Все хорошо

Жади была совершенно обескуражена тем, как завершился разговор с отцом дочери. Сказать, что она не ожидала подобной развязки – это ничего не сказать. Однако, а развязка ли это? Или еще более тугой узел? Кроме слова «бред» она не могла подобрать никакого другого для того, чтобы охарактеризовать предложение Саида. Вот только проблему бывший муж описал правильно… Для того, чтобы он сам, именно сам, принял решение, Саид должен пожить вместе с Хадижей. А как это сделать? Ну что, имея собственный дом, вместе с дочерью переселиться на время к дяде Али? Но Хадижа именно этому дому обрадовалась. Именно про него она говорит «дом», «домой», а про риад дяди – «я сбегаю в гости к Зораидэ?». Но замуж… Даже ради Хадижи… Нет – это точно глупость. Да и сколько воплей сразу же поднимется… О! Тут только держись… Начиная с дяди Абдула. А про жен Саида и вовсе лучше не упоминать. И потом, ну вот поженятся они… и что? Кроме законного права находиться в одном доме, есть еще масса обязанностей, супружеских, стоит заметить. Вот на этом вся затея и трещит по швам, причем абсолютно. Хадижа давно спала – мать тихонечко заглянула в комнату к своей принцессе, понимая, что она очень расстроилась из-за разговора с отцом. А Жади не могла заснуть, крутя так и эдак упавшую на голову новую проблему. Верхний свет был везде погашен, лишь небольшие ночники разливали по дому приглушенный свет. Перед тем как уйти к себе в комнату, она решила заварить успокаивающий чай, поэтому тихонечко прошла на кухню, чтобы никого не побеспокоить. Ожидая пока закипит вода, женщина ни на мгновение не переставала обдумывать возможные варианты решения проблемы. Однако ни единой, даже абсурдной мысли не приходило в голову. Бред – не бред, а законный выход действительно только один. Ну и что делать? Оговаривать с Саидом, что брак будет фиктивный, только для получения этого самого права совместного проживания? С Саидом такие договоры небезопасны – это сейчас он не имеет никаких прав, а потом он будет законный муж перед Аллахом и людьми… Размышления Жади прервал какой-то странный металлический звук… потом тихий скрип… Женщина напугалась, причем даже не поняла, что же конкретно ее напугало. Сердце прыгнуло к горлу. Мать ринулась защищать дочь от неведомой опасности… и… успела увидеть закрывающуюся дверь на складскую половину дома. О, Аллах! Не допусти, о Всемогущий! Жади в три прыжка оказалась у двери. Рывок на себя и вот она уже в коридоре. А в двух шагах от нее стоит обернувшаяся на шум ее принцесса с широко распахнутыми от ужаса глазами. В коридоре больше никого нет, но острый взгляд перепуганной насмерть матери фиксирует ярко освещенный квадрат на полу напротив самой дальней от нее кладовой, и тень человека, который еще не вышел из помещения, но явно стоит у открытой двери. Что это? Отчаяние после разговора с отцом или Жади все же не уберегла дочку? Что делать? Как спросить? Как спасти свою принцессу? О, Всевышний, не наказывай дитя за прегрешения матери! Мысли мечутся как молнии в грозу. Но надо всеми господствует одна: «Что бы ни произошло – моя девочка не будет страдать!» Матери казалось, что мгновения растягиваются в часы. Наконец она смогла тихо-тихо обратиться к дочери. - Хадижа, девочка моя, что ты здесь делаешь? Что случилось, моя принцесса? - Просто здесь кто-то ходил, мама. Я пошла проверить. - Тебе показалось, мой цветочек. В доме все давно спят. Пойдем, моя хорошая, я тебе успокаивающий чай налью. Просто ты расстроилась из-за разговора с папой про сватовство. Напрасно, ведь ничего же еще не решено. – уже не приглушая голоса, произнесла Жади, тень на фоне ярко освещенного квадрата исчезла – Пойдем со мной, принцесса моя, а дверь мы сейчас закроем на ключ, чтобы тебе ничего не мерещилось. Хадижа шла, увлекаемая матерью, обнимающей ее за плечи. Девушку била крупная дрожь, как будто она сильно замерзла. Сердце Жади занывало, но внешне она ни словом, ни жестом, ни взглядом не дала понять дочери, что догадывается о том, куда она направлялась. Себя же мать кляла на чем свет стоит. Однако, поругаться с собой можно и позже, сейчас же необходимо, по возможности, успокоить дочь. Поэтому мать напоила девушку успокаивающим чаем, который заварила для себя, при этом обнимала ее за плечи сидя рядом, легкими касаниями гладила по голове, по плечам, нежно целовала в висок, приговаривая: «Все будет хорошо. Я тебе обещаю. Я все для тебя сделаю. Только верь мне и не скрывай ничего. Я тебя всегда пойму. Завтра все будет по-другому.» Мать проводила дочку в ее комнату и пожелала ей приятных сновидений. Затем, плотно прикрыв дверь в комнату дочери, в своей комнате взяла телефон и набрала номер ее отца. - Саид, я тебя не разбудила? - Нет. Что случилось, Жади? - Я согласна выйти за тебя замуж. Можешь утром договариваться с дядей Али о никяхе. Мы же не будем никаких пышных торжеств устраивать правда? - Почему ты решила позвонить ночью, не дожидаясь утра? Что-то случилось? - Нет, Саид. Что могло случиться за пару часов? Просто меня судьба Хадижи волнует. Тебе действительно необходимо, не показывая вида, понаблюдать за ней, чтобы принять правильное решение. А почему сейчас звоню, потому что завтра тебя в оборот возьмут и мой дядя, и твой. Вот и решила их опередить. – быстро постаралась уверить Жади, поеживаясь от извечной проницательности бывшего мужа. В риаде сида Али, мерно вышагивающий по галерее Саид, тихо рассмеялся: «Жади, ты по-прежнему просто невероятна! Никогда не знаешь, что ты вытворишь. Но этому твоему решению я рад. Значит до завтра, жена?» «Уже сегодня, Саид. Время за полночь. Надеюсь у тебя получится уговорить дядю Али. А вот что скажет дядя Абдул, я бы предпочла не слышать. Того гляди еще передумаешь.» - женщина постаралась подначить собеседника. «Даже не надейся!» - с облегчением услышала она в ответ. Ну вот, теперь нужно запереть дверь на складскую половину кроме засова еще и на ключ. Хорошо, что Хадижа даже не видела его ни разу. А завтра успеть откровенно поговорить с дочкой. Что бы ни было – Хадижа страдать не будет. А дальше время рассудит.