Вертикальная вода

Ты вычеркнут всеми из списка живых, Но молва в этот раз поспешила. ©Кипелов

***

      С высоты здания автомобили, быстро несущиеся по дорогам после длительных пробок, были будто размером со спичечный коробок. Несмотря на позднее время, их было не мало, фары перекликались светом с неоновыми вывесками, ярко переливающимися разными цветами. Особенно выделялась вывеска бара, напоминающая световой диско-шар — она искрила всеми оттенками красного и синего. Казалось, можно было почувствовать с высоты характерные запахи подобного заведения — алкоголя и дешевых сигар. Во многих окнах все еще горел свет, фонари освещали перекрестки и улицы — все вокруг так и пестрело огнями. Откуда-то доносилась музыка клубного типа, было невозможно расслышать слов, ночной ветер то полностью заглушал ее, то снова доносил до ушей загадочную мелодию. Легкий туман дополнял картину, делая город мистическим и как будто нереальным.       На вершине высотки приятнее всего ощущалась свобода. Пожалуй, это самое лучшее, что можно испытать ночью в Нью-Йорке. Атмосфера дарила умиротворение и легкую эйфорию, а пейзаж города завораживал. Однако четырем жителям мегаполиса было сейчас не до ночных красот.       Братья сидели на кровле высокого старого здания. Рассредоточившись по периметру крыши, они наблюдали за раскинувшимися внизу скупо освещенными переулками, изредка прислушиваясь к стоявшему в центре приемнику Донателло, настроенного на волну переговорных раций полиции. Сообщения были короткими и нечастыми, и пока не представляли для черепах никакого интереса. Помощи героев не требовалось. От скуки Рафаэль и Микеланджело беззлобно переругивались со своих наблюдательных постов, придумывая изощренные фразочки. Во время одной из саркастичных реплик приемник зашипел, начав издавать мерзкие, пищащие звуки.       Леонардо глубоко в легкие вдохнул насыщенный озоном после дождя ночной воздух и с какой-то легкой завистью посмотрел на нечеткие силуэты в окнах жилых домов. Люди, пришедшие после работы, занимались своими обыденными бытовыми делами и даже не подозревали о том, что творилось в этом мире. Не знали ни о какой угрозе, и уже тем более не думали, что четверо мутантов черепашек-ниндзя почти сутками охраняют их покой.       Он еще раз втянул ноздрями дурманящий запах и неторопливо подошел к Донателло, скрестив на груди руки.       — Ну, что там?       — Какое-то происшествие, — ответил умник, сосредоточившись на шумах, издаваемых рацией полицейских. — На северо-западе, в двух километрах от нас. На улице Ленокс-Хилл.       — Это ведь как раз там, — произнес лидер, задумчиво глядя на портативный приемник Дона. Черепаха напрягся. — Что происходит? Неужели нападение?       — Похоже на то, — коротко ответил тот. — Давай убедимся.       — Значит, будем идти по горячему следу. Найдем одного — найдем их всех, — решительно сказал Леонардо и выпрямился, прислушиваясь к перебранке Рафа и Майки. Все еще не угомоняться, со вздохом подумал он. Они уже давно гоняются за Саксом; этот сумасшедший ученый никак не отойдет от идеи продолжить свои страшные опыты. А ведь именно благодаря им он и его братья теперь мутанты-ниндзя. Он приложил руку к их созданию. Но это вовсе не помешает им остановить Сакса и не дать воплотить ему в жизнь безумный план по превращению горожан в безмозглых монстров. Главное — поймать его с поличным. У него были связи и до сих пор ему всегда удавалось выйти сухим из воды. Леонардо был почти уверен, что происшествие на Ленокс-Хилл имеет отношение к их врагу.       До мастера катан сквозь размышления донеслись разгневанные голоса братьев:       — Знаешь, чем ты отличаешься от меня?       — Тем, что ты вечно петляешь под ногами?!       Это начинало уже действовать на нервы. Леонардо продолжил стоять возле парапета, вглядываясь в кварталы на северо-западе. Он закрыл глаза, пытаясь успокоить натянутые, словно струны, нервы, но вместо этого услышал звук затрещины. Каждая их вылазка заканчивалась стычкой Рафа и Майки. Будто дети, сердито подумал лидер. Вмешиваться ему не хотелось, он же потом крайним и окажется. Донателло уселся рядом, настраивая частоту на определенный участок улицы, опасливо поглядывая на нерадивых братьев. Судя по сопению и звукам ударов, «беседа» шла у них полным ходом.       — Слышь, ты совсем оборзел! Иди сюда, я сейчас тебе все различия растолкую!       — Смотри-ка! «Слышь»! Ты сам слышь, понял?       Леонардо закатил глаза и прочистил горло. Он все же их лидер, кому как не ему прервать перебранку и призвать их к порядку? Значит, придется вмешаться.       — Может, хватит? — сдерживая раздражение, обратился он к Рафаэлю и Микеланджело. — Если вы не забыли, то мы на задании!       Рафаэль бросил недоуменный взгляд на старшего брата.       — Если ты не заметил, — парировал он, — то все спокойно. Машины едут, фонари горят. Мимо моего острого слуха и зоркого взгляда никто не пролетит и не пройдет.       В этот момент Микеланджело незаметно подкрался к нему со спины и отвесил подзатыльник.       — Эй! — схватился за голову Раф и зло посмотрел на брата.       — Острого слуха, говоришь? — ухмыльнулся младший.       — Вы оба не заметили бы и шайку футов, окажись она у вас перед носом, — вклинился в разговор Донателло, сжимая приемник. — Поступают все новые сообщения… — он с тревогой посмотрел на Леонардо.       — За дело, — кивнул тот.       Вся команда устремилась в путь на бешеной скорости. Леонардо ловко преодолел расстояние, что отделяло его от парапета, и вскочил на край, спрыгнул, затем зацепился за балкон и ринулся вниз. Донателло пыхтел рядом, не отставая от лидера ни на шаг, перемахивая через препятствия. Раф и Майки тяжело дышали, успевая соревноваться между собой в быстроте и ловкости. Последний не упустил возможности сделать парочку сальто, чтобы выпендриться перед Рафаэлем, который угрюмо несся рядом с ним, большими прыжками преодолевая одну крышу за другой. Они быстро оказались в Манхэттене возле высокой башни «Сакс Индастриз», крыша которой утопала в легком тумане после недавно прошедшего дождя. Леонардо, стремительно летевший в полутёмный переулок, понимал, что они не успевают за Саксом и его безумными опытами. Уже что-то происходит, он это чувствовал нутром.       Картина, которая предстала перед их взором, повергла в шок. Десятки солдат, одетые в невообразимую униформу, — смесь металла и плотной ткани — навьюченных разного рода оружием, крепко держали под контролем всё здание, оцепив его по периметру.       — И как же мы попадем внутрь? — пренебрежительно бросил бунтарь, теребя во рту зубочистку. — Его армии тут пруд пруди.       — Может, через эту красотку? — улыбаясь, предложил мастер нунчак, трёхпалой рукой указывая на маленький силуэт, быстро направляющийся к зданию.       Женщина второпях перебирала ногами, смело шагая по мокрому асфальту и разбрызгивая грязь. Её черные волосы, выбившиеся из пучка на макушке, спадали вниз, к плечам, а остальные прядки прилипли ко лбу. Черепахи разглядели у нее на шее синюю ленту с пропуском и сделали вывод, что она работает в «Сакс Индастриз». Дойдя до входа, женщина трясущимися руками приподняла его, дав солдатам вглядеться в написанное. Один из охранников кивнул, и остальные расступились, дав ей проход. Та, боязливо оглянувшись по сторонам, быстро растворилась внутри здания.       — Предлагаю разобраться по старинке! — выкрикнул бунтарь.       В воздухе звякнули саи, выбив искру — Рафаэль ринулся в бой первым, и остальным черепахам ничего не оставалось, кроме как присоединиться к нему. Оружие стало продолжением его рук — так виртуозно он управлялся с ним. Поднырнув под кисть врага с занесенным над ним ножом, он на полуобороте распорол бок нападавшего. Мгновенно выдернув оружие из уже мертвого, но еще не успевшего осесть на землю тела, Рафаэль развернулся, панцирем встретив сильный удар приклада. Черепаха даже не прекратил движения, только глухо зарычал. Сила его оборота была колоссальной, оружие вырвало из рук врага, а в следующее мгновение саи, как два гигантских когтя мифического зверя, прошлись по груди и животу того, кто пытался помешать ему закончить начатое. Отвернувшись на мгновение от брызнувшей крови, Рафаэль, как языческий бог смерти и хаоса, подскочил к следующему противнику.       Микеланджело валял дурака, впрочем, как и всегда. Он никогда не воспринимал бой, как что-то серьезное, считая его развлечением, и этим часто заставлял волноваться Леонардо. По мнению того он делал слишком много лишних движений — иногда подшучивал словесно над врагом, растягивая время, иногда пританцовывал или виртуозно проделывал элементы эквилибристики. Когда лидер бросал беглые взгляды на дерущихся братьев, ему казалось, что вот-вот, еще чуть-чуть, и младший будет ранен или убит, но тот, каждый раз разубеждая Лео в обратном, в последний миг делал непревзойденное сальто или быстрый нагиб, избегая надвинувшуюся опасность. Микеланджело никогда не убивал. Это противоречило его естеству. Он отлично знал расположение акупунктурных точек, которые выключали противника на несколько минут или долгих часов, в зависимости от ситуации и потребностей черепашек. Ниндзя виртуозно нажимал на них руками или рукоятями нунчак. Даже метко брошенный в противника камушек, и тот достигал своей цели. Сейчас он быстро обездвиживал врагов, передавая их в распоряжение Рафаэля. А у темперамента, как обычно, с врагами разговор был короткий.       Донателло впервые в жизни, как ему показалось, предательски не повезло. Выбранный им переулок для сражения был слишком узким — сражаться с посохом-бо крайне неудобно. Он то и дело задевал им стены и мусорные баки, поражая противников через раз. Наконец, отбросив верное оружие в сторону и мысленно извинившись перед ним, Донни пошел на нападавших с голыми руками. Если до этого у кого-то и могли возникнуть вопросы об искусности в бою бойца в фиолетовой повязке, то они сразу же отпали. Слишком многому научил его Мастер Сплинтер за годы упорных тренировок в зале, и поверженные враги были хорошим тому доказательством.       Леонардо бился с неистовой силой и скоростью, побеждая одного солдата за другим, словно желая отомстить за все грехи обезумевшего доктора. Несмотря на то, что он был недоволен необдуманным порывом Рафаэля, он был спокоен, а его движения — четко выверены и методичны. Лезвия катан хищно свистели в воздухе, нанося смертельные раны и почти не встречая сопротивления — слишком велика была скорость нападения и ударов. Только изредка металл звенел о металл. Но попытки натренированных солдат Сакса защититься от лидера черепашьей команды были смешны и заранее обречены на провал. Единственное, чему Леонардо смутно удивлялся — почему никто из них, видя, что бой проигран, не пытался сбежать. Были ли тому виной верность делу и хозяину, которому они служили, или банальная глупость и отсутствие чувства самосохранения — он не знал.       Последний солдат пал перед ногами братьев, истекая густой, красной кровью.       — Вперед, парни, нам нужно быстрее догнать её! — поманил за собой лидер, и черепахи, не мешкая, поспешили нагонять девушку.       Внутри здания всё было на удивление спокойно и тихо — ни солдат, ни даже камер наблюдения. Сотрудница успела куда-то скрыться.       Приемник сигналил все громче и громче в руках Донателло, нагнетая тревогу. Именно он говорил черепахам о том, что в здании всё-таки что-то есть, и это что-то определенно ничего хорошего не несло, как для самих братьев, так и для жителей Нью-Йорка.       — Куда дальше, Донни? — спросил лидер, оглядываясь по сторонам пустого холла.       Донателло почесал голову и поправил свои оптические линзы в очках, после чего несколько секунд пристально вглядывался в портативный мини-компьютер.       — Если он мне не врёт, то нам прямо, направо, а потом опять прямо, — тихо отозвался умник. — На это указывает тепловой датчик. Тут что-то очень сильно блокирует мой сигнал, мешает сканированию. Мне не нравится всё это, как-то не спокойно, не находишь?       — У нас нет другого выбора, мы должны помешать ему, — решительно отозвался Лео, поджав губы и стиснув крепко в руках катаны. — И теперь уже навсегда.       — Тогда что мы медлим? Вперед, — обернулся к лидеру темперамент, разминая плечи и кулаки. — У меня уже руки чешутся!       Вдали послышался грохот. В ближайшем коридоре замигал свет. А еще через мгновение черепахи услышали ругань. Голос был женским.       — Ребят, это все напоминает какой-то реалистичный ужастик, — улыбнулся весельчак, крутя в руках нунчаки. — И чем ближе мы подходим к источнику шума, тем меньше мне хочется туда идти, — Микеланджело старался выглядеть беззаботным, но в голосе прослеживались нотки тревоги.       — Парни, — обратился ко всем Донателло, — двери везде заблокированы, без пропуска потребуется время, чтобы распоролить их, я предлагаю пробраться через вентиляционное отверстие, чтобы быть менее заметными. В этом здании они широкие, думаю, мы уместимся.        — Вечно ты все усложняешь, — закатил глаза Рафаэль. — Мы и так уже наделали много шума снаружи.       «А кто виноват в этом?» — хотелось спросить Леонардо, но он сдержался.       — Кто-то испугался? — поддразнил его Микеланджело.       — Вот еще, — фыркнул Раф.       — Не будем терять времени, — скомандовал Леонардо. — Донни, веди.       Вентиляционная шахта и впрямь оказалось широкой. Черепашки один за другим пробрались в люк на потолке и поспешили, опираясь на данные портативного компьютера Донателло, к нужному месту. Чем ближе они были, тем больше умник путался — сильный сигнал и шумы перебивали его технику и мешали ориентироваться. Пару раз они сворачивали не туда, и Рафаэль грязно ругался — ему приходилось давать задний ход в тесном проеме, находясь на четвереньках. Наконец они оказались прямо над лабораторией, еще издали услышав чей-то разговор. Женский и мужской голоса. Черепашки замерли над говорившими, наблюдая за парой через решетку. В женщине они узнали сотрудницу, которая совсем недавно прошла в здание с помощью пропуска, в мужчине — самого доктора Сакса.       — …Вы только представьте, миссис Линч, какой уникальный проект я создал, — Сакс говорил загадочным голосом и мерил шагами кабинет, активно при этом жестикулируя. — Вы знали, что на Земле существует не одно измерение, как привыкли все считать, а… несколько? — достав из шкафа большую коричневую книгу с золотым переплетом, он протянул ее девушке, сидевшей в кресле напротив его стола. — Каждый из нас знает, что он живет на планете Земля, и что больше такой планеты нет, и не должно существовать в принципе, но!.. — он резко остановился, поднимая вверх указательный палец. — Также есть перпендикулярные миры, или как их ещё называют — вертикальные измерения. По отношению к физическому миру, тонкие миры, такие как эфирный, астральный, ментальный и подобные, как раз и являются перпендикулярными или ортогональными мирами, — Сакс быстро пересек расстояние до персонального компьютера и включил презентацию на доске с помощью мультимедийного проектора, усевшись в свое кресло. Тут же завертелся красками экран, и на нем возникли схемы и сложные формулы, а также схематичное изображение миров.       Девушка, мелко подрагивая от страха, сидела вся в напряжении. Она явно не понимала, что за бред ей рассказывал Сакс. Признаться, она удивилась его позднему звонку. Линч вот уже второй год работала на «Сакс Индастриз», пройдя путь от младшего сотрудника лаборатории до помощника начальника экспериментального отдела. В компании быстро оценили ее цепкий ум и исполнительность, а также мобильность — часто приходилось засиживаться по вечерам, и она была не против. Да и девушку с головой захлестнули опыты. Она выучилась на биохимика и спустя годы мотаний по посредственным компаниям наконец-то нашла себе работу по душе и начальство, поощряющее ее начинания и предложения. Кроме того, они не скупились на расходы. Задачей Линч было тщательное контролирование набиравшего хода исследования с ДНК людей и животных — ничего противозаконного. С мистером Саксом они практически не виделись, Линч наблюдала его только во время ежемесячных планерок, и потому была удивлена, когда он лично позвонил ей. Отбросив все дела, она помчалась на работу и, признаться, испугалась большого количества солдат вокруг здания.       — Эти миры находятся в одной параллели, но сами отличаются друг от друга вибрациями. Другие миры, находящиеся по вертикальной шкале, более реальны, чем физический наш мир. Вы спросите, почему? Как такое могло произойти? — мужчина тут же соскочил, как ошпаренный, с места, подлетев к девушке, и положил свои ладони на подлокотники кресла. Ярко-желтые глаза с интересом смотрели в карие, пугая, гипнотизируя…       — Я… — девушка запнулась. — Я не знаю, как это могло произойти… — только и смогла выдавить из себя Линч, боясь отвести взгляд от глаз сумасшедшего.       Ещё минуту он смотрел на нее. А после, усмехнувшись, взял в руку стакан воды, а в другую — маленький жетон на серебряной цепочке и приблизил их к ее лицу.       — А всё очень просто, миссис Линч, — продолжил Сакс. — Вода… именно она была посредником, она притянула к себе с одной стороны молекулы зеркала, а с другой — молекулы жетона, — он остановился, подбирая нужные слова. — И именно такие миры начали называть вертикальными, именно вода послужила их открытию, — Сакс выпрямился, отложил все на стол, и указал на то, что показывал проектор. — С тех пор это явление я обозначил Вертикальной водой.       — Он просто одержим, — фыркнул Рафаэль. — Чего мы ждем?       — Мы должны поймать его с поличным, — в который раз сказал Леонардо.       — Давайте просто запишем его речь, думаю, этого хватит, чтобы упечь его в психушку, — со смешком произнес Микеланджело.       — Да тихо вы! — зашипел на них Донателло, которому было действительно интересно слушать Сакса.       — Введите подопытного! — скомандовал Сакс, и в ту же секунду в лабораторию привели парня, скованного в наручники и ошейник. Он вырывался и бешено кричал:       — Вы об этом пожалеете, конченые ботаники! Вас засудят! Всех! Чтоб вы все в аду горели!       Девушка испуганно отпрянула, вжавшись в кресло.       Сакс ухмыльнулся и быстро ввел комбинацию на клавиатуре. В тот же миг стенка в помещении отъехала, представляя взору девушки невиданную картину — гигантский круглый портал, словно кольцо. Его корпус был сделан из металла, а внутри зияла пустота.       — Вы же не хотите этого, мистер Сакс?.. — одними губами проговорила девушка, переведя взгляд на парня. Ее мигом прошиб холодный пот.       — Увидите, — хохотнув, доктор подошел вплотную к подопытному и ввёл ему в шею шприц с синей жидкостью. Парень через минуту, словно по волшебству, перестал сопротивляться. — Итак, господа, начнем эксперимент! — хлопнув в ладоши, словно маленький ребёнок, Сакс включил портал.       В помещении раздался гул, началось монотонное жужжание, сопровождающееся дрожанием стен и дребезжанием всего хрупкого и стеклянного в лаборатории. Портал ожил, внутри него завертелась и стала мерно переливаться небесного цвета непонятная девушке материя. Линч осознавала, что ей в срочном порядке нужно искать пути отступления, но никак не могла оторвать взгляд от развернувшейся картины. Будто онемев всем телом, она сидела и во все глаза смотрела внутрь портала, к которому стали тянуться мелкие вещи — пробирки и бумаги, ручки и даже плакаты; ноги у девушки моментально стали будто ватные. Электрические разряды пробегали по раме изобретения, и не предвещали ничего хорошего. Солдаты в миг ретировались, оставив парня на попечение доктора. Сакс включил видеокамеру и попытался сделать запись, перекрикивая шум:       — Запись номер 3Gyz. Говорит доктор Эрик Сакс. Сегодня наступил долгожданный день для эксперимента по перемещению живого организма во времени и пространстве. Человечество долгое время существовало в ничтожном мире, но теперь всё изменится раз и навсегда. Миссис Линч, Вы увидите это первой, — после этих слов с огромной безумной улыбкой доктор нажал на кнопку, и языки синего пламени, лижущие поверхность портала, увеличились. Черепахи больше не могли оставаться в тени - они резко выпрыгнули через решетку в потолке и приземлились около девушки, которая, увидев их, издала протяжный писк.       — Привет, ненормальный! — крикнул Майки. Ученый резко обернулся. — Помнишь нас?       Сакс неестественно выпрямился. На его лице появилась тень улыбки.       — Я знал, что вы придёте, — опасно проговорил он, прищурившись. — Надо же, уникальные образцы, целых четыре штуки. Я так долго мечтал, чтобы вы оказались в моей лаборатории. Признаться, я очень тронут тем, что вы решили посетить моё представление, — злорадствовал ученый, театрально положив руку на сердце.       В портале что-то треснуло, синее пламя на миг ярко вспыхнуло, и стены задрожали еще сильнее. Он стал поглощать предметы крупнее. Миссис Линч, опомнившись, вскрикнула, поспешила вскочить со стула и направиться к выходу. Сакс даже не попытался остановить ее — все его внимание занимали черепахи. Леонардо напрягся и до боли в костяшках сжал катаны. Он был готов действовать, но понимал, что прежде чем они доберутся до ученого, им предстоит выполнить две задачи: отключить чудовищное изобретение и спасти жизнь человека. У парня было состояние овоща, кроме того, он весь закован в цепи. С ним придется нелегко.       — Одумайтесь! — через шум крикнул Донателло. — Эксперимент опасен! Портал нестабилен, он вот-вот взорвется! Ваша жизнь тоже под угрозой!       Лицо Сакса исказилось, губы скривила злая усмешка. Он был уверен в обратном и чувствовал свое превосходство, как и любой гений, стоящий на пороге открытия. Кроме того, он понимал, что у черепах в этот раз небольшие шансы на победу. Своим нападением ниндзя сами развязали ему руки, подтолкнув к выполнению напутственных слов мастера Шреддера: «Если нападут — убей». Они напали. Эрик видел, как стремительно приближаются противники, точно сила тяготения была не властна над ними. Что ж, он не в первый раз сталкивался с ними, совсем недавно он был еще одержим другой идеей — созданием мутагена. Черепахи были ключом к разгадке волшебного состава после смерти главного доктора его корпорации. Стоило начать с главы банды — лидера, было бы престижно убить его. Но у Эрика Сакса был свой счет к угрюмому бойцу в красной бандане. Оскалившись, ученый подумал, что в качестве трофея заберет знаменитые саи мутанта и его темные очки.       — Ты просто шизик, — заметив его взгляд на себе, проговорил Рафаэль. — Донни дело говорит, а он ведь у нас тоже немного псих.       Донателло бросил осуждающий взгляд на брата.       — Сакс, сдавайся и выключи эту штуку, — твердо сказал Леонардо. — Тебе не сбежать, ты ведь это понимаешь!       — Очаровательная речь, — забавлялся ученый, — но уже поздно! Шоу началось! — он в мгновение ока нажал на несколько кнопок, вызвав подмогу прежде, чем черепахи налетели на него, сбив с ног.       Помещение лаборатории наполнили красный мигающий свет и протяжный звук сигнализации. В такт ей зазвучали громкие сирены. Стекла огромных колб, встроенных в раму портала, начали разбиваться, и вода, что находилась в них, втянулась внутрь и залила его, начав там бушевать, будто океанские волны. Оглушенный ударом сай темперамента, Сакс лежал на полу, а черепахам предстояла задача выключить разбушевавшееся изобретение, с неимоверной силой начавшее всасывать в себя более крупные вещи. Все зашелестело и загудело: аппаратура, компьютеры, мультемидийная доска и другие вещи — все падало на пол и затягивалось в портал. В лаборатории начался хаос. Парня отбросило к стене, он попал в нишу и был пока что в безопасности.       — Как его отключить, Дон? — перекрикивая лязг металла и шум, громко спросил лидер, схватившись за край приваренного к полу металлического стола.       — Нужно отключить питание! — лихорадочно соображая, ответил умник, придерживая на голове многочисленные очки. — Видишь те провода у края портала? Их нужно перерубить! Только так!       Пластиковый стенд, за который держался весельчак, с протяжным гулом оторвался от пола и вместе с Микеланджело полетел прямо в портал. Черепаха завращался в воздухе, словно лист в осеннюю пору, ударился в полете головой о стенд. Леонардо показалось, что тот потерял сознание.       — Майки! Нет! — крикнул лидер и немедля отцепился от стола, полетев вслед за братом. Полет был неконтролируемым, Лео самого несколько раз хорошенько тряхнуло, он обо что-то ударился рукой, потом панцирем, но ему удалось в считанных сантиметрах от портала поймать Микеланджело рукой. Другой он с помощью катаны зацепился за крепкую аппаратуру. Он понимал, что так долго продержаться не сможет — противостоять мощному водовороту было тяжело. Силы быстро покидали его. Если бы не Майки, ему бы, возможно, удалось повредить провода, которые пролегали прямо под ним.       — Держитесь, парни, мы сейчас вам поможем! — кричал во весь голос умник, перебираясь по стенке ближе к порталу вместе с Рафаэлем и цепляясь за металлические крюки, на которых некогда висели плакаты. Протянув шест бо ближе к Лео, Донателло взглядом попросил темперамента держать его крепче. Леонардо, быстро оценив ситуацию и свои возможности, собрал волю в кулак и последние силы, чтобы буквально швырнуть Майки в объятья Донателло. Тот поймал Микеланджело и быстро, как мог, передал его Рафаэлю. Умник мигом развернулся к старшему брату и протянул ему руку с шестом.       Он не успеет.       Леонардо это прекрасно понимал. Голова вдруг резко стала пустой — все мысли испарились из нее. Все стало настолько просто и понятно. Он быстро смирился с неизбежным.       — Прости, Донни, — с этими словами, произнесёнными полушепотом, лидер отпустил катану, улетая внутрь портала. Он видел растерянность в глазах Донни, непонимание — в темно-зеленых глазах Рафаэля и испуг у только что очнувшегося Микеланджело. Весельчак что-то прокричал, делая выпад вперед, протянул руку, но было уже поздно. Слишком быстро все произошло, слишком далеко находились друг от друга братья…       Мутанта окончательно затянуло в прохладный водоворот портала. Он летел и летел, шли секунды, лаборатория давно уже исчезла, исчезло все — границы, лица братьев, исчез громкий гул и жужжание. Он находился будто в невесомости, но в тоже время мчался с бешеной скоростью куда-то сквозь пространство, плохо сознавая что с ним, где он и жив ли. В глазах у него до сих пор стояла картина — Майки тянет к нему руку, Донни хочет ему помочь, но быстрее всех соображает, что задумал Леонардо; Рафаэль не понял, почему он сдался, нет, в его взгляде был укор.       Все вокруг него трепыхалось, переливалось, он плыл будто внутри неистового водного потока, но ничего не чувствовал, только странную тревогу за братьев. Внезапно он понял, что кричал Майки. Он с самого начала знал это, «услышал», прочитав по губам, но только сейчас к нему пришло осознание. Он сказал простое и необходимое слово в этой ситуации: «Держись!».       Черепаха почувствовал сильный удар. Его будто выбросило куда-то, в другую материю, в плотную и ледяную. Вокруг него забурлил поток. Очертания стали более размытыми, и воздуха катастрофически стало не хватать. Леонардо попытался крикнуть, но губительный глоток жидкости ворвался в горло, делая шансы на спасения совсем призрачными. Он забарахтался, пытаясь вынырнуть, но все было без толку. Его закручивала, увлекала на дно смертельная водная стихия.       И тут произошло чудо. Над его головой появилось множество маленьких,очень ярких шариков,словно только что вынырнувших из облачного одеяла. Словно светлячки играли,но в этом загадочном зрелище было что - то сверхъестественное. Леонардо не мог поверить, что ему это не привиделось. Светлячки закончили свой круговой танец и понеслись вниз, пролетая мимо него. Только один светлячок, ярко-желтый, направился к мутанту. Вместо того чтобы испугаться, Леонардо почувствовал сильный толчок, прежде чем успел среагировать. Его словно ударило током,а сознание на время отключилось.       Потеряв на несколько секунд способность ориентироваться в пространстве и покачнувшись, лидер совершенно рефлекторно попытался найти опору. Удивительно, но рука наткнулась на что-то сухое и знакомое по ощущением. Он будто коснулся… дерева? Сухой ствол, и это при таком дожде? Кстати, куда он подевался? А вода, что была в портале? Может, это и есть смерть?..       Подняв голову вверх, черепашка увидел, что капли дождя совершенно не долетали до земли, застревая в густых кронах настоящих лесных исполинов. Густые кроны с обильной листвой в портале?! Неужели эксперимент сумасшедшего действительно сработал? Неужели есть Вертикальный мир? Или это рай? А, может, галлюцинации?       Мысли и предположения в хаотичном порядке лезли в голову, заполняли ее, мешая четкой осознанности происходящего. Перед глазами все поплыло, силы окончательно покинули его тело, и через минуту мутант потерял сознание, оставаясь лежать возле океанской воды, что омывала его тело. Неужели он умер? Или же, всё только начинается?       Приближался рассвет…