domestic disturbance

— Этого не может быть, — бормотал Юури в сложенные руки. Его голова покоилась на них вот уже целый час. Конрад сочувствующе хмыкнул и налил ему полный стакан сока.       Вольфрам ухмылялся: — Привыкай, слабак. — Серьёзно, мужчины не должны беременеть! — Ты видел такое и раньше. Тогда ты не был так расстроен. — Тогда, — подчёркивал Юури, — это был не мой… Это был не ты.       Вольфрам посчитал до десяти. Он говорил себе, что это было ожидаемо. И займёт много времени. Понадобится много-много времени, чтобы Юури акклиматизировался. Он не одарённый ученик. Он идиот. — Теперь у нас есть ребёнок, нравится тебе это или нет, — заявил он, когда немного успокоился. — И я рекомендую тебе принять это как можно быстрее.       Юури оглянулся на Вольфрама, широко распахнув свои чёрные глаза: — Я не имел в виду, что я... — Может быть, мне следует поговорить с Его Величеством, — намекнул Конрад.       Вольфрам нахмурился, но спустя некоторое время кивнул. Нет, может, это именно то, что нужно было его мужу. После их с Конрадом разговоров он всегда возвращался с непринуждённым видом, чувствуя себя намного лучше, вспоминая о том, какая нелепая ерунда преследовала его. (И, Господи, почему Вольфрам не мог заставить его почувствовать тоже самое? Заставить его улыбнуться?)       Он оставил их наедине. Ему нужно было написать Грете; рассказать ей хорошие (хорошие ведь?) новости.