Как назвать вот это всё?

      Чижова живёт у Лиззки. Благо, сейчас у неё заслуженные студенческие каникулы. А скоро Новый год… Н-да, очень скоро. А что это значит, а? Милене нужны бабосики, чтобы купить подарок для Елизаветы. Нет, она, конечно, могла бы подарить и себя. В принципе, любой другой был бы счастлив заполучить подобное, но только не Лиззка. Буквально за неделю у них было столько секса, сколько не было за всю предыдущую жизнь обеих. И если Чижова, кажется, несоизмеримо рада этому, то Лиза не особо. Завидная регулярность её угнетает, ибо хорошего, так сказать, понемножку. А то приедается, знаете ли. Да и вообще, Лизка не может взять в толк, как человек, которому не нравился секс, как сам процесс — какая нелепость, неужели такое бывает — теперь готов сношаться без перерыва хоть целую вечность, словно она какой-то секс-робот японской сборки специально выписанный для беспрерывной работы на домашнем траходроме. И хотя открыто Неред об этом не заявляет, Милена всё равно догадывается о желании своей девушки взять тайм-аут. Поэтому Чижова, решив разбавить немного их бурную сексуальную жизнь, начинает заниматься тем, что давно уже забросила — видеоблогингом. Сняв скучное видео по типу «вопрос-ответ», бьюти-блоггерша на этом не останавливается, желая срубить немного быстрых денег. Дай бог здоровья тому, кто придумал стримы с возможностью доната. ***       Вечер. Сегодня двадцать пятое декабря, а это значит… да ничего не значит, мы же в России. Обычный день, как и все остальные, с той лишь разницей, что до Нового года осталось всего шесть дней, но какое до этого дело Лиззке и Милене, ведь у кого-кого, а у них-то почти что каждый день праздник. Но не сегодня. С самого утра Чижова проснулась с твёрдым намерением работать. Работать лицом. А для этого нужно сначала его подготовить. Поэтому Милена, вставшая около одиннадцати утра, сначала моет голову, потом готовит завтрак для Лизы, затем сушит волосы, снова готовит что-то поесть для своей девушки, пьёт смузи из сельдерея, начинает создавать своё лицо и, только накрасив один глаз, опять бросается стряпать еду для Лизки… В общем, туда-сюда и опа: уже девять часов вечера. Зато как раз самое время провести стрим. Но где это сделать? Лиззка ни в какую не разрешает расположиться в спальне, потому что там фон исключительно для её разговорных роликов, и посвящать подписчиков — посторонних, мать их, людей — в тайны своей личной жизни не намерена, ведь те, что сидят по другую сторону от экрана, отнюдь не дураки, быстро сложат два и два. В зале слишком темно, а тащить и настраивать кучу ламп Лизе лень. Она уже на днях спинку царскую потянула, когда настраивала свет для видео, которое Чижова записывала для своего канала спустя долгие месяцы отсутствия. Делать нечего, приходится расположиться на кухне. Конечно, освещение и тут так себе, но выбора особо нет.       И вот уже всё оборудовано для стрима. Последние штрихи — самолюбование Милены с помощью маленького зеркальца — и начинается стрим. Чижова, как обычно, сразу же начинает лить всякую чушь в лица и уши своих обожаемых подписчиков о том, что она наконец-то может с ними поговорить, сообщает, что находится на своей кухне, просто до этого её никто никогда не видел. Ага, конечно. И начинается обычная тактика рыночных отношений: Милена торгует лицом, а за это ей донатят. Лепота. — Задавайте вопросы. Я так соскучилась по вам всем, мои любимые. И… рассказывайте, что у вас там нового. О, о… кстати, недавно у меня такая история приключилась. Короче, ехала я в такси… Лиззка, стоящая в дверном проёме, соединяющем коридор и кухню, закатывает глаза и, оставив свою девушку наедине со зрителями, перемещается в комнату. Как назло, её мочевой пузырь подкидывает ей проблему. Чрезвычайно резко он наполнился, вызывая теперь сильные позывы к опорожнению, но Лиза не может этого сделать. Дело в том, что туалет находится в опасной близости к кухне, а звукоизоляции никакой нет, поэтому когда нужду справляешь, журчание можно услышать во Владивостоке. Так подставить свою девушку Лизка не может, но надо что-то быстренько придумать, а то случится казус, как на уроке физкультуры в восьмом классе, когда она лезла на канат, не успев слинять по нужде, и на самом верху от напряжения ягодичных мышц расслабился сфинктер мочевого пузыря — короче, она обоссалась на глазах у всего класса и учителя. Было неловко, и более того, одноклассники могли бы издеваться до конца учёбы, но Лизе повезло: буквально на следующий день один парниша во время доказательства у доски теоремы Фалеса обосрался, да ещё и с таким звуком, будто коктейль Молотова взорвался. Ух… Воспоминания о тех событиях никак не помогают в решении проблемы с мочеотделением, поэтому Неред концентрируется исключительно на поиске резервуара для жидкости. Впервые в жизни она жалеет, что не держит дома цветы в горшках, а то сейчас бы полила, удобрила и счастливая молча передёргивала… на фотки со своим мерчем из инстаграма Зарыковской. Ан нет, придётся искать креативные идеи, но всё, что удаётся придумать, никак не поможет ей в данный момент: использовать таз, стоящий в ванной, абсолютно не вариант, ибо он занят свитером Милены, который категорически запрещается стирать в машинке; также в пролёте план пописать в кошачий лоток, потому что Чижова не привезла с собой кошек, а дома у Лизы животных не обитает. Единственный выход — пластмассовая баночка из-под сока, в которой на дне ещё есть содержимого буквально на несколько глотков. Выхода нет. Понимая, что испортит продукт окончательно и бесповоротно, Лиззка решается на отчаянные меры и мочится прямо в баночку с остатками некогда ананасового сока…       А ничего не подозревающая Чижова проводит стрим. Общение со зрителями действительно доставляет ей удовольствие. После того количества комплиментов, которое она получает от них, её чувство собственной важности должно было бы вырасти примерно с Фудзияму, но она всё ещё постоянно жутко критикует сама себя. И Лизка, сейчас наблюдающая со стороны, как красуется перед камерой её девушка, стоит и улыбается, опершись о дверной косяк. Изредка Милена поворачивает голову в её сторону, как бы невзначай, даря такой особенный, влюблённый взгляд, провоцируя ту всякий раз отводить глаза. Между прочим, Лиза тут вовсю её глазами раздевает, а вместо ответной страсти получает намёки на романтику. В самом деле, какого чёрта?! Сбивает весь настрой. — Так, так, таааак… — лупясь в экран ноутбука, протягивает Чижова. — Ой, ребят, я вижу, тут многие просят, чтобы я посмотрела какое-то интернет-шоу… Честное слово, вот впервые слышу. Но раз вы просите… Ваше желание для меня закон!.. И бьюти-блогерша скрещивает руки в форме сердечка, показывая свою пламенную любовь подписчикам. Лиззка закатывает глаза, и в тот момент ей в голову приходит мысль, приводящая к одному: какого хрена? Какого хрена её девушка должна смотреть на своём стриме видео каких-то посторонних людишек вместо того, чтобы пиарить видео её, Лизкины? Непорядок! И, решив, что срочно нужно это исправлять, Неред пулей вылетает из кухни, стремясь найти там несколько чистых листов белой бумаги, чтобы написать на них послание для Милены.       А Чижова уже навостряется смотреть проект «ХО life». Сидит перед экраном, ища первый выпуск четвёртого сезона (не начинать же с первого смотреть, в самом деле?!), когда слышит странные звуки справа от себя. Повернув туда голову, бьюти-блогерша не может сдержать улыбки: Лизка с неестественно серьёзным лицом держит в руках лист А4 в горизонтальном положении, на котором крупными буквами написан текст. Даже не текст, а слово. Точнее, полслова, потому что места не хватило. «Хватит». — Э… — Милена отводит взгляд обратно, обращаясь к своим зрителям. — Коты шипят… Щас! И снова заинтригованная Чижова поворачивается лицом к Лизе, у которой в руках новая карточка. Чтобы расслеповать, что там написано, бьюти-блогерше приходится сощуриться. «Зырить». Посыл ясен, но оказывается, это ещё не всё! Лизка меняет ещё один лист. «Видео». Это слово пока единственное, которое написано латиницей. Что поделать, мадам из Англии, оказывается. — Да, да, спасибо за донат, — реагирует на звук, доносящийся со стороны ноутбука. Но её внимание по-прежнему приковано к Лиззке. А та меняет очередной листик. «Других». Кого? Кого же?! «Баб». — Ахахахаха! — заливается Милена, на что незамедлительно реагируют её зрители. — Тут просто… ахах… смешно очень… ха… Неизвестно, что смешит её больше: сама фраза или покер фейс, с которым Лиза производит смену ещё одного листа. «Чекай». «Лучше». «Мои». «Видосики». Отсмеявшаяся Чижова теперь просто улыбается, досматривая лирический монолог её девушки. «Реклама». «Ёпт». — Аха… ха… — бьюти-блогерша поворачивает голову к зрителям. — Я щас отойду на минуту. Вскочив со стула, подбегает к Лиззке и, резким движением вырвав бесполезные листки с посланиями для неё же и раскидывая их по полу (кто собирать-то потом будет!), выталкивает свою девушку за пределы кухни, с шумом вдавливая её в дверь ванной. — И как же ты расплатишься за рекламу? Шёпот Чижовой задевает в Лизке какие-то рецепторы, поэтому вместо ответа она впивается губами в её губы, легонько прикусывая одну из них. — Эй, я не хочу истекать кровью на камеру! — А просто истекать? Брови Лизы шаловливо двигаются вниз-вверх, но Чижова всё равно не поняла, что она имеет в виду. Глупая женщина. — В смысле? — Бля… я тут подумала, что под столом места хватит. И я смогу пролезть, не попав в камеру! Ахуенная идея, да? — Да, — Милена ласкает пальцами кожу под футболкой своей девушки. — А в чём идея? — Блядь, соберись! Я тебя выебу прямо во время трансы, и никто не узнает, что это я. Будет горячо! — Нет, — бьюти-блогерша отстраняется, убирая руки из-под рубашки. — Тогда мои подписчики узнают, что у меня есть секс. Потом. И, чмокнув в губы свою девушку, Чижова скачет обратно, дабы продолжить трансляцию и поблагодарить народ за донаты, которые она пропустила. — Спасибо вам ребята, что вы со мной, что вы не забыли, — девушка складывает ладони на груди, с улыбкой пялясь в экран. — Вас уже чуть больше двух тысяч, и это так классно. Я на самом деле не ожидала, но… я не буду смотреть «ХО life». Я видела, что многие пишут посмотреть, но мне кажется, это будет скучно, да и долго очень. Слишком большой хронометраж серий. Поэтому мы посмотрим что-то другое… Ой, как неожиданно! YouTube рекомендует мне посмотреть новые видео Лиззки. Ага, конечно, новые. — Так… ой, тут такой интересный контент! Стоящая в дверном и проёме и облокотившаяся о его косяк Лиза одаривает её взглядом, красноречиво вопрошающим: «Ты шо, ебобо?». Кому как не ей знать, что в последнее время её видео пробивают дно своей содержательностью. — Милота! Я тоже делаю видео про свои татушки. Думаю, это будет интересно и вам, и мне. Да, будем смотреть видос про то, как Лиззка набивает себе тату енотика на плече. Раздаётся хорошо слышимый шлепок — это ладонь Лизы разочаровано ударяется о лоб. Она уже несколько раз объясняла своей девушке, что у неё на плече набит не енот, а бобёр. Но, видимо, скорее Ивангай выпустит новое видео, чем Чижова запомнит эту важнейшую информацию. И, не желая стоять на своих царских ноженьках, которые уже порядком подкашиваются от десятиминутного стояния, Неред покидает кухню, оставляя Милену вести свою бурную рабочую деятельность в номинальном одиночестве. *** Несколько часов спустя…       Стрим затягивается. Лизка, изнемогающая от безделья, устаёт возлёживать на кроватке. И правда, сколько можно?! Скоро пролежни появятся на и так неидеальном теле. И, превозмогая силу притяжения кровати, Лиза поднимается. Сразу после принятия положения «сидя», желудочек поднимает голос — пора бы и подкрепиться. Поднявшись, девушка не спеша идёт на кухню, где всё ещё «работает» Милена. Как только у неё ещё язык не отвалился болтать столько времени? Как видит Неред, её девушка даже попить себе ничего не взяла. Наверное, просто потому, что нечего. Да, такое бывает, если трахаться, точно кролики в своей норе, не покидая жилища. Последние остаточки были съедены ещё днём, поэтому, пересилив свою лень, Лиза одевается и идёт в магазин, прикупить самое необходимое для пропитания в ближайшие восемнадцать часов. Слишком сильно натянутая шапка скрывает брови, по которым её могли бы опознать фанаты. Купив всё необходимое, Лиззка возвращается домой, докуривая по дороге последнюю сигарету. Нет, она не забыла купить новую пачку. Ей её просто не продали, впрочем, как и пиво. Вот что бывает, когда забываешь дома паспорт. Правда, пиво бы ей и так не продали, потому что время уже за полночь, а в такое время продажа алкогольных напитков запрещена.       Вернувшись в квартиру, девушка с прискорбием понимает, что стрим всё ещё не окончен. Такое рвение Милены к общению с подписчиками бесит Лизу. Про себя она думает, что в следующий раз прервёт трансляцию наигрубейшим образом, а пока ей нужно успокоительное. К сожалению, сегодня это чай с ромашкой.       Чтобы не создавать посторонних шумов, Лизка скидывает пакеты на диване в зале, а сама идёт переодеваться в домашние штанцы и футболку, только после этого отправляясь на кухню, дабы поставить электрический чайник. Удобное расположение камеры позволяет ей быть скрытой от любопытных взглядов зрителей стрима. Пока водичка греется, Лиза возвращается в зал, потихоньку перетаскивает продукты в холодильник: нормальную еду для себя (хотя кто бы назвал колбасу нормальной едой) и веганскую для Чижовой. И если сама Неред может управлять своей шумливостью относительно пространства, то защитить уши тех, кто смотрит трансляцию, от неприятного звука, оповещающего, что пора уже чаёвничать, не в её хиленьких силёнках. Тогда Лиза — самостоятельная девочка — заваривает себе чай, готовит себе бутерброды с колбасой и сыром. Запахи и тихие, едва различимые звуки бурной деятельности за спиной заставляют голодную Милену пускать слюни, жалея, что она не может сейчас поднять жопу и взять это всё себе, потому что попросту не может есть подобное. И каково её удивление, непонимание и даже испуг, когда перед ней опускается кружка. Она даже подпрыгивает на стуле, смотря на Лизку с единственным вопросом в глазах: «А как же твоё нежелание афишировать, что мы вместе?» Но хитрая Неред знает, что ничего сейчас не раскрыла, а лишь вбросила немножечко интриги, так как из-за расположения камеры видна только четверть её тела, по которой невозможно определить, кто вообще находится рядом с Чижовой. Поэтому внешний пофигизм в отношении этой ситуации успокаивает Милену, которая не может сдержать улыбки. Так мило, что её девушка проявляет заботу о ней. Самое время потечь от счастья, но Лизка, кажется, задалась целью вызвать выброс, по силе равный фонтану, ибо перед Чижовой ставится ещё тарелка с веганскими крекерами и батончиком. А затем Лиза с видом, будто она просто мимо проходила, уходит в комнату, унося с собой свою кружку и тарелку с пятью бутербродами, в то время как Милена провожает её взглядом, улыбаясь, как какая-нибудь дурочка. ***       Конечно, куча вопросов сваливается на Чижову по поводу того, кто этот человек, появившийся на несколько секунд в кадре. Разумеется, преданные зрители не только Милены, но и Лиззки, узнают знакомые штаны. И как бьюти-блогерша не старается переубедить тех немногих, кто узрел правду, те всё равно остаются при своём мнении, заражая умы остальных… но безуспешно. Большинство всё равно сходятся на мысли, что это какой-то парень, ибо где это видано, чтобы у девушки были такие волосатые руки. Чижова еле сдерживается, чтобы не сказать, что никаких волос там нет, это естественная окраска кожи её девушки, и слава богу. Пусть думают что хотят, лишь бы не то, что является правдой.       Заканчивается стрим только в полчетвёртого утра. Уставшая, но довольная Милена, получившая массу положительных эмоций от такого общения с фанатами, которые её любят, несмотря на то что она пропала из интернет-мира на несколько месяцев. Зайдя в спальню, она обнаруживает, что её девушка спит. Что же нужно делать, когда находишь своего любимого человека спящим? Разбудить, конечно же. Можно было бы дать ей леща, чтоб она аж подпрыгнула на кровати, как это обычно делает Лиза, когда ей кажется, что Чижова как-то заспалась, но вместо этого бьюти-блогерша выбирает менее травмирующий психику способ — проникновение. Засунув руку под одеяло — благо, Лизка спит в трусах и футболке — Милена коварно улыбается, касаясь подушечками пальцев тёплой кожи и медленно скользя по ней вниз. Лизка чуть заметно двигает головой, словно пытается сбросить с лица мешающиеся волосья. А когда пальцы просовываются под ткань трусов, не спеша, дразняще поверхностно лаская плоть, Лиза с шумом выдыхает воздух, но всё ещё не просыпается. Сглотнув, Чижова прикусывает нижнюю губу, когда легонько проникает во влажную плоть, сначала осторожно, кончиком большого пальца, но, увидев реакцию тела Лизки, инстинктивно двинувшемуся навстречу, засовывает его глубже, потирая средним пальцем клитор. Вот теперь-то Неред просто не может не проснуться. — Бля… это чё такое? — ещё не продрав глаза, протягивает Лиза. Неосознанно её ладонь тянется поверх шалящей в ней руке Милены, сжимая её через одеяло. Нависая над своей девушкой, Чижова улыбается, убирая палец с клитора, на полную глубину входит в неё, двигаясь туда-сюда и сжимая остальными пальцами кожу лобка. Сводная рука бьюти-блогерши лезет под футболку, лаская по очереди то одну сиську, то другую. — Всего лишь показываю, как сильно люблю тебя. Наклонившись, Милена сливается со своей любимой в поцелуе, во время которого Лизка мычит, вжимаясь животом в живот своей девушки. Рука Чижовой соскальзывает с груди, вцепившись пальцами в бок. — Эй… Лиззка разрывает поцелуй только чтобы выразить неудовлетворение данным фактом, пытаясь вернуть всё, как было пару секунд назад. — Что, — озорной взгляд Чижовой не сложно различить даже в темноте, — хочешь, чтоб я ещё пожмякала? — и не дожидаясь ответа, она возвращает ладонь на законное место, снова лаская сиську, захватывая между пальцев возбуждённый сосок, на что раздаётся благодарный полустон. — Тебе нравится, да? Я знаю, что нравится. Лиза не отвечает, а лишь немного приподнимает таз, стараясь заставить Милену проникнуть в неё сильнее, хотя уже более некуда. Но Чижова желает доставить любимой максимум удовольствия, поэтому время от времени входит в неё под разными углами, легко скользя по стенкам внутри, заставляя рефлекторно сжимать бёдра, когда задевает чувствительные рецепторы. Не останавливаясь, а наоборот только набирая темп, Милена параллельно просовывает голову под одеяло, оттягивая зубами край футболки, проводит языком по оголившейся коже живота, обводит вокруг пупка, проникая в него, быстро работая им, наполняя углубление своей слюной, которой настолько много, что она медленно начинает катиться вниз, оставляя склизкий, влажный след, добираясь до лобка, где четыре свободных пальца страстно впиваются в кожу, оставляя багрово-красные вмятины, а изредка, как бы невзначай, задевая возбуждённый клитор. Частое, прерывисто-рваное дыхание стимулирует стараться лучше, входить чаще и резче, предвкушая кульминацию. И когда её рука оказывается зажатой между плотно сомкнувшихся бёдер, Лиза, выгнувшись, издаёт вымученный стон, после чего падает обратно на кровать, расслабляясь. Её сердце бешено колотится под ладонью Милены, грудь вздымается в отчаянной попытке восстановить дыхание. Теперь Чижова наконец может вытащить палец, который сразу отправляется за щёку. Влажный язык методичным движением слизывает выделения Лизки. — Ты такая сладенькая, — вынув изо рта палец, протягивает Милена. — У меня дух перехватило, когда ты кончила. Теперь пить хочу, потому что во рту всё аж пересохло. Это всё твоя вина, моя радость. И, поцеловав свою девушку в губы, поднимается с кровати, держа путь к столу, на радость Лизы, которой сейчас совершенно лень взаимодействовать с Анжелой, но слишком поздно она понимает, зачем Чижова пошла туда — рука бьюти-блогерши тянется к пластмассовой баночке… — Ой, бля… Но Милена не слышит этого, а иначе бы она обязательно поинтересовалась, к чему относился возглас. Она медленно, как в замедленной съёмке, открывает баночку, подносит её к губам и… делает несколько глотков. Лиззка не видит этого события из-за темноты, но слышит. — Какой-то странный вкус у этого ананасового сока, — следует далее недоумённый комментарий. — Хм… наверное, испортился. И, больше не говоря ни слова, Чижова забирает бутылку и уходит на кухню, дабы выбросить испорченный по её мнению сок. А Лиззка, прекрасно знающая, что от сока там ноль целых ноль десятых, быстренько скрывается с головой под покровом одеяла. Признаться своей девушке в том, что та сейчас выпила Лизкину мочу, у Неред решимости и мужества нет ни на йоту. Ссыкуха потому что.