Из грязи - в Князи?

Я лежала на кровати и гладила Альфреда, который так удобно примостился у меня подмышкой. Я совсем недавно пришла из школы, поэтому даже еще не переоделась. Ну, если подумать, то мне и не во что переодеваться, только в майку-алкоголичку. На улице ярко светило солнышко, пели птички, ветер шумел в желтеющей листве. Вдруг я услышала рингтон моего «супермегакрутого» телефона, который я однажды своровала у какой-то бабульки. На маленьком экранчике высветился неизвестный номер. — Да? — ответила я, приподнимаясь на локте и напрягаясь. — Алиса, привет! — услышала я знакомый бархатистый голос. — Это Стас Андреевич, твой учитель информатики, — он сделал особый акцент на слове «учитель». — Надо же, я и сама догадалась об этом, — откликнулась я, падая обратно на подушку. — У меня проблемы? — Девочка, у тебя проблемы походу с рождения… — Стас вздохнул. — Ты где живешь? Я скоро за тобой подъеду. — А если я не скажу, где я живу? — игриво поинтересовалась я, нервно ерзая на месте. — Ты помнишь обещание? Ну вот, теперь будет давить на меня из-за этого обещания. Я назвала свой адрес, убеждая информатика, что это действительно МОЙ адрес, а не первый пришедший мне на ум. Через пять минут я услышала сигнал машины под окнами, оповещающий меня о прибытии «надзора». Быстро обувшись и прихватив с собой документы, преимущественно поддельные, я выбежала на улицу. Передо мной стояла черная спортивная Супра. Хоть чуточку, но я разбираюсь в машинах. Рядом с ней, привалившись к капоту, стоял Стас. На нем были черные джинсы и черная футболка, я не могла не отметить, что черный ему чертовски идет. Когда он меня увидел, улыбнулся уголком идеальных губ и его правая рука дернулась к волосам, чтобы взъерошить их. — Вау! — произнесла я без каких-либо эмоций в голосе, указывая на машину — Это круто, правда. Парень лишь поднял брови, якобы говоря: «Ну еще бы, это же я», и открыл передо мной дверцу. Я уселась в удобное пассажирское сиденье, забывая пристегнуть ремни безопасности, о чем в дальнейшем пожалела. Мы быстро мчались по городу, забивая на светофоры, и вообще на все правила. Ехали молча, не произнося ни слова. На плеере играл жесткий рок на всю катушку, а Стас подпевал. И, знаете, у него это хорошо получалось! Супра затормозила около большого белого здания с надписью «Городская больница». — Приехали, — кинул он мне, вылезая из машины. Я вылезла следом за ним и, закрыв дверь, навалилась на нее спиной, недоверчивым взглядом прожигая больницу. Хочу? Нет, не хочу. А почему? А потому что боюсь. — Ну ты чего? — протянул учитель, подходя ко мне и вставая прямо передо мной. Мне становилось смешно от его пронзительного вопросительного взгляда. — Зачем тебе это? — я прищурилась, как бы пытаясь отразить атаку голубых глаз, мне этого не удалось. — Мы разве перешли на «ты»? — он покачал головой и взял меня за руку. — Идем. Стас Андреевич взял мне направление на прохождение травматолога, гинеколога и диетолога. Он считал, что я «слишком худая» для своего роста. Интересно, отчего же. Я вошла в первый в расписании кабинет, информатик вошел следом за мной, тихо прикрыв за собой дверь. Я села на стул напротив врача, а Стас остался стоять у двери, навалившись плечом на косяк. — Фамилия имя отчество? — женщина улыбнулась мне, приготовившись писать. — Соколовская Алиса… — я сделала паузу, не решаясь назвать свое отчество. — Валерьевна. — Алиса, на что ты жалуешься? Вот тут-то я замялась. На что я жалуюсь? Да на ни на что не жалуюсь, не люблю жаловаться! А если серьезно, то на свою жизнь, сойдет? — Вы посмотрите на нее и сами решите, на что она может жаловаться, — холодно отметил Стас Андреевич, не сводя с меня пристального взгляда. — Хорошо, снимай футболку, — я, даже не парясь насчет учителя, встала и сняла футболку, бросив ее на пол. Не знаю для чего, но я все же кинула взгляда на Стаса. Он с такой жалостью во взгляде рассматривал синяки на моих торчащих ребрах, что мне захотелось подойти и стукнуть его по голове чем-нибудь тяжелым. Врач осмотрела меня, ощупала мои так называемые повреждения и решила меня прослушать. От прикосновения холодной кругляшки по моему телу побежали мурашки и меня передернуло. — Одевайся, — спокойно сказала женщина и, сев за стол, начала что-то писать. Я оделась и тоже села. — Ты хорошо питаешься? — вопрос, ставящий меня в тупик. Что ответить? Правду или соврать? — Когда как, — выкрутилась я, опуская голову вниз. — Когда как… — повторила доктор. — А живешь в хороших условиях? В смысле чистота и гигиена. Мм? — Обычные условия! — разозлилась я. — Не идеальные, конечно, но живу! — А откуда у тебя такие синяки и… другие увечья? Блин, да она что, издевается надо мной?! — Подралась! — кинула я, сжимая кулаки до хруста в суставах. Она что-то еще построчила и протянула мне бумажку. Когда мы вышли в коридор, Стас отобрал у меня записи врача и стал читать. — Гастрит? Начальная стадия бронхита? Развивающаяся анорексия? Хорошо, что хоть ничего не поломано, Алиса. Она выписала тебе лекарства, и мазь для синяков, — обратился ко мне учитель, но мне было откровенно плевать, я была слишком зла. Следующим я прошла гинеколога. Естественно, мне прописали «сексуальный покой». От этого словосочетания меня прямо в кабинете прорвало на дикий смех. Диетолог же подтвердил мою развивающуюся анорексию и гастрит, плюс поставили угрозу язвы. Наконец, когда мы сели в машину, я сказала то, что действительно мучило меня. — Я не могу бросить работу. Меня никуда больше не возьмут, я не смогу зарабатывать деньги и кормить кота, не смогу оплачивать жилье, я стану бомжом, — от этих слов мне стало не по себе. В какой же я все-таки заднице, а! — Я же сказал, что помогу тебе, — отрезал Стас Андреевич и холодно посмотрел на меня. — Почему ты… вы злитесь? — искренне удивилась я, но тут же снова спряталась за маской безразличия. — Я ведь ничего плохого не сделала. — Не сделала?! Да ты почти угробила себя! Понимаешь?! Это по-твоему ничего? — он сорвался на крик. — По-моему ничего, — я пожала плечами и отвернулась от парня, чтобы тот не видел, что я расстроилась. Вот мы снова мчимся по улицам, пропуская светофоры, снова играет рок, и снова Стас подпевает, как не в чем ни бывало. Когда мы остановились около моего дома, Стас Андреевич извинился за то, что погорячился и повысил на меня голос. — Ладно, я, пожалуй, пойду, — сказала я, открывая дверцу. — Даже не позовешь на чай? Черт, у меня же нет чая! А отказывать как-то нехорошо. — Ладно, пошли, — надеюсь он не видел моего лица, напряженного от скоростных раздумий насчет отговорок про мою хату. Отомкнув дверь ключом, я зашла внутрь квартиры. Учитель зашел за мной и закрыл дверь. Я развернулась к нему лицом, чтобы видеть его реакцию. Пока что был полный ступор. Он с таким откровенным непониманием рассматривал стены без обоев, не штукатуренный потолок, грязный пол, на котором валялись мои вещи. — Ты шутишь или правда тут обитаешь? — наконец изрек он. — Я не шучу, — тихо произнесла я, закусывая губу. — И у меня нет чая. — Я уже понял, что нету, — протянул учитель. Я постояла так еще немного, после чего сделала шаг к Стасу Андреевичу и спросила, сверкая глазами: — Чем тогда займемся? Я ни на что не намекала. Чего уж таить, ладно, я надеялась, что он отведет меня в какой-нибудь Макдак. — Я забираю тебя к себе. Собирай манатки, — бесцеремонно сказал информатик и покачал головой. — Быстро, время пошло! Для меня это было как игра в поиски затерявшихся вещей. Это было действительно трудно, я несколько учебников так и не нашла. Решив, что можно поисками заняться завтра, я схватила ничего не понимающего Альфреда подмышку и выбежала уже с рюкзаком в прихожую. — Этот монстр едет с нами? — парень недоверчиво покосился на рыжего кота. — Да, Альфред тоже едет, — подтвердила я, отдавая рюкзак с вещами учителю. Тот промолчал, вышел из квартиры и тяжело вздохнул на весь подъезд. — Думаешь, что совершаешь величайшую ошибку в жизни? — спросила я Стаса, замыкая дверь. — Нет, — твердо ответил он и начал быстро спускаться по лестнице. Кот, кажется, понял, что его выперли из дома и сейчас выносят на улицу и начал вырываться. — Альфред, успокойся! — я изогнулась, пытаясь удержать вырывающееся создание, царапающее мне руки и кричащее диким голосом. Я с трудом дотащила его до машины, засунула внутрь и смогла выдохнуть спокойно. — Ты сама придумывала ему имя? — спросил подошедший сзади учитель. Я неуверенно кивнула, не зная, чего можно ожидать от парня, какой-то он странный… — Мне нравится, необычно, — он погладил меня кончиками пальцев по царапинам на щеке, от чего я болезненно поморщилась. — Извини, — прошептал он и интригующе улыбнулся. Что за улыбочки? Намеки? На что? Боже. Мы стояли и смотрели друг другу в глаза, я была готова утонуть в них, смотреть на него вечно, Боже, какой он красивый! Дотянувшись рукой, взлохматила ему волосы и тоже улыбнулась. Откуда во мне эти спазмы нежных чувств? Я заболела. Я тянулась к этому человеку, несмотря на то, что мы были знакомы всего два дня, и несмотря на то, что он был моим учителем. Я влюбилась. Это было как болото, затягивающее меня все глубже, по самое горло. Внутри все сдавливало, становилось тяжело дышать, никогда я еще не любила. И я страшилась этого чувства, оно было таким незнакомым, новым и необычным. — Алиса, не смотри так на меня, — еле слышно сказал Стас, заправляя волосы мне за ухо. — Не надо. Я снова спряталась за маской. — О это чем ты? — холодно откликнулась я и села в машину, хлопнув дверцей.