Триллер

— Так… что тут у нас… вроде все готово. Тэк-с, проверим, все ли на месте, — Ауберон Муиркетович поправил очки на переносице и пробежался глазами по составленному им же самим списку. — Свечи есть, мел, нож, кровь — будет… соль… соль принесли? — Да тут соль, у меня, — отозвалась Цири из противоположного угла комнаты, где она стояла рядом с Креваном и наблюдала, как он снимает рубашку и вешает ее на спинку стула. — А кстати, а кровь мы чью возьмем? — Мою, — невозмутимо ответил развалившийся на диване Геральт. — А может, лучше мою? — Цири глянула на отца с сомнением. — А зачем? Гены Лары присутствуют как у тебя, так и у меня. Не имеет значения, чью кровь брать. Или ты непременно хочешь внести свой вклад в общее дело? — Да н-нет, наверное, — поморщилась девушка. — Меня и от вида крови-то иногда немного мутит. — Вот этого я никогда не понимал, — Ауберон вдруг отвлекся от изучения списка и почесал изящным острым ногтем подбородок. — Помню, когда-то в молодости знавал я одну девушку… Приятная была во всех отношениях особа. Так вот она вида крови не переносила от слова совсем. Вида своей крови в том числе. Как же тяжко ей приходилось в критические дни… Креван и Цири переглянулись и покраснели. — Э-э, кхе, — Геральт прочистил горло и живенько подскочил с насиженного места. — Ауберон Муиркетович, вы, как ни откроете рот, такие занятные истории выдаете, одна оригинальней другой. Я б вас вот целыми днями слушал и слушал, но все-таки давайте сначала закончим ритуал… Ну или хотя бы его начнем. Вы обещали дирижировать — штурвал вам в руки. Что там в книге написано? С чего начнем? — Ну, — эльф вздохнул и со скучающим видом снова посмотрел на список, — магический круг надо рисовать. Точнее — два: один на полу, второй — на груди у нашего оборотня. — Вот и чудно, — кивнул Геральт. — Иллюстрация кругов есть? Ауберон вытащил из кармана безупречно отглаженных брюк еще два листка и продемонстрировал их остальным. — Отлично! Давайте их сюда, Ауберон Муиркетович. Значится так: разделим обязанности. Цири, ты разрисовываешь Кревана, а Креван следит за тем, чтобы ты руны не перепутала и не сделала случайно ошибки. Я изображу второй круг — на полу. Цири, где мел? — На, лови! А… черт, а чем я Кревана разрисовывать буду? — Маркер возьми, — тут Геральт задумчиво глянул на Ауберона. — А вы тогда… что там у нас осталось неохваченным? — А я, — сразу нашелся эльфский реликт, — свечи зажгу, когда вы закончите. Геральт одобрительно цокнул языком: — Заметано.

***

— Интересно, что все это значит, — Цири старательно выводила на обнаженной груди Кревана замысловатые магические символы, при этом пытаясь не обращать внимания на тот факт, что вид полуголого эльфа распаляет ее воображение и уводит мысли в сторону. — Не знаю, — улыбнулся он. Прикосновения маркера щекотали кожу, а исходящий от Цири жар туманил ему голову. — Мне и без разницы, если это поможет. — Ох, как ты потом отмываться будешь… Оно с трудом сходит, если честно. Я знаю, потому что… — Цири? — Хм? — она подняла на него заблестевшие лихорадочной зеленью глаза. — Тебе страшно? — Честно? — вздох. — Да. А тебе? — Есть немного. — Но ведь хуже, если что, стать не должно? — Цири покосилась на стоящего в стороне Ауберона, который, отрешившись от всего, рассматривал ничем не примечательный летний пейзаж за окном. — Надеюсь, что нет, — прошептал Креван. — Но в любом случае, знаешь, я… — Что? — нахмурилась она. — Только не смей мне сейчас включать пессимиста. Все будет хорошо. — Так в кино говорят, — его прохладные пальцы непроизвольно сжали ей запястье. — И даже там эта мантра не всегда срабатывает. Прежде, чем мы начнем ритуал, я только хотел сказать…  — Не надо! — зашептала она, тряхнув головой. — Потом скажешь. — Мы не знаем, что будет потом. — Потом… все будет. И даже если ничего не выйдет с ритуалом, мне без разницы. Я все равно хочу… — Цири, ты даже не понимаешь, что ты сейчас говоришь, не понимаешь, как все может закончиться. Мы уже это обсуждали сто раз… — И еще сто раз обсудим, — свободной рукой Цири вцепилась в запястье эльфа. Подалась ему навстречу. — А может, больше ни разу… Облизнула пересохшие губы. — …надоело уже бред этот обсуждать. Я все равно… не собираюсь «слушать голос разума», «вести себя по-взрослому», «соблюдать меры предосторожности» и… что ты там еще говорил? Я все равно… — Цири закрыла глаза и дала волю чувствам. Ауберон все так же продолжал рассматривать местные красоты и редких прохожих за окном, а Геральт был настолько поглощен процессом изукрашивания пола, что казалось, ничего интересней этого занятия в мире просто не существует. А для Цири и Кревана время остановилось. Кристаллизировалось. Треснуло. Рассыпалось. Свет померк и тьма рассеялась. Стены, пол и потолок исчезли, пространство схлопнулось. Осталась лишь сила притяжения, неземного. Теплое, прерывистое дыхание. Смыкающиеся все крепче объятия, почти до хруста костей. Желание, жгучее, прекрасное, невыносимое. Креван оторвался от Цири первый, с трудом. Она подняла на него помутневший взор. — Цири, — он тяжело сглотнул, — даже если сейчас ничего не выйдет, мы все равно… Она улыбнулась. — Я знаю.

***

— Креван, — скомандовал не терпящим возражений тоном Ауберон, — если вы готовы, то пол в вашем полном распоряжении, но только, пожалуйста, лягте так, чтобы голова находилась на верхнем конце пентаграммы… Вот так отлично, но чуточку левей… Что, доски холодные? Еще скажите спасибо Геральту, что у него в гостиной не плитка, а то так можно и легкие застудить… Вот так прекрасно, очень живописно, замрите… Хм, кстати, если хотите, могу вас на телефон сфотографировать, для будущих поколений, так сказать. Будет, что детям показать. По вашему лицу вижу, что не стоит. Так-с… Цири, держите распечатку с заклинанием: сейчас зачитывать будете. — Что, я одна? — Ну да. — А почему не мы с Геральтом? — Вы вразнобой читать будете, еще собьетесь, и будет вам вместо эльфа какой-нибудь лягушонок. — Но я одна тоже не репетировала. Вдруг я что-то неправильно прочитаю? — А вы потренируйтесь. Читайте не все сразу, а порциями. — А, ну ладно. Э-э… Bidh mi a 'dèanamh… э-э-э… coimeas eadar thu fhèin… черт! Agus a' ghrian… — Цири, вы в школе Старшую Речь вообще проходили? — Ага, мимо. — Это я заметил. Вы читаете это так, словно у вас во рту живой сверчок и вы изо всех сил пытаетесь его случайно не проглотить. И ударения все не там. Я ж вам их отметил красным. — А, это ударения. А я думала это придыхание так обозначается. — Придыхание будете с Креваном обозначать, когда мы закончим, так что у вас есть стимул — читайте! — Ach tha thu nas laige, nas meadhanach agus nas bòidhche. Так хорошо? — Для первого класса первой четверти церковно-приходской школы сойдет. Дальше! — …a 'briseadh na stoirme sa Chèitean… Уф, язык сломаешь… — Не останавливайтесь, Цири! Декламируйте нам дальше. Геральт, ваш выход: нам нужна кровь. — Да хоть плоть — лишь бы не декламировать. — Мне определенно нравится ваш настрой. Цири, вы почему остановились? Ваш возлюбленный уже порядком замерз. Вас, можно сказать, ждет ваше Предназначение, а вы языком едва двигаете. — Agus cho mall 'sa tha an samhradh againn! Черт! Кровь… У меня голова кружится. — Это не от крови. Читайте! В обморок будете падать, когда мы закончим. — An uairsin bidh sùilean nèimh a 'dall dhuinn… — Хм, вот уж не подумал бы, что так искрить будет… — Ауберон Муиркетович, а это вообще нормально? — Откуда мне знать? У меня, думаете что, черный пояс по магии? Геральт, держите Цири! — Я не могу читать дальше. — А кто может? Вы — наследница гена Лары Доррен! Вы — потомственная ведьма! Вам и читать! — Я не могу… — Можете! Это вы, Цири, сами и виноваты в том, что случилось с Креваном, точнее ваш предок в вашем лице! Сами напортачили, сами исправляйте! — Нет… — Читайте, дьявол вас раздери! — Agus chan eil thu a 'lùghdachadh an latha. Crevan, essea… — Цири, что за самодеятельность? Нет там таких слов! Цири! Цири?