Однажды в башне

Ноябрь

– Перестань тыкать в мою щеку пальцем, – сонно пробормотал Юнги, всего на одно мгновение приоткрыв глаз, чтобы потом зажмуриться, надеясь на то, что сидящий перед ним паренек окажется иллюзией. Но нет, Тэхён находился на прежнем месте, сложив руки на груди у дракона, и, умостив на них голову, наблюдал за пытающимся уснуть блондином. Ага, поспишь тут, когда на тебя пялятся без зазрения совести. – Я проверяю, жив ли ты, – ну а вдруг, всякое же бывает в жизни. Да и какой нормальный человек стал бы спать двое суток? И не важно, что Мин, вообще-то, дракон, Тэ волновался! Просто еда закончилась, а готовить сам он ленился. Огнедышащий глубоко вздохнул для успокоения нервов и вновь заговорил: – Я спрятался от тебя на крыше, чтобы нормально поспать, – и отдохнуть от вечного шума. – В кои-то веки не идет дождь, – это в ноябре-то, – но даже тут ты не даешь мне покоя, – еще во снах, но то отдельная тема для разговора, которую Юнги не хотел поднимать. Слишком личное и лишнее в их непростых отношениях, где страж, на минуточку, не должен испытывать таких чувств к своему пленнику. – В башне спи, – о, он бы и рад, да только последствия его пугали, ибо вдали от взбалмошного Кима даже дышалось легче и мысли неправильные в голову не лезли. Пусть лучше так, чем потом расплачиваться за свои необдуманные действия. Мин сейчас уже заметил непозволительную мягкость по отношению к Тэхёну. Взять хотя бы тот случай с яйцами в пять утра, когда принц ввалился в холл, с головы до ног усыпанный перьями.       «Я просто яйца спер из соседнего курятника» – выдал ему тогда Тэ на немой вопрос в глазах, обнимая лукошко с этими злосчастными яйцами, как будто дома есть нечего. И Юнги наверняка всыпал бы псевдопринцессе по первое число, когда б не толпа разъяренных женщин внизу и жалобное «Спрячь меня» из-под кровати. Пришлось изображать из себя злого дракона и распугивать местных жителей. Он даже не стал отчитывать или как-то наказывать Кима после! Чимину смешно, а вот самому Мину как раз-таки не до смеха. Это крах. Полнейший крах трехсотлетней выдержки и строгости.       И перед кем? Мальчишкой, который не видел дальше своего носа. Хотя оно было и к лучшему. Дракон и обычный человек – что-то из области фантастики, если честно. Один древнее бессмертное существо, второй – хрупкий сосуд, ограниченный временными рамками, болезнями и ранениями. Немыслимое сочетание, болезненное и неприятное. Лучше бы Юнги о себе подобных думал, а не о неугомонном мальчишке, которому, кажется, предстояло выйти замуж вместо своей сестры. Не семья, а черте что. У Мина не было никаких шансов при всем желании. – Это с твоим-то орущим коршуном под боком? – соизволил открыть глаза огнедышащий, с недоверием глядя на Тэ. – Вот уж спасибо, но я откажусь, – он попытался спихнуть с себя принца, но проще, наверное, гору сдвинуть, чем этого упрямца, который только усугубил ситуацию, садясь на мужчину сверху и упираясь руками тому в грудь. Не самая удобная поза для платья, но…       О Господи. – Он пересмешник, – нараспев произнес Ким, пока едва способный соображать Юнги старался думать о чем угодно, только не о лягушачьих губах парня. Ладно, не лягушачьих, соблазнительно полных и притягательных. Дракон с огромным усилием отвел от них взгляд, надеясь, что ничем не выдал своего странного состояния. Не хватало только тонны вопросов от Тэхёна и очередных подколов Чимина для полного счастья. И за что ему все это на старости лет? – А я дракон с чутким слухом, и твоя курица фальшивит, – «а ты сегодня слишком красивый». Вот последнее особенно злило Юнги. Уж лучше бы тот и дальше красился как кикимора. Так нет же, научился, еще и учителя умудрился превзойти, а Мину теперь страдай, уповая на собственную выдержку. – Слушай, отстань от меня, – взмолился дракон, закрывая глаза, чтобы не видеть перед собой лишний раз мальчишку, – дай умереть спокойно часа на три-четыре. – Сон, – недовольно фыркнул Тэ, – это называется сном, Юнги, – что там огнедышащий говорил про зрение? Забудьте, от бархатного голоса стало в разы хуже. Еще и кожа мурашками покрылась, вторя сердцу, пустившемуся в галоп. Ну просто здорово. Как только Тэхён ничего не заподозрил, оставалось загадкой, а, впрочем, так даже лучше. – Так и будешь на мне сидеть? – скептично выгнул бровь Мин. Нет, серьезно, сколько можно? Это уже не смешно. Еще и взгляд какой-то томный из-под ресниц сделал и ухмылку на губах насмешливую – опасная смесь. Понахватался где-то всяких штучек женских, а теперь безбожно издевался. – Нет, – просто ответил он, но с места не сдвинулся. Только смутился немного, еще больше озадачив дракона. – Я к тебе по делу пришел, – боже, Юнги уже заранее страшно, потому что в этой голове никогда не возникало адекватных идей. – В общем, я хочу… – Тэ запнулся и, кажется, даже покраснел немного, – то есть мне нужно, чтобы ты, – ну надо же, смущающийся Ким – что-то новенькое. – Научи меня целоваться, – хорошая идея, кстати.       Стоп, что?       Блондин растерянно проморгался, надеясь, что ему послышалось. Научить целоваться Тэхёна? О таком он еще не фантазировал на этой неделе. Докатился, раз начал страдать слуховыми галлюцинациями. Мину показалось же, не так ли? Ну какой адекватный человек стал бы предлагать такое? Ах да, Тэ к ним не относился. Слезать с него тоже не спешил, краснея аки девственница в первую брачную ночь и закусывая нижнюю губу от волнения. Значит, не показалось. – На помидорах учись, – вышло немного грубо, но пусть лучше так, чем мучиться потом от новой порции странных снов. Очередная попытка сбросить с себя Тэхёна не увенчалась успехом, зато удалось сесть. Какая никакая, а уже победа: парню пришлось отодвинуться, чтобы не столкнуться с огнедышащим лбами и пересесть на более безопасную зону – колени. Ну прямо от сердца отлегло. – Они мерзкие, – скривился Ким при упоминании помидоров, – а ты красивый, – просто потрясающая логика и довольная улыбка во все тридцать два зуба. Юнги только недоверчиво фыркнул на такой сомнительный комплимент. Чтобы он и красивый? Да ни в жизни. – У меня чешуя и рога, в каком месте я красивый? – попытался вразумить мальчишку Мин, втолковывая очевидную правду. В нем из красивого только… да ничего, в общем-то. Сплошная несуразность, грубость и нелюдимость. Осталось вбить эту в голову Тэ. Ну а вдруг. Ким на его фразу только глаза раздраженно закатил, будто дракон нес несусветную чушь, а после перевел взгляд на те самые рога, которые ему, вообще-то, нравились. – Боже, губами ты красивый, так будешь учить или нет? – недовольно надулся Тэхён, словно Юнги лишил принца обеда. Такое, кстати, случалось порой, но не особо-то работало – мальчишка мог приготовить поесть и сам. Это немного бесило, если честно, ибо стряпню сваливали на Мина в любом случае. – Хм, – только и смог выдавить из себя дракон, тяжело сглатывая из-за приблизившегося к нему вплотную молодого человека. Слишком близко, черт побери, пусть внешне за маской безразличия ничего не было видно. Горячее дыхание огнедышащего опалило щеки принца, отчего тот невольно зажмурился, будто Юнги не поцеловать его собирался, а ударить. Но Мин просто смотрел, отмечая морщинки в уголках глаз из-за смеха, родинку-кляксу на кончике носа, обветренную кожицу на губах – ничего особо примечательного, обычное лицо, пусть и с интересными чертами. Притягивала далеко не внешность, что-то другое, нечто незримое, но делающее любого из них уникальным, ведь в конечном итоге всему виной становится не красота. По крайней мере, не та, которую воспевали во всеуслышание. Молчание затягивалось, заставляя Кима нервничать еще больше. – Ну что там? – поинтересовался он, приоткрывая один глаз и нетерпеливо ерзая на коленках блондина. Юнги же погрузился в размышления с головой, взвешивая все «за» и «против». – Оцениваю фронт работ, – а заодно и последствия опасной авантюры, от которой потом будет только хуже. Или нет, никто же не знает наверняка, как отреагирует Тэ на случившееся. Хотя уже сама просьба должна была насторожить Мина. Ну какой нормальный парень полез бы к представителю своего пола? Хотя Тэхён и понятие «нормальный» – вещи несовместимые. Иначе с чего ему так легко далось превращение в девушку? Ладно, тут дракон утрировал, принцесса из Кима вышла никудышная, но в остальном же – десять странностей из десяти. Или он просто хотел верить в то, что его неправильные чувства взаимны.       Идея созрела спонтанно, но явно в корне решала их проблему. Холодные ладони легли на мягкий бархат щек, медленно приближая чужое лицо к своему. Тэ от волнения впился пальцами в бедра Юнги, кажется, даже дышать начал через раз. В широко распахнутых глазах отчетливо читался испуг, что вызвало у дракона улыбку. Наверное, Тэхёну понадобилось немало смелости, чтобы решиться на такое. И ради чего? Мин не столь хороший учитель, чтобы помогать, да и почему вообще должен? Ему с трудом верилось, что Ким к своим годам не умел хоть как-то целоваться. А впрочем, плевать, это сейчас не имело значения. Горячее дыхание на губах, дрогнувшие в испуге ресницы и…       Возмущенный вопль Тэ сотряс окрестности.       Мальчишка отшатнулся от Юнги, вскакивая на ноги и зажимая ладонями свой нос. В уголках глаз у принца собралась влага от жгучей боли, а возмущенный до глубины души взгляд угрожал прожечь в огнедышащем дыру. Забавно, Мин ожидал больше криков, но Тэхён только сделал глубокий вдох и отнял руки от лица, демонстрируя дракону его творение: ярко-розовый кончик, уже наливающийся более насыщенными красками. А что, по-моему, вышло довольно мило, идеально сочетаясь с пунцовыми от смущения щеками. – Ты зачем меня за нос укусил? – наконец заговорил Ким на удивление спокойным голосом, который не предвещал ничего хорошего. В глубине васильковых глаз же затаилась обида, отдаваясь Юнги неприятным уколом куда-то в желудок, но пусть уж лучше так, чем потом мучиться обоим. – Это был драконий поцелуй, – в ответ ему хлопнула дверь чердака, оставляя наедине с собственным ураганом мыслей. Мужчина откинулся на спину, глядя в затянутое серой молочной дымкой ночное небо. Что ж, шутка не удалась, и он надеялся, что отбил у Тэхёна всякое желание к подобным экспериментам.       Ведь в следующий раз Мин мог и вправду не сдержаться.