LOVE SICK: беспокойная жизнь парней в синих шортах

— Уверен, что точно ничего не забыл? — спрашиваю Пунна, пока тот катит тёмно-серый чемодан на колёсиках к гаражу, где в одной из дорогих машин Пумипатов ждёт дядя Нан. С моего же плеча свисает обычная сумка-почтальонка. — Думаю, да, — отвечает он, явно не слыша сарказм в моём тоне. — Ты же в курсе, что поездка всего на 2 дня? — когда, блин, он успел всё это упаковать? Мы долго не ложились спать, потому что… занимались делами, а потом сразу отрубились. Но я не удивлюсь, если он проснулся намного раньше меня. К тому времени, как я встал, он уже плескался в душе. Пунн с лёгкостью поднимает свой, на первый взгляд, тяжёлый чемодан и кладёт его в багажник авто. — Лучше перестраховаться, чем потом бегать, искать там, — говорит мне с улыбкой смазливый придурок. Конечно, в этом есть смысл, но… мы же едем в Банг Саен, не куда-нибудь в Европу. — Пофиг, залезай в машину. Мы уже опаздываем, — закрываю тему, кидая свою сумку в багажник и захлопывая его. Затем я мягко обеими руками подталкиваю его в широкую спину, чтобы сдвинуть с места. — Если опоздаем, то не из-за меня, — на что ты намекаешь? — На что ты намекаешь? — не успев подумать, выпаливаю я. — Кое-кто, помнится, не услышал будильник? — отвечает Пунн с ухмылкой, открывая пассажирскую дверь. А кто меня вымотал прошлой ночью! Постойте, в смысле… — Ну, мог бы меня тогда разбудить, раз заметил! — парирую я. Пунн оставляет дверь открытой и подходит ко мне на шаг ближе. — Я решил не будить, ты был таким милым во сне, — говорит он, улыбаясь, и нежно гладит меня по макушке. Чувствую, как к лицу приливает краска, поэтому быстро меняю тему. — Заткнись и залезай, — Пунн хихикает на мой ответ и сдвигается вправо, освобождая место для меня. Я сажусь и закрываю дверь. Лицо всё ещё слегка пылает, и мне интересно, смогу ли я к этому вообще когда-нибудь привыкнуть. Мои мысли прерывает чужой голос. Он доносится с места водителя. — Мы можем отправляться, кун Пунн, кун Но? Я совершенно забыл, что дядя Нан всё это время сидел тут, дожидаясь нас. Он же ничего не слышал, так?..

***

От дома Пунна до фармацевтического лагеря около полутора часов езды. Отец Пунна на эти выходные уехал по работе, поэтому дядя Нан в нашем распоряжении, за что я благодарен. Люблю дурачиться в компании друзей, но больше часа трястись в тесном автобусе — совсем другое дело. Пунн нацепил очки и читает книгу, что я видел у него на полке. На время поездки я остаюсь наедине со своими мыслями. Смотрю в окно и вижу полосу зелёной травы вдоль дороги. Мне знаком этот маршрут. В прошлый раз за рулём сидел Пунн. С тех пор столько всего случилось и, мне кажется, я повзрослел. Сейчас всё по-другому. Не знаю, что ждёт меня в будущем, но это неважно, пока рядом со мной остаётся Пунн. Поворачиваюсь обратно и ловлю взгляд дяди Нана через зеркало заднего вида. Лишь на долю секунды, но, уверен, мы оба это заметили. Не думаю, что мне померещилось. Он совершенно точно наблюдал за мной. Что если он знает? Или что-то подозревает? Он расскажет отцу Пунна? Внезапно в машине становится душно, несмотря на вовсю работающий кондиционер. Но тут тыльную сторону моей ладони накрывают знакомые тёплые пальцы. Тогда же я осознаю, что всё это время сидел со стиснутыми кулаками. Я тут же их разжимаю и поворачиваюсь к хозяину пальцев. Во взгляде Пунна сквозит беспокойство, словно он чувствует моё напряжение. — Всё хорошо, Но? — Да, всё нормально, — улыбаюсь ему, и он улыбается мне в ответ. Его пальцы ещё ненадолго задерживаются на моей ладони, пока он не возвращается к своей книге. Я не солгал. Теперь всё в порядке. Всё хорошо, потому что Пунн со мной рядом. Попрощавшись с дядей Наном (который, слава богу, вернётся, чтобы забрать нас завтра), мы с Пунном идём через небольшой холл отеля к группе ребят, часть которых я узнаю. Я вижу Ома, Филма, Пэлма, Донга и нескольких Ангелочков, подшучивающих друг над другом. — Вы явно сюда не спешили, ублюдки, — конечно, первым нас (грубо) приветствует Ом. — Мы с Филмом поспорили, появитесь вы или нет. Думали, забьёте на эту поездку, чтоб поворковать наедине. Бросаю на Ома раздражённый взгляд. — Надеюсь, ты проспорил, сволочь. — Неа, я знал, Пунн слишком правильный, чтоб такое отмочить, — говорит мне Ом с довольным видом. Филм закатывает глаза. — Может, надо было, — бормочет Пунн себе под нос, так, что слышно только мне. Однако я делаю вид, что оглох, и быстро меняю тему. — Так мы опоздали? — спрашиваю я, хотя глубоко сомневаюсь, поскольку Ом и остальные стоят с багажом, значит, они ещё не заселились. — Нет, они ещё ждут пару-тройку человек, чтоб зарегистрировать всех сразу и выдать ключи от номеров, — отвечает мне Филм, указывая головой в сторону передней части группы. Несколько человек в одинаковых светло-голубых футболках стоят там с блокнотами в руках. Похоже, они проверяют, все ли прибыли. Филм подтверждает мои подозрения: — Вам лучше подойти туда и сказать, что вы здесь. Киваю и направляюсь прямиком к ним, Пунн идёт следом. Отметившись и поболтав с руководителями (один из них спросил, не родственник ли Пунн тому политику, Пумипату), мы занимаем пустой угол и садимся на пол, прислоняясь к стене, так как все посадочные места уже заняты. Теперь, когда у меня, наконец, появляется шанс осмотреться, я насчитываю тут около 20 человек и опознаю большинство из них, все учатся в нашей школе. — Ты в порядке, Но? — внезапно Пунн прерывает молчание. Поворачиваюсь к нему, натыкаясь на пристальный взгляд. Сколько он уже вот так меня разглядывает? — Да, а что? — Ты сегодня очень тихий. И мне показалось, тебя что-то беспокоило, пока мы ехали в машине, — чёрт, ты секретарь студсовета или детектив? После короткой паузы отвечаю ему. — М-м-м… как думаешь, дядя Нан нас слышал? — решаю просто высказать Пунну свои тревоги. Но Пунн озадаченно поднимает брови. — Этим утром, в машине, — добавляю я. — Ах… — роняет Пунн и замолкает, обдумывая. — Даже если слышал, неважно. — Конечно, важно, что если он о чём-то упомянет твоему отцу? — Тогда ничего не поделаешь, но я сомневаюсь, что он так поступит, — говорит мне Пунн своим низким голосом. — Знаю, ты переживаешь, но всё будет хорошо. Он выглядит таким уверенным, что мне не хочется ему возражать. Пунн продолжает: — Конечно, я бы очень хотел, чтобы мы сами ему рассказали. Но, как я тебе говорил, только когда ты будешь готов, — Пунн ободряюще улыбается мне. — Кроме того, отец сказал, я могу встречаться с кем угодно. Ты его слышал. Коротко смеюсь, больше ничего не говоря. Главным образом, если честно, от облегчения. И медленно опускаю голову на его широкое плечо. Сейчас мне намного лучше. Чувствую его тёплую щёку на своей макушке, когда он наклоняется ко мне. Смотрю вперёд, и бесконечно долгий миг здесь нет никого, кроме нас. Было бы прекрасно, правда? Забыть про всех остальных и просто наслаждаться компанией друг друга? Но, увы, это лишь моя фантазия, потому что… «Ты никогда не увидишь меня вновь, Так что, кто теперь будет плакать из-за тебя?! Ты никогда не увидишь меня вновь, Да и не важно, что ты там делаешь» Чей-то телефон звонит, выводя меня из транса. Инстинктивно поднимаю голову, чтобы отыскать источник музыки. Повернувшись, замечаю неподалёку девушку с длинными чёрными волосами, копающуюся в сумочке. Со спины она кажется знакомой. Но я не уверен, когда или где встречал её прежде, пока она не отходит от своих друзей, чтобы принять вызов. Это Эм. Я немедленно поворачиваюсь обратно к Пунну. На его лице застыло нечитаемое выражение. Когда Эм уходит, не заметив нас, приближается Ом и машет рукой перед моим лицом. — Чувак, ты меня слышал? Они нас зовут. Хотят раздать ключи, раз все собрались. — Да, хорошо, — поспешно отвечаю. Я хватаю Пунна за руку и сжимаю её. Затем тяну за собой вверх, и мы торопимся присоединиться к группе.

***

Персонал лагеря занимал нас весь день. Первым делом нам вручили ключи от номеров. Кое-кто был расстроен, что не удалось поселиться с другом. Организаторы захотели спутать карты, чтобы мы завели новые знакомства, поэтому расселили всех случайным образом. К счастью, меня определили к Баму, который учится в нашей школе, и хотя бы на лицо мне знаком. После чего пошли мероприятия по графику: утром конференции (скукотища), групповые дискуссии (тоже скукота), обед в отеле (есть никогда не скучно), и, наконец, мы играли на пляже (было очень весело; смотреть, как Ом валится на задницу всегда весело). В 5 вечера персонал разрешает нам заняться своими делами до того, как мы вновь соберёмся на пляжную вечеринку с морепродуктами в 7 часов. Мы с Пунном решаем встретиться у бассейна отеля и наверстать упущенное, так как, весь день проведя со своими партнёрами (соседями по номерам), нам и словом толком не удавалось перемолвиться. Ом с парнями решают остаться на пляже, чтобы «позаценивать красивых тёлочек» (его слова, не мои. интересно, что бы на это сказал нон Мик). Когда я прихожу на условленное место, Пунн, уже без футболки, сидит на краю бассейна, опустив ноги в воду. Я скидываю вьетнамки и присоединяюсь к нему. — Устал? — начинает Пунн. — Такой долгий день. — Немного, но было весело, — отвечаю, и он кивает. — Так вы хоть пятью словами с Бамом сегодня обменялись? — спрашивает он с ухмылкой. — Нет! Что за хрень? Он такой тихий, — быстро отвечаю ему, сам недоумевая. Пунн весело смеётся, прежде чем продолжить: — Мы 3 недели уговаривали его поехать с нами. Вообще-то, Бам тот ещё юморист. Сам поймёшь, когда он к тебе привыкнет. И он знает самые пошлые шутки, ха-ха. — Понятно, — отвечаю, кивнув, и на мгновенье повисает тишина. Болтаю ногами под водой, прежде чем спросить: — Ты сегодня разговаривал с Эм? — даже не знаю, зачем поднимаю эту тему. Из любопытства? Или беспокойства? Может, немного из-за того и другого? Нервничая, дергаю свою майку. — Я поздоровался с ней, когда нас посадили рядом на одной из конференций, — говорит Пунн деловито. — Она поздоровалась в ответ, на этом всё. После мы особо не общались. Думаю, мы оба оставили позади то, что случилось. Я молча киваю. Рад, если так. Не знаю, как бы я отреагировал, вдруг увидев здесь Юри. Вновь воцаряется тишина. — Но… — Хм? — отвечаю, не глядя на него. Продолжаю неотрывно следить за пальцами своих ног под водой. — Я рад, что на этот раз всё иначе. Конечно, я знаю, что имеет в виду Пунн. Банг Саен был для меня горьким воспоминанием. Я чувствовал то, что не понимал. Я чувствовал то, что желал забыть. Но Пунн прав. На этот раз всё иначе. — Я тоже, — отвечаю ему. — Я тебя люблю, — говорит Пунн таким знакомым бархатным голосом. Поворачиваю голову и вижу свою самую любимую улыбку на свете. Уголки моих губ чуть приподнимаются, когда я закрываю глаза и придвигаюсь ближе, чтобы поцеловать его. — Я тоже тебя люблю, — шепчу ему в ответ.

***

Вечеринка-барбекю на пляже удалась на славу. Еда была обалденной, и я под завязку набил свой живот. Во время вечеринки несколько Ангелов устроили «битву фонограмм». Они даже смастерили себе костюмы: из мокрых водорослей сделали парики и прицепили на футболки упавшие пальмовые листья. Их репертуар включал в себя, но не ограничивался, «Straight Up» Paula Abdul и «MacArthur Park» Donna Summer. Это было намного забавнее, чем я ожидал. Дико и безумно. Наблюдать, как они пытаются танцевать, одновременно следя, чтобы водоросли не свалились с голов, было жутко весело. Все лопались от смеха и хорошо проводили время. Я чуть не обмочился, когда один из Ангелочков потащил Пунна к ним во время исполнения «I Will Survive» Gloria Gaynor. Он выглядел таким смущённым, но подыграл им. Это было феерично, и я никогда не забуду этот момент. Наконец, в 10 вечера все разбредаются по своим номерам. Мы с Пунном возвращаемся в отель вместе. Я не забываю, прощаясь, изобразить одно из его танцевальных движений. Он даёт мне подзатыльник (может, зря я это сделал) и направляется в сторону лестницы. Я же жду лифт, несмотря на то, что мой номер на 4 этаже. Зовите меня лентяем, но я слишком объелся, чтобы тащить свою полусонную тушку через 4 лестничных пролёта. Вскоре лифт прибывает, и я шагаю внутрь. Потягиваюсь, пока медленно, но верно иду по коридору к своему номеру. Наконец, достигаю цели и открываю дверь, только чтобы обнаружить… …стоящего напротив Пунна Пумипата?! Порываюсь сплюнуть (но не сплёвываю) и проверяю номер на двери, чтобы убедиться, туда ли я попал. И, должно быть, всё верно, поскольку я сам открыл дверь. Так что тут делает этот смазливый придурок? Как он тут очутился? — Какого чёрта? — подняв брови, интересуюсь я. Пунн подходит ко мне, протягивает руку и закрывает дверь. Замечаю, что он слегка запыхался. Возможно, от преодоления 4 лестничных пролётов? Спрашиваю себя и медленно складываю один к одному. — Бам у меня в долгу, — говорит Пунн с ухмылкой. Я коротко вздыхаю, хотя не могу скрыть лёгкую улыбку. — Ты не должен здесь быть, — напоминаю ему, и он пожимает плечами. — Мы много чего не должны делать, но всё же делаем, — он ухмыляется, и моя легкая улыбка волшебным образом превращается в широкую. Видя это, Пунн наклоняется и приникает к моим губам. Он проникает под мою майку и водит горячими ладонями по моей спине. Чёрт. Не выдерживаю и отвечаю на поцелуй. Наши языки переплетаются, когда Пунн притягивает меня к себе. Он перемещается с моих губ на щёку, затем на шею. Прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать стон. — Давай сначала сходим в душ? Я весь в песке и пахну морем. — Можем сходить после, — говорит он между поцелуями. — Ох, конечно. Ты вымотаешь нас обоих как вчера, и проснёмся мы все в песке… — Пунн не даёт мне закончить фразу. Он прижимает свои губы к моим, и я сдаюсь. Мы спотыкаемся, двигаясь в сторону кровати, и спиной я задеваю выключатель. Комната погружается во мрак. Пунн разворачивает меня и падает сверху. Лежу на кровати и вижу его красивое лицо, благодаря лунному свету, льющемуся сквозь окно. Я никогда ещё не был так счастлив.

***

Дядя Нан, широко улыбаясь, приветствует нас, когда мы выходим из отеля. Сажусь в машину, дожидаясь Пунна и дядю Нана, по большей части из-за работающего внутри кондиционера (жара просто невыносимая). Вскоре дядя Нан везёт нас обратно в Бангкок. Втайне мне бы хотелось, чтобы эта поездка не заканчивалась. Всю дорогу домой Пунн держит меня за руку. Я уверен, дядя Нан это в какой-то момент замечает, но ничего не говорит. Только улыбается. — Кун Пунн, вы бы хотели поехать сразу домой, когда я отвезу куна Но, или заехать в аэропорт, чтобы забрать вашего отца? — Ох, он прилетает сегодня? — спрашивает Пунн. — Да. Сегодня 1 число, — отвечает дядя Нан, и Пунн склоняет голову. — Совсем потерял счёт времени, хм? — бормочет Пунн, но всё же достаточно громко, и я его слышу. — Да, уже первое. Первое апреля, — добавляю я.