше, — Гук затаскивает тушку Кима в спальню и кладёт на свою кровать. Чимин вбегает после него уже с аптечкой, прекрасно поняв, что она нужна ещё после слов про таблетки. — Спасибо, Чимин, ты как всегда догадливый, принеси ещё воды прошу, — Пак кивает и уходит на кухню. После того как парни раздели Тэ, дали тому таблетки, обтерли и хорошенько укутали, Чимин все же решается задать вопрос: — Гукки, что произошло? — Чимин хочет положить ладонь на плечи Гука, но тот их лишь передергивает, сбрасывая руку, от чего в ладони Пака появилось болезненное покалывание от нервов. — Он...он упал, прямо на работе. Просто взял и упал, вместе с подносом, благо тот был пуст, я... я не знал, что делать, он весь горел и не хотел открывать глаза, — Чимин аккуратно обнимает Чона за плечи. — Хен, я так испугался. А что если он не очнётся? Что мне тогда делать? — плечи младшего содрогались, Чимин не мог поверить, что тот плачет. Чимин и сам был не редко в похожих ситуациях, конечно, Тэ и Гук практически не болели и это было редкостью, но сам факт, что Гукки никогда так сильно за него не волновался, больно бьет по сознанию. И он уже решает это высказать, но останавливает себя, ведь в спальне болеющий Тэхён, и сначала он должен думать о нем.

***

Болезнь Тэхёна проходит сложно, пошло обострение, из-за чего у того не спадающая температура "38,5" уже неделю. Чимин очень выматывается, ведь надо следить за болеющим, пока младший впахивает за двоих, и более менее приводить квартиру в порядок. Плюс ко всему, в последнее время Чон стал очень вспыльчивым и моментами агрессивным, что очень тревожило Пака. Он видел такого младшего впервые. Иногда Чон мог прикрикнуть или даже оскорбить Чима. Тот молчал и ничего не говорил, предполагая, что тот очень устаёт на работе, да и искренние и чистые чувства Пака не давали хоть как-то упрекнуть любимого. Но потихоньку это разрушало Чимина, идя из аптеки, он все меньше хотел возвращаться, приходы Чонгука не были уже столь желанны. Мир Чимина рушился и рассыпался, как карточный домик, каждое новое оскорбление заставляло все больше задуматься о своём существовании. Однажды он простоял с горсткой снотворного Тэ в ладошке полчаса, взвешивая все "за" и "против", он понял, что боится смерти. Он полностью осознал свою никчемность, но боль физическая пугала не меньше той пустоты, постепенно заполняющей душу.

***

Прошло десять дней или около того с выздоровления Тэхёна. Чимин много перенапрягался и теперь у него температура 38,7, заложенный нос и ужасная слабость по всему телу. Он еще не говорил об этом друзьям, решив сказать вечером. — Мы дома. Что сегодня на ужин? — крикнул Чонгук с порога. — С возвращением. Извините я не смог приготовить сегодня ужин, у меня темп... — закончить Паку не даёт Чон. — Чимин! Я же просил тебя! Тэ только выздоровел, ему нужно полноценное питание и уход! Он и так круглые сутки впахивает, а ты дома сидишь! Разве так сложно приготовить поесть? — Чон кричит на Чима, тот не выдерживает и под конец выбегает из квартиры. Чимин тоже не железный, у него тоже есть гордость и честь, он не может вечно все прощать и давать с собой так разговаривать. Убегая из детдома он убегал и от такого обращения, но сейчас ему некуда бежать, да и послезавтра его день рождение, поэтому он пишет смс "я в магазин, куплю что-нибудь, что можно быстро приготовить", получше укутывается в свой тёплый плед и шлепает в магазин, забывая, что он лишь в футболке, пижамных штанах и тапочках. Благо хоть можно оплатить с помощью телефона. Возвращаясь из магазина с пакетом рамена и чачжанмена, он аккуратно открывает дверь и слышит приглушенное рычание и тихий стон. Сначала Пак не понимает, что это, но всё-таки тихо подходит к закрытой двери ведущей в зал и прислушивается, пытаясь увидеть хоть что-то между щелью и стеной. То что он видит, вводит его в ступор: Чонгук прижимает Тэхёна к стене, его штаны спущены, а брюки Тэ валяются около дивана. — Гукки, а~а, что ты делаешь, скоро вернётся Чимин, а если он нас увидит, а~а... Ты ведь знаешь как ему будет больно, он ведь тебя...,— остаток фразы Чимин на дослушивает, он вылетает из квартиры пулей, не издав при этом ни звука. В голове все смешивается, вызывая панику и одышку: Они спят друг с другом!!! Но... но получается тогда во время болезни... Гукки так вёл себя из-за их отношений! И что значит фраза "Ты ведь знаешь, как ему будет больно, он ведь тебя..."? Они что, знают о моих чувствах? И... и при этом они все равно скрывают? Я ведь их обоих люблю, неважно, что Чона по-другому! За что? Что я сделал? Почему мне надо было врать? Неужели я ничего не стою? Даже они!!! Я не хочу быть ненужным! Задумавшись, Чимин не замечает того, как на автомате вылетает из подъезда и бежит в парк, где любит гулять вечерами, раньше они часто гуляли втроём, но сейчас Пак все время гулял один. Слезы душат нещадно, в горле застрял ком обиды, мешающий дышать и здраво мыслить. У Чимина в голове только обида и одно лишь «почему». Он бежит на ватных ногах и ничего вокруг себя не замечает, уходя в свой внутренний мирок. И вот его и парк разделяет всего четыре полосы дороги, Чимин краем глаза замечает зелёный свет и уже пытается преодолеть последнее препятствие, но стоит ему сделать рывок, как цвет меняется на красный, но из-за слез Чимин не замечает. Секунда, две... слышится звук тормозов, скрип шин по дороге, глухой удар, звук разбивающегося стекла и падения человека на асфальт...