***
Грохот старого мотика (впрочем, недавно вымытого) нарушил покой тёмной улочки, прежде чем утих перед моим домом, как было указано. Какая гладкая остановка, моя колесница! — Здесь? — спрашивает Пунн после того, как припарковывает мотоцикл перед синим забором. Он тут впервые. Ну, мой домишко не такой большой, как его дворец. Уж простите. — Да-да, здесь. Извини, если отличается от твоих фантазий, ха-ха-ха, — прежде чем слезть с пассажирского сиденья мотоцикла, я решил быть саркастичным. Согласно инструкции Пэн, сюда меня вёз Пунн. Естественно, откажись он, Пэн бы не позволила мне уйти. И я бы в итоге провёл с ним ещё одну ночь. Безумие! Случись такому, он бы мог уже просить благословения у моих родителей, чтобы жениться на мне. Угу, у меня есть мама и папа, представляете! (я зову их Ма и Па) Вам, ребята, наверное, интересно, что случилось после нашего с Пунном падения из-за проклятой губки, когда мы мыли мотоцикл. Думаю, несложно догадаться, что нон Пэн, яойная фанатка, также известная как младшая сестрёнка Пунна, увидела нас в тот самый момент (как вовремя!). Не уверен, хорошо это или плохо. Ну, возможно, для Пунна хорошо, но для меня просто грёбаный ужас, полный капец! В итоге мы лежали, уставившись друг на друга, а Пэн бросила полотенца и убежала, визжа (от счастья). Но было весело. Мы с Пунном дико ржали, катаясь по полу (уже после того, как я с него слез!). И даже пожертвовали собой, став грязными тряпками и протерев своими спинами гаражный пол. Сидя на (сомнительной чистоты) полу, я смотрел в ночное небо (где кое-где виднелись звёзды). Было красиво, и я почему-то расслабился. — О чём ты? По-моему, твой дом выглядит очень гостеприимным, — отвечает он, отвлекая меня от мечтаний (я почти забыл, о чём шла речь). Открываю большие ворота, и он помогает мне закатить мотоцикл внутрь. Потом закрываю их и отпираю калитку, чтобы он мог выйти. — Ладно, удачно добраться домой. Подбрасывать не буду, — это было бы смешно. Так мы всю ночь проведём у домов друг друга. Он хохочет, потом машет мне, собираясь уйти. — А, насчёт твоих денег, — сразу навостряю уши O.O — Дело движется, но придётся немного подождать. Я обещаю, что ты обязательно их получишь, — рад слышать ^____^ Киваю и улыбаюсь ему в ответ. Он машет на прощание, затем ловит мототакси, как раз проезжавшее мимо. Сегодня был сумасшедший и весёлый день одновременно. Быть рядом с Пунном в какой-то степени приятно.Глава 7. Такой прекрасный день
7 октября 2017 г., 21:10
— Здравствуйте, кун Пунн и кун Но, — я был здесь лишь дважды, а экономка уже знает меня по имени, представляете? Улыбаюсь и уважительно киваю женщине, по виду старше моей матери. Понимаете, я могу быть шумным и грубым, но у меня есть манеры! Пожалуйста, поверьте!
— Тётушка Ной, можете выяснить у дяди Нана, где мотоцикл Но? — спрашивает Пунн про моего верного двухколёсного друга, когда пожилая женщина подходит забрать его школьную сумку. Она собиралась уйти, но, услышав вопрос, повернулась и мягко нам улыбнулась.
— Нан его моет. Я ещё вечером говорила ему этим заняться, да он жаловался на больную спину. Ему, наконец, стало лучше, вот сейчас и взялся за работу.
Кто, блин, просил его мыть, тётушка?! О, боги! Чувствую себя жутким нахлебником. Глядите, я мучаю стариков!
— Где он? — быстро и нетерпеливо интересуюсь. Больше не хочу доставлять им проблем. Чувствую себя ещё хуже, видя нежную улыбку тётушки.
— В гараже. Он недавно начал, сомневаюсь, что всё уже готово. Вы не против немного подождать, кун Но?
Здорово, что только начал! Кидаю свою сумку Пунну и мчусь к гаражу.
— Дядя Нан! Вам не нужно!..
Плесь!
Слишком поздно. Мой мотоцикл уже мокрый благодаря шлангу в руках дяди Нана. -_-” Не сумел добежать вовремя. -_-”
— Простите, кун Но! Я сейчас же закончу!
— Всё в порядке, дядя. Я должен сам домыть. А Вам, пожалуй, нужно отдохнуть. Поздновато, опять-таки, — отвечаю, пытаясь отнять у него шланг, но дядя Нан отбегает от меня подальше. Смотрю на наручные часы: перевалило за 8 вечера. Не буду мужиком, если разрешу пожилому человеку ночью, под пронизывающим ветром, намывать мой мотик.
— Я не могу Вам позволить, кун Но. Это моя работа, — кричит дядя Нан, стоя с другой стороны мотоцикла.
— Дядя, давайте. Я никому не скажу. Вам нужно пойти отдохнуть. Я всё равно обычно сам его мою, — ору ему в ответ.
— Но Вы же гость…
— Мы с Но закончим сами. Передохните, дядя Нан, — третий голос раздался за моей спиной. Не нужно оборачиваться, чтобы понять, кому он принадлежит. Кто ещё это может быть, как не старший сын в доме? Всё же поворачиваюсь и вижу улыбающегося Пунна. Так улыбаются, когда осознают свою власть над другим человеком.
— Вы уверены, кун Пунн?
— Абсолютно. Оставь всё здесь. Мы с Но управимся, — говорит Пунн, подходит к дяде и забирает шланг из его рук. Затем наблюдает, как дядя, согнув спину, уходит в домик для персонала.
— Ну, давай, за дело, — повернувшись, обращается он ко мне с лукавой усмешкой.
Дразню его, взметнув одновременно брови:
— Молодой господин Пунн, Вы уверены, что справитесь?
— Несомненно, Но, — и направляет шланг прямиком на меня. Чёрт тебя дери! Вода повсюду!
— Блядь! Теперь я весь мокрый!
— Так одежда моя, чего переживаешь? — прикалывается надо мной. Хотя он прав. Это его форма. Рассматриваю себя, оценивая ущерб, после поднимаю взгляд и вижу Пунна, расстёгивающего свою рубашку.
— Эй!
— Почему Вы так удивлены? Думаете, я в форме буду Ваш мотоцикл мыть, кун Но?
О, выходит, я тупица? Ладно, раздевайся. Думаю так, качая головой, затем снимаю с себя рубашку тоже, но остаюсь в майке. Мне кажется странноватым разгуливать полуголым в чужом гараже. Владелец же дома решает по-своему и остаётся в одних синих шортах.
— Погнали! — вопит Пунн и поливает мотоцикл целиком (я немного боюсь, как бы он его не поломал). Он не забывает обливать и меня (я не долбаный мотоцикл!). Но я так легко не сдаюсь и беру в руки ещё один шланг. А-ха-ха.
Нам весело, несмотря на темноту и кусающихся комаров (море комаров). Пунн старой зубной щёткой чистит трубы, а я лью на корпус шампунь (и на Пунна периодически тоже). Сейчас, задумавшись, я понимаю, что не так уж ошибался, представляя Пунна наследником богатой семьи (это заметно по гигантскому особняку и количеству прислуги. не говоря уже про то, как родители устраивают ему свидания, будто по сценарию фильма 20-летней давности). Но он не задирает нос или вроде того. Он очень старается (как рабочий), помогая мне чистить эти трубы. И вполне качественно. Я продолжаю лить на него воду и шампунь. Чувствую, ему можно доверять.
Паршиво только, что он так меня преследует!
— Эй! Ты моешь мотоцикл или меня?! Твою мать! — не удивляйтесь. Чем больше мы общаемся, тем ближе становимся. Продолжаем переругиваться. И почему бы мне его не проклинать? Кажется, что 80% времени он пытается мыть меня, а не мотик. Чёрт бы его побрал. На мне надета майка, но я её уже не ощущаю. Холод будто до аппендикса проник.
— Меня уже достала твоя майка, — я должен добровольно стать донором для комаров? Это моя кровь!
Выливаю на него побольше шампуня.
— Сейчас ты должен принять ванну, а потом подрежем шёрстку.
Всё тело Пунна покрыто пузырьками пены. Натыкаюсь на его взгляд и разражаюсь хохотом.
— Блин! Аллергия может высыпать!
— Твои проблемы! — кричу ему, пытаясь увернуться от нацеленной в мою сторону губки. Не успеваю. Теперь мы оба вымазаны в автошампуне.
Если мы помрём, то вместе.
Похоже, сдаваться он не собирается. Гоняется за мной и пытается стянуть майку. Вот не знал, что с Пунном можно посоперничать. Хотя это весело. Будто он сможет меня поймать и раздеть! Не дождётесь! =p Отпрыгиваю подальше от его рук.
Погоня вокруг мотоцикла продолжается. Он по-прежнему не может меня поймать. =p Но пол гаража сам по себе скользкий, не говоря уже про океан воды, шампуня и хрен знает чего ещё. Плюс ко всему, я наступаю на ту самую губку, брошенную в меня Пунном (от которой я не смог увернуться) и теряю равновесие.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а! — ору благим матом в полной уверенности, что без травмы не обойдётся. Что если ушибу спину, и придётся провести в этом доме ещё одну ночь?! (это страшнее, чем провести ночь в больнице)
— Ой! — но человеком, испустившим болезненный возглас, был не я. Мои глаза плотно закрыты, но я понимаю, что на самом деле никакой боли не чувствую.
— Эй! С какого хрена ты вообразил себя белым рыцарем?! Больно ведь?! — я понимаю, что тем, кто спас меня от неминуемого падения на спину, был владелец этого дома. Не могу сдержаться и ругаюсь на него. Он не обязан был становиться моим рыцарем в сияющих доспехах. Держу пари, тебе сейчас жутко больно, глупый кун Пунн!
— Кто, блин, сказал, что я тебя спасал?! Это ты со всей дури на меня рухнул! — о, правда? Упс, прости. Моё лицо выражает крайнюю неловкость, пока я пытаюсь с него слезть (я так промок, что меня можно вёдрами выжимать). Сомневаюсь, что он понимает, как всё ещё инстинктивно держит меня за талию.
Но вы знаете, что ещё невероятнее? Кто-то, определённо, пришёл очень вовремя.
— Пи Пунн? Пи Но?..