Глава 6. Обыденность, нет не она...
10 ноября 2019 г., 23:18
Утро настало для них быстро. Проснулись они не от первых лучей солнца, как это бывает обычно, а от желания.
Сейчас Эмгыр растянулся на кровати, вид его был весьма довольный, а лежащая возле него девушка своим видом напоминала кошку. Она грациозно потянулась, даже не прикрыв одеялом свою наготу, и медленно положила свою голову ему на грудь. Ещё минута, и она начала бы урчать от блаженства, как животное, на которое она сейчас походила. Она время от времени гладила его по груди, играя с мужчиной по своим правилам. Игра эта была коварной и нежной, но закончилась неожиданно для неё. Его Величество сделал несколько резких движений: приподнял с кровати, притянул Игрит к себе максимально близко и поцеловал.
Такими их застала Тамира.
— Игрит, доброе утро, пора… — весело заговорила пришедшая, пока не увидела их вместе.
Услышав знакомый голос, де Табур прервала поцелуй и стыдливо разместила свою голову ему на груди, как будто пряталась. Ей хотелось смеяться от происходящего. Император, который уже находился сверху, отозвался мелодичный голосом.
— Доброе утро, мазель.
— Ва-ва-ваше Вели-ли-чество, — заикалась удивлённая Тамира, отступив к двери. — Я по-пойду.
— Стой, — скомандовал он. — Мерериду скажи, чтобы мне свежую одежду принёс.
Кивнув, она окончательно скрылась за дверью, словно молния.
Медичка заливалась хохотом.
— Что тут такого? — спросил император, проведя пальцами по её щеке.
— Такими темпами мы всех в замке перепугаем, — заявила она и сразу затихла.
Его взгляд завораживал её. Захотелось вновь оказаться в объятиях, обмениваться нежностями и, разумеется, они этим и занялись.
Намного позже, когда она, одевшись, приготовила утреннюю микстуру для мужчины и отзавтракала с ним, вновь пришла Тамира. Она опять смутилась при виде императора.
— Мазель, — он поцеловал руку Игрит. — Надеюсь, ваша подруга-прислужница умеет держать язык за зубами. В противном случае придётся тогда его укоротить.
Смотря на побледневшую девушку, она едва снова не засмеялась. Поправив альшбанд Его Величества, де Табур проводила мужчину к выходу. Он, ещё раз окинув окружающую обстановку взглядом, кивнул своему придворному медику и вышел.
— С-с ума сойти! — изумлённо крикнула Тамира, присев на край кровати.
Девушка осталась возле двери, наблюдая за происходящим.
— Император и ты, — прислужница подскочила с места, начала ходить туда-сюда по комнате, активно жестикулируя руками. — Ты и Эмгыр… Он и ты… В кровати… Скажи мне, Игрит, когда вы успели?
В ответ она лишь хмыкнула, подойдя к подруге близко и положив ей на плечо руку.
— Успокойся. Просто никто об этом не должен знать.
И как ни в чём не бывало, медичка села за свой дамский столик и начала расчёсывать свои волосы, время от времени поглядывая на сидящую на кровати. Да, удивление Тамиры надо было видеть, а уж лучше притащить сейчас мастера портретных дел и заставить рисовать его эмоции девушки.
— Эх, я забыла. Велела служанке ванну тебе приготовить, — взволнованная Тамира вскочила на ноги, подошла к подруге. — Ты будешь мыться?
— Буду, — она задумалась. — Так… Сейчас ванная, потом нужно зайти к Айлин, дела в городе, и после обеда маг придёт защиту на лабораторию ставить.
Только сейчас Игрит осознала, как много у неё дел, и несомненно, с этого момента день её и дела вошли в быстротечное русло.
***
Новые заботы в жизни её начались ровно тогда, когда она вошла в таверну, прикидываясь обычным человеком. Бьянку девушка узнала не сразу, та сидела за столом и как будто сменила облик. Закрытая одежда, платок на голове — и Вэс не узнать. Спутница её была одета так же. Вдвоём они сидели за самым последним столом, возле угла, то и дело поглядывая по сторонам. Игрит с Тамирой, как только поняли их местонахождение, присели к ним. Эмоции. Конечно, радость видеть близкого тебе человека. Вместе с тем и грусть. Воспоминания о том, что хочется стереть из памяти. Они поздоровались тихо, сдержанно, хоть и лица их выражали всю живость этого приятного момента. — У меня лишь немного времени, — Бьянка достала что-то из кармана. — Роше завтра возвращается обратно. Он передал тебе письмо. Вещь, о которой говорили, была в ту же секунду подсунута ближе к адресату. И не дожидаясь ответа, Вэс продолжила: — Прошло много времени с тех пор, да и ты живёшь другой жизнью уже, но мы хотим с тобой иметь связь. Вот, — она указала на свою спутницу, — Беа, твоя новая служанка. Коротко стриженная, с медным оттенком волос девушка кивнула головой и произнесла: — Я буду служить вам верно, госпожа! В этот момент внутри Игрит словно что-то перевернулось. Не нравилась ей эта затея. Она вдруг поняла: её считают до сих пор наивным созданием, которое служило в их отряде, толком меча ещё держать не могло. «Начинаем играть в ещё одну затею», — подумала она, улыбаясь, но сказала: — Несомненно, и, надеюсь, Беа, ты докажешь мне это. Ведя разговор с Бьянкой, она невольно вспоминала прошлое. Вспомнился ей инцидент, определивший её прозвище. В разгаре спора со своим командиром, когда девушку вовсю трусило со злости, пролетавшая над их головами птица «отметила» головной убор Роше. Это был сокол. Мужчина, который, казалось в тот миг забыл причину спора и все свои ответы ей, успокоился. Окружающие валились со смеху на землю, такой комичной казалась им эта ситуация. — Понял, Роше? Её птицы слушаются, так больше уж не надо злить её, — прозвучал знакомый голос в её голове. — Соколиха, — называли так сначала девушку, но позже, ссылаясь на благородное её происхождение, «ха» поменялось на «ца». Так и стала она Соколицей. «Поверить не могу, прозвище моё дано из-за этого дурацкого инцидента» — подумала она, после того как Вэс назвала её так несколько раз. Разговор, несмотря на свои недостатки, которые не понравились ей, хоть она и молчала, шёл тихо. В таверне было мало людей и относительно спокойно, так что любой желающий мог бы услышать разговор компании дам, подойдя ближе. Пахло травами. По крайней мере, Игрит уловила запах розмарина, который, казалось, она учует и за полверсты — настолько она знает и любит его. — Я сегодня же уеду, — говорила Бьянка. В тот момент де Табур заметила, как сверкнули глаза её новоиспечённой служанки. Она непроизвольно улыбнулась, заметив коварный взор, уже разработав план искоренения сорняков в своём цветущем окружении. Несомненно, императору сорняки эти не понравятся, особенно когда он узнает, какие дела воротит придворный медик за его спиной. Тамиру снедала тревога, её подругу, наоборот — наивность. По крайней мере, она показывала это выражением своего лица. «Беа мне нужна для связи с Верноном, хорошо… Как же я глупо выгляжу в их глазах, беря на себя такой риск. Ладно, сыграю пока что по их правилам». Они обменялись дружескими объятиями к концу встречи и, расставшись с одной из отряда Роше, тут же отправились в замок. Нигде не задерживались, шли всё скорее и скорее. — Комнату тебе выделят, — сказала де Табур. Она стояла возле своего рабочего стола, ища что-то в одной из шкатулок. Они были одни. Новая служанка стояла смирно. — Я не знаю, что тебе там говорил командир или наша общая знакомая, но ты нужна только для связи. Ежели я заподозрю хоть капельку неладного в твоих делах, то с помощью этого средства, — в руке её оказался стеклянный бутылек, который Игрит открыла, — умрёшь в таких муках, что тебе и не снилось даже. — Госпожа, я… — Неделю ты не будешь знать, куда деть себя от боли, и лекари не помогут. Она смотрела, как стоявшая перед ней едва не побледнела. Угроза её, казалось, хорошо действует на Беа, но в глубине души отозвался слабый голос: «Возможно, это притворство». — Сначала докажи мне свою преданность, — она закрыла бутылёк, источающий запах чего-то кислого, и упрятала его в шкатулку. В этот момент в комнату вошла Тамира, неся в руках вчерашние вещи, которые оставила ей подруга перед тем, как направиться в свои покои. Всё было передано в руки владелице, после чего она направилась в свою лабораторию, перед тем шепнув: «Присматривай за ней».***
Она тяжело вздохнула. Обустройство лаборатории было полностью закончено. Просторное помещение охранялось самой сильной защитной магией, кроме солдат Эмгыра, которые, между прочим, охраняли его кабинет. Теперь беспокойство о том, что кто-то украдёт какой-то ингредиент или прочитает её записи, сошло на нет. Лишь мелкое волнение. С того момента, как Беа пришла к ней в служанки, прошло два дня. Игрит уже много раз задавалась вопросом: «Зачем нужна им я?». «Ты же дочь Фольтеста», — отвечала она себе каждый раз, как обдумывала этот вопрос. — Незаконная дочь, — прошептала она, наматывая круги по своей лаборатории. — Возродить Темерию? Это глупо и нелепо. Придут они к Эмгыру и скажут, у нас дочь Фольтеста есть, возвращай Темерию, скотина. Она улыбнулась от этой мысли. — И он такой: идите лесом, она моя любовница. Де Табур остановилась посреди комнаты, улыбка спала с её уст. Лицо стало мрачным. — Это всё безумие и только. Она подошла к зеркалу. В отражении она увидела уставшую девушку, тревога виднелась и в её лице. Правда, чувства эти замечала лишь Айлин, и с вопросом: «Ты почему такая грустная, Игрит?» лезла к ней на колени, чтобы обнять свою воспитательницу. С Его Величеством они виделись лишь несколько раз за эти дни, и то, когда она приходила давать ему лекарства для укрепления общего самочувствия и здоровья, проверять еду на наличие ядов. И всё. Мужчина занят делами государства, и кажется, бремя власти начинает разрывать его пополам. По крайней мере, она так думала, когда видела его уставшим. У Тамиры было своих дел полно. Да, и разговор с графом ничем хорошим не закончился. Винсент отругал её, словно она маленький ребёнок, и как будто он перенял роль её отца. Подруга узнала, что такая забота Тамире нравится, хоть и злит её временами. Что да, то да: дядя Игрит умеет достать своей заботой. Она снова тяжело вздохнула, закрывая дневник Фольтеста и кладя его в тайник. За это время было прочитано лишь несколько страниц, и то информация эта относилась больше к Темерии, чем к ней самой. О себе пока что Игрит нашла лишь несколько строк, подразумевающих об осведомлённости её отца о существовании дочери. И тогда мазель начала понимать, какие моменты мог утаивать её дядя по доброте своей душевной. Ведь быть дочерью умершего брата было намного спокойней, чем дочерью умершего короля, страна которого захвачена Нильфгаардом. В любом случае, все на стороне императора с его государством, несмотря на кое-какие обстоятельства. Она вышла из своей лаборатории, которая служила ей и кабинетом, медленно поднимаясь по ступеням. Её сразу тихо позвали и вручили письмо. — Велели передать вам, какой-то учёный, — Беа лишь улыбнулась, поклонилась и скрылась из виду Игрит. Это осталось незамеченным для неё, ведь всё внимание перешло на надпись на конверте письма. «От давнего знакомого Гендрика». Прочитав это, медичка улыбнулась. Хороший человек, ещё со времен её ученичества написал ей. Не виделись они года четыре. Говорили, мол, друг её учёный-алхимик перебрался жить в Реданию. Сейчас она была рада получить известия от этого человека и хотела видеть его. В письме он поздравил её с назначением на должность, сказал, что у него есть один рецепт эликсира, который несомненно заинтересует её, назначил встречу, и если же она захочет прийти, указал, что его можно будет найти в гостинице города. «Какая радость, вновь увидеть его», — де Табур улыбалась. Спустя секунду она заметила, что стоит недалеко от кабинета императора, что на неё смотрит стража, и от этого ей стало неловко. Быстрым шагом она направилась просить выделить двух человек ей для охраны, ведь вскоре она направится в город на официальную встречу и всё тому подобное, об этом ей совершенно не хотелось думать, но предстояло решить. Так велел Эмгыр. Душа радовалась приятной встрече, а все заботы её покинули голову, словно пришло к ней долгожданное облегчение.***
Боль… Тело ныло так, будто в него воткнули тысячу игл. Придя в себя, она увидела тусклый свет факела, освещающий темноту вокруг неё. Да, вокруг неё была темнота, может, и в самом деле, может, из-за того, что она в тот момент могла лишь видеть мрак вокруг себя. Сознание было туманным. Думалось медленно, и она как будто изнемогала. Это такое ощущение, как будто ты не спал несколько ночей, провалявшись в болезненной лихорадке, и тебе ещё нужно о чём-то думать. Силы на исходе. Организм ослаб. Правда, в её состояние ещё добавлялось странное чувство растяжения и невесомости… И боль. Пронзающая всё тело, леденящая душу. В голове её мелькнули образы. Она вспомнила, как направлялась на встречу к Гендрику, но что-то пошло не так, они не дошли. Она помнит чей-то силуэт, охранявшие её солдаты куда-то затерялись в толпе людей… Потом был мрак. Что-то тяжёлое опустилось ей на голову. Вспомнив это чувство, Игрит потянулась рукой к голове, чтобы погладить её, и удивилась, когда обнаружила, что рука её не шевелится. Сначала были смутные мысли, что конечности её больше нет. А потом она осознала, что руки её окутаны цепью и прислонены к стене. Ещё одно новое открытие для неё. Вкус во рту. Странный. И лишь спустя секунд десять до неё дошло, что это кровь. Она сплюнула, замечая красный цвет слюны, и новая тяжесть начала давить на неё. Безвыходность. Отчаяние. Тишина. Тело ноет. Страх появился в ней ровно тогда, когда в тишине этой она различила шаги…
